Пудель, который любит труд,
Которого люди Брутом зовут,
Издавна прославлен у всех вокруг
За мудрость свою и за кроткий дух.
Могу в пример его привести
И мужества и совести.
Его называют по признакам многим
Натаном Мудрым четвероногим.
Вот это воистину пес святой!
И верен и брав! Романтик прямой!
От Брута в доме не было тайн,
Всюду его посылал хозяин,
Даже за мясом. Разумный пес
Спокойно в зубах корзину нес,
В которую сложено было заранее
Мясо телячье, говяжье, баранье. —
И как ни прельщало вкусное сало,
Брут о сале не думал нимало,
И ровно и верно, как древний стоик,
Он нес драгоценную ношу от стоек.
Однако, увы, у псов открыто
Водится куча псов-бандитов, —
Как и у нас, — простые дворняги,
Воры, завистники и бродяги.
Кучка морального блага не хочет,
В угаре чувственном жизнь волочит.
И в заговор вступила орава
Против Брута, который браво,
С корзиной в зубах, не сходил никогда
С дороги долга и стыда.
И вот однажды, когда домой
От мясника стезею прямой
Он шел, внезапно и слева и справа
На Брута набросилась орава;
Корзина вырвана из пасти,
Упали наземь лучшие части,
И жратвенно-жадно над кучей сала
Голодная шайка заворчала.
Брут созерцал позор такой
И сохранял философский покой;
Однако потом ему показалось,
Что этим манером вся шайка нажралась
Тогда он тоже на мясо налег
И обглодал бараний бок.
Мораль.
И ты, и ты жрешь тоже, Брут? —
Так моралисты возопиют.
Да, есть опасность в злом примере;
И, ах, как все земные звери,
Не беспорочен даже тот
Пес добродетельный, — он жрет!
