Банкир (Дорошевич)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Банкир
автор Влас Михайлович Дорошевич
Источник: Дорошевич В. М. Собрание сочинений. Том VI. Юмористические рассказы. — М.: Товарищество И. Д. Сытина, 1907. — С. 109. Банкир (Дорошевич) в дореформенной орфографии
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


На 22 мили в окружности все знали и гордились доном Хозе.

И на вопрос бедняка, нуждавшегося в помощи, как бы ему найти известного благотворителя дона Хозе, всякий ему говорил:

— Идите в селение Санта-Малага, — лучший дом в селении и будет дом дона Хозе!

— Жена дона Хозе никогда не знает отказа в нарядах! — чуть не давились от зависти все женщины Санта-Малаги.

— Дети дона Хозе никогда не бывают голодными! — плакали ребятишки всего селения, когда им не давали есть.

Ещё не было случая, чтобы дон Хозе отказался сделать доброе дело.

Стоило нищему протянуть руку:

— Дон Хозе, я давно ничего не ел!

Как дон Хозе доставал несколько песет.

И не даром аббат, увидав дона Эскамильо, — лентяя Эскамильо, который целую ночь валялся под крышей, а целый день на крыше, — не даром аббат указывал ленивцу всегда на пример дона Хозе, прозванного за трудолюбие «муравьём»:

— Вот с кого бери пример!

Дон Хозе был трудолюбив, несмотря на то, что был богат. Он потому и был богат, что был трудолюбив.

Как бы ни была холодна ночь и как бы ни хотелось погреться в кровати, дон Хозе, прозванный за своё трудолюбие «муравьём», каждую ночь брал нож и отправлялся в горы, чтобы резать проезжавших купцов и путешественников.

Найденные при них деньги он делил таким образом: одну десятую отдавал аббату, одна десятая шла на бедных, и только восемь десятых дон Хозе оставлял себе.

Ему было 52 года, у него было хорошее состояние, а он всё работал, не покладая рук.

Так жил и трудился дон Хозе, гордость и украшение селения Санта-Малага.

Как вдруг в один прекрасный день дон Хозе неожиданно исчез.

Куда девался дон Хозе, не знал никто.

Ушёл ночью и не вернулся…

Сначала подумали было, не зарезали ли дона Хозе в горах проезжие купцы или путешественники.

Всякие ведь бывают купцы и всякие бывают путешественники! В нынешний век и за путешественника поручиться нельзя!

Несмотря на богатство, дон Хозе работал круглый год, за исключением праздников.

Семь дней жители Санта-Малага искали пропавшего дона Хозе.

Исходили все дороги, тропинки, обошли все горы, обшарили все ущелья.

Кроме 8 свежезарезанных купцов, 12 англичан и 3 немцев — ничего!

Видно, что был здесь дон Хозе, но куда девался — неизвестно.

Тогда, на восьмой день, жители Санта-Малаги решили, что неизвестно куда исчезнувший дон Хозе не иначе, как взят за свои добродетели живым на небо.

Так прошло полгода.

Как вдруг в Санта-Малаге было получено письмо!

Оно было найдено в сумке почтальона, который был зарезан в горах, и адресовано донье Хозе.

Это был первый случай, что в Санта-Малаге получилось по почте письмо!

Жители не могли заснуть целую ночь.

— Что бы это могло обозначать?

Но они были ещё более поражены утром, когда оказалось, что вдова дона Хозе ночью исчезла неизвестно куда.

Вместе с ней исчезли и все её дети!

Такое последствие письма страшно испугало жителей Санта-Малаги, и они решили впредь сжигать сумки зарезанных на дороге почтальонов!

Прошло ещё полгода.

Как вдруг над жителями Санта-Малаги разразилось страшное известие, погубившее всё селенье.

В кармане одного зарезанного путешественника нашли номер мадридской газеты «La Speranza[1]».

На первой же странице этой газеты, даже на самом видном месте! — до чего может дойти человеческое бесстыдство!

На первой странице, на самом видном месте самым крупным шрифтом сообщалось известие, которое заставило побледнеть всех писателей Санта-Малаги и упасть в обморок всех жительниц.

Даже в рамке, даже с украшениями! — сообщалось, что на Гвадалквивирском проспекте открыта банкирская контора, где открываются онкольные счета, продаются в рассрочку билеты, принимаются на сохранение деньги от бедняков — даже от бедняков! — и предполагается в скором времени принимать деньги даже от детей.

— И детей не пожалел! — со слезами восклицали жительницы Санта-Малаги и в испуге прижимали к себе своих малюток.

Бесстыдство доходило до того, что тут же была напечатана фамилия человека, который делал всё это! Фамилия банкира.

Этот банкир был дон Хозе.

— Дон Хозе и вдруг… страшно вымолвить… сделался банкиром! — с ужасом шептали женщины.

— Молчите! Ради Бога, молчите! — в отчаяньи кричали на них, зажимая уши руками, мужья.

— Мы все разбойники! — вопили старики, колотя себя в грудь. — Все! Но среди жителей Санта-Малаги ещё никогда не было банкиров! Никогда!

— Что ж теперь сделают с его детьми? — испуганно спрашивали дети.

— Их, вероятно, повесят! — подумав, отвечали наиболее рассудительные люди.

Матери пугали детей:

— Вот я отдам тебя банкиру!

Отчего с детьми делались судороги.

А лентяй Эскамильо, каждый раз как видел проходящего мимо аббата, насмешливо кричал:

— Ну, что, почтенный г. аббат? Может быть, и теперь посоветуете мне взять пример с дона Хозе?!

На что аббат только отворачивался, потихоньку утирая слезу.

С тех пор Санта-Малага получила прозванье «разбойничьего гнезда».

Купцы и путешественники избегают проходить мимо этого селения.

Примечания[править]

  1. итал. La Speranza — надежда.