Африканский дневник
В этом году Виктор Пинчук отмечает 20-летний юбилей своего стажа путешественника. За эти годы он обследовал целые континенты, побывал в 60 странах и на 40 островах, жил там, где туристы не то что не останавливаются, но даже не забираются туда случайно. Однако это его юбилейное путешествие кардинально отличалось от всех предыдущих уже тем, что он представлял Россотрудничество за рубежом, выступив в роли культурного посланника нашей страны. Собственно, знакомство жителей стран Магриба с российской культурой и было целью его зарубежного турне. За 120 дней вояжа крымчанин провёл две персональные фотовыставки в Каире и Александрии, конференцию по искусству в Рабате, выступил в Тунисе, где поделился опытом путешествий. Россотрудничество помогло ему организовать четыре публичные лекции. Пятую он устроил сам, приняв приглашение Египетского географического общества.
_(6).jpg)
В Каире Виктор поселился на известном с XV века кладбище Аль-Карафа, хотя правильнее его называть «городом мёртвых». Огромный некрополь растянулся на шесть километров, и соседство живых с покойниками тут совершенно обычное дело. — Это место абсолютно не то, что мы себе представляем, произнося слово «кладбище». Там нет свободного пространства, всё застроено гробницами и мавзолеями. Есть улицы и кварталы. Многие склепы давно заброшены, в некоторых постройках живут люди, причём целыми семьями. Бродя по таким «улицам», я видел, что у них в склепах есть телевизоры, и человек чувствует себя там почти как в обычных домах, — рассказал путешественник.
В общем-то, эти люди даже не считают себя бомжами, хотя, безусловно, это маргинальный элемент. Некоторые селятся в знак того, что им невыносимо пережить расставание с близким человеком. Но большинство выбрали это место потому, что им просто негде больше жить. По неофициальным данным, население Аль-Карафы доходит до 500 тысяч человек. Местные власти начали наступление на эту территорию, постепенно снося кварталы некрополя, но до полной победы ещё очень далеко.
— С возвышенности над Каиром я любовался видом этого города, он особенно красив в ночные часы. Но вот сам некрополь Карафа и окружающие его жилые постройки почти не отличаются. Грань, где заканчивается город и начинается кладбище, отсутствует, — говорит Виктор Пинчук. Некрополь ему пришлось покинуть, когда на него «наехал» один из аборигенов (живых), потребовав плату за пребывание на территории. И, в общем-то, было к лучшему. Египет Виктор считает безопасной для иностранцев страной, но бережёного, как известно, бог бережет. Покинув могилы, путешественник поинтересовался ценами в гостиницах и нашел отели с отличными скидками. Весьма приличный номер можно было снять за два - три доллара.
Подкаблучник он и в Африке
В столице Мавритании — Нуакшоте, куда Виктор перебрался из Марокко, он поселился в заброшенном здании. Точнее, это был огромный комплекс из двух десятиэтажных построек, вероятно, предназначавшийся для офиса банка, но так им и не ставший. По какой-то причине здание не достроили, оно стоит без окон, дверей и перил. Но и здесь, как выяснилось, были свои обитатели.
— На первом этаже жила семья бездомных. Муж, жена, дети. Двери им заменяла занавеска. У главы семейства я попросил разрешения остановиться в их «апартаментах». Он благосклонно ответил согласием, не потребовав плату, — рассказал путешественник.
В качестве жилья Виктор выбрал помещение на четвёртом этаже. Однако хозяйка этого дома явно была недовольна появлением «квартиранта», это было написано на её лице, и она все время что-то нашёптывала мужу на ухо. На следующий день подкаблучник вызвал полицию.
— Приехал полицейский, очень вежливо спросил меня, кто я и откуда, всё ли у меня хорошо, и, получив удовлетворительный ответ, уехал, — вспоминает Пинчук.
Впоследствии Виктор даже подружился с семьёй из заброшки и оставлял под её присмотром свой нехитрый багаж путешественника.
Между двух границ
Из Мавритании Виктор решил отправиться в Сенегал. Всё же была надежда попасть в Центральную Африку. Но здесь его поджидала очередная неожиданность из разряда бюрократических казусов. Граница между этими двумя африканскими странами устроена предельно просто: с обеих сторон намотаны кольца колючей проволоки и установлены шлагбаумы. Чтобы пересечь условную черту, нужно войти в калитку на границе, которая всегда открыта. И вот, когда один рубеж уже был за спиной, выяснилось, что сенегальскую визу крымчанину не дадут, а мавританская уже закрыта. Что делать? Вернуться назад он не может, нужно заново открывать мавританскую визу. Вперед, в Сенегал, его тоже не пускают. Стемнело, оба государства попросили Виктора покинуть территорию. Так он оказался на нейтральной полосе между двух шлагбаумов. Но путешественнику-выживальщику к трудностям не привыкать. Пинчук раскинул прямо на земле свой походный коврик и улёгся спать. Проснулся он от того, что оказался в глубокой луже. То есть даже не в луже, а уже в водном потоке, который стремительно прибывал. Между двумя странами протекает речка, и ночью ей приспичило выйти из берегов. Пока Виктор бросился собирать свои вещи, вода поднялась уже выше щиколотки и продолжала пребывать. Хорошо, что богатый жизненный опыт бомж-туриста научил его вешать рюкзак, где был минимальный запас еды и спички, на дерево. Там вещи не пострадали.
.jpg)
В общем, на нейтральной полосе он застрял на пять дней, пока ему оформляли новую мавританскую визу. А это больше 60 долларов непредвиденных расходов. Вернувшись назад, Виктор решил отправиться из Мавритании в Тунис, где для россиян въезд безвизовый. Там у крымчанина состоялась еще одна творческая встреча, после которой он вернулся домой. А теперь выступит с публичными лекциями о магрибском путешествии в Крыму.
.jpg){kind=link}