Гамлет (Шекспир; Кронеберг)/ПСС 1902 (ВТ:Ё)/Действие I

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
< Гамлет (Шекспир; Кронеберг)‎ | ПСС 1902 (ВТ:Ё)

Перейти к навигации Перейти к поиску


[80]
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

СЦЕНА I

Эльсинор. Терраса перед замком.

Франциско на часах. Входит Бернардо.

Бернардо

Кто здесь?

Франциско

Кто здесь? Сам отвечай мне — кто идёт?

Бернардо

Да здравствует король!

Франциско

Да здравствует король! Бернардо?

Бернардо

Да здравствует король! Бернардо? Он.

Франциско

Вы вовремя приходите на смену.

Бернардо

Уж за полночь! иди домой, Франциско.

Франциско

Благодарю за смену. Холод резкий —
И мне неловко что-то на душе.

Бернардо

Что, всё спокойно было?

Франциско

Что, всё спокойно было? Как в гробу.

Бернардо

Прощай же, доброй ночи. Если встретишь
Товарищей, Горацьо и Марцелло,
Так попроси их поспешить.

Входят Горацио и Марцелло.

Франциско

Так попроси их поспешить. Да вот,
Мне кажется, они. Стой! Кто идёт?

Горацио

Друзья отечества.

Марцелло

Друзья отечества. Вассалы короля.

Франциско

Прощайте, доброй ночи!

Марцелло

Прощайте, доброй ночи! А, прощай,
Мой бравый друг! А кто тебя сменил?

Франциско

Бернардо. Доброй ночи! (Уходит).

Марцелло

Бернардо. Доброй ночи! Эй! Бернардо!

Бернардо

Горацио с тобой?

Горацио (подавая руку)

Горацио с тобой? Отчасти.

Бернардо

Горацио с тобой? Отчасти. Здравствуй,
Горацио! Здорово, друг Марцелло!

Горацио

Ну что, являлось нынче привиденье?

Бернардо

Я не видал.

Марцелло

Я не видал. Горацьо говорит,
Что это всё игра воображенья,
И призраку, который мы два раза
Видали сами, веры не даёт;
Я и просил его прийти сюда,
Чтоб ночь без сна провесть на нашей страже
И, если дух появится опять,
Чтоб убедиться, что не обманули
Глаза нас всех, и с ним заговорить.

Горацио

Вздор, не придёт он.

Бернардо

Вздор, не придет он. Да, а между тем
Садись. Позволь атаковать ещё раз
Твой слух, так недоступный для рассказа
О том, что нам две эти ночи сряду
Являлось на часах.

Горацио

Являлось на часах. Пожалуй, сядем.
Бернардо, повтори нам твой рассказ.

Бернардо

Прошедшей ночью, в дивный час, когда

[81]

Вон та звезда, от полюса на запад,
В пути своём часть неба озаряла,
Где и теперь горит — я и Марцелло,
Мы видели, едва пробило час…

Марцелло

Постой! Смотри: опять она идёт!

Входит тень

Бернардо

Взгляни: точь-в-точь покойный наш король!

Марцелло

Горацьо, ты учён: поговори с ним.

Бернардо

Что — не похож ли он на короля?
Взгляни, Горацио.

Горацио

Взгляни, Горацио. Да, совершенно.
Я трепещу от страха, изумленья.

Бернардо

Он хочет, чтобы с ним заговорили.

Марцелло

Горацио, спроси — заговори с ним.

Горацио

Кто ты, полночным завладевший часом
И образом воинственно прекрасным,
В котором здесь бродило на земле
Величество умершего Гамлета?
Я заклинаю небом — говори!

Марцелло

Он оскорбился.

Бернардо

Он оскорбился. Он уходит.

Горацио

Он оскорбился. Он уходит. Стой
И говори — тебя я заклинаю!

(Тень уходит)

Марцелло

Он удалился: отвечать не хочет.

Бернардо (к Горацио)

Ну что, мой друг? Ты бледен? Ты дрожишь!
Что ж, эта тень не больше ль, чем мечта?
Как думаешь?

Горацио

Как думаешь? Клянусь моим творцом,
Когда б глаза мне не были порукой,
Я не поверил бы чужим словам.

Марцелло

Не правда ли, похож на короля?

Горацио

Как ты похож на самого себя.
Точь-в-точь такой на нём надет был панцирь,
Когда с норвежцем гордым он сразился,
И так же грозно хмурил он чело,
Когда на лёд в упорном поединке
Низвергнул поляка. Непостижимо!

Марцелло

Так дважды он в глухой час полуночи
Шагами Марса мимо нас прошёл.

Горацио

Что предвещает нам его явленье —
Я не могу сказать; но по всему
Мне кажется, что Дании грозит
Переворот ужасный.

Марцелло

Переворот ужасный. Сядьте здесь —
И тот, кто знает, пусть нам объяснит,
Зачем так строго бдительная стража
Вассалов Дании лишает сна?
Зачем что день, то выливают пушки,
Снаряды свозят из чужих земель,
Берут людей для корабельных верфей,
Где нет им праздника, а только будни?
Зачем народ, трудясь и день, и ночь
В поту лица, не смеет отдохнуть?
Кто объяснит мне?

Горацио

Кто объяснит мне? Я. По крайней мере,
Так говорят: последний наш король —
Его видение нас нынче посетило —
Из зависти был вызван Фортинбрасом,
Норвежским королем, на бой. Наш храбрый,
Наш смелый Гамлет — он таким здесь признан
На этой бренной половине мира —
Убил врага — и Фортинбрас утратил
С своею жизнью все свои владенья.
Таков был обоюдный договор,
Гербом и подписью бойцов скреплённый.
И наш король давал в залог победы
Свои владения: когда б он пал,
Они бы все достались Фортинбрасу,
Как Гамлету досталась вся страна,
Согласно заключенному условью.

[82]

И вот недавно юный Фортинбрас
С огнём в груди неукротимо диким
Набрал по всем Норвегии углам
Толпу бродяг, готовых из-за хлеба
Поддерживать любое предприятье;
А предприятье это, как известно,
Есть возвращенье злой рукой войны
Потерянных отцом его владений.
Вот почему готовится война,
И пушки льют, и держат караул,
И в целой Дании движенье и работа.

Бернардо

Я то же думаю: оно согласно
С видением, в доспехах боевых
На стражу к нам пришедшим из могилы.
Причиною войны усопший Гамлет,
А призрак так с ним схож!

Горацио

Исторгший силу из очей Да, это атом,
Исторгший силу из очей души.
Когда, как пальма, цвёл великий Рим,
Незадолго до Цезаря кончины,
Покинув гроб, со стонами и воплем
Блуждали мертвецы — и белый саван
Носился вдоль по улицам столицы.
На небесах явились в солнце пятна,
Кометы с огненным хвостом, и падал
Кровавый дождь. Владычица морей,
Звезда Нептунова, померкла в вышине,
Как будто бы пришла кончина мира.
И нам земля и небо ниспослали
Такой же знак переворотов страшных,
Предвестника грозящей нам судьбы.

Тень является опять

Горацио

Постой! Смотри: опять явился он!
Пускай меня виденье уничтожит,
Но я, клянусь, его остановлю.
Виденье, стой! Когда людскою речью
Владеешь ты — заговори со мною.
Скажи: иль подвигом благим могу я
Тебе покой твой возвратить,
Или судьба грозит твоей отчизне
И я могу её предотвратить?
О, говори! В твоей минувшей жизни
Ты золото не предал ли земле,
За что, как говорят, вы, привиденья,
Осуждены скитаться по ночам?
О, дай ответ! Постой и говори!
(Петух поёт). Останови его, Марцелло!

Марцелло

Не нанести ль удар ему?

Горацио

Не нанести ль удар ему? Ударь,
Когда остановиться он не хочет.

Бернардо

Он здесь.

Горацио

Он здесь. Он здесь. (Тень исчезает)

Марцелло

Величественный, Исчез. Мы оскорбили
Величественный, королевский призрак;
Мы удержать его хотели силой,
А он мечу, как воздух, недоступен,
И наш удар — лишь злое оскорбленье.

Бернардо

Ему петух ответить помешал.

Горацио

И вздрогнул он, как грешное творенье
При вопле ужаса. Я слышал, что петух,
Трубач зари, своею звонкой песнью
Сгоняет сон с очей дневного бога
И по его пронзительному крику
Из вод, огня, эфира и земли
Стекаются блуждающие духи
В свою страну — и истину поверья
Нам доказал мертвец, нас посетивший.

Марцелло

Он вдруг исчез при крике петуха.
Вот, говорят, что в ночь на Рождество,
Когда мы ждём спасителя явленье,
Вплоть до зари поёт предвестник утра.
Тогда блуждать не смеют привиденья:
Та ночь чиста, созвездия безвредны;
И леший спит, и ведьмы не колдуют;
Так эта ночь свята и благодатна.
Да, слышал я, и верится отчасти.
Но вот и Феб в пурпуровой одежде
Идёт на холм по жемчугу росы.
Пора. Оставим пост, идём, идём!
И мой совет — виденье этой ночи
Гамлету рассказать. Клянусь вам жизнью,
Дух нем для нас, но с ним заговорит!
Согласны ль вы сказать об этом принцу,
Как нам велят и долг наш, и любовь?

Марцелло

Конечно — да; я вас прошу об этом.
Я знаю, где его найти. (Уходят).


[83]
СЦЕНА II

Торжественный зал в замке

Входят король, королева, Гамлет, Полоний, Лаэрт, Вольтиманд, Корнелий, придворные и свита

Король

Хотя свежа ещё в нас память смерти
Гамлета-короля, нам дорогого брата;
Хотя в душе должны бы мы скорбеть
И Дания являла бы один
Скорбящий лик: но наш рассудок светлый
Природу победил, и, вспоминая
Кончину брата с мудрою тоской,
Мы вместе с тем себя не забываем.
Итак — сестру, теперь же королеву,
Наследницу воинственной страны,
Мы нарекли возлюбленной супругой
С восторгом, так сказать, лишённым силы,
С слезой в очах и с ясною улыбкой,
Весёлый гимн запев при гробе брата,
За упокой при брачном алтаре,
И на весах души развесив ровно
Веселье и печаль. Мы поступили
Согласно вашей воле, одобрившей
Наш брак — и мы за всё благодарим!
Теперь же мы к другому перейдём.
Вы знаете, что юный Фортинбрас,
Предположив, что я лишён почтенья,
Иль, что со смертью дорогого нам
От дел земных почившего Гамлета,
Распались связь и сила королевства,
В пустых мечтах каких-то мнимых выгод
Не устаёт послами нас терзать
И требует отдачи всех владений,
Утраченных отцом его в бою
С покойным королём и братом нашим.
Теперь о нас и нынешнем собрании —
И дело вот в чём: к дяде Фортинбраса,
Который слаб, не покидает ложа
И замыслов племянника не знает,
Я написал, чтоб ход такого дела
Он прекратил, тем более что деньги,
Набор солдат и содержанье войску
Берут с его вассалов и земель.
Вас, добрый Вольтиманд, и вас, Корнелий,
Избрал я передать моё посланье
И мой поклон монарху-старику.
В сношеньях с ним мы не даём вам власти
Переступить за точный смысл письма.
Прощайте же! Пусть ваша быстрота
Покажет нам, как вы служить готовы.

Корнелий и Вольтиманд

Теперь, как и всегда, мы наше рвенье
Готовы доказать.

Король

Готовы доказать. Не сомневаюсь.
Счастливый путь!

(Корнелий и Вольтиманд, уходят)

Счастливый путь! Что скажешь ты, Лаэрт?
Ты говорил нам о какой-то просьбе —
В чём состоит она, Лаэрт? Со мною,
Монархом Дании, разумно говоря,
Слов потерять никто не может даром.
О чём просить ты можешь, что бы Клавдий
Не даровал, ещё не слышав просьбы?
Не столько голова родная сердцу,
Не так рука устам служить готова,
Как датский трон Лаэртову отцу,
Чего желаешь ты, скажи?

Лаэрт

Чего желаешь ты, скажи? Опять
Увидеть Францию, мой государь.
Её покинул я, в мою отчизну
Без ропота спешил, чтобы исполнить
Свой долг при торжестве коронованья.
Теперь, когда исполнен он, опять
Во Францию летят мои желанья.

Король

Но твой отец? Позволил он тебе?
Что говорит Полоний?

Полоний

Что говорит Полоний? Государь,
Он покорил мольбою неотступной
Моей души тяжёлое согласье
И, наконец, к его усильной просьбе
Я приложил печать соизволенья.
Позвольте, государь, ему уехать.

Король

Так пользуйся, Лаэрт, счастливым часом:
Располагай и наслаждайся им.
А ты, наш друг и сын, любезный Гамлет?

Гамлет (тихо)

Поближе сына, но подальше друга.

Король

Как, над тобой ещё летают тучи?

Гамлет.

О, нет: мне солнце слишком ярко светит.

Королева

Отбрось ночную тень, мой добрый Гамлет,

[84]

Взгляни, как друг, на Дании монарха.
Зачем искать с опущенной ресницей
Во прахе благородного отца?
Ты знаешь: всё живое умирает
И переходит в вечность от земли.

Гамлет

Да, всё умрет.

Королева

Да, всё умрет. А если так, мой сын,
То что ж тебе тут кажется так странно?

Гамлет

Нет, мне не кажется, а точно есть,
И для меня, что кажется — ничтожно.
Нет, матушка, ни траурный мой плащ,
Ни чёрный цвет печального наряда,
Ни грустный вид унылого лица,
Ни бурный вздох стеснённого дыханья,
Ни слёз текущий из очей поток —
Ничто, ничто из этих знаков скорби
Не скажет истины; их можно и сыграть,
И это всё казаться точно может.
В моей душе ношу я то, что есть,
Что выше всех печали украшений.

Король

Оно прекрасно и похвально, Гамлет,
Отдать отцу прискорбный долг печали;
Но вспомни же: отец и дед, и прадед
Лишались все своих отцов. Потомки
Должны надеть из детского почтенья,
На время, в память их печальный траур,
Но сохранять печаль с таким упорством —
Есть недостойная мужчины скорбь,
Знак воли, непокорной провиденью,
Души бессильной, слабого ума.
Когда нас опыт научил, что смертью
Мы все должны окончить нашу жизнь,
И если смерть для нас обыкновенна,
Как самая простая из вещей,
Зачем её без должного смиренья
Так к сердцу принимать? О, это грех
Перед творцом, усопшему обида,
Проступок пред умом, который вечно
Нам говорил о смерти наших предков
И повторял над трупами людей
От прадедов до нас: «Так быть должно!»
Прошу, покинь бесплодную тоску
И верь, что в нас ты вновь отца находишь.
Пусть знает мир, что ты ближайший к трону
И мной любим любовью благородной,
Любовию нежнейшего отца.
Что до твоей поездки в Виттенберг,
Она с моим желаньем не согласна,
И я прошу тебя — останься здесь,
В лучах моих тебя любящих взоров,
Как первый царедворец, друг и сын.

Королева

Не заставляй и мать просить напрасно:
Останься здесь, не езди в Виттенберг.

Гамлет

Я повинуюсь вам во всём.

Король

Я повинуюсь вам во всём. Прекрасно.
Вот добрый и приветливый ответ!
Будь в нашей Дании нам равным, Гамлет.
Идём! Согласье дружеское принца
Смеётся радостью в моей душе.
Пусть в честь ему раздастся гром орудий:
Он к облакам взнесёт заздравный кубок,
И гром небес на гром земли ответит,
Когда король наполнит свой бокал.

(Все, кроме Гамлета, уходят)

Гамлет

О если б вы, души моей оковы,
Ты, крепко сплоченный состав костей,
Ниспал росой, туманом испарился;
Иль если б ты, судья земли и неба,
Не запретил греха самоубийства!
О, боже мой! О, боже милосердный,
Как пошло, пусто, плоско и ничтожно
В глазах моих житьё на этом свете!
Презренный мир: ты — опустелый сад,
Негодных трав пустое достоянье.
И до того должно было дойти!
Два месяца; нет, даже и не два,
Как умер он — такой монарх великий,
Гиперион в сравнении с тем сатиром,
Так пламенно мою любивший мать,
Что и небес неукротимым ветрам
Не дозволял лица её касаться!
Земля и небо, должен ли я вспомнить?
Она ему была так предана;
Её любовь, казалось нам, росла
Со счастием любви — и через месяц…
Покинь меня, воспоминанья сила!
Ничтожность, женщина, твоё названье!
Один короткий, быстротечный месяц —
И башмаков ещё не износила.
В которых шла в слезах, как Ниобея,
За бедным прахом моего отца…
О, небо! Зверь, без разума, без слова,
Грустил бы долее. Супруга дяди,
Супруга брата моего отца!
Но он похож на Гамлета-монарха,
Как я на Геркулеса. Через месяц!
Ещё следы её притворных слёз
В очах заплаканных так ясно видны —
Она жена… О, гнусная поспешность!

[85]

Так быстро пасть в кровосмешенья ложе!
Тут нет добра и быть его не может.
Скорби, душа: уста должны молчать!

Входят Горацио, Бернардо и Марцелло

Горацио

Моё почтенье, благородный принц.

Гамлет

А, очень рад, что вижу вас здоровым,
Горацио! Иль ошибаюсь я?

Горацио

Он самый, принц; всегда слуга ваш бедный.

Гамлет

Мой добрый друг, перемени названье.
Зачем из Виттенберга ты приехал,
Горацио? Марцелло — ты ли?

Марцелло

Горацио? Марцелло — ты ли? Принц!

Гамлет

Я очень рад вас видеть. Добрый день!

(К Горацио)

Нет, не шутя, зачем же ты оставил
Свой Виттенберг?

Горацио

Свой Виттенберг? Из лени, добрый принц.

Гамлет

И от врагов твоих я не желал бы
Услышать это, а тем больше ты
Мой слух не должен оскорблять словами
И клеветой на самого себя.
Ты не ленив — я это очень знаю.
Что ж привело тебя к нам в Эльсинор?
Пока ты здесь, тебя ещё научат
Стаканы осушать.

Горацио

Стаканы осушать. Я прибыл, принц,
На погребенье вашего отца.

Гамлет

Не смейся надо мной, товарищ детства:
На свадьбу матери ты поспешил.

Горацио

Да, правда, принц! её не долго ждали.

Гамлет

Хозяйство, друг Горацио, хозяйство:
От похоронных пирогов осталось
Холодное на свадебный обед.
Врага бы злого легче было встретить
Мне в небесах, чем этот день увидеть!
Отец мой… кажется, его я вижу.

Горацио

Где, принц?

Гамлет

Где, принц? В очах души моей, Горацьо.

Горацио

И я покойного когда-то видел:
Он благородный был монарх.

Гамлет

Он благородный был монарх. Да, он
Был человек, во всём значеньи слова.
Мне не найти подобного ему.

Горацио

Мне кажется, мой принц, прошедшей ночью
Его я видел.

Гамлет

Его я видел. Видел ты! Кого?

Горацио

Принц, вашего отца и короля.

Гамлет

Как? моего отца и короля?

Горацио

Умерьте на минуту изумленье
И слушайте: я расскажу вам чудо —
И вот они вам подтвердят рассказ.

Гамлет

О, говори, я заклинаю небом!

Горацио

Две ночи сряду в час их караула,
Средь мёртвой тишины глухой полночи,
С Марцелло и Бернардо было вот что:
Видение, как ваш отец покойный,
В доспехах бранных с ног до головы,
Подходит к ним величественным шагом;
Торжественно проходит три раза
Пред их окаменелыми глазами,
Жезлом своим едва их не касаясь.
Они, от ужаса лишившись слова,
Стоят и речи не заводят с ним.
И это всё с таинственностью робкой
Они открыли мне. На третью ночь
Я с ними был. Всё оказалось правдой:
В тот самый час и в том же самом виде,
Как рассказали мне, приходит тень.
Я помню вашего отца. Взгляните —
Вот две руки: они не больше схожи
Одна с другой.

[86]
Гамлет

Одна с другой. Но где же это было?

Марцелло

Где караул наш: на террасе замка.

Гамлет

Ты с ним не говорил?

Горацио

Ты с ним не говорил? Да, говорил,
Но он не отвечал; однажды только
Он голову, казалось нам, возвысил,
Готовый говорить; но в то ж мгновенье
Запел петух, и вместе с звонким криком
Тень ускользнула и исчезла.

Гамлет

Странно!

Горацио

Клянусь вам жизнью, это правда, принц,
И мы сочли за долг сказать об этом.

Гамлет

Да, господа, оно меня тревожит.
На эту ночь вы в карауле?

Все

На эту ночь вы в карауле? Да.

Гамлет

Он был вооружён?

Все

Он был вооружен? Вооружен.

Гамлет

От головы до ног?

Все

От головы до ног? От темени до пят.

Гамлет

Так вы лица не видели его?

Горацио

О, нет, мой принц! Наличник поднят был.

Гамлет

Что ж, грозно он смотрел?

Горацио

Что ж, грозно он смотрел? В его лице
Скорее скорбь, чем гнев изображался.

Гамлет

Он был багров иль бледен?

Горацио

Он был багров иль бледен? Страшно бледен.

Гамлет

И очи устремлял на вас?

Горацио

И очи устремлял на вас? Не отводя.

Гамлет

Жаль, очень жаль, что я не с вами был.

Горацио

Вы ужаснулись бы.

Гамлет

Вы ужаснулись бы. Весьма, весьма возможно.
И долго пробыл он?

Горацио

И долго пробыл он? Покамест сотню
Успеешь насчитать, считая тихо.

Марцелло и Бернардо

О, дольше, дольше!

Горацио

О, дольше, дольше! Нет, при мне не дольше.

Гамлет

И цвет волос на бороде седой?

Горацио

Да, чёрный с проседью, как был при жизни.

Гамлет

Я эту ночь не сплю: случиться может,
Что он опять придёт.

Горацио

Что он опять придет. Наверно, принц.

Гамлет

И если вновь он примет вид отца,
Я с ним заговорю, хоть самый ад,
Открывши зев, приказывай умолкнуть!
А вас прошу: когда виденья тайну
Вы от других скрывали до сих пор,
Так сохраните же её и дольше.
Всему, что встретится нам в эту ночь,
Всему давайте смысл, но только молча.
Я вам за дружбу отплачу. Прощайте.
В двенадцатом часу я на террасе
Увижу вас.

Все

Увижу вас. К услугам вашим, принц.

Гамлет

Я не услуг прошу у вас, а дружбы,

[-]


ЗНАМЕНИТЫЕ АКТЁРЫ НОВЕЙШАГО ВРЕМЕНИ В РОЛИ ГАМЛЕТА.

[87]

Какую сам питаю к вам. Прощайте.

(Горацио, Марцелло и Бернардо уходят)

Родителя вооружённый дух!
Неловко что-то здесь: я злые козни
Подозреваю. О, скорей бы ночь!
До тех же пор, душа моя, спокойся!
Злодейство выступит на свет дневной,
Хоть целой будь засыпано землёй. (Уходит).



СЦЕНА III

Комната в доме Полония

Входят Лаэрт и Офелия

Лаэрт

Мои пожитки в корабле. Прощай.
Да не забудь, сестра, когда случится
Попутный ветр с идущим кораблём,
Не спи и дай мне о себе известье.

Офелия

Ты сомневаешься?

Лаэрт

Ты сомневаешься? Что до Гамлета
И до его любовных пустяков,
Смотри на них, как просто на учтивость,
Как на игру в его крови, фиалку,
Расцветшую в поре весенних лет,
Но ненадолго: сладкую на миг,
Красу и запах одного мгновенья —
Не больше.

Офелия

Не больше. Только? и не больше?

Лаэрт

Не больше. Только? и не больше? Нет.
Природа в нас растёт не только телом:
Чем выше храм, тем выше возникает
Души и разума святая служба.
Он, может быть, теперь тебя и любит:
Обман и зло ещё не запятнали
В нём добродетели души; но бойся:
Как первый принц он не имеет воли,
Он раб происхожденья своего;
Не может он, как мы, простые люди,
Избрать подругу по сердцу себе:
С избранием её сопряжены
Упадок сил иль счастье государства —
И потому души его желанья
Ограждены согласием людей,
Которым он глава. И если снова
Он о любви с тобой заговорит,
Умно ты сделаешь, когда не больше
Поверишь страстному его признанью,
Как сколько может он осуществить
Свои слова: не больше, чем позволит
Всеобщий голос датского народа.
Обдумай, сколько пострадает честь,
Когда твой слух к его любовной песне
Доверчиво прильнёт, когда ты сердце
Ему отдашь — и бурное стремленье
Похитит скромности твоей алмаз.
Страшись, Офелия! страшись, сестра!
Подальше от опасного желанья,
От вспышки склонности твоей.
Из дев чистейшая уж не скромна,
Когда луне её открыта прелесть.
От клеветы и святость не уйдет.
Детей весны нередко истребляет
Червяк, когда ещё закрыта почка;
И в молодости утро на росу
Опасно веет ядовитый ветер.
Смотри ж, сестра, остерегайся! Страх —
Ограда от беды; а наша юность
И без врагов в борьбе сама с собой.

Офелия

Я сохраню прекрасный смысл урока:
Он будет сторожем моей груди.
Но, милый брат, не поступай со мною,
Как лицемер в священнической рясе;
Не говори: вот путь тернистый к небу,
Когда ты сам, как дерзкий сластолюбец,
Пойдёшь цветистою тропой греха
И свой урок с усмешкой позабудешь.

Лаэрт

О, нет! Но я промедлил слишком долго.
Да вот и батюшка.

Входит Полоний.

Лаэрт

Да вот и батюшка. Благословите дважды —
И благость дважды на меня сойдёт.
Судьба опять свела нас на прощанье.

Полоний

Ты здесь ещё, Лаэрт? На борт, на борт!
Попутный ветр наполнил паруса;
Тебя там ждут.

(Кладёт ему на голову руки).

Тебя там ждут. Моё благословенье
Да будет над тобою навсегда!
И эти правила запечатлей
В твоей душе: не говори, что мыслишь,
И мысль незрелую не исполняй;
Будь ласков, но не будь приятель общий;
Друзей, которых испытал, железом
Прикуй к душе, но не марай руки,
Со всяким встречным заключая братство;

[88]

Остерегись, чтоб не попасться в ссору:
Попал — так чтобы враг остерегался;
Всех слушай, но не всем давай свой голос;
Советы принимай от всех дающих,
Но собственное мненье береги;
Смотря по средствам, одевайся пышно,
Но не смешно, богато — не пестро.
Одежда говорит о человеке,
А высший круг одет в Париже с тонким,
С разборчивым и благородным вкусом.
Не занимай и не давай взаймы:
Заём нередко исчезает с дружбой,
А долг есть яд в хозяйственном расчёте.
Но главное: будь верен самому себе,
И, следственно, как дважды два — четыре,
Ни перед кем не будешь ты фальшив.
Прощай, Лаэрт. Небес благословенье
Да подкрепит в тебе мои советы.

Лаэрт

Прощайте, батюшка.

Полоний

Прощайте, батюшка. Пора, пора!
Ступай, тебя твоя прислуга ждёт.

Лаэрт

Прощай, Офелия, и не забудь
Мои слова.

Офелия

Мои слова. Я крепко их замкнула
В моей груди, а ключ возьми с собой.

Лаэрт

Прощай. (Уходит).

Полоний

Прощай. О чём, Офелия, он говорил?

Офелия

О принце Гамлете.

Полоний

О принце Гамлете. Ах, кстати, да!
Мне говорят, что с некоторых пор
С тобою делит он уединенье;
Что Гамлету всегда сама ты рада.
А если это так — по крайней мере
Так говорили мне, остерегая —
Я принуждён, Офелия, заметить,
Что дочери моей бы не мешало
Смотреть ясней для собственной же чести
На эту связь. Скажи-ка мне всю правду:
Что за союз у вас?

Офелия

Что за союз у вас? Он признавался
Мне в склонности своей.

Полоний

Мне в склонности своей. Да, склонность!
Ты говоришь, как малое дитя,
Опасности такой не постигая.
Что ж, ты поверила его признанью?

Офелия

Не знаю, право, что и думать мне.

Полоний

Так я скажу тебе, что надо думать:
Ты, дурочка, за чистую монету
Сочла его пустые восклицанья.

Офелия

Отец, он мне в любви своей открылся
Почтительно и скромно.

Полоний

Почтительно и скромно. Да! пожалуй,
Всё можно скромностью назвать — поди!

Офелия

Он клятвой подкрепил свои слова.

Полоний


Свистки для перепёлок. Знаю, знаю,
Когда кипит в нас кровь, куда как щедро
Душа ссужает клятвами язык.
Но это блеск, светящий без тепла;
Не почитай его огнём: он гаснет
Со звуком слов. Скупись вперёд побольше
Своим сообществом; не будь всегда
Готовою к беседе по приказу.
А Гамлету ты можешь верить вот как:
Он молод, он в своих поступках волен,
Как ты не можешь быть вольна… и, словом,
Не верь его словам: они обманут;
Они не то, чем кажутся снаружи.
Ходатаи преступных наслаждений,
Они звучат, как набожных обеты,
Чтоб легче обольстить. И коротко, и ясно,
Однажды навсегда: ты не должна
Часы свободы убивать на то,
Чтоб с Гамлетом вести переговоры.
Смотри же, помни, дочь! Ступай.

Офелия

Я повинуюся. (Уходят).


[89]
СЦЕНА IV

Терраса

Входят Гамлет, Горацио и Марцелло

Гамлет

Мороз ужасный, — ветер так и режет.

Горацио

Да, холод проникает до костей.

Гамлет

Который час?

Горацио

Который час? Двенадцатый в исходе.

Марцелло

Нет, полночь уж пробило.

Горацио

Нет, полночь уж пробило. В самом деле?
Я не слыхал. Так, значит, ближе время,
Когда блуждает дух обыкновенно. (Звук труб и пушечные выстрелы за сценой).
Что это значит, принц?

Гамлет

Король всю ночь гуляет напролёт,
Шумит и пьёт, и мчится в быстром вальсе.
Едва осушит он стакан рейнвейна,
Как слышен гром и пушек, и литавр,
Гремящих в честь победы над вином.

Горацио

Обычай это?

Гамлет

Обычай это? Да, конечно так —
И я к нему как здешний уроженец
Хоть и привык, однако же по мне
Забыть его гораздо благородней,
Чем сохранять. Похмелье и пирушки
Марают нас в понятии народа:
За них зовут нас Бахуса жрецами —
И с нашим именем соединяют
Прозванье чёрное. Сказать по правде,
Всю славу дел великих и прекрасных
Смывает с нас вино. Такую участь
Несёт и частный человек: его,
Когда он заклеймён пятном природы,
Как, например, не в меру пылкой кровью,
Берущей верх над силою ума —
В чём и невинен он: его рожденье
Есть случай без разумной воли —
Или привычкою, которая, как ржа,
Съедает блеск поступков благородных,

ГАМЛЕТ и ТЕНЬ. (Действ. I, сц. 4).
Картина знаменитого англо-швейцарского художника Фюсли (Johann Heinrich Füssli—Fuseli. 1742—1825). (Большая Бойделевская галерея).

Его, я говорю, людское мненье
Лишит достоинства; его осудят
За то, что в нём одно пятно порока,
Хоть будь оно клеймо слепой природы
И сам он будь так чист, как добродетель,
С безмерно благородною душой.
Пылинка зла уничтожает благо.

Входит тень

Горацио

Смотрите, принц: он снова к нам идёт!

Гамлет

Спасите нас, о неба серафимы!
Блаженный дух иль демон проклятой,
Облекся ль ты в благоуханье неба,
Иль в ада дым, со злом или с любовью
Приходишь ты? Твой образ так заманчив!
Я говорю с тобой: тебя зову я
Гамлетом, королём, отцом, монархом!
Не дай в незнании погибнуть мне!
Скажи, зачем твои святые кости
Расторгли саван твой? Зачем гробница,
Куда тебя мы с миром опустили,
Разверзла мраморный, тяжёлый зев
И вновь извергнула тебя? Зачем
Ты, мёртвый труп, в воинственных доспехах
Опять идёшь в сиянии луны,
Во тьму ночей вселяя грозный ужас,
И нас, слепцов среди природы, мучишь
Для наших душ непостижимой мыслью —
Скажи, зачем? зачем? Что делать нам?

(Тень манит Гамлета)
[90]
Горацио

Он манит вас, чтоб вы пошли за ним,
Как будто хочет сообщить вам что-то
Наедине.

Марцелло

Наедине. Вы посмотрите, принц,
С какою ласковой улыбкой он
Зовёт вас за собой в другое место.
Но не ходите с ним.

Горацио

Но не ходите с ним. Нет, ни за что!

Гамлет

Но он молчит: так я за ним иду.

Горацио

Нет, не ходите, принц!

Гамлет

Нет, не ходите, принц! Чего бояться?
Мне жизнь моя ничтожнее булавки!
Моей душе что может сделать он,
Моей душе, бессмертной, как он сам?
Он манит вновь — я следую за ним!

Горацио

Что, если вас он к морю заманит,
Иль на скалы бесплодную вершину,
Что там, склонясь, глядится в океан?
Что, если там, приняв ужасный образ,
Он вас лишит владычества рассудка?
Подумайте! Одна пустынность места,
Сама собой, готова привести
К отчаянью, когда посмотришь в бездну
И слышишь в ней далёкий плеск волны.

Гамлет

Он всё манит. Иди — я за тобою!

Марцелло

Вы не должны идти, мой принц!

Гамлет

Вы не должны идти, мой принц! Прочь руки!

Горацио

Послушайтесь и не ходите, принц.

Гамлет

Нет, я иду: судьба меня зовёт!
В малейший нерв она вдохнула крепость
Льва африканского. Он всё манит —
Пустите, или — я клянусь вам небом —
Тот будет сам виденьем, кто посмеет
Держать меня! Вперёд! Я за тобою!

(Тень и Гамлет уходят)

Горацио

Он вне себя — увы, он помешался!

Марцелло

За ним: мы не должны повиноваться.

Горацио

Пойдём, пойдём! Чем кончится всё это?

Марцелло

Нечисто что-то в датском королевстве.

Горацио

Друзья, Господь устроит всё.

Марцелло

Друзья, Господь устроит всё. Идём. (Уходят).



СЦЕНА V

Другая часть террасы

Входят тень и Гамлет

Гамлет

Куда ведёшь? Я далее нейду.

Тень

Внимай!

Гамлет

Внимай! Я слушаю.

Тень

Внимай! Я слушаю. Уж близок час,
Когда я должен возвратиться в недра
Мучительного серного огня.

Гамлет

О, бедный дух!

Тень

О, бедный дух! Не сожалей, но слушай
Внимательно, что я тебе скажу.

Гамлет

О, говори! Мой долг тебе внимать.

Тень

И отомстить, когда услышишь.

Гамлет

И отомстить, когда услышишь. Что?

Тень

Я твоего отца бессмертный дух,
Во тьме ночей скитаться осуждённый,
А днём в огне обязанный страдать,
Пока мои земные прегрешенья
Не выгорят среди моих страданий.
Когда б мне не было запрещено

[91]

Открыть тебе моей темницы тайну,
Я начал бы рассказ, который душу
Твою легчайшим раздавил бы словом,
Охолодил бы молодую кровь,
Глаза из сфер их вырвал бы, как звёзды,
И каждый волос вьющихся кудрей
Поставил бы на голове отдельно,
Как иглы на сердитом дикобразе.
Но слух из крови и костей не может
Постигнуть откровенья вечных тайн.
Внимай, внимай, внимай, когда любил
Ты своего отца, мой сын!

Гамлет

О, небо!

Тень

Отмсти, отмсти за гнусное убийство!

Гамлет

Убийство?

Тень

Убийство? Подлое, как все убийства.
Но твой отец убит бесчеловечно,
Неслыханно.

Гамлет

Неслыханно. Скажи скорей! На крыльях,
Как мысль любви, как вдохновенье быстрых,
Я полечу к ней!

Тень

Я полечу к ней! Вижу, ты готов;
Но будь ты вял, как сонная трава,
Что мирно спит на Леты берегах,
Проснуться ты при этой должен вести!
Внимай же, Гамлет: говорят, что я
Уснул в саду и был змеёй ужален.
Народа слух бесстыдно обманули
Такою выдумкой моей кончины;
Но знай, мой благородный Гамлет: змей,
Смертельный яд в моё изливший тело,
Теперь в моём красуется венце.

Гамлет

О, ты, пророчество моей души!
Мой дядя?

Тень

Мой дядя? Да. Он, зверь-кровосмеситель,
Очарованьем слов и даром лжи —
Презренный дар, способный обольщать —
Успел склонить к греховным наслажденьям
Лжедобродетельной Гертруды волю.
Что за измена то была, о Гамлет!
Меня, с моей любовью неизменной,
Как клятву, данную при алтаре,
Меня забыть и пасть в его объятья,
Его, который — прах передо мною!
Как добродетели не обольстит
Разврат, хоть будь он в одеяньи неба:
Так точно страсть и с ангелом в союзе
Наскучит, наконец, небесным ложем —
И жаждет недостойного. Постой!
Я утренний почуял ветерок:
Я сокращу рассказ. Когда в саду
Я спал по окончании обеда,
Подкрался дядя твой со склянкой сока
Злой белены и яд мне в ухо влил,
Людской природе столько ненавистный,
Что он, как ртуть, бежит в каналах тела,
Внезапной силой растворяя кровь.
И этот яд покрыл меня мгновенно,
Как Лазаря, корой нечистых струпьев.
Так я во сне убит рукою брата,
Убит в весне грехов, без покаянья,
Без исповеди и без тайн святых.
Не кончив счёт, я был на суд отозван
Со всею тяжестью земных грехов.
Ужасно! о, ужасно! о, ужасно!
Не потерпи, когда в тебе природа есть, —
Не потерпи, чтоб Дании престол
Кроватью был для гнусного разврата.
Но как бы ты ни вздумал отомстить,
Не запятнай души: да не коснётся
Отмщенья мысль до матери твоей!
Оставь её творцу и острым тернам,
В её груди уже пустившим корни.
Прощай! прощай! Светящийся червяк
Мне говорит, что близко утро:
Бессильный свет его уже бледнеет.
Прощай, прощай и помни обо мне!

(Уходит)

Гамлет

Господь земли и неба! Что ещё?
Не вызвать ли и ад? Нет, тише, тише,
Моя душа! О, не старейте, нервы!
Держите персть возвышенно и прямо!
Мне помнить о тебе? Да, бедный дух,
Пока есть память в черепе моём.
Мне помнить? Да, с страниц воспоминанья
Все пошлые рассказы я сотру,
Все изреченья книг, все впечатленья,
Минувшего следы, плоды рассудка
И наблюдений юности моей.
Твои слова, родитель мой, одни
Пусть в книге сердца моего живут
Без примеси других, ничтожных слов.

[92]

Клянуся в том благими небесами!
О, женщина преступная! Злодей,
Злодей, смеющийся, проклятый изверг!
Где мой бумажник? Запишу, что можно
С улыбкой вечною злодеем быть,
По крайней мере в Дании возможно.

(Пишет)

Здесь, дядюшка. Теперь пароль и отзыв:
«Прощай, прощай и помни обо мне!»
Я поклялся.

Горацио (за сценой)

Принц! принц!

Марцелло (за сценой)

Принц! принц! Принц Гамлет!

Горацио (за сценой)

Принц! принц! Принц Гамлет! Бог да защитит вас!

Гамлет

Аминь!

Марцелло (за сценой)

Аминь! Эй, где вы, принц?

Гамлет

Аминь! Эй, где вы, принц? Сюда, мой сокол!

Входят Горацио и Марцелло

Марцелло

Что с вами, принц?

Горацио

Что с вами, принц? Ну что, узнали вы?

Гамлет

О, удивительно!

Горацио

О, удивительно! Скажите, принц.

Гамлет

Нет, вы расскажете.

Горацио

Нет, вы расскажете. Я — нет, мой принц!
Клянусь вам небом.

Марцелло

Клянусь вам небом. Я не расскажу.

Гамлет

Вот видите… И кто бы мог подумать!
Но, чур, молчать.

Горацио и Марцелло

Но, чур, молчать. Клянусь вам небом, принц!

Гамлет

Нет в Дании ни одного злодея,
Который не был бы негодным плутом.

Горацио

Чтоб это нам сказать, не стоит
Вставать из гроба мертвецу.

Гамлет

Вставать из гроба мертвецу. Вы правы —
И потому без дальних объяснений
Я думаю — простимся и пойдём.
Вы — по делам или желаньям вашим:
У всех свои желанья и дела,
А бедный Гамлет — он пойдёт молиться.

Горацио

Да это, принц, бессвязные слова.

Гамлет

Мне очень жаль, что вам они обидны;
Душевно жаль.

Горацио

Душевно жаль. Тут нет обиды, принц.

Гамлет

Горацьо, есть: клянусь святым Патриком,
Обида страшная! Что до виденья —
Он честный дух, поверьте мне, друзья;
Желанье ж знать, что было между нами,
Одолевай, как может кто. Теперь,
Когда вы мне товарищи, друзья,
Когда солдаты вы, прошу исполнить,
О чём я попрошу.

Горацио

О чём я попрошу. Охотно. Что же?

Гамлет

Не говорить, что видели вы ночью.

Горацио и Марцелло

Не скажем, принц.

Гамлет

Не скажем, принц. Однако ж поклянитесь.

Горацио

Клянусь вам честью, принц, не разглашать.

Марцелло

Я также.

Гамлет

Я также. Нет! клянитесь на мече!

Марцелло

Мы поклялись уже.

[93]
Гамлет

На меч, на меч мой!

Тень (под землёю)

Клянитесь!

Гамлет

Клянитесь! А! ты здесь, товарищ верный?
Что ж, господа, вы слышите — приятель
Не спит в гробу: угодно вам поклясться?

Горацио

Скажите: в чём?

Гамлет

Скажите: в чём? Чтоб никогда до смерти
О том, что видели, не говорить ни слова.
Клянитесь на моём мече!

Тень (под землёю)

Клянитесь на моем мече! Клянитесь!

Гамлет

Hic et ubique: переменим место —
Сюда, друзья. Сложите снова руки
На меч мой и клянитесь: никогда
О том, что видели, не говорить ни слова.

Тень (под землёю)

Клянитесь на мече!

Гамлет

Клянитесь на мече! А, браво, крот!
Как роешься ты быстро под землёй!
Отличный рудокоп! Ещё раз дальше.

Горацио

Непостижимо, странно!

Гамлет

Непостижимо, странно! Эту странность,
Как странника, укрой в твоём жилище.
Есть многое на небе и земле,
Что и во сне, Горацио, не снилось
Твоей учёности. Однако, дальше!
Здесь, как и там, клянитесь мне блаженством,
Что как бы странно я себя ни вёл —
Я, может быть, сочту необходимым
Явиться чудаком — что вы тогда
Не станете руками делать знаков,
Ни головой качать, ни говорить
Двусмысленно, как например: «Да, знаем»,
Или: «Могли бы мы, когда б хотели»,
Или: «Когда бы смели мы сказать».
Иль: «Люди есть, которые могли бы…»



ГАМЛЕТ и ТЕНЬ. Из серии литографий к «Гамлету» знаменитого французского живописца Еженя Делакруа (Eugène Delacroix, 1798—1863).

Или другим неявственным намёком
Не скажете, что дело вам известно.
Вот в чём клянитесь мне, клянитесь богом
И в смертный час его святой защитой.

Тень (под землёю)

Клянитесь!

Гамлет

Клянитесь! Успокойся, успокойся
Ты, страждущая тень! Ну, господа,
Прошу любить и жаловать меня —
И сколько бедный человек, как Гамлет,
Вам может оказать любви и дружбы,
Он вам окажет их, бог даст. Идём!
Ни слова боле: пала связь времён!
Зачем же я связать её рождён?
Итак, пойдёмте вместе, господа.

(Уходят)