Гамлет, принц Датский (Шекспир; Николаев)

Гамлет, принц Датский
автор Уильям Шекспир, пер. Вадим Данилович Николаев

Оригинал: англ. The Tragedy of Hamlet, Prince of Denmark. — Перевод созд.: 1995-2026.

Настоящий перевод опирается в первую очередь на Второе кварто 1604 года. Поэтому в нем отсутствуют разделение пьесы на акты и нумерация сцен. Отсутствуют также список действующих лиц и указания мест действия. Основное место действия и так понятно по тексту пьесы; это королевский замок Эльсинор и его окрестности.

Входят (с разных сторон) ФРАНЦИСКО и БЕРНАРДО, два часовых.

БЕРНАРДО

Кто там?

ФРАНЦИСКО

Нет, сам ответь; стой и открой себя.

БЕРНАРДО

Да здравствует король!

ФРАНЦИСКО

Бернардо.

БЕРНАРДО

Он.

ФРАНЦИСКО

Ты аккуратно в свой приходишь час.

БЕРНАРДО

Пробило полночь; спать иди, Франциско.

ФРАНЦИСКО

Благодарю за смену; страшный холод,

И мне не по себе.

БЕРНАРДО

Спокойно было?

ФРАНЦИСКО

Мышь не пробежала.

БЕРНАРДО

Ну, доброй ночи;

Коль встретишь ты Горацио с Марцеллом,

Товарищей моих, поторопи их.

ФРАНЦИСКО

По-моему, я слышу их… кто здесь?

(Входят ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ).

ГОРАЦИО

Друзья страны.

МАРЦЕЛЛ

А также слуги Дана.

ФРАНЦИСКО

Всем доброй ночи.

МАРЦЕЛЛ

С Богом, честный воин;

Кем ты сменен?

ФРАНЦИСКО

Бернардо принял пост;

Всем доброй ночи.

(Уходит).

МАРЦЕЛЛ

Эй, Бернардо!

БЕРНАРДО

Что,

Горацио с тобой?

ГОРАЦИО

Да, часть его.

БЕРНАРДО

Горацио, привет; привет, Марцелл.

ГОРАЦИО

Ну как, оно сегодня появлялось?

БЕРНАРДО

Я ничего не видел.

МАРЦЕЛЛ

Горацио все вымыслом считает,

И им никак не овладеет вера

В тот ужас, что был дважды нами видим;

Поэтому его я упросил

Побыть на страже с нами этой ночью,

Чтоб, если привиденье вновь придет,

Он убедился и заговорил с ним.

ГОРАЦИО

Да вздор, не явится.

БЕРНАРДО

На время сядем

И снова будем штурмовать твой слух,

Так укрепленный против наших слов

Об этих двух ночах.

ГОРАЦИО

Ну ладно, сядем,

Послушаем опять рассказ Бернардо.

БЕРНАРДО

Минувшей ночью,

Когда звезда, что западней Полярной,

Как раз переместилась в часть небес,

Где светит нам сейчас, Марцелл и я,

Лишь пробил час…

(Входит ПРИЗРАК).

МАРЦЕЛЛ

Молчи; смотри, оно явилось снова!

БЕРНАРДО

По виду схоже с мертвым королем.

МАРЦЕЛЛ

Ты — грамотей; заговори, Горацио.

БЕРНАРДО

Ведь вылитый король? Заметь, Горацио.

ГОРАЦИО

Да; страхом полон я и изумленьем.

БЕРНАРДО

Оно ждет слова.

МАРЦЕЛЛ

Спрашивай, Горацио.

ГОРАЦИО

Кто ты, что посягнул на час ночной

И на воинственный, прекрасный облик,

В котором мертвый датский повелитель

Ступал когда-то? Я велю, ответь!

МАРЦЕЛЛ

Оно оскорблено.

БЕРНАРДО

Смотри, уходит!

ГОРАЦИО

Стой, говорю! Велю тебе, ответь!

(ПРИЗРАК уходит).

МАРЦЕЛЛ

Ушло — и без ответа.

БЕРНАРДО

Ну как, Горацио? Дрожишь и бледен?

Так это вымысел иль нечто больше?

Что думаешь?

ГОРАЦИО

Клянусь пред Богом, я бы не поверил,

Когда бы не ручались в этом мне

Мои глаза.

МАРЦЕЛЛ

И схоже с королем?

ГОРАЦИО

Как ты с собою схож.

Такие точно он надел доспехи,

Когда на поединок шел с Норвежцем;

И так же хмур он был, когда во гневе

Швырнул Поляка из саней на лед.

Как странно!

МАРЦЕЛЛ

Вот так он дважды в этот мертвый час

Военным шагом проходил пред нами.

ГОРАЦИО

Как точно все истолковать, не знаю;

Но знаю, что, по мненью моему,

Стране то предвещает потрясенья.

МАРЦЕЛЛ

Присядем-ка; пусть скажет тот, кто знает,

Зачем ночные строгие дозоры

Отягощают подданных державы,

И, что ни день, то пушки льют из меди,

Оружье покупают за границей,

Вербуют корабелов, чья работа

Уже не различает дней воскресных?

К чему такая бешеная спешка,

Что стала ночь трудиться вместе с днем?

Кто объяснит мне это?

ГОРАЦИО

Я могу.

По крайней мере, слух есть: наш король,

Чей образ нам сейчас являлся, был,

Как знаете, норвежским Фортинбрасом,

Которого гордыня подстрекала,

На поединок вызван; и наш Гамлет

(Чью доблесть знал весь нам известный мир)

Убил Норвежца, кто по договору,

Скрепленному по правилам печатью,

Отдал, лишившись жизни, земли те,

Которыми владел он, королю;

Такую ж долю отдавал в залог

И сам король: она бы перешла

Законно во владенье Фортинбраса,

Коль победил бы он; во исполненье

Условий тех же Гамлету достался

Его залог; и Фортинбрас младой,

Горячий, полный храбрости незрелой,

На берегах норвежских, тут и там,

Ораву беззаконных удальцов

За пропитанье нанял для того, что

Отваги требует; цель предприятья —

Как это все и понято у нас, —

Отнять своею сильною рукою

И принужденьем земли, что отец

Его утратил; в этом, полагаю,

И есть причина тех приготовлений,

Причина стражи нашей и источник

Той спешки, что идет у нас в стране.

БЕРНАРДО

Я думаю, что все, конечно, так,

И потому зловещая фигура

В доспехах ходит, схожа с королем,

Что был и есть виновник этих войн.

ГОРАЦИО

То мелочь, что тревожит взор рассудка.

В цветущем, славном римском государстве,

Пред тем, как пал могущественный Юлий,

Пусты могилы были, мертвецы

На улицах визжали, бормотали;

Кометы мчались, в росах кровь была,

Бледнело солнце; влажная луна,

Что правит всей империей Нептуна

Затмилась в небе, словно в Судный день.

Такие же предвестья страшных бед,

Что, как гонцы, предшествуют судьбе

И, как пролог, идут перед грядущим,

Земля и небо вместе показали

У нас в краях, для наших земляков.

(Возвращается ПРИЗРАК).

Но тихо! Гляньте! Смерти не боюсь

И прегражу дорогу. Стой, мираж!

(ПРИЗРАК раскидывает его руки*).

Коль можешь ты издать какой-то звук,

Ответь мне;

Коль совершить я что-нибудь могу

Тебе в подмогу и себе на милость,

Ответь мне;

Коль знаешь ты судьбу своей страны,

Какую можно избежать, предвидя,

О, отвечай!

Иль если ищешь в лоне ты земном

Сокровище, что ты добыл когда-то,

Из-за чего вы, духи, неспокойны…

(Поет петух).

Стой и ответь! Держи его, Марцелл!

МАРЦЕЛЛ

Быть может, мне ударить протазаном?

ГОРАЦИО

Да, если он уходит.

БЕРНАРДО

Вот он!

ГОРАЦИО

Вот он!

МАРЦЕЛЛ

Ушел!

Мы оскорбляем лишь его величье,

Показывая видимость насилья;

Как воздух, он для нас неуязвим,

Удары наши — злобная нелепость.

БЕРНАРДО

Он мог ответить, но запел петух.

ГОРАЦИО

И ринулся он тотчас, как преступник,

При страшном зове; слышал я не раз:

Петух, который утро нам трубит,

Пронзительной своею глоткой будит

Дня божество — тогда, при этом кличе,

В огне и в море, на земле и в небе,

Заблудшие опять стремятся духи

К своим пределам; истинность того

Сегодня испытали мы на деле.

МАРЦЕЛЛ

Он испарился, лишь запел петух.

Ведь говорят, что каждый год, когда

Мы Рождество Спасителя справляем,

Певец зари поет ночь напролет;

Тогда не смеют духи выходить,

Целебны ночи, не палят светила,

Бессильна фея, чар у ведьмы нет —

Спокойно и священно это время.

ГОРАЦИО

Я тоже слышал и отчасти верю;

Но вот и утро, в рыжий плащ одето,

Шагает по росе холмов восточных:

Прервем же стражу и, я предлагаю,

Поделимся увиденным сегодня

С младым мы Гамлетом; клянусь я жизнью,

Что дух, немой для нас, заговорит с ним.

Согласны ль вы ему поведать это,

Как побуждают нас любовь и долг?

МАРЦЕЛЛ

Давайте; и я знаю, где сегодня

Отыщем мы его скорей всего.

(Уходят).

Трубы. Входят КЛАВДИЙ, король Дании, королева ГЕРТРУДА, члены Королевского совета, ПОЛОНИЙ и его сын ЛАЭРТ, ГАМЛЕТ и другие.

КОРОЛЬ

Хотя о смерти дорогого брата

Свежо воспоминание и подходит

Нам скорбь в сердцах, чтоб королевство все

Нахмурилось одним челом печальным,

Но наш рассудок победил природу,

И, с мудрой скорбью думая о нем,

Не забываем мы и о себе;

Свою сестру, а ныне — королеву,

Наследницу воинственной державы,

Мы с радостью, поверженной как будто,

Одним смеясь, другим же плача оком,

Скорбя на свадьбе, веселясь у гроба,

Уравновесив радость и печаль,

В супруги взяли, не чиня препятствий

Решеньям вашим мудрым, что свободно

Сопутствовали нам (благодарим вас).

Теперь — иное: Фортинбрас младой,

Невысоко ценя нас иль считая,

Что государство после смерти брата

Расстроилось и вышло из пазов,

Мечтой о превосходстве поощрен,

Посланьями нас вечно донимает,

Твердя о возвращеньи тех земель,

Что брату нашему его отец

Законно отдал; хватит про него.

Теперь про нас и про собранье это;

Здесь дело вот в чем: написали мы

Письмо Норвежцу, дяде Фортинбраса, —

Прикованный к постели, вряд ли слышал

О замыслах племянника Норвежец —

И просим, чтобы это он пресек,

Ведь набирает тот всю рать свою

Из подданных его; мы отправляем

Вас, дорогой Корнелий с Вольтимандом,

Посланье это отвезти Норвежцу;

Давая вам не больше личной власти

В переговорах с королем, чем вам

Позволят свитки эти — в добрый путь!

Поторопитесь свой исполнить долг.

КОРНЕЛИЙ и ВОЛЬТИМАНД

Как и во всем, мы свой проявим долг.

КОРОЛЬ

Мы в том не сомневались — в добрый путь!

(ВОЛЬТИМАНД и КОРНЕЛИЙ уходят).

А ты, Лаэрт, что нового ты скажешь?

Ты толковал о просьбе; в чем она?

Не можешь ведь бесплодно говорить

Ты перед Даном; что, Лаэрт, ты просишь,

Чего я сам тебе не предложил бы?

Не так родна для сердца голова,

Не так рука для рта полезна будет,

Как датский трон — для твоего отца.

Чего ты хочешь?

ЛАЭРТ

Грозный государь,

Позвольте мне во Францию вернуться,

Откуда я по доброй воле прибыл,

На вашу коронацию спеша;

Теперь, когда я свой исполнил долг,

Во Францию и мысли, и желанья

Стремятся, вас прося о дозволеньи.

КОРОЛЬ

Согласен ли отец твой? А, Полоний?

ПОЛОНИЙ

С трудом он вырвал у меня согласье

Своими просьбами, и наконец

Я очень неохотно согласился;

Я вас молю, ему позвольте ехать.

КОРОЛЬ

Ну, в добрый час; твоим пусть будет время,

И трать его, как пожелаешь ты;

А ты, кузен** мой Гамлет и мой сын…

ГАМЛЕТ

Поболее, чем родич, но не ближе.

КОРОЛЬ

Как вышло, что по-прежнему ты в тучах?

ГАМЛЕТ

О нет, милорд, я прямо возле солнца.

КОРОЛЕВА

Мой милый Гамлет, скинь свой темный цвет,

И дружески ты посмотри на Дана.

Доколе можно, очи опустив,

Усопшего отца искать во прахе?

Обычно это: все, кто жил на свете,

Уходят в вечность сквозь ворота смерти.

ГАМЛЕТ

Да, все обычно.

КОРОЛЕВА

Что ж тебе, мой друг,

Столь необычным кажется вокруг?

ГАМЛЕТ

Не кажется, мадам, а есть; не знаю

Про "кажется": ни мой чернильный плащ,

О матушка, ни темный цвет одежд,

Ни ветер учащенного дыханья,

Ни вод речных разлив в моих глазах,

Ни все мое печальное обличье,

Равно как формы все и знаки скорби,

Меня не смогут выразить; в них то,

Что кажется и можно разыграть.

То, что внутри меня, сильней в сто крат;

Все остальное — только лишь наряд.

КОРОЛЬ

Так мило это и похвально, Гамлет,

Что траурный отцу ты платишь долг;

Но так же твой отец терял отца,

Тот — своего; обязан переживший

Сыновним долгом на какой-то срок

К послушной скорби, но упорным быть

В упрямом состраданьи — это есть

Путь нечестивый немужского горя;

В нем воля та, что небу неверна,

Нетерпеливый ум и слабость сердца,

Простая, необученная мысль.

Ведь если что-то быть должно и так же

Для чувств привычно, как любая вещь,

Должны ли мы противиться тому

Капризным сердцем? Это грех пред небом,

Грех перед мертвым, грех перед природой,

Нелепый для рассудка, чей предмет

Извечный — смерть отцов, и кто кричит

От первой смерти и до той, что ныне:

"Так быть должно"; скорей предай земле

Скорбь бесполезную, о нас подумай,

Как об отце; пускай заметит мир,

Что к трону нашему ты ближе всех,

И я любовь с не меньшим благородством,

Чем сыну дорогой его отец

Тебе даю; намеренья твои

Вернуться для учебы в Виттенберг,

Совсем противны нашему желанью;

И просим мы тебя остаться здесь,

Под ласковым, радушным нашим взором,

Придворный главный наш, кузен и сын.

КОРОЛЕВА

Пусть, Гамлет, мать тебя не молит тщетно;

Прошу тебя, не езди в Виттенберг.

ГАМЛЕТ

Я буду вам, мадам, во всем послушен.

КОРОЛЬ

Вот любящий, прекраснейший ответ;

Будь в Дании, как мы; мадам, идемте;

Непринужденное согласье принца

Улыбку дарит сердцу; в знак того

Пускай, едва лишь только выпьет Дан,

Большая пушка в облака палит;

Пусть небо вторит пиру короля,

Земные громы повторив; идемте.

(Трубы. Уходят все, кроме ГАМЛЕТА).

ГАМЛЕТ

О, если б плоть дородная могла

Растаять, обратив себя в росу,

И если б Вечный не установил бы

Запрет самоубийству! Боже! Боже!

Каким же скучным, плоским, бесполезным

Мне кажется все, что встречаю в мире!

Тьфу! Тьфу! То сад, не полотый давно,

Пошедший в семя, и все зло природы

Владеет им — ведь до чего дошло!

Два месяца, как умер, даже меньше;

Такой король, с сатиром этим рядом —

Гиперион; так мать мою любивший,

Что он не позволял и прикоснуться

К ее лицу ветрам. Земля и небо!

Что вспоминать! Она на нем так висла,

Как будто аппетит лишь вырастал,

Насытившись, но только через месяц…

О женщины, вам имя — слабость плоти!

Какой-то месяц! Целы башмаки,

В которых за отцовским телом шла

В слезах, как Ниобея; и она…

О Боже! Зверь, не знающий рассудка,

Страдал бы дольше… Замужем за дядей,

Отцовским братом, на отца похожим,

Как я — на Геркулеса. Через месяц!

Быстрей, чем соль ее фальшивых слез

Исчезла с глаз заплаканных ее,

Вновь вышла замуж; гнусное проворство —

На простыни кровосмешенья прыгнуть!

Здесь нет добра, и быть его не может;

Но тише, сердце, ибо нем язык.

(Входят ГОРАЦИО, МАРЦЕЛЛ и БЕРНАРДО).

ГОРАЦИО

Привет вам, ваша светлость!

ГАМЛЕТ

Рад вас видеть;

Горацио, иль я забыл себя.

ГОРАЦИО

Да, я, милорд; я ваш слуга навеки.

ГАМЛЕТ

Нет — добрый друг мой; так же, как и я вам.

Но что вас привело из Виттенберга?..

Марцелл?

МАРЦЕЛЛ

Мой добрый принц.

ГАМЛЕТ

Я рад вас видеть. (Добрый вечер, сэр).

Так что вас привело из Виттенберга?

ГОРАЦИО

К безделью склонность, о мой добрый принц.

ГАМЛЕТ

Такого даже враг ваш не сказал бы;

Не оскорбляйте же мой слух насильем,

Чтоб он поверил вашей клевете

На самого себя; вы не бездельник.

Но что у вас за дело в Эльсиноре?

Пока вы здесь, мы пьянству вас обучим.

ГОРАЦИО

На похороны короля я прибыл.

ГАМЛЕТ

Прошу, не надо шуток, однокашник.

А не на свадьбу матери моей?

ГОРАЦИО

Да, принц, она последовала скоро.

ГАМЛЕТ

Как экономно! Мясо с похорон

На брачные столы пошло холодным.

О, лучше встретить злейшего врага

В раю, чем видеть этот день, Горацио!

Отец… мне кажется, отца я вижу.

ГОРАЦИО

Где, принц?

ГАМЛЕТ

В глазах души моей, Горацио.

ГОРАЦИО

Его я видел; истинный король.

ГАМЛЕТ

Он человек был, человек во всем;

Таких, как он, вновь не увидеть мне.

ГОРАЦИО

По-моему, он мне явился ночью.

ГАМЛЕТ

Явился? Кто?

ГОРАЦИО

О принц, король, отец ваш.

ГАМЛЕТ

Король, отец мой?

ГОРАЦИО

Чуть-чуть умерьте ваше удивленье

И обратитесь в слух, чтоб я поведал,

В свидетели взяв этих вот господ,

О чуде.

ГАМЛЕТ

Ради Бога, говорите.

ГОРАЦИО

Две ночи кряду эти господа,

Бернардо и Марцелл, во время стражи,

Среди ночного мертвого простора

Видали вот что: в точности отец ваш,

Одет в доспехи с ног до головы,

Прошел пред ними; трижды он прошел

Перед испуганными их глазами,

На расстоянье жезла, а они,

Почти что в студень превратясь от страха,

Стояли молча; обо всем они

Мне рассказали под большим секретом,

И в третью ночь я с ними был на страже;

И в тот же час, как мне они сказали,

В таком же виде, подтвердив слова,

Явился призрак; короля я знал:

Так схожи две руки.

ГАМЛЕТ

Но где все было?

МАРЦЕЛЛ

На той площадке, где стоим на страже.

ГАМЛЕТ

Вы говорили с ним?

ГОРАЦИО

О да, милорд,

И не было ответа, хоть однажды

Он поднял голову и сделал жест,

Как будто бы хотел заговорить,

Но в это время закричал петух;

Он, звук услышав, ринулся поспешно,

И с наших глаз исчез.

ГАМЛЕТ

Все это странно.

ГОРАЦИО

Все правда, принц, как то, что я живу,

И посчитали мы веленьем долга

Сказать об этом вам.

ГАМЛЕТ

Вы правы, но меня тревожит это.

Сегодня вы на страже?

ВСЕ

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

В доспехах?

ВСЕ

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

И целиком?

ВСЕ

От головы до ног.

ГАМЛЕТ

Так вы его не видели лица?

ГОРАЦИО

Нет, видели, ведь поднял он забрало.

ГАМЛЕТ

Что, был нахмурен он?

ГОРАЦИО

Была скорей печаль в глазах, чем гнев.

ГАМЛЕТ

Багров иль бледен?

ГОРАЦИО

Нет, очень бледен.

ГАМЛЕТ

И смотрел на вас?

ГОРАЦИО

Да, непрерывно.

ГАМЛЕТ

Жаль, я не был там.

ГОРАЦИО

Он изумил бы вас.

ГАМЛЕТ

На то похоже. Долго ли он пробыл?

ГОРАЦИО

Не торопясь, до ста вы сосчитали б.

МАРЦЕЛЛ и БЕРНАРДО

Нет, дольше, дольше.

ГОРАЦИО

Но не при мне.

ГАМЛЕТ

А борода седая?

ГОРАЦИО

Она была такая, как при жизни, —

Смоль с серебром.

ГАМЛЕТ

Сегодня выйду с вами;

Быть может, он появится.

ГОРАЦИО

Ручаюсь.

ГАМЛЕТ

И, если он отцовский примет облик,

Заговорю, хотя бы ад разверзся

И мне велел молчать; прошу вас всех —

Коль до сих пор молчанье вы хранили,

Не молвите ни слова и в дальнейшем;

И что бы ни случилось этой ночью,

Понять пытайтесь это, но молчите:

Я отплачу вам за любовь. Прощайте!

В двенадцатом часу на той площадке

Я посещу вас.

ВСЕ

Вашей чести — долг наш.

ГАМЛЕТ

Любовь, как вам — моя. Прощайте!

(Все, кроме ГАМЛЕТА, уходят).

Отцовский дух в доспехах! Дело плохо.

Нечисто здесь; скорей бы ночь пришла!

Терпи, моя душа: восстанет зло,

Хотя б его землею занесло.

(Уходит).

Входят ЛАЭРТ и ОФЕЛИЯ, его сестра.

ЛАЭРТ

Все, что мне нужно, на борту, прощай;

Сестра, когда попутный дунет ветер,

Чтоб мне послать письмо, ты здесь не спи,

Но дай мне знать.

ОФЕЛИЯ

А есть сомненья в этом?

ЛАЭРТ

Расположенье Гамлета считай

Игрою крови ты и данью моде,

Фиалкой первозданной юных лет,

Такою милой, но недолговечной,

Минутным ароматом, и не боле.

ОФЕЛИЯ

Не боле?

ЛАЭРТ

Да, поверь, сестра, не боле.

Природа ведь у нас растет не только

В размере мышц; коль ширится тот храм,

Ума и сердца внутренняя служба

Растет все больше; он, возможно, любит

Тебя сейчас, не запятнав обманом

Намеренья, но ты должна бояться,

Ведь он владеть не в силах доброй волей;

Зависит он от своего рожденья,

И он не может, как простые люди,

Свой взять кусок — от выбора его

Зависит безопасность государства,

И выбор тот не может откликаться

На прихоти податливого тела,

Которым правит он; коль он тебе

В любви признается, должна ты мудро

Настолько доверять ему, насколько

Исполнит это он, а здесь зависит

Все от того, что скажет наша знать.

Так взвесь, как много потеряет честь,

Коль верить этим песням будешь ты,

Иль потеряешь сердце, иль откроешь

Сокровище назойливости злой.

Страшись того, любимая сестра,

Держи свою привязанность в тылу

И береги от выстрелов желанья.

Бывает слишком девушка щедра,

Коль красоту свою луне откроет;

Пред клеветой бессильна добродетель;

Детей весны так часто точит червь,

Когда ещё бутоны не раскрылись,

И утром, в свежей молодой росе,

Опасная скрывается зараза.

Страшись, чтоб это злом не обернулось —

Коль нет врага, с собой враждует юность.

ОФЕЛИЯ

Урок я этот в сердце сохраню,

Как стражника, но, дорогой мой брат,

Не делай так, как пастырь нечестивый,

Что, путь тернистый в небо указав,

Ступает сам повесой беззаботным

На путь цветущий бурных наслаждений,

Забыв слова.

(Входит ПОЛОНИЙ).

ЛАЭРТ

Ты за меня не бойся;

Я задержался здесь… но вот отец.

Благословений два — добро вдвойне;

Прощание второе дал мне случай.

ПОЛОНИЙ

Все здесь, Лаэрт? На борт, на борт, стыдись!

Уж ветер дует в плечи парусов —

Там ждут, а я тебя благословляю!

И правила такие запиши

Ты в памяти: слов мыслям не давай,

А беспорядочным — еще и действий;

Общителен будь, но не фамильярен;

Людей, чью дружбу смог проверить ты,

Крепи к душе стальными обручами;

Но не мозоль свою ладонь касаньем

К приятелю, который не проверен;

Остерегайся ссор, но, в них вступив,

Так сделай, чтоб тебя остерегались;

Открой всем слух, но голос свой не всем;

Знай мненье многих, вслух же не суди;

Оденься так, как кошелек позволит —

Не чересчур: богато, но не пышно;

Ведь платье выражает человека,

Во Франции же люди высших званий

Разборчивы всегда в вопросе этом;

Не занимай и не давай взаймы:

Дав, можешь денег и друзей лишиться,

Взяв — этим притупляешь бережливость;

А главное — будь честен сам с собой:

Придет за этим, словно ночь за днем,

Что ты ни с кем не сможешь быть нечестным.

Прощай! Благословлю тебя на это!

ЛАЭРТ

Смиренно с вами я, отец, прощаюсь.

ПОЛОНИЙ

Зовет уж время; слуги ждут тебя.

ЛАЭРТ

Прощай, сестра, и хорошо запомни,

Что я сказал.

ОФЕЛИЯ

Все в памяти моей

Хранится — ключ остался у тебя.

ЛАЭРТ

Прощай.

(Уходит).

ПОЛОНИЙ

О чем он с вами, дочка, говорил?

ОФЕЛИЯ

О принце Гамлете, коль вам угодно.

ПОЛОНИЙ

Да, тема кстати.

Мне рассказали: очень часто принц

Вам время уделял, а сами вы

Так щедры были на свиданья эти;

Коль правда все, что, предостерегая,

Мне сообщили, должен вам сказать:

Конечно, понимаете вы плохо,

Как дочь моя должна себя вести.

Что между вами? Говорите правду.

ОФЕЛИЯ

Свидетельств много показать решил он

Привязанности искренней ко мне.

ПОЛОНИЙ

Привязанность! Так говорят девчонки,

Которые опасности не знают.

И верите свидетельствам вы этим?

ОФЕЛИЯ

Милорд, не знаю, что должна я думать.

ПОЛОНИЙ

А думайте, что вы еще ребенок,

Коль приняли за чистую монету

То, что гроша не стоит; подороже

Себя цените иль — за каламбур

Меня простите — в нежных быть нам дурах.

ОФЕЛИЯ

Милорд, он говорил мне о любви

В манере самой честной.

ПОЛОНИЙ

Да, и, конечно, говорил манерно.

ОФЕЛИЯ

И подкрепил слова свои, милорд,

Почти что всеми клятвами святыми.

ПОЛОНИЙ

Ворон так ловят; я прекрасно знаю,

Что, если кровь играет, клятвы с губ

Слетают так легко; то пламя, дочка,

Приносит больше света, чем тепла,

И гаснет в них обоих; обещанья

Те принимать не надо за огонь;

Отныне надо реже с ним встречаться

И на его моленья не смотреть,

Как на приказ вступить в переговоры;

В том Гамлету лишь верьте, что он молод

И что владеет бо’льшую свободой,

Чем можете владеть вы, и не верьте

Его вы клятвам, потому что эти

Посредники не те, как по одеждам

Судить их можно, и о нечестивом

Болтают языком святых обетов,

Чтоб легче обмануть; и наконец:

Я не хотел бы с этого момента,

Чтоб вы давали повод к клевете

И с принцем говорили на досуге.

Да, это мой приказ; к себе идите.

ОФЕЛИЯ.

Милорд, я повинуюсь.

(Уходят).

Входят ГАМЛЕТ, ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ.

ГАМЛЕТ

Кусает и пронизывает ветер.

ГОРАЦИО

Да, этот холод просто обжигает.

ГАМЛЕТ

Который час?

ГОРАЦИО

Без малого двенадцать.

МАРЦЕЛЛ

Нет, пробило уже.

ГОРАЦИО

Я не расслышал.

Так, значит, приближается то время,

В которое привык здесь дух бродить.

(Трубы и пушечные выстрелы).

Что там за шум, милорд?

ГАМЛЕТ

Король не спит сегодня и пирует —

Он веселится, и кружится пляска;

Когда он кубок рейнского допьет,

То трубы и литавры возвещают

Его триумф.

ГОРАЦИО

Такой у вас обычай?

ГАМЛЕТ

Да, такой;

Но думаю, хоть я родился здесь

И ко всему привык, обычай этот

Достойней нарушать, чем соблюдать.

За тяжелящий головы разгул

На западе хулят нас и востоке,

Зовут нас пьянью, прозвищем свиней

Нас пачкают, что отнимает тут же

У наших достижений, пусть высоких,

Все то, в чем сердцевина нашей славы.

Так и с людьми отдельными бывает,

Что есть изъян, который их порочит:

Порода, например, в чем невиновны,

(Нельзя же выбирать происхожденье)

Или одна какая-то черта,

Что превзошла разумного предел,

Или привычка, что за рамки вышла

Манер благопристойных, — эти люди

С печатью одного лишь недостатка,

Клейма природы иль звезды Фортуны,

Будь даже остальная добродетель

Огромна и чиста, как благодать,

Однако, всеми станут порицаться

За тот изъян: одна крупица зла

Все лучшее поставит под сомненье

И принесет позор.

(Входит ПРИЗРАК).

ГОРАЦИО

Принц, вот оно!

ГАМЛЕТ

Небесные служители, спасите!

Будь ты дух райский или злобный бес,

Принес ты дух небес иль вихри ада,

Чего б ты не хотел — добра иль зла,

Твой облик столько возбудил вопросов,

Что обращусь к тебе, скажу я: Гамлет,

Отец и государь, державный Дан,

Не дай истлеть в невежестве, скажи,

Зачем твой благостно отпетый труп

Сорвал свой саван и зачем твой склеп,

Где мы лежащим видели тебя,

Вновь мраморные челюсти раскрыл,

Чтоб выпустить тебя? Как объяснить,

Что ты, мертвец, опять закован в сталь

И бродишь ты средь отблесков луны,

Ночь наполняя ужасом, и нам,

Шутам природы, надо потрясать

Себя тем, что за гранью наших душ?

Зачем и для чего? Что делать нам?

(ПРИЗРАК манит ГАМЛЕТА).

ГОРАЦИО

Оно вас манит вместе с ним уйти,

Как будто что-то хочет сообщить

Лишь только вам.

МАРЦЕЛЛ

Все делает учтиво,

Рукой зовет подальше отойти…

Не соглашайтесь.

ГОРАЦИО

Нет, никак нельзя.

ГАМЛЕТ

Не станет говорить, коль не пойду.

ГОРАЦИО

Милорд, нельзя.

ГАМЛЕТ

Чего же мне бояться?

Я цену жизни не сравню с булавкой;

Что до души, чем навредит он ей,

Когда она бессмертна, как и он?

Он вновь меня зовет; пойду за ним.

ГОРАЦИО

Что, если он заманит вас в поток

Иль на вершину страшную утеса,

Который наклонился весь на над морем,

И примет там такой ужасный вид,

Что сможет бедный разум ваш ввести

В безумие? Подумайте об этом.

Само то место очень сильный страх

И без причин вселяет в мозг любого,

Кто видит с высоты волненье моря

И слышит рев.

ГАМЛЕТ

Он вновь меня зовет.

Я за тобой пойду.

МАРЦЕЛЛ

Милорд, не надо.

ГАМЛЕТ

Руки убери.

ГОРАЦИО

Нет, подчинитесь, принц.

ГАМЛЕТ

Судьба зовет,

И делает любую жилу крепкой,

Как нервы льва немейского; он манит

По-прежнему; пустите, господа.

Вас в призраков иначе превращу!

Прочь, говорю! — Я за тобой иду.

(ПРИЗРАК и ГАМЛЕТ уходят).

ГОРАЦИО

Он исступлен своим воображеньем.

МАРЦЕЛЛ

Идем за ним; не стоит подчиняться.

ГОРАЦИО

Идем. К чему все это приведет?

МАРЦЕЛЛ

Прогнило что-то в датском государстве.

ГОРАЦИО

Исправит небо все.

МАРЦЕЛЛ

Идем за ним.

Уходят.

Входят (вверху) ПРИЗРАК и ГАМЛЕТ.

ГАМЛЕТ

Стой, говори; я дальше не пойду.

ПРИЗРАК

Внимай.

ГАМЛЕТ

Готов я.

ПРИЗРАК

Час почти настал,

Когда я снова сере и огню

Себя предам.

ГАМЛЕТ

Увы, о бедный призрак!

ПРИЗРАК

Жалеть не надо, выслушай серьезно

То, что открою.

ГАМЛЕТ

Я готов услышать.

ПРИЗРАК

Захочешь отомстить, когда услышишь.

ГАМЛЕТ

Что?

ПРИЗРАК

Дух я твоего отца,

Кто обречен скитаться по ночам,

А днем обязан в пламени поститься,

Покуда зло, что совершил я в жизни,

Все не очистится; когда бы мог

Я тайны открывать своей темницы,

Правдивый мой рассказ одним лишь словом

В тебе кровь молодую б заморозил,

Глаза б, как звезды, вывел из орбит,

Все волосы твои бы разделил,

И каждый волос поднялся бы дыбом,

Как иглы на сердитом дикобразе,

Но то, что вечно, не должно касаться

Ушей земных. О, слушай, слушай, слушай!

Коль ты отца когда-нибудь любил…

ГАМЛЕТ

О Боже!

ПРИЗРАК

Отмсти за подлое его убийство.

ГАМЛЕТ

Убийство!

ПРИЗРАК

Убийство отвратительно всегда,

Но это неестественнее всех.

ГАМЛЕТ

Дай знать, чтоб я на крыльях, столь же быстрых,

Как размышленье иль мечты любви,

Летел бы к мести.

ПРИЗРАК

Вижу, ты готов;

Ты больше был бы вял, чем жирный плевел,

Растущий праздно возле мрачной Леты,

Коль это б не задело; Гамлет, слушай:

Сказали, что, когда я спал в саду,

Ужалила змея меня; и подло

Вся Дания обманута была

Тем измышленьем, только знай, мой сын:

Змея, тогда убившая отца,

Теперь в его короне.

ГАМЛЕТ

О, моя

Душа-пророк! Мой дядя!

ПРИЗРАК

Кровосмеситель и распутный зверь,

С умом волхва, с предателя дарами, —

О, ум порочный и дары, что могут

Так соблазнять! — он к похоти склонил

Мою, на вид чистейшую, супругу.

О Гамлет, сын, какое же паденье!

Меня, любовь которого достойна

Была той клятвы, что я ей давал,

С ней в брак вступая, взять и променять

На негодяя, в ком природный дар

Бедней, чем мой! Не сдвинешь добродетель,

Пусть вожделенье примет образ райский,

Но похоть, даже рядом с херувимом,

Пресытится на том небесном ложе

И вдруг начнет отбросами питаться.

Но тише! Чую утренний я воздух

И буду краток: спал в своем саду,

В послеобеденный обычный час,

Спокойно я, когда пришел твой дядя

С проклятым соком белены в сосуде,

И в раковины влил моих ушей

Отвар он ядовитый, что врагом

Становится для крови человека;

Тот быстрый, словно ртуть, отвар проходит

Через врата и все дороги тела,

И свертывает он с внезапной силой,

Подобно кислым каплям в молоке,

Кровь жидкую: так он мою свернул,

И струпья, как древесною корой,

Покрыли, словно был я прокаженным,

Собою тело гладкое мое.

Вот так рукою брата я тогда

Лишен был жизни, трона, королевы,

Сражен в расцвете своего греха,

Без причащенья и соборованья,

Без исповеди, послан дать отчет

Со всеми недостатками своими.

Какой же это ужас! Ужас! Ужас!

Коль есть в тебе природа, не позволь,

Чтоб Дании державная постель

Была им ложем для кровосмешенья.

Но, как бы ни решил ты поступать,

Не строй, сын, против матери ты козней

Умом и сердцем, небу предоставь

Ее, и те шипы, что в грудь вонзились,

Пусть колют и свербят ее. Прощай!

Уж показал светляк, что утро близко,

И гасит бесполезный свой огонь.

Прощай, прощай! И помни обо мне.

(Уходит).

ГАМЛЕТ

О неба рать! Земля! И что еще?

Добавить нужно ад? Фу! Тише, сердце;

Вы, мышцы, не старейте за мгновенье,

Держитесь стойко. Помнить о тебе?

Да, бедный дух, пока есть память в этом

Безумном шаре. Помнить о тебе?

Я со скрижалей памяти моей

Все записи обычные сотру,

Все книжные слова, все отпечатки,

Что наблюденья юности внесли,

И лишь один приказ твой пусть наполнит

Весь том, всю книгу мозга моего,

Не смешан с низким, небом я клянусь!

О пагубная женщина! И ты,

Проклятый и улыбчивый подлец!

Мои таблички, дайте записать,

Что можно улыбаться, улыбаться

И подлецом быть — в Дании возможно.

Вы, дядя, здесь. Теперь же — мой девиз;

"Прощай, прощай! И помни обо мне".

Клянусь я.

(Входят ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ).

ГОРАЦИО

Милорд, милорд…

МАРЦЕЛЛ

Принц Гамлет…

ГОРАЦИО

Хранит пусть небо!

ГАМЛЕТ

Да будет так!

МАРЦЕЛЛ

Эгей, вы где, милорд?!

ГАМЛЕТ

Эгей! Сюда, малыш, сюда.

МАРЦЕЛЛ

Что было, принц?

ГОРАЦИО

Что скажете, милорд?

ГАМЛЕТ

Чудесно!

ГОРАЦИО

Расскажите нам, милорд.

ГАМЛЕТ

Вы проболтаетесь.

ГОРАЦИО

Никак, милорд, клянусь.

МАРЦЕЛЛ

Никак, милорд.

ГАМЛЕТ

Подумало бы сердце человека?

Но точно сохраните это в тайне?

ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ

Милорд, клянемся небом.

ГАМЛЕТ

Нет в Дании такого подлеца,

Чтоб не был он мошенником отпетым.

ГОРАЦИО

Не нужно, чтобы рассказать об этом,

Вставать из гроба призраку.

ГАМЛЕТ

Вы правы;

Считаю, что без лишних церемоний

Пожать нам нужно руки и расстаться:

И вам идти, куда дела укажут,

Ведь быть должны у каждого дела

Какие-то; что ж до меня, бедняги,

Пойду я помолюсь.

ГОРАЦИО

Все это рой сумбурных слов, милорд.

ГАМЛЕТ

Мне жаль, что обижают вас они;

Да, очень жаль.

ГОРАЦИО.

Милорд, здесь нет обиды.

ГАМЛЕТ

Клянусь Святым я Патриком, что есть,

Да и большая; что же до виденья,

Скажу я вам, что это честный призрак;

Желанье знать, что было между нами,

Вы как-то пересильте; а теперь,

Раз вы друзья, студенты и солдаты,

Есть просьба у меня.

ГОРАЦИО

И мы исполним.

ГАМЛЕТ

Не говорить, что видели сегодня.

ГОРАЦИО и МАРЦЕЛЛ

Мы этого не сделаем.

ГАМЛЕТ

Клянитесь.

ГОРАЦИО

Милорд, не буду.

МАРЦЕЛЛ

Я, милорд, не буду.

ГАМЛЕТ

Вот, на мече.

МАРЦЕЛЛ

Ведь мы клялись, милорд.

ГАМЛЕТ

Клянитесь на мече моем.

ПРИЗРАК (под сценой)

Клянитесь.

ГАМЛЕТ

Ты, парень, тоже это говоришь?

Послушайте-ка малого из люка,

Клянитесь.

ГОРАЦИО

В чем же клясться нам, милорд?

ГАМЛЕТ

Не говорите, что вы здесь видали;

Клянитесь на мече моем.

ПРИЗРАК (под сценой)

Клянитесь.

ГАМЛЕТ

Здесь и везде? Давайте перейдем.

Сюда идите, господа, и снова

Вы положите руки мне на меч:

Не говорите, что здесь услыхали;

Клянитесь на мече моем.

ПРИЗРАК (под сценой)

Клянитесь.

ГАМЛЕТ

Да, старый крот! Так быстро можешь рыть?

Достойнейший сапер! Опять уйдем.

ГОРАЦИО

О день и ночь, все это очень странно!

ГАМЛЕТ

Как странника, приветствуйте его;

Горацио, побольше есть на свете,

Чем вашей философии приснилось;

Клянитесь — да хранит вас милосердье, —

Что, как бы странно я себя не вел

(Ведь в будущем, возможно, захочу я

Придать себе весьма нелепый вид),

Не станете, меня таким увидев,

Вы головой таинственно качать,

Произнося загадочные фразы

"Ну да, мы знаем", или "Мы могли бы,

Вам рассказать, когда бы захотели",

Или другим двусмысленным намеком

Показывая: что-то вам известно.

Не надо — и храни вас благодать;

Клянитесь.

ПРИЗРАК (под сценой)

Клянитесь.

ГАМЛЕТ

Смятенный дух, будь в мире!

(Они клянутся).

Господа,

С любовью я себя вверяю вам,

И все, что может сделать бедный Гамлет,

Чтоб выразить свою любовь и дружбу,

Я сделаю; идемте вместе в замок;

Свои держите пальцы на губах.

Век вывихнут, и как не проклинать

Мне то, что я рожден его вправлять?!

Идемте же все вместе.

(Уходят).

Входят ПОЛОНИЙ и его слуга РЕЙНАЛЬДО.

ПОЛОНИЙ

Вот деньги и письмо ему, Рейнальдо.

РЕЙНАЛЬДО

Я передам, милорд.

ПОЛОНИЙ

Поступите на удивленье мудро,

Коль ранее вы наведете справки

О поведении его.

РЕЙНАЛЬДО

Так и хотел я.

ПОЛОНИЙ

Отлично сказано; и вот что, сэр:

Сперва узнайте про датчан в Париже —

Кто там живет и как, где квартируют,

Проводят время, сколько тратят денег,

И выяснив окольными путями,

Что сына знают, приступайте к делу,

Оставив все отдельные вопросы;

Прикиньтесь, что знакомы с ним вы мало;

К примеру: "Знаю я его отца,

Его друзей, отчасти и его".

Вы поняли, Рейнальдо?

РЕЙНАЛЬДО

Да, милорд.

ПОЛОНИЙ

Отчасти и его, да очень плохо.

Но все же знаю, что он необуздан,

Испорчен тем и сем”; и возведите

Вы на него любые небылицы,

Но не такие, что пятнают честь;

Лишь говорите о грехах обычных,

Что часто, знаем, пребывают в свите

У юных лет.

РЕЙНАЛЬДО

Не об игре ль азартной?

ПОЛОНИЙ

О ней, о сквернословии и пьянстве,

Дуэлях, шлюхах можете сказать.

РЕЙНАЛЬДО

Милорд, но это запятнает честь.

ПОЛОНИЙ

Нисколько, если это вы смягчите.

Не надо предаваться клевете

О том, что он творит грехи открыто;

Я не об этом — вы грехи представьте

Всего лишь как ошибки вольной жизни,

Как вспышки разгоревшейся души,

Как буйство в необузданной крови.

Ведь так у всех.

РЕЙНАЛЬДО

Но, добрый мой милорд…

ПОЛОНИЙ

Зачем так делать?

РЕЙНАЛЬДО

Да, хочу узнать.

ПОЛОНИЙ

Я просто, сэр, вот к этому клоню.

По-моему, вполне законный способ —

Лишь только будет он слегка запятнан,

Как может вещь грязниться под отделкой,

Тогда

Тот собеседник, с кем вы говорите,

Коль замечал он эти преступленья

За юношей, что вами обвинен,

Прервет вам речь, наверное, вот так:

"Милейший сэр", "друг" или "джентльмен",

Как это принято в его стране

И как он сам привык.

РЕЙНАЛЬДО

Милорд, отлично.

ПОЛОНИЙ

А после он сделает вот что... он сделает… что я хотел сказать? Клянусь мессой, я хотел что-то сказать. На чем умолк я?

РЕЙНАЛЬДО

На "прервет вам речь",

“Друг” или “джентльмен”.

ПОЛОНИЙ

“Прервет вам речь" — конечно , черт возьми!

Он скажет вам: "Я знаю джентльмена;

Его вчера я видел иль на днях,

Тогда-то, с кем-то, и, как вы сказали,

Играл на деньги он иль выпивал,

За теннисом бранился", иль, возможно,

"Я видел, он входил в торговый дом" —

В публичный то есть — что-нибудь такое.

Наживка лжи поймает карпа правды;

Так мы, те, кто мудры и дальновидны,

Бьем в цель не по прямой, а по косой,

Кривым путем до истины доходим.

Вы, моему последовав совету,

Проверите мне сына. Вам понятно?

РЕЙНАЛЬДО

Милорд, понятно.

ПОЛОНИЙ

С Богом, и прощайте.

РЕЙНАЛЬДО

Милорд!

ПОЛОНИЙ

За ним следите втихомолку.

РЕЙНАЛЬДО

Смогу.

ПОЛОНИЙ

Пусть музицирует один.

РЕЙНАЛЬДО

Хорошо, милорд.

ПОЛОНИЙ

Прощайте!

(РЕЙНАЛЬДО уходит. Входит ОФЕЛИЯ).

Офелия, в чем дело? Что случилось?

ОФЕЛИЯ

Я так была напугана, милорд!

ПОЛОНИЙ

Напугана, но чем, во имя Бога?

ОФЕЛИЯ

Когда я шила в горнице своей,

Принц Гамлет в незастегнутом камзоле,

Без шляпы и в запачканных чулках,

Спустившихся почти что до лодыжек,

Коленями стуча, бледней сорочки,

С ужасным выражением лица,

Как будто только что бежал из ада

О муках рассказать, вошел ко мне.

ПОЛОНИЙ

Сошел с ума он, и от страсти к вам?

ОФЕЛИЯ

Милорд, не знаю, но боюсь, что так.

ПОЛОНИЙ

Что он сказал?

ОФЕЛИЯ

Взял за руку меня, к себе прижал;

Затем он на длину своей руки

Вдруг отступил и, приложив ко лбу

Другую руку, мне смотрел в лицо,

Рисуя словно; долго так стоял

Он, наконец слегка пожал мне руку

И трижды головой качнул вот так,

Вздох издавая, грустный и глубокий,

Как будто вздох тот тело разрушал,

Смерть принося; меня он отпустил

И, голову вбок странно повернув,

Он, кажется, без глаз нашел дорогу;

Без их поддержки вышел он за дверь,

Их свет все направляя на меня.

ПОЛОНИЙ

Идем со мной и короля поищем

Здесь просто исступление любви,

Что бурною игрой себя же губит,

Толкая на безумные поступки,

Как и любая страсть под этим небом,

Что поражает нас: мне очень жаль…

Не говорили резких слов ему?

ОФЕЛИЯ

О нет, милорд, но, как вы повелели,

Не принимала писем, приходить

К себе не позволяла.

ПОЛОНИЙ

Вот и спятил.

Мне жаль, что не судил поосторожней

О нем я; думал, с вами он играет

И хочет погубить. Нет, к черту ревность!

И нашим старым свойственно годам

Хватать в своих сужденьях через край,

Как то всегда бывает с молодыми

В поспешности их; к королю идемте.

Он должен знать; тая любви дела,

Намного больше принесем мы зла.

Идемте.

(Уходят).

Трубы. Входят КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА, РОЗЕНКРАНЦ, ГИЛЬДЕНСТЕРН и свита.

КОРОЛЬ

Привет вам, Розенкранц и Гильденстерн

Не только лишь увидеть вас желанье,

А и нужда заставила вас вызвать

Для помощи; вы слышали уже

О Гамлета большом преображеньи;

И внутренне, и внешне он не тот,

Каким был раньше; что еще, помимо

Отцовской смерти, сильно увело

Его от понимания себя,

Не знаю я; прошу я вас обоих,

Поскольку с ранних лет росли вы с ним

И так ему по возрасту близки,

Любезно при дворе у нас остаться

На срок короткий, чтобы рядом с вами

Втянулся в развлеченья он и чтобы

По случаю могли вы разузнать,

Что мучает, незримо нам, его;

Недуг мы исцелили бы, раскрыв.

КОРОЛЕВА

Он очень много говорил о вас;

Уверена, что больше нет людей,

К кому он так привязан; если вам

Приятно проявленье доброй воли,

Чтоб с нами это время провести,

Надежду нашу увенчав успехом,

За пребыванье отблагодарим

По-королевски мы.

РОЗЕНКРАНЦ

Величеств ваших

Власть — та, что вы имеете над нами,

Дает вам право грозно приказать,

А не просить.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Мы оба служим вам;

Положим мы с повиновеньем полным

Свои услуги возле ваших ног,

Лишь ожидая ваших приказаний.

КОРОЛЬ

Спасибо, Розенкранц и Гильденстерн.

КОРОЛЕВА

Спасибо, Гильденстерн и Розенкранц,

И я прошу вас навестить скорей

Столь изменившегося сына. — Кто-то

Из вас пускай проводит их к нему.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Пусть небо сделает занятья наши

Ему полезными.

КОРОЛЕВА

О да, аминь!

(РОЗЕНКРАНЦ, ГИЛЬДЕНСТЕРН и несколько человек из свиты уходят. Входит ПОЛОНИЙ).

ПОЛОНИЙ

Уж из Норвегии послы, милорд,

Сюда вернулись, радость принеся.

КОРОЛЬ

Ты был всегда отцом вестей благих.

ПОЛОНИЙ

Я был, милорд? Поверьте, мой сеньор,

Мой долг, равно как и душа моя,

Принадлежат лишь королю и Богу;

И думаю — иначе бедный мозг

Не ловит политическую дичь

Уж так, как раньше — что я смог найти

Причину точную безумья принца.

КОРОЛЬ

О, расскажи, я жажду это слышать.

ПОЛОНИЙ

Пускай сюда сперва войдут послы;

Моя же весть для пира фруктом будет.

КОРОЛЬ

Сам окажи им милость и введи.

(ПОЛОНИЙ уходит).

Сказал он мне, Гертруда, что нашел

Причину сына вашего болезни.

КОРОЛЕВА

Боюсь, причина главная все та же:

Смерть короля и наш поспешный брак.

КОРОЛЬ

Проверим.

(ПОЛОНИЙ возвращается вместе с послами).

Вам привет, мои друзья!

Что, Вольтиманд, везете от Норвежца?

ВОЛЬТИМАНД

Его ответ на ваши пожеланья.

Услышав нас, велел он прекратить

Набор солдат, который представлялся

Ему как проводимый против Польши,

Но, лучше рассмотрев, он убедился,

Что против вас, и опечален тем,

Как возраст дряхлый и недуг его

Использованы были для обмана;

Он выговор отправил Фортинбрасу,

Который тут же дяде дал обет,

Что больше против вас он никогда

Оружия и войска не поднимет;

За это полный радости Норвежец

Три тысячи ему назначил крон

И поручил на них нанять солдат,

Чтоб с ними отправляться на Поляка,

И просьбу изложил свою в бумаге,

Чтоб вы ему позволили пройти

Для этого через свои владенья

С условьем соблюдения порядка,

Как здесь изложено.

КОРОЛЬ

Довольны мы;

Во время подходящее прочтем

Бумагу и подумаем над этим;

Благодарим вас за исправный труд;

Вы дома, ночью попируем вместе.

Ступайте!

(Послы уходят).

ПОЛОНИЙ

Дело славно завершилось.

Сеньор и госпожа, твердить о том,

Что есть король и что такое долг,

Что день есть день, ночь — ночь, а время — время, —

Лишь трата ночи, времени и дня;

Поскольку краткость — есть душа ума,

А многословье — внешние прикрасы,

Я буду краток: да, ваш сын безумен,

Ведь в чем же суть безумья, как не в том,

Чтоб совершенно не сойти с ума?

КОРОЛЕВА

Побольше сути, менее искусства.

ПОЛОНИЙ

Мадам, но я не пользуюсь искусством.

Что он безумен — к сожаленью, правда;

И жаль, что правда: глупый оборот;

Расстанусь с ним, чтоб не было искусства.

Он — сумасшедший; нам же остается

Узнать причину этого эффекта,

Или причину этого дефекта,

Который дефективен по причине.

Так надо сделать, и таков итог.

Имею дочь я, раз ее имею, —

Что, выполняя свой дочерний долг,

Дала мне это; делайте свой вывод.

"Небожительнице и кумиру моей души, прекраснейшей Офелии…" Это дурная фраза, мерзкая фраза; "прекраснейшая" — это мерзкое слово, но вы сейчас услышите. Вот, "на ее великолепной белой груди, эти…” и т. д.

КОРОЛЕВА

То Гамлет ей послал?

ПОЛОНИЙ

Мадам, вы потерпите: буду точен.

"Не верь, что звезды — пламя,

Что движется луна.

Нет истины над нами;

Одна любовь верна.

О, дорогая Офелия, меня тошнит от этих строк; я не умею рифмовать свои стоны, но я люблю тебя больше всех на свете, о, самая лучшая, поверь в это. Прощай. Твой навеки, самая дорогая госпожа, пока эта машина принадлежит ему, Гамлет”.

В знак послушанья дочь дала мне это,

И, более того, его признанья

Пересказала мне и назвала,

Когда, и где, и как он объяснялся.

КОРОЛЬ

И как же приняла она любовь?

ПОЛОНИЙ

Что обо мне вы можете сказать?

КОРОЛЬ

Что человек ты верный и достойный.

ПОЛОНИЙ

Я был бы рад им быть. Но что бы вы

Сказали, если б, видя страсть в полете —

Ведь я заметил, должен вам признаться,

Все это до ее еще рассказа, —

Чтоб вы сказали или королева,

Коль стал бы я столом им и блокнотом,

Заставил сердце онеметь, ослепнуть

Или смотрел на них я праздным взглядом?

Что бы вы могли сказать? За дело взялся

Я, молодой сударыне велев:

"Знай, Гамлет — принц, он не твоей звезды;

Так не должно быть"; дал я наставленья

Ей запереться от него на ключ,

Посланцев не впускать, не получать

Подарков, и вняла моим советам

Она, а он, что был отвергнут ею,

В тоску впал, а затем и в долгий пост,

Спать перестал, а после ослабел,

Рассеян стал, и так по нисходящей

В безумье впал, где он и пребывает,

О чем скорбим.

КОРОЛЬ

По-вашему, все так?

КОРОЛЕВА

Так может быть, все очень вероятно.

ПОЛОНИЙ

Когда-то было, я хотел бы знать,

Чтоб точно я сказал: "Все это так",

А вышло бы иначе?

КОРОЛЬ

Не припомню.

ПОЛОНИЙ (указывая на свою голову и свое плечо)

Разъедините это, коль так выйдет.

Коль обстоятельства помогут, я

Найду, где скрыта правда, пусть она

Внутри Земли.

КОРОЛЬ

Как нам узнать побольше?

ПОЛОНИЙ

Порой часа четыре он гуляет

В передней здесь.

КОРОЛЕВА

Да, это так и есть.

ПОЛОНИЙ

Тогда к нему я дочь и приведу;

Мы с вами встанем за ковром аррасским,

Чтоб наблюдать; коль он ее не любит

И не от этого сошел с ума,

Пускай вторым не буду в государстве,

А стану фермером.

КОРОЛЬ

Понаблюдаем.

(Входит ГАМЛЕТ).

КОРОЛЕВА

Взгляните: грустно он идет, читая.

ПОЛОНИЙ

Прочь уходите, оба уходите;

Я за него возьмусь; оставьте нас.

(КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА и свита уходят).

Как поживает добрый принц мой Гамлет?

ГАМЛЕТ

Слава Богу, хорошо.

ПОЛОНИЙ

Вы знаете меня, милорд?

ГАМЛЕТ

Отлично знаю, вы торговец рыбой.

ПОЛОНИЙ

Только не я, милорд.

ГАМЛЕТ

Тогда я хотел бы, чтобы вы были таким же честным.

ПОЛОНИЙ

Честным, милорд?

ГАМЛЕТ

Да, сэр, в этом мире быть честным — значит быть единственным из десяти тысяч.

ПОЛОНИЙ

Совершенно верно, милорд.

ГАМЛЕТ

Ибо, если и солнце заводит личинок в дохлой собаке, будучи богом, целующим падаль… есть ли у вас дочь?

ПОЛОНИЙ

Есть, милорд.

ГАМЛЕТ

Не позволяйте ей гулять под солнцем: зачатие — это благословение, но не то, какое может быть у вашей дочери; присмотрите за ней, приятель.

ПОЛОНИЙ (в сторону)

Что вы на это скажете? Все о моей дочери; но он не сразу узнал меня: он сказал, что я торговец рыбой; он плох, очень плох. А ведь, по правде говоря, в юности я много страдал из-за любви; очень похоже на его состояние; я поговорю с ним снова. — Что вы читаете, милорд?

ГАМЛЕТ

Слова, слова, слова.

ПОЛОНИЙ

А в чем там дело, милорд?

ГАМЛЕТ

Между кем?

ПОЛОНИЙ

Я о том, что вы читаете, милорд.

ГАМЛЕТ

Клевета, сэр; ибо этот негодяй сатирик утверждает, что у стариков седые бороды, что их лица покрыты морщинами, что их глаза источают густую смолу и сливовый клей, и что им явно не хватает ума, а также что у них очень слабые ляжки; во все это, сэр, я очень сильно и от всей души верю, но все же считаю нечестным излагать это. Ибо вы, сэр, стали бы таким же старым, как я, если бы, подобно крабу, могли пятиться назад.

ПОЛОНИЙ (в сторону)

Хотя это и безумие, но в нем есть свой метод. — Не уйти ли вам с холода, милорд?

ГАМЛЕТ

В могилу?

ПОЛОНИЙ (в сторону)

Действительно уйти с холода. Как удачны иногда бывают его ответы! Меткость, которую часто получает безумие и которой разум и святость овладеть не способны. Я оставлю его и найду способ устроить ему неожиданную встречу с моей дочерью. — Мой достопочтенный принц, я смиренно покидаю вас.

ГАМЛЕТ

Вы не можете, сэр, отнять у меня что-то, с чем я расстался бы с большей охотой, кроме жизни, кроме жизни, кроме жизни.

ПОЛОНИЙ

Всего хорошего, милорд.

ГАМЛЕТ

Эти многословные старые дураки!

(Входят РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

ПОЛОНИЙ

Вы ищете принца Гамлета? Вот он.

РОЗЕНКРАНЦ (обращаясь к ПОЛОНИЮ)

Храни вас Бог, сэр!

(ПОЛОНИЙ уходит).

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Высокочтимый принц!

РОЗЕНКРАНЦ

Дражайший принц!

ГАМЛЕТ

Друзья! Как поживаешь, Гильденстерн?

А, Розенкранц! Как вы пожить смогли?

РОЗЕНКРАНЦ

Как дети незаметные земли.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Тем счастливы мы, что у нас нет счастья;

Нет, мы не бант на колпаке Фортуны.

ГАМЛЕТ

Но и не подошвы ее туфель?

РОЗЕНКРАНЦ

Ни то, ни другое, милорд.

ГАМЛЕТ

Значит, вы живете около ее пояса или посреди ее милостей?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Ее приватные лица — это мы.

ГАМЛЕТ

В тайных уголках Фортуны? О, совершенно верно, ведь она — шлюха. Какие есть новости?

РОЗЕНКРАНЦ

Никаких, милорд, кроме того, что мир стал честным.

ГАМЛЕТ

Значит, близок Судный день, но эти ваши новости не соответствуют действительности. Позвольте мне задать более конкретный вопрос: чем вы, добрые мои друзья, провинились перед Фортуной, что она отправила вас сюда, в тюрьму?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

В тюрьму, милорд?

ГАМЛЕТ

Дания — это тюрьма.

РОЗЕНКРАНЦ

Тогда весь мир — тюрьма.

ГАМЛЕТ

И хорошая, в которой много казематов, камер и подземелий, а Дания — одно из худших.

РОЗЕНКРАНЦ

Мы так не думаем, милорд.

ГАМЛЕТ

Что ж, тогда для вас этого нет; ибо нет ничего ни хорошего, ни плохого, но мысль делает их таковыми. Для меня она — тюрьма.

РОЗЕНКРАНЦ

Значит, ваше честолюбие делают ее тюрьмой; она слишком тесна для вашего ума.

ГАМЛЕТ

О Боже, я мог бы быть заключен в скорлупу ореха и считал бы себя королем бесконечного космоса, если бы мне не снились дурные сны.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Эти сны на самом деле и являются честолюбием, ибо сама суть честолюбца — просто тень мечтательного сна.

ГАМЛЕТ

Сон сам по себе — лишь тень.

РОЗЕНКРАНЦ

Воистину, и, по-моему, честолюбие создано из такой воздушной и легкой субстанции, что оно всего лишь тень у тени.

ГАМЛЕТ

Тогда наши нищие материальны, а наши монархи и перехваленные герои — это тени нищих. Не пойти ли ко двору? Ибо, клянусь Богом, я не могу рассуждать.

ОБА

Мы будем служить вам.

ГАМЛЕТ

Не нужно. Я не хочу равнять вас с остальными моими слугами, ибо, скажу вам честно, прислуживают мне ужасно. Но, говоря избитым языком дружбы, что привело вас в Эльсинор?

РОЗЕНКРАНЦ

Мы хотели навестить вас, милорд; никакой другой причины.

ГАМЛЕТ

Такой нищий, как я, беден по части благодарности; но благодарю вас: хотя, конечно, дорогие друзья, моя благодарность не стоит и полпенни. За вами не посылали? Это ваше собственное решение? Вы посетили меня по доброй воле? Ну, говорите со мной честно; ну, ну, да говорите же.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Что мы должны сказать, милорд?

ГАМЛЕТ

Что угодно, но только по делу. За вами посылали, и в ваших взглядах есть что-то вроде признания, которое ваша скромность не сумела полностью скрыть; я знаю, что добрые король и королева послали за вами.

РОЗЕНКРАНЦ

С какой целью, милорд?

ГАМЛЕТ

Об этом вы и должны мне сказать; но, заклинаю вас правами нашего товарищества, согласием нашей юности, обязательствами нашей нерушимой любви и тем еще более дорогим, чем стал бы заклинать вас более искушенный человек, честно и прямо ответьте мне, посылали за вами или нет.

РОЗЕНКРАНЦ (ГИЛЬДЕНСТЕРНУ)

Что скажешь?

ГАМЛЕТ (в сторону)

Ну, теперь я слежу за вами. (Громко). Если вы любите меня, ничего не скрывайте.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Милорд, за нами посылали.

ГАМЛЕТ

Я скажу вам, почему; таким образом, я предупрежу разоблачение вашей тайны, и ваше обещание королю и королеве не потеряет ни единого перышка. Я в последнее время — почему, сам не знаю — утратил всю свою веселость, забросил все привычные занятия; и, ей-богу, у меня стал такой тяжелый характер, что это прекрасное строение, Земля, кажется мне бесплодным мысом; этот превосходнейший полог, воздух, взгляните-ка, этот великолепный, висящий над нами небосвод, эта величественная крыша, выложенная золотым огнем, кажется мне ничем иным, как гнусным и ядовитым скоплением паров. Что за мастерское создание — человек, как благороден разумом, как безграничен в своих способностях, как выразительны, восхитительны его внешность и движения! Как в действии он подобен ангелу! Как в понимании он подобен Богу! Красота мира, образец для живых существ! Однако что мне это существо, чьей квинтэссенцией будет прах? Люди не удовлетворяют меня, в том числе и женщины, хотя, судя по вашим улыбкам, вы, кажется, собираетесь так сказать.

РОЗЕНКРАНЦ

Милорд, у меня и в мыслях не было ничего подобного.

ГАМЛЕТ

Почему же вы тогда рассмеялись, когда я сказал: "Люди не удовлетворяют меня"?

РОЗЕНКРАНЦ

Я подумал, милорд, что, если это так, то какой постный прием получат от вас актеры. Мы обогнали их по дороге; они едут сюда, чтобы предложить вам свои услуги.

ГАМЛЕТ

Тот, кто играет короля, будет желанным гостем — его величество получит от меня должное; странствующий рыцарь пустит в дело меч и щит; любовник не будет даром вздыхать; меланхолик успокоится в конце роли; комик должен рассмешить тех, кого щекочет смех; а леди должна свободно высказывать то, что думает, даже если белый стих захромает. Что это за актеры?

РОЗЕНКРАНЦ

Как раз те, кто обычно удовлетворял вас, — столичные трагики.

ГАМЛЕТ

Почему же они странствуют? Их обычное место было бы им выгоднее и для славы, и для прибыли — в обоих отношениях.

РОЗЕНКРАНЦ

Я думаю, что их отъезд был вызван новой модой.

ГАМЛЕТ

Неужели на них не такой спрос, как тогда, когда я был в столице?

РОЗЕНКРАНЦ

Нет, совсем не такой.

ГАМЛЕТ

Почему? Неужто протухли?

РОЗЕНКРАНЦ

Нет, хороши, как и раньше; но появился, сэр, целый выводок детей, маленьких соколят, которые кричат самым высоким голосом, и за это им неистово аплодируют; они сейчас в моде, и так ругают обычные театры — как они их называют, — что многие из тех, кто носит шпаги, боятся насмешек от гусиных перьев и не решаются туда приходить.

ГАМЛЕТ

Что, это дети? Кто же их содержит? Как им платят? Будут ли они заниматься этим ремеслом только до тех пор, пока могут петь? Не скажут ли они потом, когда вырастут и станут обычными актерами (как это чаще всего бывает, если только у них не будет лучших средств к существованию), что их писатели причиняют им зло, заставляя их выступать против своего собственного будущего?

РОЗЕНКРАНЦ

Скажу по правде, тут с обеих сторон было много сделано; и народ не считает грехом натравливать их друг на друга; одно время не платили денег, если поэт и актер в споре не доходили до драки.

ГАМЛЕТ

Неужели это возможно?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

О, там передрались до потери мозгов.

ГАМЛЕТ

И мальчики побеждают?

РОЗЕНКРАНЦ

Да, побеждают, милорд; в том числе Геркулеса с его ношей.

ГАМЛЕТ

Здесь нет ничего странного, ибо мой дядя — король Дании и те, кто кривился, глядя на него, пока был жив мой отец, теперь дают двадцать, сорок, пятьдесят, сто дукатов за его портрет в миниатюре. Черт возьми, в этом есть что-то сверхъестественное, если бы только философия могла это понять.

(За сценой звучат трубы).

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Вот и актеры.

ГАМЛЕТ

Джентльмены, добро пожаловать в Эльсинор; давайте же руки. Внешнее радушие — это светскость и церемонность; позвольте мне обращаться с вами таким образом, иначе мое отношение к актерам, которое, уверяю вас, скажется и на моем обхождении с ними, засверкает сильнее, чем прием, оказанный вам. Добро пожаловать; но мои дядя-отец и тетка-мать ошибаются.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

В чем, мой дорогой принц?

ГАМЛЕТ

Я помешан только при норд-норд-весте; когда ветер дует с юга, я отличаю сокола от цапли.

(Входит ПОЛОНИЙ).

ПОЛОНИЙ

Да пребудет с вами счастье, джентльмены!

ГАМЛЕТ

Слушай, Гильденстерн, и ты, Розенкранц, тоже, на каждое ухо по слушателю: этот большой младенец, которого вы видите, еще не вышел из пеленок.

РОЗЕНКРАНЦ

К счастью, он вернулся к ним вторично, ибо говорят, что старик — это ребенок вдвойне.

ГАМЛЕТ

Предсказываю: он пришел, чтобы рассказать мне об актерах; вот увидите. (ПОЛОНИЮ). Вы правы, сэр: в понедельник утром; так оно и было на самом деле.

ПОЛОНИЙ

Милорд, я хочу сообщить вам новость.

ГАМЛЕТ

Милорд, я хочу сообщить вам новость: когда Росций был актером в Риме…

ПОЛОНИЙ

Сюда приехали актеры, милорд.

ГАМЛЕТ

Вздор, вздор!

ПОЛОНИЙ

Клянусь честью…

ГАМЛЕТ

И ехали актеры на ослах…

ПОЛОНИЙ

Лучшие актеры в мире — для трагических, комических, исторических, пасторальных, пасторально-комических, историко-пасторальных, трагико-исторических и трагико-комико-историко-пасторальных пьес, для пьес с соблюдением единств и для неограниченных правилами драматических поэм; Сенека у них не слишком тяжел, а Плавт не слишком легок; как при исполнении написанных ролей, так и в импровизации им нет равных.

ГАМЛЕТ

О Иеффай, судья израильский, каким сокровищем ты обладал!

ПОЛОНИЙ

Каким же сокровищем он обладал, милорд?

ГАМЛЕТ

Ну как же…

Одна единственная дочь,

Кого любил он очень.

ПОЛОНИЙ (в сторону)

По-прежнему о моей дочери.

ГАМЛЕТ

Разве я не прав, старый Иеффай?

ПОЛОНИЙ

Если вы называете меня Иеффаем, милорд, то у меня есть дочь, которую я очень люблю.

ГАМЛЕТ

Нет, из этого ничего не следует.

ПОЛОНИЙ

Что же тогда следует, милорд?

ГАМЛЕТ

Ну как же…

Как суждено,

Лишь Богу знать дано.

А потом, знаете ли…

Случилось все равно

Так, как и ждали мы давно…

Первый куплет этой благочестивой песенки покажет вам и остальное; посмотрите, вот идет мое краткое изложение.

Входят актеры.

Добро пожаловать, господа, добро пожаловать вам всем; я рад видеть вас в добром здравии; добро пожаловать, дорогие друзья. О, мой старый друг, с тех пор, как я видел тебя в последний раз, твое лицо украсилось бородой. Ты приехал в Данию, чтобы, прикрывшись ею, смеяться надо мной? Что, моя юная леди и госпожа? Клянусь Мадонной, вы, моя Мадонна, стали ближе к небесам на целый каблук с тех пор, как я в последний раз вас видел; молю Бога, чтобы ваш голос не стал, как негодная золотая монета, надтреснутым. Господа, добро пожаловать вам всем; мы не будем, как во французской соколиной охоте, бросаться на все, что увидим; мы послушаем монолог. Давайте, покажите нам свое мастерство, произнесите страстный монолог.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Какой монолог, милорд?

ГАМЛЕТ

Однажды я слушал, как ты читал мне монолог, который никогда не исполнялся на сцене, а если и исполнялся, то не больше одного раза, потому что пьеса, помнится, не понравилась толпе; для обычной публики она оказалась недоступна, как икра, но это была — как понял и я, и другие, чьи суждения в подобных вопросах ценятся повыше моих, — отличная пьеса, хорошо проработанная во всех сценах, написанная со скромностью и умением. Я помню, говорили, что строкам не хватало острой приправы, чтобы придать им вкуса, как не было и ничего такого в оборотах, чтобы обвинить автора в жеманстве; но это называли честным методом, столь же полезным, сколь и приятным, и гораздо более красивым, чем изысканным. Один монолог там мне особенно понравился, рассказ Энея Дидоне, и особенно та его часть, где он говорит об убийстве Приама. Если он жив в вашей памяти, начните вот с этой строки: дайте вспомнить, дайте вспомнить…

Свирепый Пирр, как будто зверь гирканский…

Нет, не так, но начинается с Пирра…

Свирепый Пирр, чьи черные доспехи

И мысли так напоминали ночь,

Когда лежал в зловещем он коне,

Украсил свой ужасный черный вид

Геральдикой страшней еще, и он

Багровым стал от ног до головы,

В крови был матерей, отцов, детей,

Погубленных в огне зажженных улиц,

Чей свет проклятый гибель озаряет

Своих людей; весь гневом опален

И пламенем, в запекшейся крови,

Карбункулами глаз тот адский Пирр

Искал Приама.

Итак, продолжайте.

ПОЛОНИЙ

Клянусь Богом, милорд, вы отлично читаете, с хорошими интонациями и чувством меры.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Он его нашел.

Пытался старец греков поразить,

Однако древний меч упал бессильно,

Руке не подчинившись; в бой неравный

Пирр бросился, мечом взмахнув во гневе,

Но лишь от ветра, что мечом был поднят,

Старик упал. И сразу Илион,

Как от удара этого, главой

Пылающей склонился ниц, и грохот

Тот Пирра оглушил. Взгляните! Меч,

Что опускался на главу седую

Приама, словно в воздухе застрял.

И вот, как нарисованный злодей,

Пирр, безучастный к замыслу и цели,

Бездействовал.

Но, как бывает часто перед бурей, —

Молчанье в небесах, застыли тучи,

Ветра безмолвны, а земля внизу,

Как смерть, притихла; вдруг ужасный гром

Раскалывает небо; отдохнув,

Пирр, местью побуждаемый, опять

За дело взялся; молоты циклопов

Не били по доспехах Марса так,

Им придавая крепость, как кровавый

Меч Пирра опускался на Приама.

Стыдись, стыдись, распутница Фортуна!

Ее лишите власти, боги все,

А в колесе сломайте спицы, овод,

И скиньте круг с небесного холма,

Чтоб он достался бесам!

ПОЛОНИЙ

Слишком длинно.

ГАМЛЕТ

Пошлем в цирюльню, вместе с вашей бородой; пожалуйста, продолжай; ему нравятся только джиги и похабные истории, а от остального он засыпает; продолжай, переходи к Гекубе.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Кто видел посрамленную царицу?

ГАМЛЕТ

Посрамленную царицу?

ПОЛОНИЙ

Это хорошо; "посрамленная царица" — это хорошо.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Металась босиком, пугая пламя

Потоком слез, а вместо диадемы

На голове — лишь тряпка; вместо платья

Деторожденьем изнуренный стан

Закутан в одеяло, что схватила

В минуты страха. Тот, кто это видел,

Провозгласил измену бы Фортуне.

Но если бы ее узрели боги,

Когда так злобно развлекался Пирр,

Рубя мечом ее супруга тело,

И слышали б ее внезапный крик,

То, если трогают их жизни смертных,

Тот крик бы увлажнил глаза небес

И состраданье б вызвал у богов.

ПОЛОНИЙ

Посмотрите, он изменился в лице, и у него появились слезы на глазах; прошу тебя, хватит.

ГАМЛЕТ

Отлично; скоро я попрошу тебя дочитать остальное. Милостивый государь, не позаботитесь ли о том, чтобы актеров хорошо устроили? Вы слышите, пусть с ними хорошо обращаются, ведь они — воплощение и краткая летопись эпохи; лучше получить скверную эпитафию после вашей смерти, чем их дурной отзыв, пока вы живы.

ПОЛОНИЙ

Милорд, я обойдусь с ними согласно их заслугам.

ГАМЛЕТ

Нет, малый, гораздо лучше, черт возьми. Если с каждым обращаться по заслугам, то кто избежит порки? Обращайтесь с ними согласно вашим собственным представлениям о чести и достоинстве; чем меньше они заслуживают, тем ценнее ваша щедрость. Проводите их.

ПОЛОНИЙ

Пойдемте, господа.

ПОЛОНИЙ уходит.

ГАМЛЕТ

Идите за ним, друзья; завтра мы послушаем пьесу. Слышишь, старый друг, вы можете сыграть “Убийство Гонзаго"?

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

Сделаем это завтра вечером. Ты можешь, если будет необходимо, выучить монолог из двенадцати-шестнадцати строк, которые я напишу и вставлю в текст, не правда ли?

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

Очень хорошо; ну, ступайте за этим господином, и, смотрите, не потешайтесь над ним. Добрые мои друзья, я расстаюсь с вами до вечера. Добро пожаловать в Эльсинор.

РОЗЕНКРАНЦ

Дорогой мой принц!

(Все, кроме ГАМЛЕТА, уходят).

ГАМЛЕТ

Да будет с вами Бог! Теперь один я.

Какой мерзавец я и жалкий раб!

Не стыдно ли, что здесь актер столичный

Лишь в выдумке, в каком-то страстном сне

Так душу подчинил воображенью,

Что от того лицо все изменилось:

В глазах слеза, а в облике безумье,

Надломлен голос, и движенья тела

Фантазии послушно подчинились.

И всё из-за чего? Из-за Гекубы!

Что он Гекубе, что ему Гекуба,

Чтоб так о ней рыдать? Да что б он сделал,

Имей он повод и мотив для страсти,

Как я имею? Он залил бы сцену

Слезами, растерзал бы монологом

Слух публики, с ума бы свел виновных,

Невинных ужаснул бы, и смутил бы

Несведущих, и поразил бы зренье.

А я, нечистый и тупой мерзавец,

Все здесь томлюсь мечтателем бесплодным

И все молчу, не в силах заступиться

За короля, владенья чьи и жизнь

Похищены так подло. Трус ли я?

Кто, оскорбив, мне голову пробьет?

Кто, вырвав бороду, швырнет в лицо?

Кто за нос дернет? Кто забьет мне глотку

До самых легких ложью? Кто, скажите?

Я б это принял, ибо у меня

Натура голубиная, мне желчи

Так мало, чтоб обида стала горше,

Иначе потрохами подлеца

Я б коршунов кормил. О, негодяй!

Кровавый и развратный негодяй!

Возмездье!

Какой же я осел! Ах, очень смело,

Что я, сын убиенного отца,

Взываем к мести небесами, адом,

Как шлюха, сердце речью облегчаю

И сыплю я проклятьями, как будто

Посудомойка! Тьфу на это! Тьфу!

За дело, мозг!

Я слышал, так бывало на спектаклях:

Злодеи, потрясенные игрой

До глубины своей души, немедля

Рассказывали всем о преступленьях;

Хоть лишено убийство языка,

Заговорит и молча; я актеров

Убийство, очень схожее, представить

Пред дядей попрошу; понаблюдаю

За ним, и, если он немного вздрогнет,

Все станет ясно. Дух, что я увидел, —

Быть может, дьявол; есть у черта власть

Принять любимый образ; да, возможно,

Поскольку слаб я и меланхоличен,

А он силен над душами такими,

Меня он хочет погубить; нужны

Сильней улики: тот спектакль давая,

Я совесть короля в силки поймаю.

(Уходит).

Входят КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА, ПОЛОНИЙ, ОФЕЛИЯ, РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН.

КОРОЛЬ

Не можете ли вы узнать окольно,

Зачем он то расстройство напускает,

Что нарушает дней его покой

Безумием и буйным, и опасным?

РОЗЕНКРАНЦ

Он признается, что душа в смятеньи,

Но в чем причина, говорить не хочет.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

И не заметно, чтоб желал раскрыться —

С безумьем хитрым он в себя уходит,

Когда его выводим на признанье

О том, что с ним.

КОРОЛЕВА

Он хорошо вас принял?

РОЗЕНКРАНЦ

Совсем как настоящий джентльмен.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Но принуждая быть себя любезным.

РОЗЕНКРАНЦ

Скуп на свои вопросы, но на наши

Свободно отвечая.

КОРОЛЕВА

Его вы привлекали к развлеченьям?

РОЗЕНКРАНЦ

Так получилось, что мы на пути

Актеров встретили; мы рассказали

Ему об этом, и как будто радость

Проснулась в нем; актеры при дворе,

И, полагаю, им уже велели

Играть пред ним сегодня.

ПОЛОНИЙ

Это правда;

Зовет он королевскую чету

На тот спектакль, чтоб слушать и смотреть.

КОРОЛЬ

От всей души, и мне приятно очень

Узнать, что он настроен хорошо.

Вы, господа, и дальше направляйте

Его стремленье к развлеченьям этим.

РОЗЕНКРАНЦ

Исполним все, милорд.

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят).

КОРОЛЬ

Вы, королева,

Оставьте тоже нас; уже послали

За Гамлетом мы тайно, чтобы он

Как бы случайно оказался здесь

И встретил бы Офелию; ее

Отец и я, законные шпионы,

Так спрячемся, чтоб нас не увидали,

А мы б судить могли об этой встрече

И знать по поведению его,

Любви ли муки или же другое

Страданье вызвали.

КОРОЛЕВА

Я повинуюсь.

А вам, Офелия, желаю я,

Чтоб ваша красота была причиной

Безумья, чтобы ваша добродетель

Вернула бы его на прежний путь,

Честь дав обоим.

ОФЕЛИЯ

Как бы я хотела!

(КОРОЛЕВА уходит).

ПОЛОНИЙ

Офелия, гуляйте. Государь,

Мы спрячемся.

(ОФЕЛИИ).

Читайте эту книгу;

Вид этого занятья подчеркнет

Все ваше одиночество. Не раз

Доказано, что с ликом богомольным

И святостью обсахарить мы можем

Хоть черта самого.

КОРОЛЬ (в сторону)

О, это правда!

Как бьют слова по совести моей!

Щека блудницы, если смыть румяна,

Не более уродливою будет,

Чем мой поступок, если смыть слова.

О, бремя тяжкое!

ПОЛОНИЙ

Идет он. Удалимся же, милорд.

(КОРОЛЬ и ПОЛОНИЙ уходят. Входит ГАМЛЕТ).

ГАМЛЕТ

Быть иль не быть — такой стоит вопрос.

Что благородней — молча выносить

Пращи и стрелы яростной Фортуны

Иль, взяв оружье против моря бед,

Покончить с ними? Умереть, уснуть —

Не больше, прерывая этим сном

Боль сердца вместе с тысячей страданий,

Что плоть наследует. И как не ждать

Такой развязки? Умереть, уснуть…

Уснуть! И видеть сны? Да, вот загвоздка.

Какие сны придут в том смертном сне,

Когда мы сбросим суету земную?

Лишь это нас удерживает, это

Причина всех несчастий долгой жизни.

Кто снес бы плети и насмешки века,

Зло деспота и дерзость гордеца,

Любви несчастной боль, закона спячку,

Чинуш высокомерье, и пинки,

Те, что достойный терпит от ничтожеств,

Когда он мог бы дать себе расчет

Простым кинжалом? Кто влачил бы ношу,

Кряхтя, потея под постылой жизнью,

Когда бы страх чего-то после смерти,

Страны, откуда ни один скиталец

Не возвратился, волю не смущал бы,

Ведь лучше жить средь зол, что мы имеем,

Чем к тем бежать, каких не знаем мы?

Так всех нас в трусов превращает совесть,

Решимости естественный румянец

Тускнеет под налетом мысли бледным,

И замыслы огромного размаха,

Свое теченье направляя вкось,

Теряют и названье дел… Но тише!

Офелия! В твоих молитвах, нимфа,

Да вспомнятся грехи мои.

ОФЕЛИЯ

Милорд,

Как поживала ваша честь все дни?

ГАМЛЕТ

Благодарю покорно; хорошо.

ОФЕЛИЯ

Храню воспоминания о вас,

Которые давно хочу вернуть.

Прошу, примите их.

ГАМЛЕТ

Нет, нет, не я.

Не помню, чтобы что-то вам дарил.

ОФЕЛИЯ

Вы знаете прекрасно, что дарили,

И вместе с ними сладкие слова,

Украсив их и повышая цену.

Возьмите их, весь аромат прошел;

Дары беднеют, коль даритель зол.

Вот, милорд.

ГАМЛЕТ

Ха-ха! Вы честны?

ОФЕЛИЯ

Милорд?

ГАМЛЕТ

Вы красивы?

ОФЕЛИЯ

Что имеет в виду ваша светлость?

ГАМЛЕТ

Что если вы честны и красивы, то ваша честь не должна общаться с вашей красотой.

ОФЕЛИЯ

Может ли красота, милорд, найти для общения кого-нибудь лучше чести?

ГАМЛЕТ

Да, конечно, ибо скорее сила красоты превратит честь из того, чем она является, в сводню, чем сила чести превратить красоту в свое подобие; это было парадоксом, но теперь наш век это доказывает. Я любил вас когда-то.

ОФЕЛИЯ

Воистину, милорд, вы заставляли меня в это верить.

ГАМЛЕТ

Вам не следовало мне верить, ибо добродетель не может так привиться к нашей старой породе, чтобы она в нас не сказалась. Я не любил вас.

ОФЕЛИЯ

Тем больше я была обманута.

ГАМЛЕТ

Отправляйся в монастырь. Зачем тебе разводить грешников? Сам я достаточно честен; но все же я мог бы обвинить себя в таких вещах, что лучше бы моя мать меня не рожала: я очень горд, мстителен, тщеславен, и во мне больше преступлений, чем мыслей для того, чтобы их осознать, воображения, чтобы придать им форму, или времени, чтобы воплотить их в жизнь. Зачем таким парням, как я, ползать между небом и землей? Все мы отъявленные подлецы, не верь никому из нас, ступай своей дорогой в монастырь. Где твой отец?

ОФЕЛИЯ

Дома, милорд.

ГАМЛЕТ

Пусть за ним запрут двери, чтобы он мог изображать дурака только у себя дома. Прощай.

ОФЕЛИЯ

О, помогите ему, милостивые небеса!

ГАМЛЕТ

Если ты выйдешь замуж, я дам тебе в приданое вот это проклятие: будь ты целомудренна, как лед, чиста, как снег, ты все равно не избежишь клеветы; иди в монастырь, иди; прощай. Или, если тебе нужно выйти замуж, выходи за дурака, потому что мудрые люди прекрасно знают, каких чудовищ вы из них делаете; иди в монастырь, и быстрее; прощай.

ОФЕЛИЯ

О небесные силы, исцелите его!

ГАМЛЕТ

Я наслышан и о вашей живописи, причем достаточно хорошо: Бог дал вам одно лицо, а вы создаете себе другое; у вас то джига, то иноходь, вы сюсюкаете, даете прозвища Божьим тварям, а свое распутство выдаете за наивность; убирайтесь, я больше не хочу об этом говорить, это свело меня с ума. Я заявляю, что у нас больше не будет браков: те, кто уже обручен, все, кроме одного, будут жить; остальные пусть останутся такими, какие они есть; иди в монастырь.

Уходит.

ОФЕЛИЯ

Какой здесь ум повержен! Взор вельможи,

Язык ученого и меч солдата,

Надежда и цветок державы нашей,

Зерцало моды, граций образец,

Все взоры поражавший — пал так низко!

И я, всех горше и несчастней дам,

Что мед впитала сладостных обетов,

Теперь смотрю, как тот могучий ум

Стал звоном треснувших колоколов,

Как сгублен облик юности цветущей

Безумием. Так жребий мой уныл —

Смотреть на принца, зная, кем он был!

(Выходят КОРОЛЬ и ПОЛОНИЙ).

КОРОЛЬ

Любовь? Не к ней его стремятся чувства;

Слова же, хоть немного и бессвязны,

Но не безумны; у него в душе

Плод некий меланхолия выносит,

И очень я боюсь, что плод, родясь,

Опасен будет; чтоб исправить это,

Поторопился я принять решенье:

Пускай он будет в Англию отправлен

За данью той, что мы не получили;

Моря и страны новые, быть может,

И вещи необычные изгонят

Из сердца то, что в нем укоренилось,

Из-за чего все время бьется мозг,

И так он изменился. Что ты скажешь?

ПОЛОНИЙ

Так будет хорошо, но, полагаю,

Причина и начало той печали

В любви отвергнутой. Ну что же, дочь?

Не сообщайте, что сказал вам принц;

Мы слышали. Милорд, так поступайте,

Как хочется; но все же после пьесы

Пусть королева-мать его попросит

Открыть наедине причину горя,

А я, позвольте, так устроюсь там,

Чтоб слышать разговор; коль не откроет,

Отправьте в Англию иль заточите,

Где хочется вам.

КОРОЛЬ

Очень буду рад.

Безумец знатен — пусть за ним следят.

(Уходят).

Входят ГАМЛЕТ и несколько АКТЕРОВ.

ГАМЛЕТ

Прошу вас, произнесите монолог так, как я вам его читал, — чтобы слова танцевали на языке; но если вы будете произносить всей глоткой, как это делают многие из вас, актеров, я бы предпочел, чтобы мои строки читал городской глашатай. И не слишком пилите воздух рукой — вот так; но все делайте мягко; ибо в самом потоке, буре и, как можно сказать, вихре страсти вы должны зачать и породить умеренность, которая придаст всему плавность. О, меня это оскорбляет до глубины души — слышать, как здоровенный парень с париком на голове разрывает страсть в клочья, в самые настоящие лохмотья, раскалывает уши обывателям, которые по большей части не способны воспринять ничего, кроме бессмысленных пантомим и шума: я бы хотел, чтобы такого парня высекли за то, что он переиграл Термаганта и переиродил Ирода; прошу вас, избегайте этого.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Я ручаюсь за это, ваша честь.

ГАМЛЕТ

Не будьте и слишком укрощенными, но позвольте своему здравому смыслу быть вашим наставником; сочетайте действие со словом, а слово с действием; особенно наблюдайте за тем, чтобы не преступать скромность природы, ибо всякое преувеличение изменяет цель актерской игры, которая и раньше, и сейчас была и есть — держать, так сказать, зеркало перед природой, показывать добродетели ее собственные черты, тому, что достойно презрения, его собственный образ, а самому веку и эпохе — его форму и отпечаток; и если тут хватить через край или недоделать, это, хотя и вызовет смех у невежд, не может не огорчить людей сведущих, а мнение каждого из них должно для вас перевесить целый зал остальных. О, есть актеры, чью игру я видел и слышал, которых иные хвалили, причем высоко, а между тем, да простит меня Бог, у них и речь была не как у христиан, и походка не как у христиан, не как у язычников и вообще не как у людей; они так важничали и орали, что я подумал, будто некоторые поденщики природы создали людей, но создали их плохо, настолько отвратительно они подражали роду человеческому.

ПЕРВЫЙ АКТЕР

Надеюсь, что мы до некоторой степени это исправили, сэр.

ГАМЛЕТ

О, исправьте это полностью. И пусть те, кто играет у вас комические роли, говорят не больше, чем для них написано; ибо среди них найдутся такие, которые сами будут смеяться, чтобы заставить хохотать нескольких глупых зрителей, хотя в это время нужно понять какой-то важный момент пьесы. Это злодейство, и оно показывает, какое жалкое тщеславие у дурака, который к этому прибегает. Идите приготовьтесь.

(АКТЕРЫ уходят. Входят ПОЛОНИЙ, РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

Ну что, милорд, не желает ли король послушать это произведение?

ПОЛОНИЙ

И королева тоже, причем не откладывая.

ГАМЛЕТ

Попросите актеров поторопиться.

(ПОЛОНИЙ уходит).

Не поможете ли вы оба им поторопиться?

РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН

Мы это сделаем, милорд.

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят).

ГАМЛЕТ

Эй, Горацио!

(Входит ГОРАЦИО).

ГОРАЦИО

Я здесь, милостивый государь, к вашим услугам.

ГАМЛЕТ

Горацио, ты самый благородный

Из тех, с кем доводилось мне общаться.

ГОРАЦИО

О, дорогой милорд…

ГАМЛЕТ

Нет, я не льщу.

Какую прибыль от тебя мне ждать,

Когда одной силою духовной

Ты кормишься? Зачем же льстить такому?

Пусть лижут роскошь сладким язычком

И пусть легко сгибаются колени

Там, где полезна будет лесть. Ты слышишь?

С тех пор, как дух стал в выборе свободен

И научился различать людей,

Тебя я выбрал; ты тот человек,

Кто, все терпя, как будто не страдал,

Кто благодарно беды и награды

Брал у Фортуны. О, блаженны те,

В ком так соединились кровь и разум,

Что им не дудкой быть в руке Фортуны

Ей в унисон! Найдите человека,

Который не был бы рабом страстей,

И я его возьму в глубины сердца,

Как взял тебя. Но хватит и довольно.

Дают перед королем сегодня пьесу,

Где сцена есть, что так близка к тому,

О чем ты знаешь — к гибели отца;

Прошу тебя, во время этой сцены

Со всей огромной силой наблюденья

Следи за дядей: коль свою вину

Он, монолог услышав, не раскроет,

То мы видали окаянный дух,

И так грязно мое воображенье,

Как кузница Вулкана; наблюдай.

Вопьюсь глазами я в его лицо,

А после мы с тобой объединим

Свои оценки.

ГОРАЦИО

Хорошо, милорд.

Коль скроет что-то он во время пьесы

И с тем уйдет, я заплачу за кражу.

ГАМЛЕТ

Они идут; мне нужно быть беспечным.

Давай садись.

(Трубы и литавры. Датский марш. Входят КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА, ПОЛОНИЙ и ОФЕЛИЯ).

КОРОЛЬ

Как поживает наш кузен Гамлет?

ГАМЛЕТ

Честное слово, превосходно, кормлюсь пищей хамелеона, ем воздух, переполненный обещаниями; каплунов так не накормишь.

КОРОЛЬ

Я не имею никакого отношения к этому ответу, Гамлет; это не мои слова.

ГАМЛЕТ

А теперь и не мои. (Обращаясь к ПОЛОНИЮ). Милорд, вы говорите, что в университете играли на сцене?

ПОЛОНИЙ

Играл, милорд, и считался хорошим актером.

ГАМЛЕТ

Кого же вы играли?

ПОЛОНИЙ

Я играл Юлия Цезаря и был убит на Капитолийском холме; меня убил Брут.

ГАМЛЕТ

С его стороны было очень брутально убить такого крупного теленка. Актеры готовы?

РОЗЕНКРАНЦ

Да, милорд; они ждут вашего приказания.

КОРОЛЕВА

Иди сюда, мой дорогой Гамлет, и сядь рядом со мной.

ГАМЛЕТ

Нет, матушка, здесь есть металл более притягательный.

ПОЛОНИЙ (обращаясь к КОРОЛЮ)

Ого! Вы замечаете?

ГАМЛЕТ

Леди, мне лечь к вам на колени?

ОФЕЛИЯ

Нет, милорд.

ГАМЛЕТ

Я имею в виду, мне положить голову к вам на колени?

ОФЕЛИЯ

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

Вы думаете, я имел в виду что-то скабрезное?

ОФЕЛИЯ

Я ничего не думаю, милорд.

ГАМЛЕТ

Прекрасная мысль — лежать у девушки между ног.

ОФЕЛИЯ

Что такое, милорд?

ГАМЛЕТ

Ничего.

ОФЕЛИЯ

Вы веселы, милорд.

ГАМЛЕТ

Кто, я?

ОФЕЛИЯ

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

О Боже, я несравненный ваш паяц. Что еще остается человеку делать, как не веселиться? Посмотрите, как весело смотрит моя мать, а ведь мой отец умер два часа назад.

ОФЕЛИЯ

Нет, прошло дважды по два месяца, милорд.

ГАМЛЕТ

Так много? Ну, тогда пусть дьявол носит траур, а я буду ходить в соболях. О небеса! Умер два месяца назад и еще не забыт? Значит, есть надежда, что память о великом человеке переживет его на полгода, но, клянусь владычицей, тогда он должен строить церкви; иначе о нем перестанут думать, как о коньке на палочке, чья эпитафия звучит так: "Злой рок, злой рок, забыт лихой конек".

(Играют гобои. Начинается пантомима. Входят король и королева, показывая большую любовь друг к другу; королева обнимает его, а он ее. Она опускается на колени и жестами выражает свои чувства. Он поднимает ее и склоняет голову ей на шею, затем опускается на ложе из цветов; она, видя, что он заснул, уходит. Тотчас входит человек, снимает с него корону, целует ее, вливает яд в уши короля и уходит. Возвращается королева, находит короля мертвым и жестами выражает отчаяние. Снова входит отравитель в сопровождении двух или трех статистов и делает вид, что скорбит вместе с ней. Мертвое тело уносят. Отравитель обхаживает королеву подарками; какое-то время она, кажется, не соглашается, но в конце концов принимает его любовь. Актеры уходят).

ОФЕЛИЯ

Что это означает, милорд?

ГАМЛЕТ

Черт побери, это крадущееся преступление; это означает злодеяние.

ОФЕЛИЯ

Похоже, эта пантомима показывает краткий сюжет пьесы.

(Входит ПРОЛОГ).

ГАМЛЕТ

Мы узнаем от этого парня; актеры не умеют держать язык за зубами, они рассказывают все.

ОФЕЛИЯ

Расскажет ли он нам, что означала пантомима?

ГАМЛЕТ

Да, как и про все, что вы ему покажете. Вы только не стесняйтесь показывать, а он не постесняется рассказать, что это значит.

ОФЕЛИЯ

Вы гадкий, вы гадкий; я буду смотреть пьесу.

ПРОЛОГ

За нас и за трагическую пьесу

Покорно вас моля о снисхожденьи,

Мы просим терпеливо нас послушать.

(Уходит).

ГАМЛЕТ

Это пролог или надпись на кольце?

ОФЕЛИЯ

Это краткость, милорд.

ГАМЛЕТ

Похоже на женскую любовь.

Входят два актера, король и королева.

КОРОЛЬ НА СЦЕНЕ

Уж тридцать раз объехал Феб вдали

Нептуном увлажненный шар Земли,

И тридцать дюжин лун с небес на нас

Свой свет бросали тридцать дюжин раз

С тех пор, как дал нам Гименей союз

Рук и сердец, и нет священней уз.

КОРОЛЕВА НА СЦЕНЕ

Пусть сосчитать себя заставят вновь

Не меньше раз, пока жива любовь!

Но — горе мне! — вас будто подменили:

Вы так больны, и вы не тот, кем были;

Волнуюсь я, но мой покой сейчас

Пускай, конечно, не тревожит вас.

Ведь в женщине равны любовь и страх —

Их нет или огромен их размах.

Как я люблю, вовек вам не забыть,

Но страх любви не может уступить.

Любви для страха хватит пустяка;

Коль страх велик, то любят на века.

КОРОЛЬ НА СЦЕНЕ

Тебя покинуть скоро должен я —

Свои теряет силы плоть моя.

Останешься ты жить… мир так хорош;

Достойного ты мужа обретешь

Себе, возможно…

КОРОЛЕВА НА СЦЕНЕ

О, не продолжай!

Изменой я считаю это, знай.

Второго мужа пусть себе найдет

Лишь только та, кто первого убьет.

ГАМЛЕТ

Горькая полынь.

КОРОЛЕВА НА СЦЕНЕ

К второму браку не любовь зовет,

А только самый низменный расчет.

Вторую смерть муж испытает мой,

Когда в постель придет супруг второй.

КОРОЛЬ НА СЦЕНЕ

Я верю, что слова твои честны,

Но всем ли мы решениям верны?

У памяти рабом решенье стало —

Родится сильным, но живет так мало;

Незрелый плод на землю не падет,

Но покидает ветви зрелый плод.

Мы неизбежно забываем свой

Важнейший долг перед самим собой.

То, что себе мы страстно обещаем,

Проходит, если мы свой пыл теряем.

Коль радость или скорбь сильны в душе,

Погублены их действия уже.

Где радость пляшет и скорбит печаль,

Местами поменяться им не жаль.

Не вечен мир, и странно ли тогда,

Что и любовь меняется всегда?

Судьба любовь готова направлять,

Любовь — судьбу?.. Не в силах мы узнать.

Ты пал — сбегут любимцы всех быстрей,

Удачлив — во врагах обрел друзей.

Успех — опора для любви, и тот,

Кто не в нужде, друзей себе найдет,

А горем друга испытать пустого —

Врага себе найти навеки злого.

Начало слов да станет завершеньем:

Так рознится желанье с исполненьем,

Что есть у всех намерений преграды;

Послушны планы нам — не результаты.

Ты говоришь: не нужен брак второй,

Но эта мысль исчезнет вслед за мной.

КОРОЛЕВА НА СЦЕНЕ

Пускай прощусь с едою я и светом,

Пускай мне радость будет под запретом,

Пускай надежда станет небылицей,

И сделается жизнь моя темницей,

Пускай настичь препятствие сумеет

И от того лик счастья побледнеет,

Пусть неудачи следуют за мной,

Коль, овдовев, я стану вновь женой!

ГАМЛЕТ

А если она это нарушит?

КОРОЛЬ НА СЦЕНЕ

Страшна та клятва. Но оставь меня.

Хочу укоротить я тягость дня;

Слабеют чувства.

(Засыпает).

КОРОЛЕВА НА СЦЕНЕ

Мозг пускай поспит,

И пусть несчастье нас не разлучит!

(Уходит).

ГАМЛЕТ

Мадам, как вам нравится эта пьеса?

КОРОЛЕВА

По-моему, леди слишком много обещает.

ГАМЛЕТ

О, но она сдержит свое слово.

КОРОЛЬ

Вы слышали содержание? Здесь нет ничего оскорбительного?

ГАМЛЕТ

Нет, нет, они просто шутят, отравляют в шутку; совсем ничего оскорбительного.

КОРОЛЬ

Как называется эта пьеса?

ГАМЛЕТ

“Мышеловка”. В каком, черт побери, смысле? В иносказательном. Эта пьеса изображает убийство, которое произошло в Вене. Имя герцога — Гонзаго; его жену зовут Баптиста. Вы сейчас увидите; это коварное произведение, но что из того? У нас с вашим величеством чистые души, и нас это не касается; пусть кобыла трясется, а наше седло в целости.

(Входит ЛЮЦИАН).

Это некто Люциан, племянник государя.

ОФЕЛИЯ

Вы отличный хор, милорд.

ГАМЛЕТ

Я мог бы посредничать между вами и вашим любовником, если бы следил за марионетками.

ОФЕЛИЯ

Вы остры на язык, милорд, очень остры.

ГАМЛЕТ

Вам пришлось бы постонать, чтобы притупить мое лезвие.

ОФЕЛИЯ

Да, чем хуже, тем лучше.

ГАМЛЕТ

И вашим мужьям так же. Начинай, убийца; чума, перестань корчить мерзкие рожи и начинай. Ну… "тот ворон каркает и к мести призывает".

ЛЮЦИАН

Крепка рука, и разуму не стыдно;

Подходит час, ведь никого не видно.

Ты, смесь, что из травы собрал проклятой,

Что трижды околдована Гекатой,

Природной злою магией своей

Немедля жизнь здоровую убей.

(Вливает яд в ухо спящего).

ГАМЛЕТ

Он отравляет его в саду, чтобы получить его титул; убитого зовут Гонзаго; эта история сохранилась и написана на весьма изысканном итальянском. Сейчас вы увидите, как убийца завоевывает любовь жены Гонзаго.

ОФЕЛИЯ

Король встает.

ГАМЛЕТ

Что, испугался фальшивого огня?

КОРОЛЕВА

Как чувствует себя милорд?

ПОЛОНИЙ

Прекратите играть.

КОРОЛЬ

Посветите мне, уходим!

ПОЛОНИЙ

Свет, свет, свет!

(Уходят все, кроме ГАМЛЕТА и ГОРАЦИО).

ГАМЛЕТ

Пусть плачет раненый олень,

Живой скакать достоин;

Кто спит, кто на ногах весь день,

И так весь мир устроен.

Разве это, сударь, и лес перьев на голове — если остальные мои удачи отвернутся от меня, — да две провансальские розы на моих башмаках не обеспечат мне пая в актерской труппе?

ГОРАЦИО

Половинного.

ГАМЛЕТ

Нет, цельного.

Ты знаешь, дорогой Дамон,

Юпитер вниз сошёл,

И королевский занял трон

Отменнейший… павлин.

ГОРАЦИО

Вы могли бы зарифмовать.

ГАМЛЕТ

О, добрый мой Горацио, я бы поставил на слова призрака тысячу фунтов. Ты заметил?

ГОРАЦИО

Очень хорошо, милорд.

ГАМЛЕТ

После слов об отравлении?

ГОРАЦИО

Я очень внимательно за ним следил.

ГАМЛЕТ

Ха-ха! Давайте музыку! Эй, флейтисты!

Раз королю та пьеса не по вкусу,

Она ему, конечно же, в обузу.

Давайте музыку!

(Входят РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Милостивый государь, соблаговолите выслушать одно словечко.

ГАМЛЕТ

Сэр, хоть целую историю.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Король, сэр…

ГАМЛЕТ

Да, сэр, что с ним?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Он удалился к себе в очень тяжелом состоянии.

ГАМЛЕТ

От вина, сэр?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Нет, милорд, скорее от желчи.

ГАМЛЕТ

Вы проявили бы больше мудрости, если бы сообщили это врачу, потому что, если я стану его прочищать, это, возможно, еще больше разольет ему желчь.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Милостивый государь, введите свою речь в какие-нибудь рамки и не отклоняйтесь так дико от моего дела.

ГАМЛЕТ

Смиряюсь, сэр, извольте говорить.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Королева, ваша мать, в сильнейшем душевном огорчении послала меня к вам.

ГАМЛЕТ

Добро пожаловать.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Нет, милостивый государь, эта любезность здесь неуместна. Если вам будет угодно дать мне здравый ответ, я выполню приказ вашей матери; если же нет, то ваше разрешение удалиться и мой уход станут концом моего дела.

ГАМЛЕТ

Сэр, я не могу.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Чего, милорд?

ГАМЛЕТ

Дам вам здравый ответ; мой разум болен, но, сэр, такой ответ, какой я смогу дать, будет в вашем распоряжении; или, скорее, как вы говорите, в распоряжении моей матери; поэтому не будем больше об этом, а перейдем к делу. Моя мать, говорите вы…

РОЗЕНКРАНЦ

Вот что она говорит: ваше поведение повергло ее в недоумение и изумление.

ГАМЛЕТ

О, чудесный сын, который может так изумлять свою мать! Но не следует ли что-то по пятам за изумлением этой матери?

РОЗЕНКРАНЦ

Она желает поговорить с вами в своей комнате, прежде чем вы ляжете спать.

ГАМЛЕТ

Мы должны повиноваться, будь она хоть десять раз нашей матерью. У вас есть еще к нам дело?

РОЗЕНКРАНЦ

Милорд, когда-то вы любили меня.

ГАМЛЕТ

Люблю и сейчас, клянусь грабителями и ворами.

РОЗЕНКРАНЦ

Милостивый государь, в чем причина вашего расстройства? Вы, несомненно, сами закрываете дверь перед своей свободой, если не рассказываете вашему другу о своих горестях.

ГАМЛЕТ

Сэр, мне не хватает продвижения по службе.

РОЗЕНКРАНЦ

Как это может быть, когда сам король провозгласил вас наследником датского престола?

ГАМЛЕТ

Да, сэр, но "пока трава растет, кобылка сдохнет". Пословица немного заплесневела.

(Возвращаются АКТЕРЫ с флейтами в руках).

А, флейты! Дайте мне посмотреть одну… Отойдем в сторону. Зачем вы всё время вьется вокруг, создавая ветер, как если бы хотели отправить меня в путь?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

О, милорд, если мое почтение так дерзко, значит, моя любовь слишком не воспитана.

ГАМЛЕТ

Я не совсем это понимаю. Не сыграете на этой дудке?

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Милорд, я не умею.

ГАМЛЕТ

Я прошу вас.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Поверьте мне, я не умею.

ГАМЛЕТ

Я вас умоляю.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Я не знаю, как с ней обращаться, милорд.

ГАМЛЕТ

Это так же просто, как лгать: управляете этими клапанами с помощью пальцев, вдувайте в нее воздух ртом, и она заговорит самой красноречивой музыкой; смотрите, вот клапаны.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Но я не могу извлечь из них никакой гармонии; у меня нет умения.

ГАМЛЕТ

Посмотрите же теперь, какой недостойной вещью вы меня считаете! Вы хотите играть на мне; вам кажется, что вы знаете мои клапаны; вы хотите вырвать самое сердце моей тайны; вы хотите чтобы зазвучали все мои ноты от самой нижней до самой верхней. А в этом маленьком инструменте много музыки, и у него прекрасный голос, но вы не в силах заставить его говорить. Черт побери, неужели вы думаете, что на мне легче играть, чем на дудке? Назовите меня каким угодно инструментом; хоть вы и можете раздражать меня, играть на мне вы не можете.

(Входит ПОЛОНИЙ).

Да благословит вас Бог, сэр!

ПОЛОНИЙ

Милорд, королева желает поговорить с вами, и немедленно.

ГАМЛЕТ

Видите вон то облако, у которого форма почти как у верблюда?

ПОЛОНИЙ

Клянусь мессой, оно и в самом деле похоже на верблюда.

ГАМЛЕТ

По-моему, оно похоже на ласку.

ПОЛОНИЙ

У него спина как у ласки.

ГАМЛЕТ

Или как у кита?

ПОЛОНИЙ

Совсем как у кита.

ГАМЛЕТ

Ну, в в таком случае я скоро пойду к своей матери. (В сторону). Они делают меня дураком настолько, насколько это возможно. (Вслух). Я скоро пойду.

ПОЛОНИЙ

Я так и скажу.

Уходит.

ГАМЛЕТ

Легко сказать “скоро”. Оставьте меня, друзья.

Уходят все, кроме ГАМЛЕТА.

Сейчас настало время колдовское,

Когда погосты разверзают пасти

И дышит ад на мир: могу ль теперь я

Пить кровь и совершить дела такие,

Чтоб содрогнулся день? Я к ней пойду.

О сердце, не теряй своей природы;

Пусть в грудь мне не войдет душа Нерона,

Пускай жесток я буду, но не изверг;

Метну кинжалы слов, но не убью;

Душа и речь пускай солгут друг другу.

Какие бы слова не молвил я,

Печать им не дари, душа моя!

(Уходит).

Входят КОРОЛЬ, РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН.

КОРОЛЬ

Не нравится мне он, и не должны мы

Давать безумью волю. Собирайтесь.

Велю вам подготовить полномочья,

И в Англию отправиться он с вами;

Не нужно в интересах государства,

Чтоб каждый час росла для нас опасность

Из-за его безумств.

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Мы снарядимся.

Благочестив такой священный страх,

Чтоб обеспечить безопасность многих,

Кто живы и питаются от вас.

РОЗЕНКРАНЦ

Обязана, конечно, жизнь любая

Всей силой и оружием ума

Беречь себя от бед, но много больше

Обязан тот, на чьем благополучьи

Так много жизней держится: монарх

Один не гибнет, но в водоворот

Других он тянет; он как колесо,

Что на вершине самой высочайшей

Горы стоит; к его огромным спицам

Привязаны там тысячи вещей,

И, коль падет оно, за ним те вещи

Последуют в крушеньи этом: он

Скорбит всё время лишь под общий стон.

КОРОЛЬ

Готовьтесь, я прошу, к поездке срочной;

Мы закуем в оковы этот ужас,

Что чересчур свободен.

РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН

Мы спешим.

(Уходят РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН. Входит ПОЛОНИЙ).

ПОЛОНИЙ

Милорд, в покои матери идет

Он; за ковром сейчас я тихо спрячусь,

Чтоб слышать всё — ручаюсь, что она

Его уймет; как вы сказали мудро,

Еще там кто-то должен находиться —

Ведь матери пристрастны , — и подслушать

Беседу их. Прощайте, мой сеньор;

Успею к вам зайти еще до сна

И всё вам рассказать.

КОРОЛЬ

Милорд, спасибо.

(ПОЛОНИЙ уходит).

Тяжел мой грех, смердит он к небесам;

На нем лежит древнейшее проклятье —

Убийство брата; не могу молиться,

Хотя стремлюсь всей остротою воли;

Вина мое стремленье побеждает,

И, словно я привязан к двум делам,

Застыл я, не пойму, с чего начать,

И оба запустил. Когда б рука

Еще сильней покрылась кровью брата,

Неужто в небе не было б дождя,

Чтоб стать, как снег, ей белой? Милосердье

Не для того ль, чтоб снизойти к греху?

И не двойная ли в молитве сила,

Чтоб от падения спасти и чтоб

Простить упавших? Ввысь я посмотрю.

Моя вина — в былом, но где молитва,

Чтоб мне помочь? "Прости убийства гнусность"?

Нельзя простить; я до сих пор владею

Тем, для чего я совершил убийство —

Короною, успехом, королевой.

Простить того, кто жнет плоды греха?

В потоках загрязненных мира может

Порока позлачённая десница

Суд отстранить, неправедной добычей

Купить закон, но в небесах не так;

Там нет обмана, предстает поступок

В своей природе истинной; мы сами

Должны сознаться в собственных грехах

До их нутра. Так что же остается?

Раскаянье проверить на способность?

Но если не раскаялся сам грешник?

Путь жалкий! Грудь, что, словно смерть, черна!

Завязший в клее дух, что, вырываясь,

Сильнее вязнет! Ангелы, храните!

Стальное сердце, жесткие колени,

Смягчитесь, словно мышцы у младенца!

Все может хорошо быть.

(Входит ГАМЛЕТ).

ГАМЛЕТ

Он молится — могу я сделать все;

Убью, и он отправится на небо.

И это будет месть? Обдумать надо.

Злодей отца прикончил, и за это,

Я, верный сын, отправлю негодяя

На небо — то награда, а не месть.

Отец убит был, хорошо наевшись,

С грехами, что цвели, как месяц май;

И знает про отчет его лишь небо;

Ему, согласно представленьям нашим,

Там нелегко: так разве месть свершится,

Когда свою враг очищает душу,

Готовясь к переходу в мир иной?

Нет, в ножны, меч, удар страшней изведай,

Когда он в пьяном сне или во гневе,

В кровосмесительной постельной ласке,

За руганью, игрою или чем-то

Еще, где ни намека на спасенье;

Тогда пусть к небу пятки обратятся

И пусть душа такой же будет черной,

Как ад, куда пойдет. Ждет мать родная,

Недуг твой тем лекарством продлевая.

(Уходит).

КОРОЛЬ

Слова парят, а думы снова тут;

Слова без дум наверх не попадут.

(Уходит).

Входят КОРОЛЕВА и ПОЛОНИЙ.

ПОЛОНИЙ

Сейчас придет он; вы ему скажите,

Что выходки его терпеть нам трудно

И что его прикрыла ваша милость

От гнева короля; я спрячусь тут.

С ним будьте прямы.

ГАМЛЕТ (за сценой)

Матушка моя!

КОРОЛЕВА

Ручаюсь за себя; не беспокойтесь.

Идите же; я слышу, он идет.

(ПОЛОНИЙ прячется за ковром. Входит ГАМЛЕТ).

ГАМЛЕТ

В чем дело, матушка?

КОРОЛЕВА

Ты, Гамлет, сильно оскорбил отца.

ГАМЛЕТ

Нет, это вы обидели отца.

КОРОЛЕВА

Стыдись, ты отвечаешь празднословьем.

ГАМЛЕТ

Стыдитесь вы за ваше дурнословье.

КОРОЛЕВА

Что это значит, Гамлет?

ГАМЛЕТ

Что еще?

КОРОЛЕВА

Забыл ты, кто я?

ГАМЛЕТ

Нет, клянусь крестом.

Вы королева, вы супруга дяди,

И — если бы не так! — вы мать моя.

КОРОЛЕВА

Тогда пришлю я тех, кто объяснит.

ГАМЛЕТ

Садитесь; нет, не тронетесь вы с места,

Пока я не поставлю перед вами

То зеркало, где вашей суть души.

КОРОЛЕВА

Что хочешь ты? Ты не убьешь меня?

На помощь, эй!

ПОЛОНИЙ (за ковром)

Скорей, скорей на помощь!

ГАМЛЕТ

Что, крыса? Очень рад.

Мертва, поставлю я дукат!

(Пронзает ковер мечом).

ПОЛОНИЙ (за ковром)

О, я убит!

КОРОЛЕВА

О боже, что ты сделал?

ГАМЛЕТ

Не знаю. Там король?

КОРОЛЕВА

Кровавый, опрометчивый поступок!

ГАМЛЕТ

Когда король убит, чем лучше, мать,

Женою его брата подло стать?

КОРОЛЕВА

Когда король убит?

ГАМЛЕТ

Да, так сказал я.

(Приподнимает ковер и видит ПОЛОНИЯ).

Прощай, назойливый и жалкий дурень!

За высшего ты принят; принимай

Свою судьбу — опасно так стараться.

— Не мните руки; лучше тихо сядьте

И мне позвольте сердце ваше мять.

Так поступлю я, если это сердце

Еще не затвердело, словно медь,

Привыкнув недоступным быть для чувства.

КОРОЛЕВА

В чем я виновна, что нелепо мелешь

Ты языком и груб ко мне?

ГАМЛЕТ

А в том,

Что добродетели пятнит румянец,

Честь называет гнусным лицемерьем,

С чела невинности срывает розу,

Сажает язву там, дает обеты,

Что лживей клятвы шулера — в поступке,

Что душу всю из брака вырывает

И превращает сладостную веру

В набор словес; стыдом пылает небо.

Да, у той массы из составов разных

Грустнеет лик, как будто в Судный день,

При мысли о поступке.

КОРОЛЕВА

О каком же,

Ревущем при одном упоминаньи?

ГАМЛЕТ

Взгляните на портреты эти, где

Видны изображения двух братьев.

Какая благодать на лике том —

Чело Зевеса, кудри Аполлона,

Взор, как у Марса, чтоб повелевать,

Осанка, как у вестника богов

На небеса целующей горе;

И, кажется, на сочетанье качеств

Поставил каждый бог свою печать,

Чтоб тем удостоверить человека.

Он вашим мужем был. А что вослед?

Вот ваш супруг, заплесневелый колос,

Сгубивший брата. Есть у вас глаза?

Не захотели на горе кормиться,

Уйдя в болото? Есть у вас глаза?

Не говорите про любовь, ведь в ваши

Года огонь в крови покорным стал,

Сужденью подчиняясь, но какое

Суждение так выберет? Есть чувства

У вас, иначе б не было движений,

Но в чувствах паралич, ведь заблуждаться

Безумье так не может, до экстаза

Так чувства не дойдут, оставив выбор

При разнице такой. Какой же бес

Заворожить вас мог, играя в жмурки?

Глаза без чувств иль чувства, где нет глаз,

Без рук и взора слух, и обонянье

Безо всего, — одно лишь только чувство

Так не солжет. О стыд, где твой румянец?

Мятежный ад,

Коль ты бунтуешь так в костях матроны,

Для юности пусть воском будет честь,

В своем огне растаяв; не хулите

Бушующий неукротимый пыл,

Коль так мороз кипит и зрелый разум

Желанью сводня.

КОРОЛЕВА

Гамлет, замолчи.

Ты в душу повернул мои глаза,

И там я вижу въевшиеся пятна,

Что черный цвет не сменят.

ГАМЛЕТ

Нет, но жить

В поту зловонном той постели мокрой,

Развратом загрязненной, миловаться

В хлеву отвратном…

КОРОЛЕВА

О, ни слова больше;

Кинжалами слова мне колют уши.

Не надо, милый Гамлет!

ГАМЛЕТ

Негодяй,

Убийца, раб, в ком нет двадцатой части

От десятины прежнего владельца,

Порок царей, правитель шутовской,

Что с полки дорогую взял корону

И положил ее себе в карман!

КОРОЛЕВА

Не надо!

(Входит ПРИЗРАК).

ГАМЛЕТ

Король, одетый в платье из лоскутьев...

Спасите и парите надо мною,

Стражи небесные! Чего же хочет

Твой славный образ?

КОРОЛЕВА

Он, увы, безумен!

ГАМЛЕТ

Пришел ты, чтобы сына упрекнуть

За то, что он, теряя пыл и время,

Не выполняет страшного приказа?

Скажи!

ПРИЗРАК

Не забывай. Сюда пришел я, дабы

Стремленье заострить, что притупилось;

Взгляни, как изумилась мать твоя.

Встань между нею и ее душой;

Сильно воображенье в слабом теле.

Заговори с ней.

ГАМЛЕТ

Госпожа, что с вами?

КОРОЛЕВА

А что с тобой,

Коль устремляешь взор ты в пустоту,

Ведя беседу с воздухом бесплотным?

Из глаз твоих душа взирает дико,

И, словно полк, разбуженный тревогой,

Поднявшись, встали волосы твои,

Как будто в них есть жизнь; о милый сын,

На жаркий пламень своего недуга

Пролей же сдержанность. Куда ты смотришь?

ГАМЛЕТ

О, на него! Смотрите, как он бледен!

Весь этот облик, обратясь к камням,

Их пробудить сумел бы; не гляди же

Так на меня, чтоб взглядом не смутить

Намерений; нужны иные краски,

Чтоб слезы не пролились вместо крови.

КОРОЛЕВА

С кем говоришь ты?

ГАМЛЕТ

Ничего не видно?

КОРОЛЕВА

Не видно, хоть я вижу всё, что есть.

ГАМЛЕТ

Вы ничего не слышали?

КОРОЛЕВА

Лишь нас.

ГАМЛЕТ

Смотрите! Вот он ускользает прочь!

Отец мой, так одетый, как при жизни!

Смотрите, вот идет он к этой двери!

(ПРИЗРАК уходит).

КОРОЛЕВА

То создал мозг твой; исступленье чувств

Всегда в созданьи образов бесплотных

Весьма искусно.

ГАМЛЕТ

Исступленье чувств!

Мой пульс, как ваш, спокойно бьется в такт,

Музы’ку создавая; не в безумьи

Я говорил; меня вы испытайте,

И я перескажу всё; а безумный

Везде сбивался бы. О, ради Бога,

Самообманом душу не лечите,

Что не ваш грех вещает — лишь безумье;

Покроет это язву тонкой кожей,

А порча, поглощая все внутри,

Незрима будет. Исповедь пред небом

Спасет; раскайтесь в прошлом, избегайте

Грядущего, не удобряйте плевел,

Чтоб гуще тот не рос; простите эту

Мне добродетель: в жирные года

Добро прощенья просит у порока,

Чтоб пользу приносить тот разрешил.

КОРОЛЕВА

Ты расколол мне сердце пополам!

ГАМЛЕТ

Отбросьте худшую его частицу,

С другой живите чисто половиной.

И не ложитесь к дяде вы в постель;

Честь одолжите, если потеряли.

Привычка — зверь, что чувства пожирает,

Но может бес тот ангелом предстать,

Коль добрые хорошие дела

Он сделает удобною одеждой,

Которую легко носить; сегодня

Вы воздержи’тесь — сразу станет легче

Вам воздержанье в следующий раз.

Привычка может изменить печать

Природы, или чёрта приютив,

Или изгнав его. Спокойной ночи.

Когда попросите благословенья,

Я попрошу у вас его. В вельможе

Раскаиваюсь, но угодно небу,

Чтоб был его бичом я и слугой,

Мной это наказав, а это — мною;

Я тело уберу и я отвечу

За смерть его. Еще раз, доброй ночи.

Чтоб добрым быть, я должен быть жесток —

Зло началось, и не прервать поток.

Еще словечко.

КОРОЛЕВА

Что должна я делать?

ГАМЛЕТ

Не то, что попрошу сейчас я сделать.

Чуть жирный вас король в постель заманит,

За щечку цапнет, мышкой назовет,

Позвольте парой нежных поцелуев

Или поглаживаньем вашей шеи

Ему заставить вас забыть о том,

Что я, по сути, вовсе не безумен,

А притворяюсь. Было б хорошо

Такое — разве может королева,

Что так мудра, прекрасна, тайну скрыть

От жабы, кошки, от нетопыря?

Нет, несмотря на здравый ум, откройте

Корзину на высокой крыше дома,

Птиц выпустив, и, как та обезьяна,

Вползите ради опыта в корзину,

Чтоб шею там, конечно же, сломать.

КОРОЛЕВА

Верь, коль дыханье создает слова,

И жизнь — дыханье, жизни нет во мне,

Чтоб выдохнуть о том, что ты поведал.

ГАМЛЕТ

Я еду в Англию, известно вам?

КОРОЛЕВА

Увы, забыла я; да, так решили.

ГАМЛЕТ

Уж письма запечатаны; друзья,

Которым доверяю, как гадюкам,

Везут приказ; они должны расчистить

Мне путь, ведущий в западню; пускай.

Приятно очень подорвать сапера

На мине, им заложенной; пусть трудно,

Но проведу подкоп немного глубже

И их к луне отправлю прямо ввысь;

Я рад — в бою две хитрости сошлись.

Ускорит сборы этот человек;

Я за стеной укрою потроха.

Спокойной ночи, матушка. Советник

Теперь серьезен, тих и молчалив,

А был, живой, нелеп и так болтлив.

Идемте, сэр, пора закончить с вами.

Спокойной ночи, мать.

(Уходят. ГАМЛЕТ уносит ПОЛОНИЯ).

Входят КОРОЛЬ, РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН, а с другой стороны — КОРОЛЕВА.

КОРОЛЬ

Есть в этих стонах смысл; все эти вздохи

Должны вы объяснить: нам нужно знать.

— Где сын ваш?

КОРОЛЕВА

Оставьте ненадолго нас вдвоем.

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят).

Супруг мой, что я видела сегодня!

КОРОЛЬ

Гертруда, что такое? Гамлет как?

КОРОЛЕВА

Безумен, словно ветер с морем в битве

За власть; в своем безудержном припадке

Услышал за ковром он шевеленье,

Достал рапиру, крикнул: "Крыса, крыса!",

И под влиянием воображенья

Убил он старика.

КОРОЛЬ

О, злое дело!

Так было б с нами, если б мы там были;

Его свобода угрожает всем —

И вам самой, и каждому, и нам.

Как объяснить кровавый сей поступок?

Его припишут нам, кто был обязан

И обуздать, и спрятать от людей

Безумца молодого, но, любя

Его, мы это не смогли понять

И, словно тот, кто подцепил болезнь

Дурную, позволяли ей, скрывая,

Питаться соком жизни. Где же он?

КОРОЛЕВА

Понес куда-то тело бедной жертвы,

Над коим и безумье, как руда

Отборная меж минералов низких,

Сияет чистотой. Он так скорбит.

КОРОЛЬ

Пойдем, Гертруда!

И, не успеет солнце гор коснуться,

Он уплывет, а гнусное деянье

С могуществом должны мы и уменьем

Хоть как-то оправдать. Эй, Гильденстерн!

(Возвращаются РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

Друзья, кого-то в помощь вы найдите.

Полония убил в безумьи Гамлет

И уволок из спальни королевы;

Не раздражая принца, унесите

В часовню тело. И поторопитесь.

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят).

Пойдем, Гертруда, позовем друзей;

Пускай узнают, что хотим мы сделать

И что несвоевременно свершилось;

Тот шепот, что прямой наводкой к цели

Снаряд свой по диаметру Земли

Несет, еще, быть может, нас минует

Лишь воздух поразив. Идем, жена!

Смущенья и тревог душа полна.

(Уходят).

Входит ГАМЛЕТ.

ГАМЛЕТ

Надежно спрятан.

РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН

(за сценой)

Гамлет! Принц Гамлет!

ГАМЛЕТ

Что здесь за шум? Кто Гамлета зовет?

А, вот они.

(Входят РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

РОЗЕНКРАНЦ

Что сделали, милорд, вы с мертвым телом?

ГАМЛЕТ

Смешал все с прахом, родичем его.

РОЗЕНКРАНЦ

Скажите, где оно, чтоб взять могли мы,

В часовню отнести.

ГАМЛЕТ

Не верьте в это.

РОЗЕНКРАНЦ

Во что не верить?

ГАМЛЕТ

Что я могу сохранить вашу тайну, а не свою собственную. Кроме того, что должен отвечать королевский сын на вопросы губки?

РОЗЕНКРАНЦ

Вы принимаете меня за губку, милорд?

ГАМЛЕТ

Да, сэр; за ту, что всасывает в себя поддержку короля, его награды, данные им полномочия. Но такие придворные лучше всего служат королю в самом конце; он держит их за щекой, как обезьяна орехи, первыми кладет в рот и последними проглатывает; когда ему нужно то, что вы накопили, он просто сжимает вас, и вы, губка, снова сухи.

РОЗЕНКРАНЦ

Я не понимаю вас, милорд.

ГАМЛЕТ

Я рад этому; хитрые речи не входят в глупые уши.

РОЗЕНКРАНЦ

Милорд, вы должны сказать нам, где тело, и идти с нами к королю.

ГАМЛЕТ

Тело у короля, но король не рядом с ним. Король — это мозоль…

ГИЛЬДЕНСТЕРН

Мозоль, милорд?!

ГАМЛЕТ

Сильная; ведите меня к нему. Прячься, лиса, и все следом за ней.

(Уходят).

Входит КОРОЛЬ в сопровождении охраны.

КОРОЛЬ

Послал найти его, сыскать и тело.

Опасно, что он ходит на свободе!

Но мы не можем применить закон,

Ведь он так мил бессмысленной толпе,

Что любит не сужденьем, а глазами,

И судит лишь про тяжесть наказанья —

Не преступленья; чтоб все было гладко,

Изгнание его должно казаться

Обдуманным решением; болезни

Опасные одной лишь крайней мерой

Излечатся.

(Входит РОЗЕНКРАНЦ).

Ну как там? Что случилось?

РОЗЕНКРАНЦ

Куда он спрятал труп, никак, милорд,

Мы не смогли узнать.

КОРОЛЬ

Но где он сам?

РОЗЕНКРАНЦ

За дверью и под стражей, в ожиданьи Решенья вашего.

КОРОЛЬ

Сюда введите.

РОЗЕНКРАНЦ

Эй, Гильденстерн! Введи милорда.

(Входят ГАМЛЕТ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

КОРОЛЬ

Ну, Гамлет, где же Полоний?

ГАМЛЕТ

За ужином.

КОРОЛЬ

За ужином? Где?

ГАМЛЕТ

Не там, где он ест, а там, где его едят; некое собрание политических червей питается им; ваш червь — единственный в своем роде император по части питания; мы откармливаем всех остальных тварей, чтобы откормить себя, и откармливаем себя для личинок; ваш жирный король и ваш тощий нищий — это всего лишь разнообразные яства, два блюда, но к одному столу; таков конец.

КОРОЛЬ

Увы, увы!

ГАМЛЕТ

Человек может ловить рыбу на червя, который питался королем, и есть рыбу, которая питалась этим червем.

КОРОЛЬ

Что ты хочешь этим сказать?

ГАМЛЕТ

Ничего — лишь хочу вам показать, как король может совершить шествие по кишкам нищего.

КОРОЛЬ

Где Полоний?

ГАМЛЕТ

На небесах; пошлите туда, чтобы посмотреть; если ваш посланец не найдет его там, поищите в другом месте сами; но, конечно, если вы не найдете его в течение месяца, то унюхаете его, поднявшись по лестнице в переднюю.

КОРОЛЬ (слугам)

Идите поищите его там.

ГАМЛЕТ

Он ждет вашего прихода.

(Несколько слуг уходят).

КОРОЛЬ

Для безопасности твоей, о Гамлет, —

Что столь же дорога нам, сколь прискорбен

Поступок твой, — тебя мы отсылаем

С горячей быстротою; снаряжайся.

Корабль готов, и ветер будет в помощь;

Жду спутники тебя, и все готово

К отъезду в Англию.

ГАМЛЕТ

Как, в Англию?

КОРОЛЬ

Да, Гамлет.

ГАМЛЕТ

Хорошо.

КОРОЛЬ

Так и есть; ты бы понял, если бы знал наши намерения.

ГАМЛЕТ

Я вижу херувима, который их видит; ну, ладно. В Англию! Прощайте, дорогая матушка.

КОРОЛЬ

Твой любящий отец, Гамлет.

ГАМЛЕТ

Моя матушка; отец и мать — это муж и жена; муж и жена — это одна плоть; и поэтому моя матушка. Едем в Англию!

(Уходит).

КОРОЛЬ

За ним идите; в путь поторопите;

Хочу, чтоб он отплыл уже сегодня.

Ступайте! Все уж скреплено печатью,

Что с этим делом связано. Быстрее!

(РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН уходят).

Раз чтишь мою любовь ты, Англичанин, —

Ведь мощь моя могла тебя заставить

Почувствовать ее, и свеж рубец

От датского меча и добровольно

Ты платишь дань — не будь же равнодушен

К приказу, что тебе отправлен в письмах,

О том, что должен Гамлета предать

Ты смерти; это сделай, Англичанин.

Как лихорадка, кровь мою он гложет —

Так исцели меня; коль будет жить

Он далее, мне радостным не быть.

(Уходит).

Входят ФОРТИНБРАС, его КОМАНДИР и марширующие солдаты.

ФОРТИНБРАС (КОМАНДИРУ)

С приветствием отправься к королю

И передай ему, что Фортинбрас

Ждет права на обещанный проход

По королевству. Ты дорогу знаешь.

Коль хочет он чего-нибудь от нас,

То мы ему почтение окажем;

Все это передай.

КОМАНДИР

Милорд, исполню.

ФОРТИНБРАС

Идем же дальше.

(ФОРТИНБРАС и солдаты уходят. Входят ГАМЛЕТ, РОЗЕНКРАНЦ и ГИЛЬДЕНСТЕРН).

ГАМЛЕТ

Чье это войско, сэр?

КОМАНДИР

Норвежца, сэр.

ГАМЛЕТ

Куда же направляется?

КОМАНДИР

На Польшу.

ГАМЛЕТ

Кто возглавляет войско?

КОМАНДИР

Фортинбрас,

Младой племянник старого Норвежца.

ГАМЛЕТ

Идете, сэр, вы против Польши всей

Иль супротив окраины какой-то?

КОМАНДИР

По правде говоря и без прикрас,

Идем мы, чтоб занять клочок земли,

Где прибыль — лишь одно его названье;

За пять дукатов я б его не взял

В аренду; ни Норвежец, ни Поляк

За это не получат большей суммы.

ГАМЛЕТ

Тогда Поляк сражаться и не будет.

КОМАНДИР

Нет, там уже поставлен гарнизон.

ГАМЛЕТ

Двух тысяч душ, дукатов двадцать тысяч

За малую соломинку не жаль!

Гнойник то от чрезмерного богатства,

Что рвется изнутри, не показав

Причину смерти. Я благодарю вас.

КОМАНДИР

Хранит вас Бог.

Уходит.

РОЗЕНКРАНЦ

Не в путь ли нам, милорд?

ГАМЛЕТ

Я после догоню; вперед ступайте.

(Уходят все, кроме ГАМЛЕТА).

Как все меня события винят,

В медлительную месть вонзая шпоры!

Кто человек, коль жизненный товар

Его лишь сон и пища? Зверь, не больше.

Тот, кто нам дал обширный мысли ход

И взгляд на "до" и "после", создал эту

Способность и божественный наш разум,

Не для того, чтоб праздно плесневели.

Забывчивость ли это, как у зверя,

Иль мелочность при точном осмысленьи,

Мысль, в коей мудрости одна лишь часть

И трусости три части, — я не знаю.

Зачем живу, твердя: "Так нужно сделать",

Хоть есть причина, воля, сила, средства

Для действий? Грубы, как земля, примеры,

Что побуждают к этому: вот войско

Огромное ведет изящный принц,

Чей дух, подвигнут высшим честолюбьем,

Смеется над неведомым исходом,

Всё то отдав, что смертно, преходяще,

На волю риска, и судьбы, и смерти

За скорлупу яичную. Величье

Не в том, чтоб по причине лишь великой

Сражаться — надо драться за пылинку,

Раз честь поставлена. А как же я,

Когда убит отец и мать в позоре,

Когда волнуются и ум, и кровь,

Стою, уснув? И к своему стыду

Я вижу, что спокойно двадцать тысяч

Во имя прихоти, ничтожной славы,

Идут в свою могилу, как в постель,

За землю бьются ту, где не хватает

Для боя места, где не похоронишь

Убитых? О, да будет мысль полна

Жестокости иль грош — ее цена!

(Уходит).

Входят КОРОЛЕВА, ГОРАЦИО и ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ.

КОРОЛЕВА

Не собираюсь с ней я говорить.

ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ

Безумна и назойлива она,

Но стоит состраданья.

КОРОЛЕВА

Что ей нужно?

ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ

Все об отце толкует, утверждает,

Что в мире много хитростей, бормочет,

Бьет в грудь себя и сердится пустяшно;

Наполовину смысла лишена

Вся речь ее, но этих слов бессвязность

Всех к выводам зовет и подбирают

Слова они, своим согласно мыслям;

Подмигивает, головой кивает

Она, и в этом словно дума скрыта,

Что не верна, но все-таки печальна.

ГОРАЦИО

Поговорить с ней надо, чтобы в злых

Не сеяла умах предположенья.

КОРОЛЕВА

Пускай войдет***.

(ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ уходит).

(В сторону).

Больной душе, что так полна виной,

Любое — как пролог к беде большой.

Бесхитростно ревнует тайный грех;

Боясь открыться, он открыт для всех.

(Возвращается ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ вместе с ОФЕЛИЕЙ).

ОФЕЛИЯ

Где прекрасное датское величество?

КОРОЛЕВА

Что с вами, Офелия?

ОФЕЛИЯ (поет)

Как милого узнать мне,

Не путая с другим?

По посоху и шляпе,

Сандалиям большим.

КОРОЛЕВА

Увы, милая леди, что значит эта песня?

ОФЕЛИЯ

Что вы сказали? Нет, прошу вас, послушайте.

(Поет).

Он просто умер, леди,

Да, просто умер он;

У ног — огромный камень,

У изголовья дерн.

КОРОЛЕВА

Нет, но, пожалуйста, Офелия…

ОФЕЛИЯ

Прошу вас, слушайте.

(Поет).

Ткань у савана бела…

(Входит КОРОЛЬ).

КОРОЛЕВА

Увы, милорд, взгляните сюда.

ОФЕЛИЯ (поет)

А цветы забыли.

Слез она не пролила

На его могиле.

КОРОЛЬ

Как вы себя чувствуете, прекрасная леди?

ОФЕЛИЯ

Хорошо, да хранит вас Бог! Говорят, сова была дочерью булочника. Господи, мы знаем, что мы есть, но не знаем, чем можем стать. Да пребудет Господь с вами за вашим столом!

КОРОЛЬ

Думает о своем отце.

ОФЕЛИЯ

Прошу вас, об этом ни слова; но когда вас спросят, что это значит, скажите вот что:

(поет)

А завтра Валентинов день,

И девушкой невинной

Приду к окошку твоему

Твоей быть Валентиной.

Тогда он встал, белье достал,

Дверь комнаты открыл,

И ту, которая вошла,

Не девой отпустил.

КОРОЛЬ

Прелестная Офелия!

ОФЕЛИЯ

Ну да, я сейчас закончу безо всяких клятв.

(Поет).

Клянусь Исусом и крестом,

Укор, и стыд, и срам!

У нас, увы, все взяли вы;

Большой позор всем вам.

Пока меня не повалил,

Жених был, помню, мой.

Он отвечает:

И был бы муж, любовь моя,

Коль не легла бы со мной.

КОРОЛЬ

Как давно она находится в таком состоянии?

ОФЕЛИЯ

Я надеюсь, что все будет хорошо. Мы должны быть терпеливы, но я не могу не плакать при мысли о том, что его положили в холодную землю. Мой брат узнает об этом, и поэтому я благодарю вас за ваш добрый совет. Подайте мою карету! Спокойной ночи, дамы, спокойной ночи, милые дамы; спокойной ночи, спокойной ночи.

(Уходит).

КОРОЛЬ

Идите по пятам, за ней следите.

(ГОРАЦИО и ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ уходят).

О, это яд глубокой скорби; он

Отца кончиной вызван. О Гертруда,

Приходят не лазутчиками беды,

А батальонами: убит Полоний;

Ваш сын уехал, сам он потрудился

Для этого изгнанья; стал народ

Воде подобен мутной в пересудах

О гибели Полония, и мы

Не правы были, похороны скрыв;

Затем — Офелия, с умом в разладе,

Без коего мы — тени или звери.

Последняя беда, равна всем этим, —

Из Франции Лаэрт вернулся тайно,

Питаясь изумленьем и весь в тучах,

И шептуны ему слух отравляют

Дурною речью об отцовской смерти,

А те, кто не имеет точных данных,

Кидают обвиненья против нас

В любое ухо. Милая Гертруда,

Всё это, как убийственный снаряд,

Смертельно ранит.

(Шум за сценой. Входит ВТОРОЙ ПРИДВОРНЫЙ).

КОРОЛЕВА

Что это за шум?

КОРОЛЬ

Швейцарцы где? Пусть охраняют дверь.

В чем дело?

ВТОРОЙ ПРИДВОРНЫЙ

Государь, скорей спасайтесь.

Из берегов внезапно выйдя, море

Не пожирает отмели так быстро,

Как молодой Лаэрт, мятеж возглавив,

Сметает стражу; чернь его венчает,

И, словно мир лишь только зародился,

Забыта старина, презрен обычай,

Что крепость придает любому слову;

Они кричат: "Его мы избираем”.

Слова и шапки достигают неба:

“Лаэрт король! Лаэрт, будь королем!".

КОРОЛЕВА

Как радостно визжат, со следа сбившись!

Нет, не сюда вам, датские собаки!

(Входят ЛАЭРТ и остальные).

КОРОЛЬ

Дверь взломана.

ЛАЭРТ

Где тот король? Друзья, снаружи стойте.

ВСЕ

Нет, мы войдем.

ЛАЭРТ

Прошу вас, не мешайте.

ВСЕ

Ну, хорошо.

Уходят за дверь.

ЛАЭРТ

Благодарю вас; охраняйте дверь.

Король гнуснейший, возврати отца мне!

КОРОЛЕВА

Лаэрт, спокойно.

ЛАЭРТ

Если хоть одна

Спокойна капля крови, я — бастард,

Отец мой — рогоносец, и клеймо

Блудницы на челе стоит безгрешном

У матери моей.

КОРОЛЬ

А в чем причина

Того, что, как гиганты, ты бунтуешь?

Гертруда, отпусти его, не бойся

За нас, ведь божьей силой огражден

Король: измена, цель свою увидев,

Не в силах действовать. Скажи, Лаэрт,

Чем так взволнован ты? Его, Гертруда,

Оставь; ну, отвечай.

ЛАЭРТ

Где мой отец?

КОРОЛЬ

Он умер.

КОРОЛЕВА

В том виновен не король.

КОРОЛЬ

Пускай расспросит обо всем.

ЛАЭРТ

Но как

Он умер? Не позволю мной играть.

Всю верность — к черту! Клятвы — к черным бесам!

В глубины ада — совесть с благодатью!

Я не боюсь погибели души,

Я оба мира ни во что не ставлю —

И этот, и загробный; будь что будет,

А за отца я отомщу достойно.

КОРОЛЬ

Что остановит в этом?

ЛАЭРТ

Я лишь сам —

Не целый мир; а что до исполненья,

Легко я малым обойдусь.

КОРОЛЬ

Лаэрт,

Коль ты желаешь истину узнать

О гибели отца, неужто месть

Велит смешать в игре друзей с врагами,

И победителей, и побежденных?

ЛАЭРТ

Его врагам я мщу.

КОРОЛЬ

Узнать их хочешь?

ЛАЭРТ

Его друзьям объятья распахну

И, словно жизнь дарящий пеликан,

Им кровь свою пролью.

КОРОЛЬ

Ты говоришь,

Как добрый сын и честный джентльмен.

Что невиновен в смерти я его

И очень сильно по нему скорблю,

Да будет так же ясно для тебя,

Как свет дневной для глаз.

ГОЛОСА (за сценой)

Пускай войдет.

ЛАЭРТ

Что здесь за шум?

(Возвращается ОФЕЛИЯ).

Зной, мозг мне иссуши!

Те слезы, что в семь раз обычных горше,

Сожгите чувства зрения в глазах!

Клянусь, твое безумье перевесит

Любую плату нам. О, роза мая!

Дитя, сестра, Офелия моя!

О небо! Неужели ум девицы

Прочней не будет жизни старика?

Любовь к родителям утончена

И шлет себя как драгоценный дар

Вслед за любви предметом.

ОФЕЛИЯ (поет)

С открытым понесли его лицом,

Хей нон, нонни, нонни, хей нонни;

В могилу слезы капали дождем…

Прощай, мой голубь!

ЛАЭРТ

Будь ты в своем уме и убеждай,

Что нужно отомстить, слабей бы было.

ОФЕЛИЯ (поет)

Пойте тише и тише… ты зовешь его тише. Как прялка к этому подходит! Это лживый дворецкий, похитивший дочь своего господина.

ЛАЭРТ

Бессмыслица сильнее смысла.

ОФЕЛИЯ

Вот розмарин, это на память; прошу тебя, любимый, помни; а вот и анютины глазки, это для размышлений.

ЛАЭРТ

Мудрость в безумии, мысли в лад воспоминаниям.

ОФЕЛИЯ

Вот вам укроп и водосбор; вот вам рута; и вот кое-что для меня, ее также называют благодатной воскресной травой. О, каждый носит ее по-своему! Вот маргаритка; я дала бы вам фиалки, но они все завяли, когда умер мой отец; говорят, он умер хорошей смертью.

(Поет).

Славный мой Робин — вся радость моя.

ЛАЭРТ

Страданье, горе, скорбь и самый ад

Она в красу и прелесть превращает.

ОФЕЛИЯ (поет)

Неужели он не придет?

Неужели он не придет?

Нет, он умер, о Боже,

Ляг на смертное ложе,

Больше он не придет.

Бела борода, как снег,

Как лен — его голова.

Он ушел, умер он,

Мы издали свой стон.

Душа его, Боже, да будет жива! И все христианские души, молю об этом Бога. Да пребудет с вами Бог.

(Уходит).

ЛАЭРТ

Ты видишь это, Господи?

КОРОЛЬ

Лаэрт,

В твое вмешаться я обязан горе.

Не откажи мне в этом праве ты

И выбери кого-то из друзей,

Чтоб рассудил с тобою нас, послушав;

Коль он найдет, что косвенно иль прямо

Замешаны мы здесь, мы отдадим

Корону, жизнь и всё, что называем

Своим, тебе тогда, а если нет,

То согласись терпенье одолжить нам,

И будем мы с тобой вдвоем трудиться,

Чтоб ты доволен был.

ЛАЭРТ

Да будет так.

Вся странность смерти, похороны втайне,

Отсутствие меча, герба, доспехов,

Отсутствие обрядов благородных

Меня взывают, как с небес к земле,

Задать вопрос.

КОРОЛЬ

О том и разговор;

На преступленье пусть падет топор.

Прошу, иди со мной.

(Уходят).

Входят ГОРАЦИО и СЛУГА.

ГОРАЦИО

Кто это хочет говорить со мной?

СЛУГА

Матросы, сэр; и говорят они:

У них для вас есть письма.

ГОРАЦИО

Пусть войдут.

СЛУГА выходят.

Не знаю, от кого еще на свете

Придет ко мне письмо, как не от принца.

(Входят МАТРОСЫ).

ПЕРВЫЙ МАТРОС

Да благословит вас Бог, сэр.

ГОРАЦИО

Пусть он благословит и тебя.

ПЕРВЫЙ МАТРОС

Он так и сделает, сэр, если захочет. Для вас письмо, сэр; оно от посла, который направлялся в Англию; если вас зовут Горацио, как мне об этом сообщили.

ГОРАЦИО (читает)

"Горацио, когда ты прочитаешь письмо, устрой этим ребятам доступ к королю; у них есть письма для него. Не успели мы пробыть в море и двух дней, как хорошо вооруженный пиратский корабль стал нас преследовать. Поскольку оказалось, что плывем мы слишком медленно, нам поневоле пришлось быть храбрыми и во время схватки я перескочил к ним на борт. В тот же миг они отошли от нашего корабля, и я один стал их пленником. Они поступили со мной, как милосердные разбойники, но они знали, что.делали; я должен оказать им услугу: пусть король получит письма, которые я отправил, и спеши ко мне.так быстро, как если бы ты бежал от смерти. Мне нужно сказать тебе на ухо слова, которые лишат тебя дара речи, но все-таки они слишком легки для такого дела. Эти добрые люди приведут тебя туда, где я нахожусь. Розенкранц и Гильденстерн держат курс в Англию; мне есть о чем тебе рассказать про них. Прощай. Тот, кто, как ты знаешь, весь твой. ГАМЛЕТ".

Пойдемте, я устрою так, чтоб письма

Скорей достигли цели и смогли б вы

Меня вести к тому, кто их послал.

(Уходят).

Входят КОРОЛЬ и ЛАЭРТ.

КОРОЛЬ

Пусть совесть скрепит это оправданье

Печатью, и тебе я буду другом,

Ведь ты своим разумным ухом слышал,

Что тот, кто твоего убил отца,

Меня хотел убить.

ЛАЭРТ

Похоже, правда.

Но почему его вы не судили

За эти, столь преступные, дела?

К тому вас безопасность побуждала

И прочее.

КОРОЛЬ

О, были две причины,

Что, может быть, покажутся пустыми,

Но для меня сильны; ведь королева

Живет лишь только им, а для меня —

Достоинство ли это иль беда —

Она настолько связана со всем,

Что, как звезда от сферы той, где ходит,

Завишу от нее я; а другой

Мотив, не давший действовать открыто, —

Великая любовь к нему толпы,

Что недостатки все его прикрыла,

Как тот родник, где каменеют ветки,

Его пороки в благо превращает;

И стрелы, слишком легкие для бури,

Обратно возвратятся в лук мой бедный,

Цель не задев.

ЛАЭРТ

Итак, я потерял

Отца; в беде ужаснейшей сестра,

Чьи совершенства, если б те вернулись,

Стояли б славно на вершине века,

Всех обойдя. Но месть моя свершится.

КОРОЛЬ

Спокойно спи; не нужно нас считать

Бессильными и вялыми настолько,

Что будет борода трястись от страха,

Считая это радостью. Услышишь

Ты скоро больше; твоего отца

Любил я, и себя люблю я тоже;

В чем, верю, ты не будешь сомневаться.

(Входит ПОСЛАНЕЦ).

В чем дело?

ПОСЛАНЕЦ

Два письма, милорд, от принца;

Одно для вас, другое — королеве.

КОРОЛЬ

От Гамлета? А кто же их принес?

ПОСЛАНЕЦ

Матросы, говорят; я их не видел:

Мне дал Горацио****; он получил их

От тех, кто их привез.

КОРОЛЬ

Лаэрт, послушай.

(ПОСЛАНЦУ)

Оставь нас.

(ПОСЛАНЕЦ уходит).

(Читает). “Великий и могущественный, да будет вам известно, что меня высадили голым в вашем королевстве. Завтра я попрошу позволения увидеть ваши царственные очи; тогда, попросив у вас согласия, я расскажу про обстоятельства своего внезапного и более чем странного возвращения. ГАМЛЕТ".

Что это значит? Прочие вернулись?

Иль тут обман, и это всё не правда?

ЛАЭРТ

Вы узнаете руку?

КОРОЛЬ

Почерк принца.

Что, голым? Говорит "один" в приписке.

Ты можешь дать какой-нибудь совет?

ЛАЭРТ

Сам не могу понять. Но пусть приходит;

Больное сердце дума согревает,

Что буду жить, в лицо ему сказав:

"Убью, как ты".

КОРОЛЬ

А если так, Лаэрт

(Но можно ль так? А, впрочем, как иначе?),

Ты будешь слушаться?

ЛАЭРТ

О да, милорд,

Коль к миру вы не будете вести.

КОРОЛЬ

Лишь к миру в сердце. Если он вернулся,

Прервав свою поездку, и не хочет

Ее возобновлять, его склоню я

К забаве, что в уме моем созрела,

И, чтобы он ни сделал, он падет;

И смерть не колыхнет и ветерка,

Но даже мать все дело посчитает

Несчастным случаем.

ЛАЭРТ

Милорд, я с вами —

Особенно, коль сможете устроить,

Чтоб был я исполнителем.

КОРОЛЬ

Отлично.

С тех пор, как ты уехал, очень часто

При Гамлете тебя превозносили

За качество, которым ты блистаешь;

Не вызвали достоинства другие

В нем зависти такой, как то, что я

Считаю наименьшим.

ЛАЭРТ

Что же это?

КОРОЛЬ

Как лента в шляпе юноши оно,

Но юности не менее к лицу

Ее наряд и легкий, и небрежный,

Чем зрелости — соболии меха,

Что важность придают. Здесь был у нас

Два месяца назад один нормандец .

Я воевал с французами и видел,

Как скачут хорошо они, но этот

Был щеголь колдуном; он врос в седло

И заставлял коня такое делать,

Как будто составлял одно он тело

С животным дивным; превзошел он все,

Что я представить мог, и в этих трюках

Ему я уступлю.

ЛАЭРТ

Нормандец, да?

КОРОЛЬ

Нормандец.

ЛАЭРТ

Клянусь я всем, Ламонд.

КОРОЛЬ

Конечно, он.

ЛАЭРТ

Его я знаю хорошо; краса

И слава всей страны.

КОРОЛЬ

Он о твоем

Искусстве защищаться говорил

И фехтовать огромном мастерстве —

Особенно, сражаться на рапирах.

Воскликнул он: “Неплохо было б, если

Его бы кто-то вызвал, вот у наших

Не хватит быстроты и глазомера,

Коль против них пойдет”. Его слова

Такую зависть вызвали у принца,

Что мог он умолять лишь и желать,

Чтоб ты приехал и сразился с ним.

И значит…

ЛАЭРТ

Что же значит, государь?

КОРОЛЬ

Лаэрт, тебе был дорог твой отец?

Иль ты похож лишь на портрет печали,

Лик без души?

ЛАЭРТ

Зачем о том спросили?

КОРОЛЬ

Не то чтоб думал: не любил отца ты;

Но знаю, что любовь рождает время,

И видел я на множестве примеров,

Что время это пламя охлаждает,

Как будто появляется нагар

На фитиле и уменьшает искры;

Ничто не пребывает в вечном благе,

Ведь благо, пресыщеньем становясь,

В избытке умирает; то, что мы

Желаем, делать надо нам, желая;

Изменчиво “хотим”, отсрочек в нем

Не менее, чем рук и языков

Есть в этом мире, и тогда "должны"

Как мота вздох мучительный. Коснемся

Мы места язвы: возвратился Гамлет.

Как сыном ты в делах себя покажешь?

ЛАЭРТ

Ему я в церкви горло перережу.

КОРОЛЬ

Убежища не даст любое место;

Не знает месть границ. Но, друг Лаэрт,

Не выходи из комнаты тогда.

Когда узнает Гамлет, что ты здесь,

Мы подошлем к нему тех, что хвалить

Тебя начнут и приукрасят славу,

Что дал тебе француз; сведем вас вместе,

Побившись об заклад; великодушен,

Не станет он дотошно изучать

Рапиры, так что с легкостью спокойной

Или с уловкою ты сможешь выбрать

Клинок непритуплённый и в бою

С ним рассчитаться за отца.

ЛАЭРТ

Согласен;

И с этой целью смажу я рапиру.

У знахаря я снадобье купил

Смертельное: клинок лишь окунешь

И ранишь им, припарки нет такой,

Что из полезных собрана растений

При лунном свете, чтоб спасти могла,

Пусть человек лишь только оцарапан.

Я смажу острие, и, хоть слегка

Задену, это смерть.

КОРОЛЬ

Еще мы взвесим,

Решим, когда и средствами какими

Удобно это сделать; если план

Откроется, исполнен неудачно,

Не пробовать нам лучше, потому

Второй добавить нужно — устоит он,

Коль первый лопнет. Дай-ка мне подумать.

Торжественно поставим мы на вас…Нашел!

Когда в сраженьи вы разгорячитесь —

Для этого ты жестче нападай —

И он попросит пить, ему я кубок

Дам, и едва оттуда выпьет он,

Пусть твоего он яда избежит,

Отравится моим.

(Входит КОРОЛЕВА).

Что там, Гертруда?

КОРОЛЕВА

Одна беда идет другой вослед

В движеньи быстром; утонула ваша

Сестра, Лаэрт.

ЛАЭРТ

Как, утонула? Где?

КОРОЛЕВА

Растет, склонившись, ива над ручьем,

В потоке отразив седые листья;

Она пришла сюда в гирляндах странных,

Крапиву свив с пурпурными цветами

(Их грубо называют пастухи,

А девы скромно — пальцы мертвецов);

Когда она взбиралась, чтоб на ветви

Венки повесить, мерзкий сук сломался —

Тогда она с трофеями своими

Упала в плачущий поток; широко

Раскинулась одежда, как русалку,

Ее неся; она же напевала

Обрывки песен, словно человек,

Не понявший беды иль существо

Стихии водной; это продолжалось,

Пока одежда не отяжелела,

Бедняжку потащив от сладкой песни

К тенистой смерти.

ЛАЭРТ

Значит, утонула?

КОРОЛЕВА

Да, утонула.

ЛАЭРТ

Офелия, воды тебе уж хватит,

И потому я удержусь от слез.

Но нет…

Природа свой хранит обычай,

Чтоб стыд не говорил; пролью я слезы,

И женское уйдет. Милорд, прощайте;

Готова вспыхнуть пламенная речь,

Но эта глупость портит все.

(Уходит).

КОРОЛЬ

Давай за ним последуем, Гертруда;

С каким трудом я гнев его гасил!

Теперь боюсь, что все начнется снова.

Поэтому последуем за ним.

(Уходят).

Входят два МОГИЛЬЩИКА с лопатами.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Должна ли она быть похоронена по христианскому обряду, если сама искала своего спасения?

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Говорю тебе, что должна, и потому копай ей могилу немедленно; следователь разобрал ее и присудил ей христианское погребение.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Как такое может быть, если только она не утопилась при самозащите?

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Да ведь так и решили.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Это должно быть самонападение, не иначе, потому как в том-то и суть: если я топлюсь сознательно, это означает поступок, а поступок состоит из трех частей — действовать, делать и совершать; значит, она утопилась сознательно.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Нет, ты послушай, добрый копатель…

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Дай сказать. Вот вода: хорошо; вот стоит человек: хорошо; если человек идет к этой воде и топится, он, хочет он этого или не хочет, идет сам, — заметь это; но если вода идет и топит его, он не топится; значит, тот, кто невиновен в своей смерти, не сокращает свою жизнь.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Это закон?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Ну да, закон, по которому ведется следствие.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Хочешь знать правду? Если бы она не была дворянкой, ее не похоронили бы по-христиански.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да, ты верно говоришь; жаль, что знатные люди имеют в этом мире больше прав топиться и вешаться, чем другие христиане. Дай мне мою лопату. Нет более древних дворян, чем садовники, канавщики и могильщики: они продолжают ремесло Адама.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Разве он был дворянин?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Он был первым, кто носил оружие.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Да у него не было оружия.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Ты, что, язычник? Не знаешь Священного Писания? В Писании говорится: "Адам копал". Мог ли он копать без лопаты? А разве лопата — это не оружие? Я задам тебе и другой вопрос: если ты правильно не ответишь, покайся…

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Давай.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Кто строит крепче, чем каменщик, корабел и плотник?

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Строитель виселиц, потому что это здание переживет тысячу своих жильцов.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Честное слово, мне нравится твое остроумие: виселица здесь хорошо подходит. Но для кого? Она хорошо подходит для тех, кто дурно поступает; а ты дурно поступаешь, говоря, что виселица построена крепче церкви: итак, виселица может хорошо подойти для тебя. Давай еще раз.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Кто строит крепче, чем каменщик, корабел и плотник, да?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да, ответь мне на это, и отдыхай.

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Черт возьми, теперь я могу ответить.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Ну?

ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК

Ей-богу, не могу.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Больше не ломай себе голову над этим, потому что тупой осел не пойдет быстрей, как его ни бей; а когда тебе в следующий раз зададут этот вопрос, отвечай: "Могильщик"; дома, которые он строит, простоят до Судного дня. Давай, сходи к Йохану и принеси мне стаканчик ликера.

(ВТОРОЙ МОГИЛЬЩИК уходит. Входят с другой стороны ГАМЛЕТ и ГОРАЦИО).

(Копает и поет).

Когда был юным, то любил —

Казалось это милым.

В забавах время проводил,

И было всё по силам.

ГАМЛЕТ

Неужели этот парень не понимает, что он делает, если поет, копая могилу?

ГОРАЦИО

Привычка развела в нем такую непринужденность.

ГАМЛЕТ

Это действительно так: руки, которые мало чем заняты, обладают более тонким чутьем.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК (поет)

Но старость тихо подошла,

Взяла меня в объятья

И в край далекий поплыла,

Где буду умирать я.

(Выбрасывает череп).

ГАМЛЕТ

У этого черепа был язык, и когда-то он мог петь, а негодяй швыряет его на землю, как будто это челюсть Каина, совершившего первое убийство! Это, может быть, башка политика, который этот осел теперь играет, а он мог обмануть самого Бога, разве нет?

ГОРАЦИО

Возможно, милорд.

ГАМЛЕТ

Или придворного, который мог говорить: "Доброе утро, милостивый государь! Как поживаете, добрый государь мой?" Может быть, это милорд такой-то, который расхваливал лошадь милорда такого-то, когда хотел ее выпросить, разве нет?

ГОРАЦИО

Да, милорд.

ГАМЛЕТ

Да что там, конечно, так; а теперь он остался без челюсти и принадлежит миледи Червячинке, и его бьет по морде лопата могильщика; вот оно, удивительное превращение, если бы мы только могли за ним наблюдать. Неужели стоило разводить эти кости, чтобы играть с ними в кегли? Мои кости ноют при мысли об этом.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК (поет)

Лопата и кирка, кирка,

И саван, всех белей;

В той глине яма велика,

Чтоб встретить гостя в ней.

(Выбрасывает еще один череп).

ГАМЛЕТ

Вот и другой: почему это не может быть череп юриста? Где теперь его двусмысленности, тонкости, казусы, полномочия и прочие уловки? Почему он терпит, когда этот грубиян бьет его грязной лопатой по голове, и не хочет сказать ему об оскорблении действием? Хм! Этот парень мог в свое время быть крупным скупщиком земли, со своими сводами, залогами, штрафами, двойными поручительствами и возмещениями; неужели его штраф из штрафов и возмещение из возмещений состоит в том, чтобы его скупавшая землю башка была полна грязной земли? Неужели его поручительства, даже двойные, из всех приобретений обеспечили ему не больше, чем длина и ширина пары договоров? Едва ли в этом ящике уместятся все его документы о передаче земель; и неужели сам наследник не получит больше, а?

ГОРАЦИО

Ни на йоту больше, милорд.

ГАМЛЕТ

Разве пергамент делают не из овечьих шкур?

ГОРАЦИО

Да, милорд, и из телячьих тоже.

ГАМЛЕТ

Значит, овцы и телята — те, кто посвятил ему жизнь. Я поговорю с этим парнем. — Чья это могила, сэр?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Моя, сэр.

(Поет).

В той глине яма велика,

Чтоб встретить гостя в ней.

ГАМЛЕТ

По-моему, слова твои ничего не стоят, хотя ты там и стои’шь.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Вы в ней не стоите, сэр, а, значит, она не ваша; что касается моих слов, то они правдивы и многого стоят: я стою в ней, и, значит, она моя.

ГАМЛЕТ

Ты врешь, стоя в ней и говоря, что она твоя: она предназначена для мертвых, а не для живых, поэтому ты врешь.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Это живая ложь, сэр, — настолько живая, что просто скачет; от меня она перепрыгнет к вам.

ГАМЛЕТ

Для какого господина ты ее роешь?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Не для господина, сэр.

ГАМЛЕТ

Тогда для какой госпожи?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

И не для госпожи.

ГАМЛЕТ

Кто же будет тут похоронен?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Она не была госпожой, сэр, да и вообще уже умерла, упокой Господи ее душу.

ГАМЛЕТ

Какой же это абсолютный лжец! Мы должны точно выбирать слова, иначе нас погубит двусмысленность. Клянусь Богом, Горацио, за последние три года я сделал для себя вывод: наше время стало очень острым, и кончик крестьянского башмака так приблизился к пятке придворного, что натирает ее. — Как давно ты работаешь могильщиком?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Из всех дней в том году я выбрал для этого день, когда наш последний король Гамлет одолел Фортинбраса.

ГАМЛЕТ

И когда это было?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Разве вы не знаете? Это знает каждый дурак: в тот самый день, когда родился молодой Гамлет, тот, кто сошел с ума и был отправлен в Англию.

ГАМЛЕТ

Но почему же его отправили в Англию?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да потому, что он сошел с ума: у них он поправится, а если и нет, там это не имеет большого значения.

ГАМЛЕТ

Почему?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Там этого никто не заметит; у них люди так же безумны, как и он.

ГАМЛЕТ

А как он сошел с ума?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Говорят, очень странным образом.

ГАМЛЕТ

Как это “странным образом”?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да потеряв рассудок.

ГАМЛЕТ

На какой почве?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Ну как, на здешней, датской: я здесь копаю, мужиком и пацаном, уже тридцать лет.

ГАМЛЕТ

А как долго человек может пролежать в земле, прежде чем сгниет?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да если он не сгнил еще до смерти — а у нас сейчас много сифилитиков, которые с трудом дотягивают до погребения, — он пролежит лет восемь-девять; кожевенник пролежит девять лет.

ГАМЛЕТ

Чем он лучше других?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да что вы, сэр, его кожа так продубилась от его ремесла, что она еще долго не будет пропускать воды, а эта ваша вода сильно разлагает этот ваш сучий труп. Вот череп; он пролежал в земле двадцать три года.

ГАМЛЕТ

Чей он?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Сумасшедшего парня, шлюхиного сына: как вы думаете, чей?

ГАМЛЕТ

Нет, не знаю.

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Разрази его чума за то, что он сумасшедший мошенник! Однажды он вылил мне на голову бутылку рейнского. Этот самый череп, сэр, принадлежал Йорику, королевскому шуту.

ГАМЛЕТ

Этот?

ПЕРВЫЙ МОГИЛЬЩИК

Да, этот.

ГАМЛЕТ

Дай-ка посмотреть. Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио: человек бесконечно веселый, с превосходной фантазией; он тысячу раз носил меня на спине; а теперь… как же это противно для моего воображения! У меня от этого сжимается горло. Здесь были те губы, которые я целовал… не знаю, как часто. Где же теперь твои насмешки? Твои игры? Твои песни? Твои вспышки веселья, которые обычно заставляли шуметь весь стол? Не осталось ни одной, чтобы насмехаться над собственным оскалом? Совсем приуныл? Иди к столу миледи и скажи ей, что, пусть она наложит на себя краску толщиной в дюйм, она все равно закончит таким видом; заставь ее посмеяться над этим. Прошу тебя, Горацио, скажи мне одну вещь.

ГОРАЦИО

Какую, милорд?

ГАМЛЕТ

Как ты думаешь, Александр в земле выглядел так же?

ГОРАЦИО

Именно так.

ГАМЛЕТ

И так пахло? Тьфу!

ГОРАЦИО

Именно так, милорд.

ГАМЛЕТ

На какое низкое употребление мы можем пойти, Горацио! Почему воображение не может проследить за благородным прахом Александра, пока не обнаружит, что тот стал затычкой в бочке?

ГОРАЦИО

Рассматривать так — значит, рассматривать слишком уж пристально.

ГАМЛЕТ

Нет, честное слово, нисколько; просто проследить за ним с достаточной скромностью, но и с правдоподобием, примерно так: Александр умер, Александра похоронили, Александр обратился в прах; прах — это земля; из земли мы делаем глину, и почему той глиной, в которую он был превращен, не могли закупорить пивную бочку?

Великий Цезарь, царственная глина,

От ветра бы хранил тепло камина.

Весь мир вогнавший в ужас человек

Латал бы стену, не пуская снег!

Но тише, тише! Вот идет король.

Входят КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА, ЛАЭРТ, СВЯЩЕННИК и свита. Несут гроб с телом ОФЕЛИИ.

Двор, королева… А кого хоронят?

Обряд урезан: это говорит,

Что тот мертвец, кого кладут в могилу,

С собой покончил — кто-то из придворных.

Так спрячемся и будем наблюдать.

(Отходит в сторону вместе с ГОРАЦИО).

ЛАЭРТ

Еще обряды будут?

ГАМЛЕТ

Вот Лаэрт,

Столь благородный юноша. Смотри.

ЛАЭРТ

Еще обряды будут?

СВЯЩЕННИК

Расширили обряды, как могли, мы;

Мы знаем, смерть сомнительна ее,

И, если б не приказ верховной власти,

В неосвященной бы земле лежала

До зова трубного, и вместо пенья

Летели б кремни, черепки и галька;

Но девичьи достались ей гирлянды

Цветов могильных и колоколов

Звон похоронный.

ЛАЭРТ

Больше ничего?

СВЯЩЕННИК

Нет, больше ничего.

Мы осквернили бы служенье мертвым,

Спев реквием над ней, какой поют

Почившим в мире.

ЛАЭРТ

В землю опускайте,

И из ее прекрасной чистой плоти

Пусть вырастут фиалки! Грубый поп,

Сестра на небе ангелом предстанет,

Когда в аду ты взвоешь.

ГАМЛЕТ

Что, Офелия?

КОРОЛЕВА

Прекрасное прекрасной. О, прощай!

Бросает цветы в могилу.

Тебя невесткой видела своею

И ложе брачное убрать хотела,

А не могилу.

ЛАЭРТ

О, тройное горе,

На голову обрушься тридцать раз

Того, чей злой и мерзостный поступок

Ума ее лишил. Не сыпьте землю;

В последний раз хочу ее обнять.

(Прыгает в могилу).

Теперь засыпьте мертвую с живым,

Покуда в гору дол не превратится,

Что выше Пелиона и вершины

Олимпа синего.

ГАМЛЕТ (подходя ближе)

Кто тот, чье горе

Так громогласно, чьи слова печали

Блуждающие звезды заставляют,

Как будто изумленный зал, застыть?

Я Гамлет Дан.

(Прыгает в могилу).

ЛАЭРТ

Пусть черт тебя возьмет!

(Схватывается с ним).

ГАМЛЕТ

Нет, молишься, смотрю, ты очень плохо.

Ты лучше пальцы с горла убери;

Хоть я не вспыльчив и не опрометчив,

Но что-то есть опасное во мне,

Чего бояться стоит. Руки прочь!

КОРОЛЬ

Разнять их.

КОРОЛЕВА

Гамлет, Гамлет!

ВСЕ

Джентльмены…

ГОРАЦИО

Милорд, вы успокойтесь.

(Их разнимают, и они выходят из могилы).

ГАМЛЕТ

Да, я готов сражаться с ним за это,

Пока дрожать не перестанут веки.

КОРОЛЕВА

За что, мой сын?

ГАМЛЕТ

Ее любил я: сорок тысяч братьев

Не соберут количеством любви

Мой счет. На что готов ты для нее?

КОРОЛЬ

Безумен он, Лаэрт.

КОРОЛЕВА

О, пощадите!

ГАМЛЕТ

Нет, покажи сейчас, на что готов:

Сражаться? Плакать? Мучиться? Поститься?

Напиться уксуса? Съесть крокодила?

Я это сделаю. Пришел ты ныть?

Мне бросить вызов и в могилу прыгнуть?

Похорони себя с ней, и я тоже.

Болтаешь о горах — пускай засыплют

Нас миллионы акров, и земля

Горящей сферой опалит главу,

И Осса — будто прыщ! Как ты, хвалиться

Могу и я.

КОРОЛЕВА

Одно безумье это;

Вот так недолго будет он в припадке,

Покуда, терпеливый, как голубка,

Когда птенцы златые вылезают,

В молчаньи не поникнет.

ГАМЛЕТ

Сэр, скажите,

Зачем себя со мною так ведете?

Всегда любил я вас… Не важно это.

Пускай Гераклу биться и не лень,

Мяучит кот, и есть у пса свой день.

(Уходит).

КОРОЛЬ

Горацио, прошу, за ним идите.

(ГОРАЦИО уходит).

(Обращаясь тихо к ЛАЭРТУ)

Терпение храни, беседу нашу

Не позабыв — мы дело пустим в ход.

— Гертруда, пусть за принцем приглядят —

Над ним поставим монумент живой.

Увидим скоро время тишины —

Пока мы жить в терпении должны.

(Уходят).

Входят ГАМЛЕТ и ГОРАЦИО.

ГАМЛЕТ

Об этом хватит. А теперь — другое...

Ты обстоятельства все эти помнишь?

ГОРАЦИО

Милорд, конечно, помню!

ГАМЛЕТ

В душе борьба какая-то велась,

Что не давала спать; лежать мне было

Ужасней, чем мятежникам в колодках.

В порыве — быстрота благословенна,

Ведь часто необдуманность нам служит

Там, где бессилен замысел глубокий.

И это говорит: есть провиденье,

Что выполняет то, в чем мы небрежны…

ГОРАЦИО

Да, несомненно.

ГАМЛЕТ

Из своей каюты

Я вышел, плащ накинув свой морской,

И в темноте я ощупью нашел

Путь к ним, пакет украл и удалился

В свою каюту вновь, решившись там —

Ведь страх заставил позабыть приличья, —

Посланье вскрыть, и там нашел, Горацио, —

О подлость королевская! — приказ,

Весь оснащенный множеством причин

Для большей славы датской и английской

С изображеньем пугалом меня,

Что, по прочтеньи, времени не дав

На то, чтоб наточить топор, мне нужно

Немедля голову отсечь.

ГОРАЦИО

Возможно ль?

ГАМЛЕТ

Со мной он: на досуге прочитай.

Но хочешь слушать, как я поступил?

ГОРАЦИО

Прошу вас.

ГАМЛЕТ

Итак, окутан подлецов сетями, —

Не сочинил пролога я уму,

Как пьесу начал мозг, — я сел, придумав

Приказ иной, и написал красиво;

Считал я, как сановники считают,

Дурным хороший почерк и трудился

Над тем, чтоб позабыть его, но вот

Он мне помог. Не хочешь ли узнать,

Что написал я?

ГОРАЦИО

Да, милорд, конечно.

ГАМЛЕТ

Серьезнейшую просьбу короля,

Что, раз уж Англичанин — верный данник,

Раз между ними пальмою цвести

Должна любовь, раз мир, как запятая,

Стоит в венке пшеничном между ними, —

Тут следовало много всяких “раз“ —

То, прочитав и осознав всё это,

Он должен безо всяких рассуждений

Немедленно предать обоих смерти

Без исповеди даже.

ГОРАЦИО

А печать?

ГАМЛЕТ

И в этом помогли мне небеса.

Был в кошельке моем отцовский перстень

С точнейшим слепком от печати датской;

Я на приказ печать поставил, подпись,

Сложил, как раньше, и надежно спрятал;

Подмены не заметили; затем

Был бой морской, а что потом случилось,

Уже ты знаешь.

ГОРАЦИО

А Гильденстерн и Розенкранц плывут.

ГАМЛЕТ

Им нравилось занятие такое;

Их гибель не на совести моей,

А вызвана участьем в этом деле.

Опасно, коль ничтожный человек

Встает меж разъяренными клинками

Противников могучих.

ГОРАЦИО

Что же за король!

ГАМЛЕТ

Как думаешь, не должен ли я с тем,

Кто короля убил, мать опозорил,

Мне заслонил избранье на престол

И удочку на жизнь мою закинул

С таким коварством — разве я не должен

С ним рассчитаться этою рукой?

И язве можно ли природы нашей

Зло делать дальше?

ГОРАЦИО

Из Англии узнать он должен скоро

Про то, чем это дело завершилось.

ГАМЛЕТ

Да, скоро; промежуток этот — мой,

А жизнь прервется лишь одним ударом;

Но всё же очень жаль мне, друг Горацио,

Что я, с Лаэртом ссорясь, так забылся,

Ведь в деле я своем картину вижу

Его беды; искать с ним мира буду,

Но то, как он бравировал бедой,

Меня взбесило.

ГОРАЦИО

Тише! Кто пришел?

(Входит ОЗРИК).

ОЗРИК

Приветствую, милорд, вас с возвращеньем.

ГАМЛЕТ

Покорнейше благодарю вас, сэр. (Обращаясь к Горацио). Ты знаешь эту речную муху?

ГОРАЦИО

Нет, милорд.

ГАМЛЕТ

Твое положение весьма благодатно, ибо знать его — это порок. У него много земли, и она плодородна; когда скотина становится владельцем скота, ее кормушка ставится за королевский стол: это та еще галка, но, как я уже сказал, преуспевшая во владении грязью.

ОЗРИК

Милостивый государь, если бы ваша светлость были свободны, я бы передал вам кое-что от его величества.

ГАМЛЕТ

Я приму это, сэр, со всем усердием своего духа. Употребите вашу шляпу по назначению, она предназначена для головы.

ОЗРИК

Благодарю вашу светлость, очень жарко.

ГАМЛЕТ

Нет, поверьте мне, здесь очень холодно, дует северный ветер.

ОЗРИК

Действительно, довольно холодно, милорд.

ГАМЛЕТ

Но все же мне кажется, здесь очень душно и жарко для моей комплекции.

ОЗРИК

Исключительно, милорд; здесь очень душно, так сказать, но не могу изъяснить, как. Однако, милорд, его величество велел мне передать вам, что он заключил большое пари на вашу победу; сэр, вот в чем дело…

ГАМЛЕТ

Я умоляю вас, не забывайте…

ГАМЛЕТ пытается заставить его надеть шляпу.

ОЗРИК

Нет, милостивый государь, мне так, честное слово, удобнее. Сэр, недавно ко двору прибыл Лаэрт; поверьте мне, это настоящий джентльмен, обладающий самыми выдающимися качествами, очень мягкого обхождения и великолепной внешности; действительно, если говорить о нем с должным чувством, он является визитной карточкой или календарем дворянства, ибо в нем вы найдете совмещение тех качеств, какие только желал бы видеть джентльмен.

ГАМЛЕТ

Сэр, его характеристика не страдает у вас от каких-то потерь; хотя, я знаю, если бы мы его инвентаризировали, это нарушило бы арифметику памяти, и все же и то, и другое лишь слегка покачивается из уважения к его быстрым парусам. Но, во всей истинности восхваления, я считаю, что у него душа большого момента, а его настой столь благороден и редок, что, если говорить о нем правдиво, подобно ему только его зеркало, все же прочие, кто следует за ним, — его тень, не более того.

ОЗРИК

Ваша светлость отзывается о нем безошибочно.

ГАМЛЕТ

В чем интерес, сэр? Почему мы окутываем этого джентльмена своим грубым дыханием?

ОЗРИК

Сэр?

ГОРАЦИО

Неужели невозможно говорить на другом языке? Сделайте это, сэр, в самом деле.

ГАМЛЕТ

Что послужило поводом для упоминания об этом джентльмене?

ОЗРИК

О Лаэрте?

ГОРАЦИО

Его кошелек уже пуст, все золотые слова потрачены.

ГАМЛЕТ

О нем, сэр.

ОЗРИК

Я знаю, что вы не пребываете в невежестве…

ГАМЛЕТ

Я бы хотел, чтоб вы это знали, сэр, но, честно говоря, если вы это знаете, это не большая похвала для меня. Итак, сэр?

ОЗРИК

Вы не пребываете в невежестве насчет того, каким совершенством является Лаэрт.

ГАМЛЕТ

Я не осмеливаюсь признаться в этом, чтобы не сравняться с ним в совершенстве, но, чтобы хорошо знать другого человека, нужно знать самого себя.

ОЗРИК

Я имею в виду, сэр, его владение оружием; по общему мнению, он не знает себе равных.

ГАМЛЕТ

Каким оружием он владеет?

ОЗРИК

Рапирой и кинжалом.

ГАМЛЕТ

Это два разных вида оружия; но ладно.

ОЗРИК

Король, сэр, поставил против него на кон шесть берберийских лошадей, а в ответ он поставил, насколько я знаю, шесть французских рапир и кинжалов со всеми атрибутами, такими, как пояса, перевязи и так далее; три из этих портупей, по правде говоря, очень радуют воображение, очень гармонируют с рукоятками, изящнейшие портупеи и весьма кичливые.

ГАМЛЕТ

Что вы называете портупеями?

ГОРАЦИО

Я так и знал, что, прежде чем беседа закончится, вам придется смотреть в примечания.

ОЗРИК

Портупеи, сэр, — это перевязи.

ГАМЛЕТ

Это слово очень бы подходило, если бы мы находились на войне: пока пусть будут перевязи. Но, в общем, шесть берберийских лошадей против шести французских рапир, их принадлежностей и трех кичливых портупей; это французская ставка против датской. Почему такой заклад, как вы это называете?

ОЗРИК

Король, сэр, поставил на то, что в дюжине ваших схваток с Лаэртом тот не обойдет вас на три очка; Лаэрт же поставил на двенадцать против девяти; можно было бы немедленно проверить это на деле, если бы ваша светлость удостоила нас ответом.

ГАМЛЕТ

Что, если я отвечу "нет"?

ОЗРИК

Я имею в виду, милорд, участие вашей особы в этом состязании.

ГАМЛЕТ

Сэр, я буду здесь прогуливаться, в этом зале; если его величеству угодно, это время моего дневного отдыха; пусть принесут рапиры, и, если этот джентльмен желает, а король не отказался от своего намерения, я выиграю для него все, что сумею; в противном случае я ничего не получу, кроме своего позора и лишних ударов.

ОЗРИК

Должен ли я так и передать?

ГАМЛЕТ

В таком духе, сэр, расцветив все так, как желает ваша натура.

ОЗРИК

Я ручаюсь в своей преданности вашей светлости.

ГАМЛЕТ

Ваш, только ваш.

(ОЗРИК уходит).

Хорошо, что он сам ручается; больше за него никто не поручится.

ГОРАЦИО

Этот чибис убегает со скорлупой на голове.

ГАМЛЕТ

Он любезничал с соском своей матери, прежде чем сосать его. Он — и многие другие из того же выводка, которых я знаю и в ком наш модный век души не чает, — уловили лишь тональность времени и внешнюю манеру обращения, своего рода пенистую накипь, которая несет их и через глупые, и через взвешенные мнения; а только дунешь на них, чтобы испытать, как пузырьки лопнут.

(Входит ВЕЛЬМОЖА).

ВЕЛЬМОЖА

Милорд, его величество приветствовал вас через молодого Озрика, который сообщил ему, что вы ожидаете здесь, в зале; он послал меня узнать, не изменили ли вы своего желания состязаться с Лаэртом, или вы хотите на время отложить поединок.

ГАМЛЕТ

Я не изменен в своих намерениях; они совпадают с волей короля; если у него есть готовность, готов и я; сейчас или когда угодно, при условии, что я буду в таком же хорошем состоянии, как и сейчас.

ВЕЛЬМОЖА

Король, королева и все остальные спускаются сюда.

ГАМЛЕТ

В добрый час.

ВЕЛЬМОЖА

Королева желает, чтобы вы сказали что-нибудь любезное Лаэрту, прежде чем начнете поединок.

ГАМЛЕТ

Она дает мне хороший совет.

(ВЕЛЬМОЖА уходит).

ГОРАЦИО

Вы проиграете это пари, милорд.

ГАМЛЕТ

Я так не думаю; с тех пор, как он уехал во Францию, я постоянно тренировался; с форой я выиграю. Однако ты и представить себе не можешь, как плохо у меня на сердце; но это неважно.

ГОРАЦИО

Нет, добрый милорд…

ГАМЛЕТ

Это всего лишь глупость, но это такого рода предчувствие, которое женщине, возможно, причинило бы беспокойство.

ГОРАЦИО

Если вашей душе что-то не нравится, повинуйтесь ей: я скажу им, чтобы они не приходили сюда и что вы не готовы.

ГАМЛЕТ

Ни в коем случае; мы презираем предсказания: и в гибели воробья есть особый промысел. Если это случится сейчас, то не случится потом; если не случится потом, то случится сейчас; если не случится сейчас, то все равно случится; готовность — это все, поскольку никто не будет владеть тем, что оставит после смерти. Так почему бы не расстаться с этим раньше?

(Трубы и барабаны. Входят КОРОЛЬ, КОРОЛЕВА, вся свита, слуги с рапирами и ЛАЭРТ).

КОРОЛЬ

Тебе даю я, Гамлет, эту руку.

(КОРОЛЬ вкладывает руку ЛАЭРТА в руку ГАМЛЕТА).

ГАМЛЕТ

Простите, сэр, я причинил вам зло;

Меня простите вы как джентльмен.

Все знают здесь, да слышали и вы:

Безумием тяжелым я наказан.

Всё то, что сделал я, что пробудило

В вас чувства кровные, и чувство чести,

И неприязнь ко мне — то лишь безумье.

Лаэрту Гамлет навредил? Не Гамлет.

Раз Гамлет сам с с собою был в разладе

И зло при этом причинил Лаэрту,

То Гамлет отрекается от зла.

Кто ж это сотворил? Его безумье,

И, значит, Гамлет тоже был обижен:

Безумие — его жестокий враг.

Пред всеми, кто здесь есть, позвольте, сэр,

Вы отрицаньем замысла дурного

С меня пред вами ныне снять вину

За то, что я пустил стрелу над домом,

Случайно ранив брата.

ЛАЭРТ

Кровь спокойна

Во мне, хотя должна всего сильнее

К возмездью звать, но с точки зренья чести

Я непреклонен, мира не желая,

Покуда те, кто искушен в вопросе,

Не приведут такой же случай в прошлом,

Чтоб имя я свое не запятнал.

До той поры я принимаю дружбу

Без подозрений.

ГАМЛЕТ

Вот мои объятья;

Готов я биться в братском поединке.

Рапиры дайте.

ЛАЭРТ

Мне одну рапиру.

ГАМЛЕТ

Твоей рапирой будет неуменье

Мое; звездою вспыхнет мастерство

Твое в ночи.

ЛАЭРТ

Вы надо мной смеетесь.

ГАМЛЕТ

Нет, клянусь.

КОРОЛЬ

Дай им рапиры, Озрик. Милый Гамлет,

Заклад ты знаешь?

ГАМЛЕТ

В точности, милорд;

Поставили вы на того, кто хуже.

КОРОЛЬ

Не страшно — видел я, как вы деретесь;

Он лучше стал, так фору и дает.

ЛАЭРТ

Так тяжела; попробуем другую.

ГАМЛЕТ

Мне нравится. Они одной длины?

ОЗРИК

Одной, милорд.

КОРОЛЬ

На этот стол поставь с вином сосуды;

Коль Гамлет первым нанесет удар

Иль просто отквитается, пускай

На укреплениях стреляют пушки;

За здравье Гамлета король пить будет,

И в кубок свой жемчужину он бросит

Ценнее перла, что в венце носили

Четыре датских короля; давайте

Мне кубки; пусть цимбалы скажут трубам,

А трубы громко скажут пушкарям,

И пушки — небу, небо же — земле:

“За Гамлета сегодня пьет король”.

Начните; вы же, судьи, наблюдайте.

ГАМЛЕТ

Начнем, сэр.

ЛАЭРТ

Начнем, милорд.

(Они сражаются).

ГАМЛЕТ

Раз!

ЛАЭРТ

Нет.

ГАМЛЕТ

Судья!

ОЗРИК

Удар, отчетливый удар.

ЛАЭРТ

Еще раз.

КОРОЛЬ

Нет, дайте выпить. Гамлет, жемчуг твой;

За здравье пью.

(Звучат трубы, и раздается пушечный выстрел).

Ему подайте кубок.

ГАМЛЕТ

Хочу закончить бой; пока оставьте.

(Они сражаются).

Еще один удар. Что скажешь ты?

ЛАЭРТ

Задет, я признаю.

КОРОЛЬ

Наш сын одержит

Победу.

КОРОЛЕВА

Толстый он, и плохо дышит.

Возьми платок мой, Гамлет, вытри лоб;

Пьет королева за твою удачу.

ГАМЛЕТ

О, добрая мадам!

КОРОЛЬ

Не пей, Гертруда!

КОРОЛЕВА

Милорд, я выпью; и, прошу, простите.

КОРОЛЬ (в сторону)

Уже отравлен кубок; слишком поздно.

ГАМЛЕТ

Пока не смею пить; еще минуту.

КОРОЛЕВА

Иди сюда, дай обтереть лицо.

ЛАЭРТ

Милорд, его задену я.

КОРОЛЬ

Нет, вряд ли.

ЛАЭРТ (в сторону)

Но это против совести почти что.

ГАМЛЕТ

Давайте вновь; Лаэрт, ты лишь играешь;

Прошу тебя, решительней сражайся;

Боюсь, ты просто шутишь надо мной.

ЛАЭРТ

Ах, вот что? Ну, давайте.

Они сражаются.

ОЗРИК

Нет ударов.

ЛАЭРТ

Вот вам!

(ЛАЭРТ ранит ГАМЛЕТА; затем в схватке они меняются рапирами, и ГАМЛЕТ ранит ЛАЭРТА).

КОРОЛЬ

Разнять! Как разъярились…

ГАМЛЕТ

Нет, продолжим.

(КОРОЛЕВА падает).

ОЗРИК

Эй, помогите королеве!

ГОРАЦИО

В крови они. Милорд, что происходит?

ОЗРИК

Лаэрт, что происходит?

ЛАЭРТ

Ворона в свой силок попалась, Озрик;

Я сам своим предательством убит.

ГАМЛЕТ

Что с королевой?

КОРОЛЬ

Чувств она лишилась

При виде крови.

КОРОЛЕВА

Нет, питье, питье…

Отравлена я, дорогой мой Гамлет!

(Умирает).

ГАМЛЕТ

Злодейство! Эй! Пускай запрут все двери!

Предательство! Ищите виноватых!

ЛАЭРТ

Измена здесь; знай, Гамлет, ты убит;

Нет, ни одно лекарство не поможет —

И получаса жизни не осталось;

Оружие, что держишь ты в руке,

Отравлено и не притуплено;

Меня мой гнусный замысел сразил —

Лежу, не встану больше; мать твоя

Отравлена… король, король виновен.

ГАМЛЕТ

Отравлен и клинок! За дело, яд!

(Закалывает КОРОЛЯ).

ВСЕ

Измена!

КОРОЛЬ

Помогите мне, друзья;

Всего лишь ранен я.

ГАМЛЕТ

Кровосмеситель,

Убийца подлый и проклятый Дан,

Пей это зелье. Здесь лежит твой жемчуг?

За матерью иди.

(КОРОЛЬ умирает).

ЛАЭРТ

Он заслужил;

Тот яд был приготовлен им самим.

Простим друг друга, благородный Гамлет,

Чтоб на тебя моя смерть и отцова

Не пали, на тебя ж моя не пала.

(Умирает).

ГАМЛЕТ

Простит пусть небо! За тобой иду.

Я мертв, мой друг. Прощайте, королева

Несчастная! Вы, кто дрожит, бледнея,

Большого действа зрители немые,

Будь время — смерть, неумолимый пристав,

Строга в своем аресте — я б поведал…

Но пусть так будет. Друг, уже я мертв;

Ты жив; правдиво всё ты расскажи

Тем, кто не знает.

ГОРАЦИО

Этого не будет.

Скорее римлянин я — не датчанин;

Еще питье осталось.

ГАМЛЕТ

Как мужчина,

Дай кубок мне; клянусь, его я вырву.

Какое от меня дурное имя

Останется, коль не узнают всё!

Раз ты меня любил душой своею,

То удержись на время от блаженства;

Чтоб это рассказать, живи, страдая,

В суровом мире.

(Марш вдали, и выстрелы за сценой).

Что за шум военный?

ОЗРИК

Из Польши Фортинбрас пришел с победой;

Встречает он торжественным салютом

Послов английских.

ГАМЛЕТ

Умираю я;

Могучий яд над духом торжествует.

Я не дождусь из Англии известий,

Но предскажу — избрание падет

На Фортинбраса; мой предсмертный голос

Отдай ему, скажи про те событья,

О коих спросит. Далее — молчанье.

(Умирает).

ГОРАЦИО

Разбилось сердце. Спи, о милый принц —

Пусть хоры ангелов ведут к покою!

(Марш за сценой).

Зачем бьют барабаны?

(Входят ФОРТИНБРАС, английские послы и другие).

ФОРТИНБРАС

Где это зрелище?

ГОРАЦИО

Что нужно вам?

Коль скорбь и изумленье, не ищите.

ФОРТИНБРАС

Тела кричат о бойне. Смерть-гордячка,

Какой готовишь пир в пещере вечной,

Что стольких сильных ты одним ударом

Кровавым поразило?

ПЕРВЫЙ ПОСОЛ

Вид ужасен,

И слишком опоздали наши вести;

Бессилен слух, что должен был услышать

От нас, что был приказ его исполнен,

Что Розенкранц и Гильденстерн мертвы.

Кто благодарность выразит?

ГОРАЦИО

Не он,

Пусть даже живы были бы уста;

Приказа об их смерти не давал он.

Но раз уж на кровавый этот суд

Из Англии и из похода в Польшу

Вы прибыли, велите, чтоб тела

Легли пред всеми на большом помосте;

И я скажу не знающему миру,

Как все случилось; сможете услышать

О черных, неестественных делах,

Случайных карах и убийствах странных,

Смертях из-за коварства и насилья

И, наконец, о замыслах, что пали

Задумавшим на головы; все это

Правдиво расскажу я.

ФОРТИНБРАС

Поспешим

Услышать, созовем всех самых знатных.

Что до меня, со скорбью принимаю

Свой жребий — есть права на трон, их помнят;

Их предъявить зовет меня судьба.

ГОРАЦИО

Есть повод говорить мне и об этом —

От уст того, чей голос привлечет

Других, но надо сделать все быстрее,

Пока умы в смятеньи, чтоб бед новых

Из заблуждений не пришло.

ФОРТИНБРАС

Пускай

Четыре командира на помост,

Как воина, здесь Гамлета положат;

Возможно, королем он был бы славным;

Пусть почести военные и громкий

Звук музыки кончину знаменует.

Тела возьмите; зрелище такое

Подходит к полю битвы, здесь же он

Не к месту. И пусть воины стреляют.

(Уходят, унося тела погибших, после чего раздается пушечный залп).

ПРИМЕЧАНИЯ

• Призрак раскидывает его руки.

Эта ремарка из Второго кварто опускалась в последующих изданиях, но она явно отражает режиссерскую идею Шекспира, который сам исполнял роль Призрака (что не доказано со стопроцентной точностью, но давно уже не вызывает сомнений у его биографов).

• • Кузен.

Слово cousin в оригинале означает просто “родственник”, но это официальное обращение монарха к своему родственнику (а часто и к другому монарху) и должно поэтому переводиться буквально. Оно совершенно отличается от kin в ответной реплике Гамлета.

• • • Пускай войдет.

Во Втором кварто (а современные издания приводят сцену именно в варианте, взятом оттуда) эти слова произносит Горацио, что справедливо исправляется, поскольку такой приказ могла отдавать только Королева. Но тогда напрашивается мысль о том, что и предыдущие слова произносит она, а Горацио они переданы просто из-за описки автора. Возможно, и само появление Горацио на сцене является опиской, ведь он в итоге не произносит ни слова? В таком случае Королеве не нужно ничего говорить в сторону (во Втором кварто и нет такого указания), терпят также поражение и конспирологические версии о вине Королевы и Горацио в смерти Офелии. Переводчик, однако, скрепя сердце сохранил традиционный вариант.

• • • • Мне дал Горацио.

В оригинале — “Клавдио”, но это уже явная описка автора (показательно, что и она связана с именем Горацио), которую давно пора исправлять в переводе. (Известны слова Бена Джонсона о небрежном отношении Шекспира к исправлениям в своих пьесах).