Страница:В русских и французских тюрьмах (Кропоткин 1906).djvu/79

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к: навигация, поиск
Эта страница была вычитана


отъ пищи или покушаться на самоубійство, чтобы ей отдали ребенка… Если допускаемы подобныя возмутительныя надругательства надъ лучшими человѣческими чувствами, стоитъ-ли говорить о различныхъ мелкихъ мучительствахъ того же рода? И все же, худшее выпадаетъ, обыкновенно, не на долю заключенныхъ, a тѣхъ, которые находятся за стѣнами тюрьмы, тѣхъ, вся вина которыхъ — въ горячей любви къ ихъ арестованнымъ дочерямъ, братьямъ и сестрамъ! Самые возмутительные методы застращиванія, — жестокіе и вмѣстѣ съ тѣмъ утонченные, — практикуются наемниками самодержавія по отношенію къ роднымъ арестованныхъ, и я долженъ признать, что образованные прокуроры, состоящіе на службѣ государственной полиціи, бываютъ хуже малограмотныхъ жандармскихъ офицеровъ и чиновниковъ III Отдѣленія.

Понятно, что постоянныя попытки на самоубійство, — иногда при помощи осколка стекла изъ разбитаго окна, или головокъ фосфорныхъ спичекъ, тщательно собираемыхъ и скрываемыхъ въ теченіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ, или путемъ самоповѣшенія на полотенцѣ, — такія попытки являются необходимымъ послѣдствіемъ. Изъ обвинявшихся по большому процессу 193-хъ, 9 человѣкъ сошло съ ума и 11 покушалось на самоубійство. Я встрѣтился съ однимъ изъ нихъ послѣ его освобожденія. Онъ покушался разъ шесть, а теперь умираетъ въ больницѣ во Франціи.

И все же, если вспомнить слезы, проливаемыя по всей Россіи, въ каждой глухой деревушкѣ, въ связи съ судьбой сотенъ тысячъ арестантовъ, если вспомнить объ ужасахъ нашихъ остроговъ и центральныхъ тюремъ, о солеварняхъ въ Усть-Кутѣ, о золотыхъ рудникахъ Сибири, то пропадаетъ всякая охота говорить о страданіяхъ небольшой кучки революціонеровъ. Я бы и не сталъ говорить о нихъ, если бы защитники русскаго правительства не вздумали искажать фактовъ.

У русскаго правительства есть нѣчто гораздо худшее для политическихъ заключенныхъ, чѣмъ содержаніе въ Трубецкомъ бастіонѣ. Вслѣдъ за процессомъ „шестнадцати“ (въ ноябрѣ 1880 г.), въ Европѣ съ удовольствіемъ



Тот же текст в современной орфографии


от пищи или покушаться на самоубийство, чтобы ей отдали ребенка… Если допускаемы подобные возмутительные надругательства над лучшими человеческими чувствами, стоит ли говорить о различных мелких мучительствах того же рода? И всё же, худшее выпадает, обыкновенно, не на долю заключенных, a тех, которые находятся за стенами тюрьмы, тех, вся вина которых — в горячей любви к их арестованным дочерям, братьям и сестрам! Самые возмутительные методы застращивания, — жестокие и вместе с тем утонченные, — практикуются наемниками самодержавия по отношению к родным арестованных, и я должен признать, что образованные прокуроры, состоящие на службе государственной полиции, бывают хуже малограмотных жандармских офицеров и чиновников III Отделения.

Понятно, что постоянные попытки на самоубийство, — иногда при помощи осколка стекла из разбитого окна, или головок фосфорных спичек, тщательно собираемых и скрываемых в течение нескольких месяцев, или путем самоповешения на полотенце, — такие попытки являются необходимым последствием. Из обвинявшихся по большому процессу 193-х, 9 человек сошло с ума и 11 покушалось на самоубийство. Я встретился с одним из них после его освобождения. Он покушался раз шесть, а теперь умирает в больнице во Франции.

И всё же, если вспомнить слезы, проливаемые по всей России, в каждой глухой деревушке, в связи с судьбой сотен тысяч арестантов, если вспомнить об ужасах наших острогов и центральных тюрем, о солеварнях в Усть-Куте, о золотых рудниках Сибири, то пропадает всякая охота говорить о страданиях небольшой кучки революционеров. Я бы и не стал говорить о них, если бы защитники русского правительства не вздумали искажать фактов.

У русского правительства есть нечто гораздо худшее для политических заключенных, чем содержание в Трубецком бастионе. Вслед за процессом «шестнадцати» (в ноябре 1880 г.), в Европе с удовольствием