Мистерия-буфф (Второй вариант) (Маяковский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску


МИСТЕРИЯ-БУФФ


Героическое, эпическое и сатирическое изображение нашей эпохи

В Т О Р О Й В А Р И А Н Т

"Мистерия-буфф" — дорога. Дорога революции. Никто не предска- жет с точностью, какие еще горы придется взрывать нам, идущим этой дорогой. Сегодня сверлит ухо слово "Ллойд-Джордж", а завт- ра имя его забудут и сами англичане. Сегодня к коммуне рвется воля миллионов, а через полсотни лет, может быть, в атаку дале- ких планет ринутся воздушные дредноуты коммуны. Поэтому, оставив дорогу (форму), я опять изменил части пейзажа (содержание). В будущем все играющие, ставящие, читающие, печатающие "Мисте- рию-буфф", меняйте содержание, — делайте содержание ее современ- ным, сегодняшним, сиюминутным.

Д Е Й С Т В У Ю Т :

1. С е м ь п а р ч и с т ы х: 1) Негус абиссинский, 2) Раджа индийский, 3) Турецкий паша, 4) Российский спекулянт, 5) Китаец, 6) Упитанный перс, 7) Клемансо, 8) Немец, 9) Поп, 10) Австралиец, 11) Жена австралийца, 12) Ллойд-Джордж, 13) Американец и 14) Дипломат. 2. С е м ь п а р н е ч и с т ы х: 1) Красноармеец, 2) Фонар- щик, 3) Шофер, 4) Шахтер, 5) Плотник, 6) Батрак, 7) Слуга, 8) Кузнец, 9) Булочник, 10) Прачка, 11) Швея, 12) Машинист, 13) Эскимос-рыбак и 14) Эскимос-охотник. 3. С о г л а ш а т е л ь. 4. И н т е л л и г е н ц и я. 5. Д а м а с к а р т о н к а м и. 6. Ч е р т и: 1) Вельзевул, 2) Обер-черт, 3) Вестовой, 4) 2-й вестовой, 5) Караульный, 6) 20 чистых с рогами и хвостами. 7. С в я т ы е: 1) Мафусаил, 2) Жан-Жак Руссо, 3) Лев Толстой, 4) Гавриил, 5) Ангел, 6) 2-й ангел и 7) ангелы. 8. С а в а о ф. 9. Д е й с т в у ю щ и е З е м л и о б е т о в а н н о й: 1) Молот, 2) Серп, 3) Машины, 4) Поезда, 5) Автомобили, 6) Рубанок 7) Клещи, 8) Игла, 9) Пила, 10) Хлеб, 11) Соль, 12) Сахар, 13) Материя, 14) Сапог, 15) Доска с рычагом. 10. Ч е л о в е к б у д у щ е г о.

М Е С Т А Д Е Й С Т В И Й

1. Вся вселенная. 2. Ковчег. 3. Ад. 4. Рай. 5. Страна обломков. 6. Земля обетованная.


ПРОЛОГ

Н е ч и с т ы й

Через минуту мы вам покажем... Мистерию-буфф. Должен сказать два слова я: это вещь новая. Чтобы выше головы прыгнуть, надо чтоб кто-нибудь помог. Перед новой пьесой необходим пролог. Во-первых, почему весь театр разворочен? Благонамеренных людей это возмутит очень. Вы для чего ходите на спектакли? Для того, чтобы удовольствие получить - не так ли? А велико ли удовольствие смотреть, если удовольствие только на сцене; сцена-то - всего одна треть. Значит, в интересном спектакле, если все застроишь, то и удовольствие твое увеличится втрое ж, а если спектакль неинтересный, то не стоит смотреть и на одну треть. Для других театров представлять не важно: для них сцена - замочная скважина. Сиди, мол, смирно, прямо или наискосочек и смотри чужой жизни кусочек. Смотришь и видишь - гнусят на диване тети Мани да дяди Вани. А нас не интересуют ни дяди, ни тети,- теть и дядь и дома найдете. Мы тоже покажем настоящую жизнь, но она в зрелище необычайнейшее театром превращена. Суть первого действия такая: земля протекает. Потом — топот. Все бегут от революционного потопа. Семь пар нечистых и чистых семь пар, то есть четырнадцать бедняков-пролетариев и четырнадцать буржуев-бар, а меж ними, с парой заплаканных щечек - меньшевичочек. Полюс захлестывает. Рушится последнее убежище. И все начинают строить даже не ковчег, а ковчежище. Во втором действии в ковчеге путешествует публика: тут тебе и самодержавие, и демократическая республика, и наконец за борт, под меньшевистский вой, чистых сбросили вниз головой. В третьем действии показано, что рабочим ничего бояться не надо, даже чертей посреди ада. В четвертом - смейтесь гуще! - показываются райские кущи. В пятом действии разруха, разинув необъятный рот, крушит и жрет. Хоть мы работали и на голодное брюхо, но нами была побеждена разруха. В шестом действии - коммуна,- весь зал, пой во все глотки! Смотри во все глаза!

Все готово? И ад? И рай?

Из-за сцены.

Г-о-т-о-в-о! Давай!

  • * * * *


ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

На зареве северного сияния шар земной, упирающийся полюсом в лед пола. По всему шару лестницами перекрещиваются канаты широт и долгот. Между двух моржей, подпирающих мир, э с к и- м о с-о х о т н и к, уткнувшись пальцем в землю, орет д р у- г о м у, растянувшемуся перед ним у костра.

О х о т н и к

Эйе! Эйе!

Р ы б а к

Горланит. Дела другого нет - пальцем землю тыркать.

О х о т н и к

Дырка!

Р ы б а к

Где дырка?

О х о т н и к

Течет!

Р ы б а к

Что течет?

О х о т н и к

Земля!

Р ы б а к (вскакивая, подбегая и засматривая под зажимающий палец)

О-о-о-о! Дело нечистых рук. Черт! Пойду предупрежу Полярный круг.

Бежит. На него из-за склона мира наскакивает выжимающий рукава н е м е ц. Секунду ищет пуговицу и, не найдя, ухватывает шерсть шубы.

Н е м е ц

Гер эскимос! Гер эскимос! Страшно спешно! Пара минут...

Р ы б а к

Ну?

Н е м е ц

Так вот — сегодня сижу я это у себя в ресторане на Фридрихштрассе. В окно солнце так и манит. День, как буржуй до революции, ясен. Публика сидит и тихо шейдеманит. Суп съев, смотрю я на бутылочные эйфели. Думаю: за какой мне приняться беф? Да и приняться мне за беф ли? Смотрю - и в горле застрял обед: что-то неладное с Аллеей Побед. Каменные Гогенцоллерны, стоявшие меж ромашками, вдруг полетели вверх тормашками. Гул. На крышу бегу. Виясь вокруг трактирного остова, безводный прибой, суетне вперебой, бежал, кварталы захлестывал. Берлин — тревожного моря бред, невидимых волн басовые ноты. И за, и над, и под, и пред - домов дредноуты! И прежде чем мыслью раскинуть мог, от Фоша ли это или от...

Р ы б а к

Скорей!

Н е м е ц

Я весь до ниточки взмок. Смотрю - все сухо, но льется, и льется, и льет. И вдруг, крушенья Помпеи помпезней, картина разверзлась - с корнем Берлин был вырван и вытоплен в бездне, у мира в расплавленном горне. Я очнулся на гребне текущих сел. Я весь свой собрал яхт-клубский опыт, - и вот перед вами, милейший, все, что осталось теперь от Европы.

Р ы б а к

Н-н-немного...

Н е м е ц

Успокоится, конечно... Дня-с на два-с.

Р ы б а к

Да говори ты без этих европейских юлений! Чего тебе надо? Тут не до вас.

Н е м е ц (показывая горизонтально)

Разрешите мне около ваших многоуважаемых тюленей.

Рыбак досадливо машет рукой костру, идет в другую сторону - предупреждать Круг — и натыкается на выбегающих из-за дру- гого склона измокших а в с т р а л и й ц е в.

Р ы б а к (отступая в удивлении)

А еще омерзительней не было лиц?!

А в с т р а л и е ц с ж е н о й (вместе)

Мы — австралийцы.

А в с т р а л и е ц

Я — австралиец. Все у нас было. Как-то-с: утконос, пальма, дикобраз, кактус...

А в с т р а л и й к а (плача в нахлынувшем чувстве)

А теперь пропали мы, все пропало: и кактусы, и утконосы, и пальмы - все утонуло... все на дне...

Р ы б а к (указывая на разлегшегося немца)

Вот идите к ним. А то они одне.

Собравшись вновь идти, эскимос остановился, прислушиваясь к двум голосам с двух сторон земного шара.

П е р в ы й г о л о с

Котелок, у-ту!

В т о р о й

Цилиндр, у-ту!

П е р в ы й

Крепчает! Держитесь за северную широту!

В т о р о й

Яреет! Хватайтесь за южную долготу!

По канатам широт и долгот скатываются с земного шара а н г л и - ч а н и н и ф р а н ц у з. Каждый водружает национальное знамя.

А н г л и ч а н и н

Знамя водружено. Хозяин полный в снежном лоне я.

Ф р а н ц у з

Нет, извините! Я раньше водрузил. Это — моя колония.

А н г л и ч а н и н (раскладывая какие-то товары)

Нет — моя, я уже торгую.

Ф р а н ц у з (начиная сердиться)

Нет — моя, а вы себе поищите другую.

А н г л и ч а н и н (взъярясь)

Ax, так! Да чтобы ты погиб!

Ф р а н ц у з (взъярясь)

Ах, так! Насажу я тебе шишку на нос!

А н г л и ч а н и н (лезет с кулаками на француза)

Англия, гип-гип!

Ф р а н ц у з (лезет с кулаками на англичанина)

Вив ла Франс!*

А в с т р а л и е ц (бросается разнимать)

Ну и народ! Не народ, а сброд чистый: уже ни империй нет, ни империалов, а они все еще морду друг другу бьют.

Р ы б а к

Эх, вы, империалисты!

Н е м е ц

Бросьте, что вы, право!

Р ы б а к

Ну и орава!

Прямо на голову вновь собравшемуся идти эскимосу низвергается наш к у п ч и н а.

К у п е ц

Почтенные, это безобразие! Да рази я Азия? "Уничтожить Азию" — постановление совнеба. Да я и в жисть азиатом не был! (Успокоившись немного.) Вчера в Туле сижу я спокойно в стуле. Как рванет двери! Ну, думаю - из Чека! У меня, сами понимаете, аж побледнела щека. Но бог многомилостив на свете: оказывается, не Чека — ветер. Крапнуло немного, потом пошло, дальше — больше, больше — выше, хлынуло в улицы, рвануло крыши...

В с е

Тише! Тише!

Ф р а н ц у з

Слышите? Слышите топот?

Множество приближающихся голосов.

Потоп! потопом! потопу! о потопе! потопа!

А н г л и ч а н и н (в ужасе)

О, господи! Несчастие — как из трубы водосточной, а тут еще этот вопрос восточный.

Впереди н е г у с, за ним — к и т а е ц, п е р с, т у р о к, р а д ж а, п о п, с о г л а ш а т е л ь. Шествие замыкают вли- вающиеся со всех сторон все с е м ь п а р н е ч и с т ы х.

Н е г у с

Хоть чуть чернее снегу-с, но тем не менее я абиссинский негус. Мое почтенье. Я покинул сейчас мою Африку. Извивался в ней Нил, удав-река. Как взъярился Нил, царство сжав в реку, и потопла в нем моя Африка. Хоть нет именья, но тем не менее...

Р ы б а к (досадливо)

...но тем не менее мое почтенье. Слыхали, слыхали!

Н е г у с

Прошу не забываться - с вами говорит негус, и негус хочет кушать. Что это? Должно быть, вкусная собачка?

Р ы б а к

Я те дам — собачка! Это морж, а не собачка.

Негус по ошибке пытается сесть на похожего как две капли воды на моржа Л л о й д — Д ж о р д ж а.

Р ы б а к

Иди садись, да никого не запачкай.

А н г л и ч а н и н (перепуганно)

Это не я морж, это он морж, а я не морж, я Ллойд-Джордж.

Р ы б а к (обращаясь к остальным)

А вам чего?

К и т а е ц

Ничего! Ничего! Утоп мой Китай!

П е р с

Персия, моя Персия пошла на дно!

Р а д ж а

Даже Индия, поднебесная Индия, и та!

П а ш а

И от Турции осталось воспоминание одно!

  • * * * *

__________

  • Да здравствует Франция! (фр. — Vive la France!).


  • * * * *

Из толпы чистых прорывается д а м а с бесконечным количеством картонок.

Д а м а

Осторожней! Не рвите! Шелк тонкий! (Рыбаку.) Мужик, помоги поставить картонки.

Г о л о с (из толпы чистых)

Какая милая! Какая пикантная!..

Р ы б а к

Дармоедка праздная!

Ф р а н ц у з

Вы какой будете нации?

Д а м а

Нация у меня самая разнообразная. Сначала была русской - Россия мне стала узкой. Эти большевики — такой ужас! Я женщина изящная, с душою тонкой - я взяла и стала эстонкой. Стали большевики наседать на окраины - я и стала гражданкой Украины. Брали Харьков раз десять - я в какой-то республике устроилась в Одессе. Одессу взяли, Врангель в Крыму - я взяла и подчинилась ему. Гнали белых по морю и по полю - я уже турчанка. Гуляю по Константинополю. Стали большевики подходить ближе - а я уже парижанка. Гуляю в Париже. Наций сорок переменила, признаться, я - теперь у меня камчатская нация. Какое паршивое на полюсах лето: нельзя показать ни одного туалета!

Р ы б а к (прикрикивает на чистых)

Тише! Тише! Что это за гул?

С о г л а ш а т е л ь (в истерике отделяется от толпы)

Послушайте! Я не могу! Послушайте! Что же это такое? Сухого места на свете нет! Послушайте! Оставьте меня в покое! Отпустите меня домой, в кабинет! Послушайте! Я не могу! Я думал, потоп по Каутскому будет. И волки сыты, и овцы целы. А теперь - убивают друг друга люди. Милые красные! Милые белые! Послушайте, я не могу!

Ф р а н ц у з

Да не трите глаз... не кусайте губ... (Придвигающимся к костру нечистым, заносчиво.) А вы которых наций?!

Н е ч и с т ы е (вместе)

По свету всему гоняться привык наш бродячий народина. Мы никаких не наций, труд наш — наша родина.

Ф р а н ц у з

Старые арии!

И с п у г а н н ы е г о л о с а ч и с т ы х

Это пролетарии! Пролетарии... Пролетарии...

К у з н е ц (французу, похлопывая его по изрядному животу)

Шум потопа, небось, в ушах-то?

П р а ч к а (ему же, насмешливо и визгливо)

Лег бы сейчас и уснул на кровати? Пустить бы тебя в окопы да в шахты!

К р а с н о а р м е е ц (грозно)

Пошел бы в окопы - в окопах мокроватей.

Видя назревающий "конфликт" между чистыми и нечистыми, разни - мать их бросается с о г л а ш а т е л ь.

С о г л а ш а т е л ь

Милые! Ну, не надо! Не подымайте ругань! Бросьте друг на друга коситься. Протяните руки, обнимите друг друга. Господа, товарищи, надо согласиться.

Ф р а н ц у з (злобно)

Чтоб я согласился? Это уж слишком!

Р ы б а к (злобно. И рыбак и француз костыляют шею соглашателю)

Ах ты, соглашатель! Ах ты, соглашателишка!

С о г л а ш а т е л ь (отбегал, побитый, скулит)

Ну вот, опять... Я ему по-хорошему, а он... Так вот всегда: зовешь согласиться, а тебе наложат с двух сторон.

Нечистые проходят, разделяя брезгливо жмущуюся толпу чистых, рассаживаются у костра. Толпа чистых смыкается за ними в круг.

П а ш а (вылазит в середину)

Правоверные! Надо обсудить, что же произошло. Давайте вникнем в суть явления.

К у п е ц

Дело простое - светопреставление.

П о п

А по-моему — потоп.

Ф р а н ц у з

И вовсе не потоп, а то б дождик был.

Р а д ж а

Да, не было дождика.

Д и п л о м а т

Значит, и эта идея тоже дика...

П а ш а

Но все-таки - что же, правоверные, произошло? Давайте, правоверные, посмотрим в корень.

К у п е ц

Народ, по-моему, стал непокорен.

Н е м е ц

Думаю, война, я.

И н т е л л и г е н ц и я

Нет, по-моему, причина иная. По-моему, метафизическое...

К у п е ц (недовольно)

Война — метафизическое! Начали с Адама!

Г о л о с а

По очереди! По очереди! Не устраивайте содома.

П а ш а

Те! Давайте говорить постепенно. Ваше слово, студент! (Оправдывается перед толпой.) А то у него даже на губах пена.

И н т е л л и г е н т

Сначала все было просто: день сменила ночь, и только заря чересчур разнебесилась ало. Потом - законы, понятия, веры, гранитные кучи столиц и самого солнца недвижная рыжина,- все стало как будто немного текуче, ползуче немного, немного разжижено. Потом как прольется! Улицы льются, растопленный дом низвергается на дом. Весь мир, в доменных печах революций расплавленный, льется сплошным водопадом.

Г о л о с к и т а й ц а

Господа! Внимание! Сюда моросят!

Ж е н а а в с т р а л и й ц а

Хорошенькое моросят! Измочило, как поросят.

П е р с

Может, конец мира близок, а мы митингуем, орем и ржем.

Д и п л о м а т (жмется к полюсу)

Становитесь сюда! Теснее! Здесь не закапает.

К у п е ц (наддавая коленкой зажимающего дыру с присущим этому народу терпением эскимоса)

Эй, ты! Пошел к моржам!

Охотник-эскимос отлетает, и из открытой дыры забила в присутст- вующих струя. Веером рассыпались чистые, нечленораздельно оря.

И-и-и-и-и! У-у-у-у-у! А-а-а-а-а!

Через минуту все бросаются к струе.

Забить! Заткнуть! Зажать!

Отхлынули. Только австралиец остался у земного шара с пальцем в дыре. В общем переполохе взгромоздился на пару поленьев поп.

П о п

Братие! Лишаемся последнего вершка! Последний дюйм заливает водой!

Г о л о с а н е ч и с т ы х (тихо)

Кто это? Кто этот шкаф с бородой?

П о п

Сие на сорок ночей и на сорок ден!

К у п е ц

Правильно! Господь надоумил умно его.

И н т е л л и г е н ц и я

В истории был подобный прецедент - вспомните знаменитое приключение Ноево.

К у п е ц (водворяясь на место попа)

Это глупости - и история, и прецедент, и воопче...

Г о л о с а

Ближе к делу!

К у п е ц

Давайте, братцы, построим копчег.

Ж е н а а в с т р а л и й ц а

Правильно! Ковчег!

И н т е л л и г е н ц и я

Вот охота! Пароход построим.

Р а д ж а

Два парохода!

К у п е ц

Правильно! Весь капитал вложу! Те спаслись, а мы умнее тех, никак.

О б щ и й г у л

Да здравствует, да здравствует техника!

К у п е ц

Подымите руки - кто за.

О б щ и й г у л

И рук не надо, видно за глаза.

И чистые и нечистые подымают руки.

Ф р а н ц у з (заняв место купца, со злобой осматривает кузнеца, поднявшего руку)

И ты туда же? Да и не тщись ты! Господа, давайте не возьмем нечистых! Будут знать, как нас ругать!

Г о л о с п л о т н и к а

А ты умеешь пилить и строгать?

Ф р а н ц у з (поникая)

Я передумал. Возьмем нечистых.

К у п е ц

Только отберем непьющих и плечистых.

Н е м е ц (влезая на место француза)

Т-с-с, господа, может быть, еще и не придется мириться с нечистыми. К счастью, мы не знаем, что с пятой частью света. Галдите, и даже не побеспокоились узнать, есть меж нами американцы ли.

К у п е ц (радостно)

Ну и голова! Не человек, а германский канцлер!

Радость прорезает крик австралийки.

Что это?

Прямо из зала к напряженно вглядывающимся врывается а м е р и - к а н е ц на мотоцикле.

А м е р и к а н е ц

Милостивые государи, где здесь строят ковчег? (Протягивает бумагу.) Вот от утопшей Америки на двести миллиардов чек.

Молчаливое уныние. И вдруг вопль зажимающего воду австралийца.

А в с т р а л и е ц

Чего разглазелись? Будет пялиться! Ей-богу, выну! Коченеют пальцы!

Чистые засуетились, трутся к нечистым.

Ф р а н ц у з (кузнецу)

Ну что, товарищи, построим, а?

Н е з л о б и в ы й к у з н е ц

А мне что, по мне хоть... (Машет рукой нечистым.) Айда, товарищи! Ехать, так ехать.

Нечистые подымаются. Пилы. Рубанки. Молотки.

С о г л а ш а т е л ь

Поскорее, товарищи, поскорее, милые!.. За работу! В руки топоры и пилы!

И н т е л л и г е н т (отходит в сторону)

Работать - и не подумаю даже. Сяду себе вот тут и займусь саботажем. (Кричит на работающих.) Живей поворачивайся! Руби, да не промахивайся мимо!

П л о т н и к

А ты чего сидишь, руки сложивши?

И н т е л л и г е н т

Я спец, я незаменимый...

Занавес

  • * * * *


ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Палуба ковчега. По всем направлениям панорама рушащихся в волны земель. В низкие облака упирается запутанная веревками лестница-мачта. В стороне рубка и вход в трюм. Ч и с т ы е и н е ч и с т ы е выстроились по близкому борту.

Б а т р а к

Н-да! Не хотел бы я нынче за борт.

Ш в е я

Глянь-ка туда: не волна, а забор!

К у п е ц

Зря я это с вами спутался. Всегда вот так, без толка. Мореплаватели тоже! Нашли морского волка,

Ф о н а р щ и к

Ишь поднесла! Гудит и стенает.

Ш в е я

Какой там забор! Закрыло стеною!

Ф р а н ц у з

Да-с. Очень глупо-с! Говорю вам с прискорбием и болью-с. Сидели б. Земля еще держится. Какой ни на есть, а все-таки полюс.

Б а т р а к

Что волки твои, волнищами ляскают.

О б а э с к и м о с а, ш о ф е р и а в с т р а л и й ц ы (сразу)

Глядите, что это? Что с Аляскою?

Н е г у с

Ну и метнулась! Что камень пращой.

Н е м е ц

Ухнулась!

Э с к и м о с

Нет ее!

Р ы б а к

Нет!

В с е

Прощай! Прощай! Прощай!

Ф р а н ц у з (расплакался, придавленный воспоминаниями)

Боже мой!.. Боже мой!.. Бывало, всей семьей соберемся у чайного столика - плюшки, икорка...

Б у л о ч н и к (отмеряя кончик ногтя)

Чудно, ей-богу! Ну, не жаль вот ни столько.

С а п о ж н и к

Я водчонки припас. Найдется рюмка?

С л у г а

Найдется.

Р у д о к о п

Ребята, идемте в трюм-ка!

Э с к и м о с — о х о т н и к

Ну, как моржонок? Не очень поджарый ли?

С л у г а

Ничего не поджарый, славно поджарили.

Чистые одни. Нечистые спускаются в трюм, подпевая.

Что терять нам? Испугаться нам потопа ли? Разустали ножки — по свету потопали! Эх, и отдых в пароходах. Эх! И моржонка съесть и водочки хлебнуть не грех... Эх, не грех!

Чистые окружили расхныкавшегося француза.

П е р с

Стыдно, право! Бросьте орать-то!

К у п е ц

Перебьемся как-нибудь, доползем до Арарата.

Н е г у с

С голоду подохнешь, пока гора-то.

А м е р и к а н е ц

Деньжищ уйма, а без пищи не дохнешь едва. Даю за фунт хлеба полмиллиона николаевок и бриллиантов фунта два.

К у п е ц

Спекулировал. В Чека сидел раза три. А на черта мне теперь эти деньги?!

К и т а е ц

Плюнь да разотри.

П а ш а

Что бриллианты! Теперь, если у человека камни в печени, то и то чувствуешь себя обеспеченней - быдто брюхо набито.

А в с т р а л и е ц

Никакой жратвы, одно корыто.

С о г л а ш а т е л ь

А тут еще и Сухаревка закрыта.

К у п е ц (к попу)

Ничего, смиренный инок, теперь на каждой площади Смоленский рынок.

Д а м а

И масло, и молоко, и сливки на рынке, - подставляй пустой карман вместо крынки.

К у п е ц

Это ты без молока насидишься, дура, а у рабочего премия, у рабочего натура, - получит и обменяется.

Д а м а

А я шляпки буду менять на яйца.

И н т е л л и г е н т

Обменяешь последнюю шляпу, а потом сиди, соси лапу.

П о п (прислушиваясь к шуму в трюме)

Ишь ржут!

И н т е л л и г е н т

Что им! Наловили рыбу и жрут.

П о п

Возьмем сеть или острогу и тоже давайте ловить.

Н е м е ц

0-с-т-р-о-г-у? А как обращаться ею? Я только шпагой в человеке ковырять умею.

К у п е ц

Я закинул сеть, думал — рыбину выну, умаялся, и ничего - одну травину.

П а ш а (сокрушенно)

До чего доросли: первой гильдии — и жрут водоросли.

Л л о й д — Д ж о р д ж (к Клемансо)

Эврика! Давайте бросим ссориться. Какая может быть распря с англичанином у француза? Главное — это то, что у меня пузо, у вас пузо.

С о г л а ш а т е л ь

И у меня... пузо.

К л е м а н с о

Как это грустно: с таким прекрасным господином - и я не задрался чуть.

Л л о й д — Д ж о р д ж

Теперь нам не до драк: у нас с вами общий враг, Вот что я вам сказать хочу...

Берет Клемансо под руку и отводит. Пошептавшись, возвращаются.

К л е м а н с о

Господа! Мы все такие чистые. Нам проливать за работой пот ли? Давайте заставим нечистых, чтоб они на нас работали.

И н т е л л и г е н т

Я бы их заставил! Да куда мне - чахл! А из них любой — косая в плечах.

Л л о й д — Д ж о р д ж

Боже сохрани драться! Не драться, а пока выжирают меню, пока восседают, пия и оря, возьмем и подложим им свинью...

К л е м а н с о

Выберем им царя!

С о г л а ш а т е л ь

Зачем царя? Лучше городового.

К л е м а н с о

А затем, что царь издаст манифест - все кушанья мне, мол, должны быть отданы. Царь ест, и мы едим - его верноподданные.

В с е

Здорово!

П а ш а

Ловко!

Н е м е ц (радостно)

Я же говорил вам - Бисмарочья головка!

А в с т р а л и й ц ы

Выбираем скорей!

Н е с к о л ь к о г о л о с о в

Но кого? Кого же?

А н г л и ч а н и н и ф р а н ц у з

Негуса.

П о п

Правильно! Ему и в руки вожжи.

К у п е ц

Какие вожжи?

Н е м е ц

Ну, как их там... бразды правления, что ли... Чего придираетесь? Смысл один. (Негусу.) Взлазьте, господин!

Д а м а

Господа! Скажите - это будет настоящий царь или только притворный?

Г о л о с а

Настоящий, настоящий!

Д а м а

Ах! Я буду дамой придворной!

Л л о й д — Д ж о р д ж

Скорей, скорей строчите манифест: с божьей, мол, милости...

П а ш а и а в с т р а л и е ц

А мы сюда, чтобы не успели вылезти.

Паша и прочие строчат манифест. Немец с дипломатом разматывают перед выходом из трюма канат. Пошатываясь, вылазят н е ч и - с т ы е. Когда последний выполз на палубу, дипломат и немец ме- няются местами — и нечистые опутаны.

Н е м е ц (сапожнику)

Эй, ты! Ступай под присягу!

С а п о ж н и к (плохо разбираясь в событиях)

Можно, я лучше прилягу?

Д и п л о м а т

Я тебе прилягу - не встанешь сто лет! Господин поручик, наводите пистолет!

Ф р а н ц у з

Ага! Протрезвели! Вот так оно проще.

Н е к о т о р ы е н е ч и с т ы е (грустно)

Попались, братцы, как куры во щи.

А в с т р а л и е ц

Шапки долой! У кого там шапка?


К и т а е ц и р а д ж а (подталкивают попа, стоящего под рубкой, возглавляемой негусом)

Читай же, читай, стоят не дыша пока.

П о п (по бумаге)

Божьей милостью мы, царь изжаренных нечистыми кур и великий князь на оных же яйца, не сдирая ни с кого семь шкур, - шесть сдираем, седьмая оставляется, - объявляем нашим верноподданным: волоките все - рыбу, сухари, морских свинят и чего найдется съестного прочего. Правительствующий сенат не замедлит разобраться в грудах добра, отобрать и нас попотчевать.

И м п р о в и з и р о в а н н ы й с е н а т и з п а ш и и р а д ж и

Слушаемся, ваше величество!

П а ш а (распоряжается. Австралийцу)

Вы — в каюты! (Австралийке.) Вы — в кладовые! (Общее.) Чтоб нечистый ничего дорогой не выел. (Купцу, отматывая для него булочника.) Вы вот с ним спускайтесь в трюм. Я с раджою на палубе все просмотрю. Притащите сюда и возвращайтесь снова.

Радостный гул чистых.

Навалим целую гору съестного!

П о п (потирая руки)

А после братски поделимся добычею по христианскому обычаю.

  • * * * *
  • * * * *

Конвоируемые чистыми, нечистые спускаются в трюм. Через минуту возвращаются и вываливают перед негусом всяческую пищу.

К у п е ц (радостно)

Все обыскали, больше нет ничего ровно. Продукт-то какой! Восхищенье! Одно слово - нормированный. Ну, ребята, востри зуб!

А м е р и к а н е ц

А нечистые?

Н е м е ц

Надо их запереть внизу.

П о п

Ну-тко, ваше величество, обождите. Одна минутка!

Гонят нечистых в трюм, и пока возятся с ними, негус съедает все принесенное. Ч и с т ы е возвращаются.

К л е м а н с о

Идешь, Ллойд-Джордж?

Л л о й д — Д ж о р д ж

Иду, иду!

Ч и с т ы е (подгоняют друг друга)

Скорей, скорей, время за еду!

Взбираются к негусу. Перед негусом пустое блюдо. В один грозный голос.

Что здесь?! Гуляла мамаева рать?

П о п (в исступлении)

Один ведь, один - и чтоб столько сожрать!

П а ш а

Взял бы да грохнул по сытой роже.

Н е г у с

Молчать! Я помазанник божий.

Н е м е ц

Помазанник, помазанник! Лег бы, как мы...

Д и п л о м а т

На голодный желудок...

П о п

Иуда!

Р а д ж а

Тьфу! Не об этаком думал дне я.

К у п е ц

Ляжем. Утро вечера мудренее.

Укладываются. Ночь. По небу быстро проходит луна. Луна склоня- ется. Рассвет. В синем утре приподнимается фигура дипломата. С другой стороны приподнимается немец.

Д и п л о м а т

Вы спите?

Немец отрицательно качает головой.

Д и п л о м а т

Проснулись в эту порищу?

Н е м е ц

Уснешь тут! В животе такой разговорище. Ну, поговори, поговори еще!

С о г л а ш а т е л ь

Все котлеты снятся.

П о п (издали)

А что ж еще могло сниться? (Негусу.) Ишь, проклятый! Так и лоснится.

А в с т р а л и е ц

Холодно.

И н т е л л и г е н т (негусу)

Никаких духовных запросов! Объелся — и рад.

Ф р а н ц у з (после короткой паузы)

Господа, знаете что?.. Я чувствую, что я уже демократ.

Н е м е ц

Вот новость! Я всегда народ любил без памяти.

П е р с (ехидно)

А кто предлагал его величеству к стопам идти?

Д и п л о м а т

Бросьте ваши ядовитые стрелы! Самодержавие как форма правления несомненно устарело.

К у п е ц

Устареет, если росинки не попало в рот.

Н е м е ц

Серьезно! Серьезно! Назревает переворот. Довольно распрь, покончим с бранью!

С о г л а ш а т е л ь

Ура! Ура Учредительному собранию! (Отваливают люк.) Ура! Ур-а-а! (Друг Другу.) Наяривайте! Жмите!

Из люка лезут разбуженные н е ч и с т ы е.

С а п о ж н и к

Что это? Перепились?

К у з н е ц

Авария?

К у п е ц

Граждане, пожалте на митинг! (Булочнику.) Гражданин, вы за республику?

Н е ч и с т ы е (хором)

Митинг? Республику? Какую такую?

Ф р а н ц у з

Стойте, сейчас интеллигенция растолкует. (Интеллигенту.) Эй ты, интеллигенция!

"Интеллигенция" и француз влазят на рубку.

Ф р а н ц у з

Объявляю собрание открытым. (Интеллигенту.) Ваше слово!

И н т е л л и г е н т

Граждане! У этого царищи невозможный рот!

Г о л о с а

Правильно! Правильно, гражданин оратор!

И н т е л л и г е н т

Все, проклятый, как есть, сожрет!

Г о л о с

Правильно!

И н т е л л и г е н т

И никто никогда не доползет до Арарата.

Г о л о с а

Правильно! Правильно!

И н т е л л и г е н т

Довольно! Рвите цепи ржавые!

О б щ и й г у л

Долой! Долой самодержавие!

С о г л а ш а т е л ь

На кого вы руку подымаете? Ах! Монарх! Всю жизнь вам в каторге жить на нарах. Власть от бога. Не трогайте оной, господа. Согласитесь на монархии конституционной, на великом князе Николае или на Михаиле.

Н е ч и с т ы е и ч и с т ы е (хором)

Согласиться, чтобы все сжиралось им?

Н е м е ц

Я тебе соглашусь!

В с е (хором)

Мы тебя согласим!

С о г л а ш а т е л ь (вздутый, плачется)

Как начали греть! Как начали крыть! Легче помереть, чем их помирить.

К у п е ц (негусу)

Попили кровушки, нагадили народу...

Ф р а н ц у з (негусу)

Эй, ты, алон занфан в воду!

Общими усилиями раскачивают негуса и швыряют за борт. Затем чистые берут под руки нечистых и расходятся, нашептывая.

Д и п л о м а т (рудокопу)

Товарищи, вы даже не поверите, я так безумно рад: нет теперь этих вековых преград.

Ф р а н ц у з (кузнецу)

Поздравляю вас! Рухнули вековые устои.

К у з н е ц (неопределенно)

М-да...

Ф р а н ц у з

Остальное устроится, остальное — пустое!

П о п (швее)

Теперь мы — за вас, вы — за нас.

К у п е ц (довольный)

Так, так! Води за нос.

Д а м а

Разве я к негусу была пылкой? Я живу, я дышу Учредилкой! За правительство Временное - что угодно! Хоть два года буду ходить беременная! Сейчас надену красные банты, - надо же завести революционную моду. Через минутку вернусь к моему обожаемому народу. (Бежит к картонкам.)

К л е м а н с о (на рубке)

Ну, граждане, довольно. Погуляли всласть. Давайте организуем демократическую власть. Граждане, чтобы все это было скоро и быстро, мы вот, — упокой господи душу негуса! — мы вот тринадцать будем министры и помощники министров, а вы — граждане демократической республики, - вы будете ловить моржей, шить сапоги, печь бублики. Возражений нет? Принимаются доводы?

Б а т р а к

Ладно! Было бы недалеко до воды.

Х о р о м

Да здравствует, да здравствует демократическая республика!

Ф р а н ц у з

А теперь я (нечистым) вам предлагаю работать. (Чистым.) А вы — за перья. Работайте, несите сюда, а мы это поделим поровну,- последняя рубашка пополам будет порвана.

  • * * * *


  • * * * *

Чистые устанавливают стол, располагаются с бумагами и, когда не- чистые приносят съестное, вписывают во входящие и по уходе с ап- петитом съедают. Б у л о ч н и к, пришедший во второй раз, пытается заглянуть под бумаги.

Л л о й д — Д ж о р д ж

Чего глазеешь? Отойди от бумаг! Это, брат, дело не твоего ума.

К л е м а н с о

Вы же в управлении государством ничего не понимаете ровно. Каждая входящая тарелка и каждая исходящая должна быть обязательно перенумерована.

К у з н е ц

Пока вы ставите номер, как бы наш брат, нечистый, не помер.

Б у л о ч н и к

Давайте делиться обещанным.

П о п (возмущенно)

Братие! Рановато думать о пище нам.

Р а д ж а (отводя от стола)

Акулу посмотрите - там акулу поймали, - не несет яиц, не дает молока ли.

К у з н е ц


Эй, раджа, паша ли вы, помните турецкую пословицу: "Паша, не пошаливай!"

К у з н е ц (возвращаясь с прочими нечистыми)

Учат! Сколько ни дои акул, не быть из акулы молоку.

С а п о ж н и к (пишущим)

Пора обедать. Скорей кончай-ка!

А м е р и к а н е ц

Обратите внимание, как это красиво: волны и чайка.

Б а т р а к

Поговорим-ка лучше о щах и о чае. К делу! К делу! Нам не до чаек!

К л е м а н с о

Смотрите, смотрите! По морю - кит!

К р а с н о а р м е е ц

К черту кита! Сам ты кит!

Хором, опрокидывая стол.

Вы нам здесь не устраивайте канцелярских волокит!

На палубу грохаются пустые тарелки.

Ш в е я и п р а ч к а (грустно)

Все совет министерский вылакал.

П л о т н и к (вскакивая на опрокинутый стол)

Товарищи! Это нож в спину!

Г о л о с а

И вилка!

Р у д о к о п

Товарищи! Что ж это! Раньше жрал один рот, а теперь обжирают ротой. Республика оказалась тот же царь, да только сторотый.

Ф р а н ц у з (ковыряя в зубах)

Что кипятитесь? Обещали и делим поровну: одному — бублик, другому — дырку от бублика. Это и есть демократическая республика.

К у п е ц

Надо ж кому-нибудь и семечки — не всем же арбуз.

Н е ч и с т ы е

Мы вам покажем классовую борьбу!

С о г л а ш а т е л ь

И опять, и опять разрушается кров, и опять, и опять смятенье и гул. Довольно! Довольно! Не лейте кровь! Послушайте, я не могу! Это все хорошо: и коммуна и прочее. Но для этого ж должны пройти века. Товарищи рабочие! Согласитесь с чистыми, послушайте старого опытного меньшевика!

Л л о й д — Д ж о р д ж

Согласиться? Да я же капитала лишусь. Мы тебе согласимся!

К р а с н о а р м е е ц

Я тебе соглашусь!

С о г л а ш а т е л ь

Ну и положение! Опять двухстороннее обложение!

Нечистые наседают на чистых.

Ч и с т ы е

Стойте, граждане! Наша политика...

Н е ч и с т ы е

А ну, с четырех сторон подпалите-ка! Покажем им, какая такая политика! Ну, держись, проклятая, будешь помнить Октября 25-е!

Вооружаются сложенным чистыми во время обеда оружием. Загоня- ют на корму. Мелькают пятки сбрасываемых чистых. Только купец, утащив на ходу половину моржонка, забился в угольный ящик; в другой забились интеллигент с дамой. Соглашатель ухватил за ру- ку батрака; силясь его оттянуть, всхлипывает.

Б а т р а к

Ишь проклятый, распустил слюнки! Революция вам, мусье, не юнкер.

Соглашатель вгрызается в руку.

К у з н е ц

Ишь злюка! Вали его, ребята, в дырку люка!

Валят.

Т р у б о ч и с т

Не задохся бы тама, корпуленция хрупкая - прямо дама.

Б а т р а к

Что мямлить! Вернутся, нас же распнут на кресте. Понежничаем - дайте Арарат-гору.

Н е ч и с т ы е

Правильно! Правильно! Или мы — или те!

Б а т р а к

Дорогу террору!

К у з н е ц

Товарищи! Сапогами отшвыривайте кликуш. Эй, народ, чего не ликуешь? Ликуй!

Но суровы голоса нечистых, — последние запасы сожрала республика.

Б у л о ч н и к

Ликуй! А ты подумал о хлебе?

Б а т р а к

Ликуй! А хлеб-то чем засеять?

Ф о н а р щ и к

Ликуй! Когда вместо пашен — хляби.

Р ы б а к

И рыбачить нечем, порваны сети.

Ш о ф е р

Как пройдешь через хлябь эту? Если б хоть было кругом сухо.

О х о т н и к

Ковчег трещит.

Ш о ф е р

Компаса нету.

В с е

Разруха!

К у з н е ц

Не останавливаться на половине ж. Съеденное в утопших, назад не вынешь. Теперь об одном осталось ратовать, чтоб сила не иссякла до места Араратова. Пусть нас бури бьют, пусть изжарит жара, голод пусть - посмотрим в глаза его, будем пену одну морскую жрать. Мы зато здесь всего хозяева!

П р а ч к а

Сегодня поедим, а завтра — крышка! На всем ковчеге два сухаришка.

Б а т р а к

Эй! Товарищи! Без карточек не давать сухарей.

Из угольного ящика высовываются д а м а и и н т е л л и г е н т.

И н т е л л и г е н т

Слышите - говорят: "Давать сухарей". А тут голод, холод и всякие страсти.

Д а м а

Пойдем на службу к Советской власти.

Вылазят.

Н е ч и с т ы е

Что это? Выходцы с того света?

И н т е л л и г е н т

Никак нет. Мы свои, мы беспартийные, мы из угольного ящика. Мы — за власть Советов.

Д а м а

Ненавижу буржуев! Мошенники! Я все ждала, скоро ли буржуазия свалится. Разрешите, я тоже у вас буду работать на машинке, хотя бы только одним пальцем.

И н т е л л и г е н т

И меня возьмите. Худо без спеца. Без спеца некуда деться. Один путь - тонуть.

К у з н е ц

Не утонем, не каркай. (Даме.) Садись, товарищ. (Интеллигенту.) Марш вниз! Заведуй кочегаркой.

Ш о ф е р

Без еды — все равно что машина без дров.

Р у д о к о п

Даже я сдаю — уж на что здоров.

К р а с н о а р м е е ц

Мало, оказывается, чистых добить. Нужен хлеб. Надо воду добыть.

Н е ч и с т ы е

Что делать? Как быть?

Ш в е я

Нам бог не может погибнуть дать. Сложим руки — будем ждать.

О х о т н и к

Слабеет от голода за мускулом мускул.

Ш в е я (вслушиваясь)

Что это? Слышите? Слышите музыку?

П л о т н и к

Антихрист речь повел нам об Арарате и рае. (Испуганно вскакивает, пальцем за борт.) Кто там идет по волнам, в кости свои играет?

Т р у б о ч и с т

Брось ты! Море голо. Да и кому являться?

С а п о ж н и к

Вот он идет... Это голод нами идет разговляться.

Б а т р а к

Что ж, иди! Нет здесь таких, кто упал бы. Товарищи, враг у борта. Живо! Все на палубы! Голод сам идет на абордаж.

Вбегают, шатаясь, вооруженные чем попало. Рассвело. Пауза.

В с е

Что ж, иди! Никого... И вот снова будем смотреть бесплодное лоно вод.

О х о т н и к

Так вот молишь о тени в печах пустыни, умирая ж - видишь, будто пустыня стынет. Мираж.

Ш о ф е р (приходит в страшное волнение, поправляет очки, всматривается. Кузнецу)

Там вот, на западе - не заметишь ли точечки?

К у з н е ц

Что глядеть? Все равно что на хвост надеть или в ступе истолочь очки.

Ш о ф е р (отбегает, шарит, лезет с трубой на рею — и через минуту его рвущийся от радости голос)

Арарат! Арарат! Арарат!

  • * * * *


  • * * * *

Со всех концов.

О, как я рада! О, как я рад!

Вырывают у шофера трубу. Сгрудились.

П л о т н и к

Где он? Где?

К у з н е ц

Да вот виднеется направо от...

П л о т н и к

Что это? Приподнялось. Выпрямилось. Идет.

Ш о ф е р

То есть как — идет? Арарат — гора и ходить не может. Глаза потри.

П л о т н и к

Сам три. Смотри!

Ш о ф е р

Да, идет! Человек какой-то. Да, человек. Старый с посохом. Молодой без посоха. Эк, идет по воде, что посуху.

Ш в е я

Колокола, гудите! Вздыбливайте звон! Это он шел, рассекая воды Генисарета.

К у з н е ц

У бога есть яблоки, апельсины, вишни, может весны стлать семь раз на дню, а к нам только задом оборачивался всевышний теперь Христом залавливает в западню.

Б а т р а к

Не надо его! Не пустим проходимца! Не для молитв у голодных рты. Ни с места! А то рука подымется. Эй! Кто ты?

Самый обыкновенный ч е л о в е к входит на замершую палубу.

Ч е л о в е к

Кто я? Я не из класса, не из нации, не из племени. Я видел тридцатый, сороковой век. Я из будущего времени просто человек. Пришел раздуть душ горны я, ибо знаю, как трудно жить пробовать. Слушайте! Новая нагорная проповедь! Араратов ждете? Араратов нету. Никаких. Приснились во сне. А если гора не идет к Магомету, то и черт с ней! Не о рае Христовом ору я вам, где постнички лижут чай без сахару. Я о настоящих земных небесах ору. Судите сами: Христово небо ль, евангелистов голодное небо ли? Мой рай — в нем залы ломит мебель, услуг электрических покой фешенебелен. Там сладкий труд не мозолит руки, работа розой цветет по ладони. Там солнце строит такие трюки, что каждый шаг в цветомории тонет. Здесь век корпит огородника опыт - стеклянный настил, навозная насыпь, а у меня на корнях укропа шесть раз в году росли ананасы б.

В с е (хором)

Мы все пойдем! Чего нам терять! Но пустят ли нашу грешную рать?

Ч е л о в е к

Мой рай для всех, кроме нищих духом, от постов великих вспухших с луну. Легче верблюду пролезть сквозь иголье ухо, чем ко мне такому слону. Ко мне - кто всадил спокойно нож и пошел от вражьего тела с песнею! Иди, непростивший! Ты первый вхож в царствие мое земное - не небесное. Идите все, кто не вьючный мул. Всякий, кому нестерпимо и тесно, знай: ему - царствие мое земное - не небесное.

Х о р о м

Не смеется ли этот над нищими? Где они? Дразнишь какими странищами?

Ч е л о в е к

Длинна дорога. Надо сквозь тучи нам.

Х о р

Каждую тучу сразим поштучно!

Ч е л о в е к

А если ад взгромоздится за адом?

Х о р

Пойдем и туда. Не попятимся задом. Веди нас! Где она?

Ч е л о в е к

Где? Ждете, чтоб рассказал кто-нибудь другой. А она вот здесь, у вас под рукой. Где руки твои? Что делаешь ею? Сложили кресты бесполезных рук! Вы нищими жметесь. А вы — богатеи. Смотрите - какое богатство вокруг! Как смеет играть ковчегом ветер? Долой природы наглое иго! Вы будете жить в тепле, в свете, заставив волной электричество двигать. А если ко дну окажетесь пущены, не страшно тоже, - почище луга морское дно. Наш хлеб насущный на нем растет - каменный уголь. Пускай потопами ветер воет, трещат бока ковчегов-посуд. Правая и левая - эти двое спасут. Конец. Слово за вами. Я нем.

Исчезает. На палубе восхищенное недоумение.

С а п о ж н и к

Где он?

К у з н е ц

По-моему, он во мне.

Б а т р а к

По-моему, влезть удалось и в меня ему.

Г о л о с а

Кто он? Кто этот дух невменяемый? Кто он - без имени? Кто он - без отчества? Зачем он? Какие кинул пророчества? Кругом потопа смертельная ванная. Пускай! Найдется обетованная!

Б а т р а к

Значит, рай все-таки есть. Значит, не глупо к счастью лезть.

Г о л о с а

Чтоб раньше дойти до этой поры, вздымайте молоты, ввысь топоры! Ровней ряды! Не кривите линии! Ковчег трещит. Спасенье в дисциплине.

К у з н е ц (рукой на реи)

Зловещ пучин разверзшийся рот. Дорога одна - сквозь тучи! Вперед!

Бросаются к мачте. Хором.

Сквозь небо — вперед!

На реях развертывается боевая песня.

Эй, на реи! На реи, эй! По реям вперед, комиссары морей!

Х о р

Вперед, комиссары морей!

С а п о ж н и к

Там всем победителям отдых за боем. Пусть ноги устали, их в небо обуем!

Х о р

Обуем! Кровавые в небо обуем!

П л о т н и к

Распахнута твердь небесам за ограду! По солнечным трапам, по лестницам радуг!

Х о р

По солнечным сходням качелями радуг!

Р ы б а к

Довольно пророков! Мы все Назареи! Скользите на мачты, хватайтесь зa реи!

Х о р

На мачты! На мачты! За реи! За реи!

Когда скрывается последний нечистый, за ним ковыляют по реям дама и интеллигент. Меньшевик минутку стоит, задумавшись.

С о г л а ш а т е л ь

Куда вы? В коммуну? Охота в такую даль переть!

Оглядывается. Ковчег трещит.

Вперед, товарищи! Уж лучше вперед, чем умереть...

Меньшевик скрывается, и наконец из угольного ящика вылезает ку- пец, ухмыляясь.

К у п е ц

Надо же быть ослом! Добра на четыреста миллионов минимум. Даже если на слом. Ну, и спекульну!.. Что это? Ломается. Трещит. Спасайтесь! Идем ко дну! Товарищи! Товарищи! Подождите минуту одну! Товарищи! Один погибаю здесь я!..

С о г л а ш а т е л ь

Иди, иди, и тебе перепадет концессия...

Занавес

  • * * * *

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Ад. Сцена с огромной дверью. На двери: "Без доклада не входить". По бокам к а р а у л ь н ы е ч е р т и. Д в а в е с т о в ы х ч е р т а перекликаются через весь театр. Тихое пение на сцене за дверью.

Х о р

Мы черти, мы черти, мы черти, мы черти! На вертеле грешников вертим.

1-й в е с т о в о й

Да, брат черт, паршивая жизнь!

2-й в е с т о в о й

Да, в последние месяцы понатерпелся горя я.

1-й

Одно слово - третья категория!

Х о р

Попов разогнали, мешочников в ризе. Теперь и у нас продовольственный кризис.

2-й

Нашего брата, исконного черта, совсем не видно. Как попали эти самые господа: то подай! Это подай!

1-й

Хуже всех этот негус абиссинский. Морда черная. Аппетит свинский.

Х о р

О, горе, о, горе, о, горе, о, горе, без пищи мы все передохнем здесь вскоре!

1-й

Бывало, у черта арбуз щека.

2-й

Да, это верно.

1-й

А как попов прогнали, ни одного поставщика!

2-й

Выдачи маленькие!

1-й

Паек скверный!

2-й

Еще бы черти были как следует, а то омерзительные - лысые, куцые!

1-й

Дождутся, будет и у нас революция.

2-й

Т-с! Опять звонок.

О б а

Бежим со всех ног.

Перемахивают всю сцену. Караульные расспрашивают вестовых и, сделав небольшой доклад, распахивают двери.

Л л о й д — Д ж о р д ж

Ах, вы, дьяволы! Ах, вы, чертовы дети! Отчего же грешники не попадают в сети?

П о п (замахивается на вестовых)

Что ж, я для того на вас работал, чтобы пайком питаться на том свете!

В е с т о в ы е (недовольно)

Взяли бы по виле, сами бы ловили.

К л е м а н с о

Молчать! Вы эти привычки бросьте. Мы черти белой кости. Не щадя пота, черный черт на белых должен работать.

2-й в е с т о в о й

Завели порядок свой. Пошел и меж чертями антагонизм классовой.

П а ш а

Ах, ты разговаривать? Какой пылкий! Да я тебя ножом! Да я тебя вилкой!

Ч е р т — ц е р е м о н и й м е й с т е р

Его величество Вельзевул желает говорить с верноподданным адом.

Н е м е ц

Встать! Смирно! Не вихлять задом!

В е л ь з е в у л (входит)

Черти мои верноподданные! Больше не будете сидеть голодные. Радостней клики! Выше хвост! Кончается великий, кончается пост. Грешников пятнадцать идет, не менее.

П о п (крестится)

Слава богу! Кончается это всухомятку пение.

К и т а е ц

Очень уж народ серьезный, хотя и беспортошный.

Н е г у с

Эх, и нажрусь! Аж будет чертям тошно!

Л л о й д — Д ж о р д ж

Уж и наточу я рога! Будут знать, как меня свергать!

В е л ь з е в у л (к вестовым)

Живей на пост сторожевой! На бинокль, смотри лучше, чтобы ни один из них не ушел живой! А то по шее получишь.

Черти, вооруженные биноклями, бегут в зал, прислушиваясь. Дверь распахивается.

1-й

Пусть только попадутся! Я им покажу! Хвост подыму! Рога вниз!

2-й

Прямо жуть!

1-й

Я уж с ними разделаюсь! Не пожелал бы врагу. Люблю я из сочных грешников рагу.

2-й

Я их попросту жру. Без штук. Т-с! Слышишь? - Тук-тук-тук. Тук-тук-тук.

Прислушивается. Доносится громыхание разносящих преддверие ада нечистых.

1-й

Старик-то наш обрадуется донельзя.

2-й

Тише ты, черт! Нельзя, чтоб без гула! Беги, предупреди штаб Вельзевула.

Первый бежит. Над средним ярусом показывается В е л ь з е в у л. Ладонь ко лбу. Приподымаются черти.

В е л ь з е в у л (убедившись, орет)

Эй, вы! Черти! Волоките котелище! Да дров побольше - суше, толще! Прячься за тучи, батальон сторогий! Чтоб никто из них не ушел с дороги!

  • * * * *
  • * * * *

Черти притаились. Снизу доносится: "На мачты, на мачты! За peи, за реи!" Вваливается толпа н е ч и с т ы х, и моментально же вываливаются ч е р т и с вилами наперевес.

Ч е р т и

У-у-у-у-у-у-у! А-а-а-а-а-а-а!

К у з н е ц (указывая на крайних швее, со смехом)

Старые знакомые! Как тебе нравится? Справились с безрогими. И с рогатыми удастся справиться.

Гвалт начал надоедать. Цыкнули нечистые.

Т-с-с-с-с!

Смолкли растерявшиеся черти.

Н е ч и с т ы е

Это ад?

Ч е р т и (нерешительно)

Д-да.

Б а т р а к (на чистилище)

Товарищи! Не останавливаться! Прямо туда.

В е л ь з е в у л

Да-да! Черти, вперед! Не пускать в чистилище!

Б а т р а к

Послушайте, что это за стиль еще?

К у з н е ц

Бросьте вы это!

В е л ь з е в у л (обиженно)

То есть как бросить?

К у з н е ц

Да так. Стыдно! Все-таки старый черт, у самого проседь. Нашли, ей-богу, чем стращать! На заводе чугуноплавильном не бывали, чать?

В е л ь з е в у л (сухо)

Не был я на вашей плавильне.

К у з н е ц

То-то! А то б повылинял шерсткой. Живешь себе тут щеголем, гладкий такой да жесткий.

В е л ь з е в у л

Хорош гладкий, хорош жесткий! Довольно разговаривать! Пожалте на костры!

Б у л о ч н и к

Остри! Нашел чем пугать! Смешно, ей-богу! Да у нас в Москве вам бы еще заплатили за дрова. От мороза колики, а у вас температурка здорова. Блаженство! Ходите голенькие.

В е л ь з е в у л

Довольно шутить! Трепещите за души! Всех вас серой сейчас же задушим!

К у з н е ц (сердясь)

Хвастают тоже! Что у вас? - Слегка попахивает серою. У нас как пустят удушливым газом - вся степь от шинелей становится серою, дивизия разом валится наземь.

В е л ь з е в у л

Побойтесь, говорю вам, раскаленных жаровен! На вилах будете, час не ровен.

Б а т р а к (выходя из себя)

Да что ты кичишься какими-то вилами! Твой глупый ад — все равно что мед нам. Бывало, в атаке три четверти выломит в одно дуновенье огнем пулеметным.

Черти развесили уши.

В е л ь з е в у л (старается поддерживать дисциплину)

Чего стоите? Разинули рот! Может, он все это врет.

Б а т р а к (зверея)

Я вру?! Сидите тут, пещеры пещерите - черти! Слушайте, я вам расскажу...

Ч е р т и

Тише!

Б а т р а к

...про нашу земную жуть. Что ваш Вельзевул! С вилочкой гуляет посредь ада. Я вас на землю на минуту сзову. Знаете вы, черти, что такое блокада? Нам ли убояться каких-то вил! Рабочих танки английские потчуют. Кольцом эскадр и армий сдавил капитал Республику рабочую. У вас хоть праведников нет и детей. Рука небось не подымается мучить? А у нас и те! Нет, черти, у вас здесь лучше. Как какой-нибудь некультурный турок, грешника с размаха саданете на кол, а у нас машины, а у нас культура...

Г о л о с (из толпы чертей)

Однако!

Б а т р а к

Кровь пьете? Невкусное сырье! Вас на фабрику свел, каб не было поздно. Буржуям на шоколад перегоняют ее.

Г о л о с (из толпы чертей)

Но-о! Серьезно?

Б а т р а к

А посмотрите на раба из колонии английской - черти все б разбежались в писке. С негров сдирают, дубят кожи, на переплеты чтоб мог идти. В ухо гвоздь? Пожалуйста, отчего же! Шерсть свиную загоняют под ногти. Посмотрели солдата в окопе вы бы: сравнить если с ним — ваш мученик лодырь.

Г о л о с (из толпы чертей)

Довольно! Шерсть подымается дыбом! Берет от этих рассказов одурь...

Б а т р а к

Думаете, страшно? Развели костерики, развесили чанки. Какие вы черти? Да вы щенки! Ремни вас на фабриках растягивали по суставам?

В е л ь з е в у л (смущенно)

Ну, вот! В чужой монастырь со своим уставом.

П о п (подталкивая Вельзевула)

Скажи, скажи про адскую печь им.

В е л ь з е в у л

Говорил - не слушают. Крыть нечем!

Б а т р а к (налезая)

Что, только на робких пасти щерите?

В е л ь з е в у л

Ну что вы, ей-богу, пристали? Черти, как черти!

С о г л а ш а т е л ь (старается разнять чертей и нечистых)

О, господи! Начинается! Да что вам, двух революций мало? Господа, товарищи, не устраивайте скандала! Ну что, у вас пищи лучше нет? Нашли

торт! И вы тоже хороши, уступить не можете! Видите — старый, почтенный черт. Бросьте трения, надо согласиться.

В е л ь з е в у л

Ах ты, подхалима!

Б а т р а к

Ах ты, лисица!

С двух сторон бьют соглашателя.

С о г л а ш а т е л ь (апеллирует к зрителям)

Граждане! Ну где ж справедливость тут? Ты же их зовешь согласиться, тебе же с двух сторон и накладут.

В е л ь з е в у л (грустно, нечистым)

Я б вас пригласил хлеб-соль откушать в гости, да какое теперь угощенье - кожа да кости. Сами знаете, какие теперь люди, - изжаришь, так его и незаметно на блюде... Притащили на днях рабочего из выгребных ям, так не поверите — нечем потчевать.

Б а т р а к (брезгливо)

Пошел к чертям! (К давно нетерпеливо ждущим рабочим.) Айда, товарищи!

Нечистые двинулись, к последнему прицепился Вельзевул.

В е л ь з е в у л

Счастливого пути! Не забывайте! Я черт сведущий - опыт. Устроитесь - и меня пригласите, я буду заведующим Главтопа. Сидишь тут не евши дней по пяти, а у чертей, известно, чертовский аппетит.

Нечистые двинулись ввысь. Ломаемые, падают тучи. Тьма. Из тьмы и обломков опустевшей сцены вырисовывается следующая картина. А пока по аду гремит песня нечистых.

К у з н е ц

Телами адовы двери пробейте! Чистилище — в клочья! Вперед! Не робейте!

Х о р

Чистилище вдребезги! Так! Не робейте!

Р у д о к о п

Вперед! От отдыха тело отучим. По ярусам! Выше! Шагайте по тучам!

Х о р

Шагайте по ярусам! Выше! По тучам!

Д а м а (откуда ни возьмись бросается на грудь к Вельзевулу)

Вельзевульчик! Милый! Родной! Не дайте даме погибнуть одной! Пустите меня, пустите к своим! Пустите, милый! А то эти нечистые такие громилы!

В е л ь з е в у л

Ну, что ж! Приют дам. Пожалуйте, мадам. (Показывает на дверь, из-за которой моментально выскакивают два черта с вилами и выволакивают даму. Он потирает руки.)

Одна есть. Дезертира всегда приятно съесть.

Занавес

  • * * * *

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Рай. Облако на облаке. Белесо. По самой середине, по облачью рассевшись, р а й с к и е ж и т е л и. М а- ф у с а и л ораторствует.

М а ф у с а и л

Святейшие! Идите в светлейшее мощи оправить. Почище начистьте дни-ка. Глаголет Гавриил - грядет больше чем дюжина праведников. Святейшие! Примите их в свою среду. Что мышью, голод играет ими, им гадит ад, но они бредут...

Р а й с к и е (степенно)

Сразу видно — достойнейшие люди. Примем. Обязательно примем.

М а ф у с а и л

Надо стол накрыть, выйти вместе. Торжественнейшую встречу устроить надо нам.

Р а й с к и е

Вы здесь старейший и будьте церемониймейстер.

М а ф у с а и л

Да я не умею...

В с е

Ладно, ладно!

М а ф у с а и л (кланяется, идет распоряжаться столом. Выстраивает святых)

Вот сюда Златоуст. Готовь приветственный тост: — Мы, мол, вас приветствуем, а такожде Христос...- Сам знаешь, тебе и книги в руки. Вот сюда Толстой,- у тебя вид хороший, декоративный, стал и стой. Сюда — Жан-Жак. Так и развертывайтесь анфиладою, а я пойду стол присмотреть. Доишь облака, сын мой?

А н г е л

Да, дою.

М а ф у с а и л

Надоишь — и на стол. Нарежьте даже облачко одно, каждому по ломтику. Для отцов святейших главное не еда же, а речи душеспасительные, которые за столом текут.

С в я т ы е

Ну что, не видно пока? Чтой-то край у облака подозрительно дут. Идут! Идут! Идут! Идут! Неужели это они? В рай, а будто трубочисты грязные. Вымоем. М-да, святые-то, оказывается, бывают разные.

Снизу доносится:

Орите в ружья! В пушки басите! Мы сами себе и Христос и спаситель!

Вваливаются, пробивая облако пола.

Н е ч и с т ы е (хором)

Ух, и бородастые! Штук под триста!

М а ф у с а и л

Пожалте, пожалте - тихая пристань!

А н г е л ь с к и й г о л о с

Понапустили народу шалого!

А н г е л ы


Драсите, драсите! Добро пожаловать!

М а ф у с а и л

А ну-ка, Златоуст, займись-ка тостом.

Н е ч и с т ы е

К чертям Златоуста! Какие тут тосты, когда в животе пусто!

М а ф у с а и л

Терпение, братие! Сейчас, сейчас накормим досыта.

Ведет нечистых к месту, где на облачном столе облачное молоко и облачный хлеб.

П л о т н и к

Нашагался. Нельзя ли какой-нибудь стул?

М а ф у с а и л

Нет-с, в раю нет.

П л о т н и к

Чудотворца б пожалели - стоит вон сутул.

Р у д о к о п

Не ругайся. Главное — подкрепление сил.

Набрасываются на ковши и краюхи, сначала удивляются, потом, негодуя, откидывают бутафорию.

М а ф у с а и л

Вкусили?

П л о т н и к (грозно)

Вкусил, вкусил! А нет чего посущественней?

М а ф у с а и л

Не купать же бестелых существ в вине?

Н е ч и с т ы е

Ждем вас, проклятых, смиренно умираем мы. Кабы люди знали, что это впереди! У нас у самих такими раями хоть пруд пруди.

М а ф у с а и л (указывая на святого, которому орал кузнец)

Не орите, неудобно. Ангельский чин.

Р ы б а к

Поговорили бы лучше с чином: не сварит ли чин ваш щи нам.

Г о л о с а н е ч и с т ы х

Не так мы себе это представляли.

О х о т н и к

Нора! Сущая нора!

Ш о ф е р

И не похоже на рай.

С а п о ж н и к

Так, голубчики, дорвались до рая!

С л у г а

Ну, доложу вам, дыра, я.

Б а т р а к

Что ж, вы так вот и сидите?

О д и н и з а н г е л о в

Зачем? Случается и на землю к праведному брату или сестре пойти - и возвращаемся, елей свой излив там.

С л у г а

Так вот перышки по тучам и трепите? Чудаки! Обзавелись бы лифтом.

В т о р о й а н г е л

А мы метки на облаках вышиваем, - X. и В. - Христовы инициалы.

С л у г а

Вы б еще подсолнухи грызли. Провинциалы!

Б а т р а к

Побывали б у меня на земле они, отучил бы лодырей от лени. Поют вот: "Долой тиранов, прочь оковы". И до вас доберутся, не смотрите, что высоко вы.

Ш в е я

Совсем как в Питере: население скучено, еда скушана.

Н е ч и с т ы е

Скучно у вас. Ох, и скушно!

М а ф у с а и л

Что поделаешь, такой уж строй у нас. Оно, конечно, многое не благоустроено-с.

И н т е л л и г е н т смотрит то на Льва Толстого, то на Жан-Жака, обращается к последнему)

Я вот все смотрю на вас и на Льва Николаевича. Какие знакомые лица! Вы? Вы Жан-Жак Руссо? Ах! Разрешите поделиться! Аж дух от радости сводит! Это вы писали о братстве, о равенстве, о свободе? Это вы написали "Общественный договор"? Помилуйте! Да я вас наизусть знаю вот с этих пор! Разрешите выразить мое почтеньицe. Больше всего на свете люблю либеральное чтеньице. Никуда не пойду. Так и останусь тут. Пусть эти некультурные нечистые идут, я вас ненадолго задержу в разговоре. В вашем "Общественном договоре"...

Б а т р а к

Как отсюда вылезти?

М а ф у с а и л

Спросите у Гавриила.

Б а т р а к

А Гавриил который? Все — как один!

М а ф у с а и л (гордо разглаживая бороду)

Ну, не скажите, есть и отличие, - вот, например, бороды длина-с.

Н е ч и с т ы е

Чего разговаривать? Крушите! Это учреждение не для нас.

С о г л а ш а т е л ь

Тс, тс! Товарищи! Согласитесь! Бросьте ваши разногласия! Ну, разве не все равно, в котором классе я? (Ангелам.) Посмотрите, какие ребята! Я на вашем месте был бы только рад: лучшая часть общества - пролетариат! (Нечистым.) Вы тоже хороши! Подумайте только, в каком он ранге! (Указывая на Мафусаила.) Это вам не Врангель - ангел!

М а ф у с а и л

Согласиться с этим? Упаси боже!

К у з н е ц

Я тебе соглашусь! Выискался тоже!

Бьют.

С о г л а ш а т е л ь (плача)

Стараешься по-хорошему, а выходит гадко. Опять двухсторонняя накладка! Ух! Еще посоглашаюсь - и испущу дух.

Б а т р а к

К обетованной! Ищите за раем! Шагайте! Рай шажищами взроем!

Х о р

Найдем! Хоть всю вселенную взроем!

М а ф у с а и л (глядя на разрушаемый нечистыми рай, возопил истошным голосом)

Караул! Хватайте! Держите! Разорви их молния и господь вседержитель!

При страшном громе в облаках появляется с пучком молний сам С а в а о ф.

С а в а о ф

Да я вас разражу громами!

К р а с н о а р м е е ц (укоризненно)

Как дети - взяли и пожаловались маме.

С перекошенным лицом, видя назревающий невиданный скандал, заверещал соглашатель.

С о г л а ш а т е л ь

Уф! Оф! Сам Саваоф! Дрожу! Лежу! Подкосились ноженьки! (Нечистым.) Опомнитесь! Согласитесь! Куда вы? Против боженьки!

С а в а о ф (показывает кулак соглашателю)

Кабы не был всеблагой я, показал бы тебе соглашательство такое!..

К у з н е ц

Нам, рабочим, согласиться с богом? Вылезет у тебя соглашенье боком!

Тузят соглашателя.

С о г л а ш а т е л ь (плаксиво, но с уважением)

Не ручаюсь за убеждение. Ну, и кулак! Посоглашаюсь еще немного, и сойдет с меня меньшевистский лак.

М а ш и н и с т (указывая на Саваофа, замахивающегося стрелами молний, не желая их пустить в ход из боязни задеть своих же Мафусаилов)

Надо у бога молнии вырвать. Бери их! На дело пригодятся - электрифицировать. Нечего по-пустому громами ухать!

Бросаются, вырывают молнии.

С а в а о ф (печально)

Ободрали! Ни пера, ни пуха!

М а ф у с а и л

Чем же нам теперь грешников крыть? Придется лавочку совсем закрыть.

Нечистые ломают рай, вздымаясь ввысь с молниями.

К у з н е ц

Заря разгорается - дальше! За рай! Там все разговеемся...

Но когда сквозь обломки долезли до верха, перебивает кузнеца швея:

Да что кормить голодных зарей!

П р а ч к а (устало)

Ломаем, ломаем, ломаем мы тучи. Не время ли мимо им! Скоро ли, скоро ли маями тело усталое вымоем?

Е щ е г о л о с а

Куда? Не очутимся в новом аду ли? Надули нас! Нас надули! А дальше что? Чем дальше, тем жутче. (Подумав.) Вперед трубочиста! Иди, лазутчик!

Из тьмы обломков рая вырастает новая картина. От идущих вперед нечистых отделяется задумчивый соглашатель.

С о г л а ш а т е л ь

Прошли через рай, прошли через ад, и все идут. Не вернуться ли хоть мне назад? Хороший народ — это ангельское отродье. Оно как будто немного соглашено. Пускай идут, ежели не лень им, (машет рукой вослед уходящим нечистым) а я вернусь к Толстому. Туз! Займусь непротивлением злу-с...

Занавес

  • * * * *

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

К у з н е ц

Эй! Чего остановился? Трогай!

Ф о н а р щ и к

Не пролезешь, горы взгромоздились дорогой. Можно по такой дороге идти ли?

Ш в е я

За три года обломков сколько наколотили!

Разглядывают обломки.

Смотрите, ковчега кусок.

К р а с н о а р м е е ц

Негуса абиссинского остатки.

С а п о ж н и к

Кусочек рая.

Б а т р а к

Черепок ада.


Ф о н а р щ и к

Что делать? Не то что идти, - сесть некуда.

К у з н е ц

Что делать? Что делать? Расчистить надо.

Б а т р а к

Значит, нечего раздумывать тут: организуйся, товарищ, и берись за труд!

К р а с н о а р м е е ц (важно)

Организация организации рознь. Сначала нужно наметить правильный путь. По-моему, взять организацию и перетряхнуть.

Р у д о к о п (досадливо)

Тоже выкинул коленце! Вздор перетряхивание! Нужны назначенцы.

П р а ч к а (задорно)

Назначенство... Вот тебе раз! Необходимы буфера-с.

Нечистые сгрудились, галдя друг на друга.

Э с к и м о с

А по-моему, это все - не по марксистской догме и форме. Я стою на совершенно иной платформе: желаю спасти трудовую Русь я, разорвать нищеты и голода узы.

Б а т р а к (безнадежно)

Пошла дискуссия!

К у з н е ц (разнимая наступающих)

Товарищи, бросьте! Здесь вам не профсоюзы.

М а ш и н и с т


Буфера?! Попала не в глаз, а в бровь: прачка-то с буферами, а паровоз без колес, а не то что без буферов.

К у з н е ц

Тонем в разговорах, не виден брод. Через газетный ворох - за работу! Вперед! Чего растекаться словесной рекой? Наляжем лопатой! Взмахнем киркой!

Х о р (разгребает обломки)

А ну, раз взмахнул, и еще взмахну. К чему счет? Раз махнул, взмахну еще!

С о г л а ш а т е л ь (показываясь из облачка с надписью: "Берлин")

О-о-о! Товарищи, бросьте работать! Сами понимаете, не стану советовать зря я, - мне все видно из моего заграничного рая. Бросьте работать, милые люди, из этого ровно ничего не будет! Согласитесь со мной...

К у з н е ц

Рожу высунул - смотри, чтоб молотом нечаянно не свистнул в лоб.

С о г л а ш а т е л ь

Оп! (Моментально запахнул облако.)

Ш а х т е р (остановился с поднятой киркой)

Товарищи, прислушайтесь! Какой-то вой! Обломками кто-то придавлен живой! Беги на вой! Рой!

По окончании его слов роют с удесятеренной силой, и из облаков показываются п а р о в о з и п а р о х о д.

П а р о в о з

Эй! Внемлите паровозному стону! Не вздохнуть! Пар не развесть! Черный хлеб с Дону дайте! Дайте есть!

М а ш и н и с т

Нет, не умереть тебе. Нет, друг, спокоен будь. Мы вырвем уголь из земных недр, выведем на новый путь.

П а р о х о д

О-о-о! Дайте испить мне рек истоки! Дыры в каждом боку! Введите меня в доки! Дайте нефть из Баку! У-у-у-у-у!

Ш а х т е р

Эй, товарищи, за мной! Чего руки сложили? За углем под свод земной! За нефтью! Не уйти нефтеносной жиле!

Х о р

Взвей кирку-пушок! Ударником встань, брав! Занеси сильней обушок! В землю вонзай бурав!

Р а з р у х а

Назад! Чего молотищами ухают? Назад! Кто спорит со мной, с разрухою? Здесь царствую я - царица-разруха: я жру паровоз, сжираю машину. Как дуну - сдуну фабрику пухом. Как дуну - сдуну завод, как пушину. Я лишь взгляну - и чугунка не ходит. Грызну - и путь железный сглодан. И корчится в голоде город и в холоде, деревня от холода мрет и от голода. Назад! Я труд ненавижу бодрый. Назад! Я с вами расправлюсь по-свойски. Ко мне, мое войско, шкурники, лодыри! Ко мне, спекулянтов верное войско!

Разруху окружает "войско".

Х о р

Назад! Чего молотищами ухают? Назад! Кто спорит с нею, с разрухою?

Р а з р у х а

Склонитесь! Я ваша царица — разруха, стяну вам голодом глотки туго.

К у з н е ц

Довольно! Царицу б молотом ухнуть! Вооружайтесь!

Ш а х т е р (наступает на разруху)

Боритесь за уголь! (На мешочников.) И этих! Наездились верхом на вагоне, довольно! Всех в работу вгоним.

К у з н е ц

Ловите шкурников! Долой лодырей! Все за работу! Работать до одури!

Нечистые двинулись, и "войско" отступает.

Ш а х т е р (подрывается под разруху)

Нам под разрухой гнуть ли шеи? Товарищи! Подрывайте шахт траншеи!

Б а т р а к

Окопы — борозды на гладь луга.

Б а т р а к и ш а х т е р

Наше оружие - хлеб и уголь.

К у з н е ц (разруху добивают. Конец, речи ведется на разбитой разрухе.)

Ура! Побежали! Разруха сдается! Еще удар последний остается... Сдалась! Довольно! Слазь! Свободен вход - дверь в будущее. (Указывает на спуск в шахту.) Вот. Иди, забивай за забоем забой. Пой: "И это будет последний и решительный бой".

Идут в шахту. Голоса замирают в отдалении.

Ш а х т е р (приводит вагонетку с углем)

Первый подмосковный.

П а р о в о з

Спасибо. Рад. Чиниться становимся - влазь на домкрат.

М а ш и н и с т (катит бочку нефти)

Вот из Баку бери дары.

П а р о х о д

Готово: нет в боку дыры.

Ш а х т е р (еще вагонетку)

Вот тебе от Донбасса дары.

П а р о в о з

Спасибо. Сейчас разведу пары.

М а ш и н и с т (еще бочка)

Вот тебе еще цистерну выкатили.

П а р о х о д

Спасибо. Сейчас заходят двигатели.

М а ш и н и с т (еще бочка)

Вот тебе еще подарок от Ухты.

Ш а х т е р (еще вагонетка)

Вот тебе еще Урал.

П а р о х о д и п а р о в о з

Оживаем. Ура!

П а р о в о з

Бегут колеса.

П а р о х о д

Ожил. Сейчас пойду по плесам.

Из дыр шахт выбегают нечистые, бросаются друг на друга.

М а ш и н и с т

А я к тебе.

Ш а х т е р

А я к тебе.

К у з н е ц

А я к вам.

П р а ч к а

А я к вам.

К р а с н о а р м е е ц

Необычайно!

Ш в е я

Невероятно!

Э с к и м о с

Фантастическая весть!

Ш а х т е р

Там, за последней вышкой...

Ш а х т е р и м а ш и н и с т

Там что-то есть.

Ш а х т е р

Забиваю это я последний забой...

М а ш и н и с т

Я это последнюю бочку качу перед собой...

Ш а х т е р

И слышу - далеко, далеко...

М а ш и н и с т

И вижу - далеко, далеко... Откуда едва достигает око...

Ш а х т е р

Пение слышу, колес грохотание, фабрик дыхание мерное...

М а ш и н и с т

Солнце вижу, заря ранняя, город, наверное.

К р а с н о а р м е е ц

Мы, кажется, победили. Мы, кажется, у края двери в лоно правдашнего рая.

П а р о в о з

Паровоз готов.

П а р о х о д

Пароход готов.

М а ш и н и с т

Забирайтесь. Им в будущее помчим.

К р а с н о а р м е е ц (лезет на паровоз, за ним — другие)

Ровен путь, гладок и чист. Первым будь - вперед, машинист! На волны! На рельсы! Добытый трудом, он близок, грядущего радостный дом. Пространство жрите, в машину дыша. Лишь на машине в грядущее шаг. Взмах за взмахом! За шагом шаг!

Х о р (повторяет)

Вперед! Во все машины дыша.

Занавес

  • * * * *


ДЕЙСТВИЕ ШЕСТОЕ

Обетованная земля. Огромные ворота. Какие-то углы, из которых слабо намечаются улицы и площади земных местностей. Над ворота- ми какие-то радуги, крыши, цветы непомерные. У ворот л а з у т- ч и к, возбужденно выкликающий карабкающихся.

Ш а х т е р

Сюда, товарищи! Сюда! Высаживайте десант!

Подымаются н е ч и с т ы е и со страшным удивлением откидывают ворота.

Ш а х т е р

Чудеса!

П л о т н и к

Да ведь это Иваново-Вознесенск! Хорошенькие чудеса!

С л у г а

Как это проходимцам верить, вас спрошу я?

К у з н е ц

Да не Вознесенск это - верьте чести. Это Марсель.

С а п о ж н и к

А по-моему, Шуя.

Ш о ф е р

Не Шуя вовсе. Это Манчестер.

М а ш и н и с т

Как не стыдно глупости городить вам! Какой это Манчестер? Это Москва. Как это ослепли все? Вот, смотрите, Тверская, вот Садовая, вот театр РСФСР.

Б а т р а к

Москва, Манчестер, Шуя - не в этом дело: главное - опять очутились на земле, опять у того же угла.

В с е

Кругла земля, проклятая, ох, и кругла!

П р а ч к а

Земля, да не та! По-моему, для земли не мало ли пахнет помоями?

С л у г а

Что это в воздухе сласть какая-то разабрикосена?

С а п о ж н и к

Абрикосы? В Шуе? Да и время как будто к осени.

Подымают головы. Радуга бьет в глaза.

К р а с н о а р м е е ц

А ну, фонарщик, ты с лестницей, - лезь да глазом окинь.

Ф о н а р щ и к (лезет и останавливается, обмерев, только и мямлит)

Дураки мы! Ну, и дураки!

К р а с н о а р м е е ц

Да рассказывай! Смотрит, что гусь на молнию! Рассказывай! Сыч!

Ф о н а р щ и к

Не могу! Такая косноязычь! Дайте мне, дайте стоверстый язычище. Луча чтоб солнечного ярче и чище, чтоб не тряпкой висел, чтоб раструбливался лирой, чтоб этот язык раскачивали ювелиры, чтоб слова соловьи разносили изо рта... Да что! И тогда не расскажешь ни черта! Домов стоэтажия земли кроют! Через дома перемахивают ловкие мосты! Под домами едища! Вещи горою. На мостах поездов ускользающие хвосты!

Х о р

Хвосты?

Ф о н а р щ и к

Да, хвосты! Лампы глаза электрические выкатили! В глаза в эти сияние миллионосильные двигатели льют! Земля блестит и светит!

Х о р

Светит?

Ф о н а р щ и к

Да, светит!

К р а с н о а р м е е ц

Сами работали. Чего он удивляется?

М а ш и н и с т

Работать — работали, а все-таки не верится, что чудо такое за трудом является.

Б а т р а к

Довольно врать! Нашли лектора! Ни в жизнь не рожала фиг акация.

Ф о н а р щ и к

Да бросьте галдеть вы! Это - электрификация!

Х о р

Электрификация?

Ф о н а р щ и к

Да, электрификация. В саженные штепсели вставлены вилки.

М а ш и н и с т

Чудеса! Не поверят никакие ученые.

Ф о н а р щ и к

Едет электротрактор! Электросеялка! Электромолотилка! И через секунду хлеба уже печеные.

Х о р

Печеные?

Ф о н а р щ и к

Да, печеные.

Б у л о ч н и к

А хозяйка расфуфыренная, а хозяин мопсовидный - ходят по городу, тротуары уродуя?

Ф о н а р щ и к

Нет, отсюда никого не видно. Ничего не заметил этого рода я. Сахарная головища! Две еще!

Ш в е я

Сахар? Слышишь? Как быть? Я карточки перед потопом не успела прикрепить.

Х о р

Да говори хоть подробнее немножко!

Ф о н а р щ и к

Да ходят всякие яства, вещи. У каждой ручка, у каждой ножка. Фабрики во флагах. За верстой верста. Куда ни ткнется взор стоног - в цветах без работы стоят верстак, станок.

Н е ч и с т ы е (беспокойно)

Стоят? Без работы? А мы здесь исхищряемся в словесном спорте! Может, дождь пойдет, машины испортит! Ломитесь! Кричите! Эй! Кто тут?

Ф о н а р щ и к (скатываясь)

Идут!

В с е

Кто?

Ф о н а р щ и к

Вещи идут.

  • * * * *


  • * * * *

Ворота распахиваются, и раскрывается город. Но какой город! Громоздятся в небо распахнутые махины прозрачных фабрик и квартир. Обвитые радугами, стоят поезда, трамваи, автомобили, а посредине — сад звезд и лун, увенчанный сияющей кроной солн- ца. Из витрин вылазят лучшие в е щ и и, предводительствуемые с е р п о м и м о л о т о м, с хлебом и солью идут к воротам. По онемелым рядам прижавшихся н е ч и с т ы х:

Н е ч и с т ы е

А-а-а-х-х-х!

В е щ и

Ха-ха-ха-ха-ха!

Б а т р а к

Кто вы? Чьи вы?

В е щ и

Как чьи?

Б а т р а к

Да как вашего хозяина имя?

В е щ и

Никаких хозяев. Ничьи мы. Мы — делегаты. Молот и серп вас встречает - республики герб.

Б а т р а к

А для кого хлеб? Соль? Сахарная голова? Губернатора встречаете, что ли?

В е щ и

Нет - вас, все вам.

П р а ч к а

Будет врать! Не дети малы. Должно быть, вас продают из-под полы. Должно быть, сзади спекулянт на спекулянте.

В е щ и

Никаких спекулянтов, - гляньте.

С л у г а

Понимаю! Сложат в МПК и через год по столовой ложке выдавать будут.

В е щ и

Никуда нас не складывают. Берите хоть по пуду.

Р ы б а к

Спим, должно быть. Выдумки сна.

Ш в е я

Раз вот так сидела галеркою. На сцене бал. Травиата. Ужин. Вышла - и такой это показалась горькою жизнь: грязь, лужи.

В е щ и

Никуда это от вас теперь не денется, - это земля.

К у з н е ц

Будет морочить! Какая это земля! Земля — грязь, земля — ночи. На земле наработаешь — разинешь рот, а жирный придет и сработанное отберет.

П р а ч к а (хлебу)

Зовет, а сам, небось, кусаться будет. 100 000 рублей, что 100 000 зубов, должно быть, на каждом пуде.

М а ш и н и с т

Тоже!.. Подходит!.. Походка мышиная. Мало коверкало нас машиною! Вам бы лишь зубы на рабочих растить.

М а ш и н ы

Прости, рабочий! Рабочий, прости! Вы нас собрали, добыли, лили. А нас забрали, закабалили. Маши, машина, маши, махина. Стальные без устали, стальные без отдыха, - нам жирных велели возить на шинах, велели работать на них на заводах. Вал на вале вас веками ремнями рвали, маховиками. Орите, моторы, радость великая, - жирных сбили, свободна отныне я! Гуди по заводам, колесами двигая, кружи в железнодорожные линии. Мир каруселить, светить в чернокочье вам отселе будем, рабочие.

В е щ и

А мы, а мы, помощные вещи!

Мы — молоты, иглы, пилы и клещи. Лишь день полосой обозначится желтой, под нами сгибаясь, на фабрики шел ты. Теперь с хозяйской расправились кликою, мы все тебе расстругаем и выкуем. Тебе, чья спина под нами ломилась, тебе сегодня сдаемся на милость. В просторной кузнице нового рая молот вздымай, игрушкой играя.

Е д ы

А мы — товары, питья и еды: от нас рабочим бесчисленны беды. Без хлеба нет человеческой власти, без сахару нет человеческой сласти. Трудом человечьим добытые еле, не вы нас, а мы вас рублищами ели. Рот ценой миллионной разинув, мы лаяли псами с витрин магазинов. Да вы дармоедам прикрикнули: слазьте! И хлеб отныне свободен и сласти. Все, что смотрели со скрежетом прежде, берите сегодня, режьте и ешьте.

М а ш и н ы, в е щ и и е д ы (хором)

Свое берите, берите! Идите! Все, чем работать, все, что едите! Идите, берите! Иди, победитель!

К у з н е ц

Должно быть, надо мандат предъявить. У нас мандатов нет, мы прямо из рая, а до этого из ада.

В е щ и

Не надо, никаких мандатов не надо.

Б а т р а к

Нога не бритва, - авось, не ступим. Давайте, братцы, попробуем! Ступим!

Нечисчые ступают.

Б а т р а к (трогает землю)

Землица! Она! Родимая землица!

В с е

Запеть бы теперь! Закричать! Замолиться!

Б у л о ч н и к (плотнику)

Сахар-то - я его лизнул.

П л о т н и к

Ну?

Б у л о ч н и к

Сладок, просто сладок.

Н е с к о л ь к о г о л о с о в

Теперь с весельем не будет слада!

Б а т р а к (хмелея)

Товарищи вещи, знаете что? Довольно судьбу пытать! Давайте, мы будем вас делать, а вы нас питать. А хозяин навяжется — не выпустим живьем! Заживем?

В с е

Заживем! Заживем!

К у п ч и н а (расталкивая толпу, возмущенный, выскакивает)

Как бы не так! Знайте меру! Надо же что-нибудь оставить и концессионеру.

К у з н е ц

Убирайся! Твоя окончена работа, - ребятишкам на молочишко подработал. Знания у тебя хотели призанять - подучились, пора и честь знать.

Выброшенный, вылетает купчина. Нечистые жадно посматривают на вещи.

Б а т р а к

Я бы взял пилу. Застоялся. Молод.

П и л а

Бери!

Ш в е я

А я — иглу б.

К у з н е ц

Рука не терпит — давайте молот!

М о л о т

Бери! Голубь!

Нечистые, вещи и машины кольцом окружают солнечный сад.

М а ш и н и с т (к машинам)

Я бы вас пустил. Не броситесь, рыча?

М а ш и н ы

Ничего! Поворачивай рычаг!

Машинист поворачивает рычаг. Загорелись шары. Завертелись колеса. Нечистые смотрят с восхищенным изумлением.

М а ш и н и с т

Никогда не видел такого света! Это не земля, - это с хвостом поездов горящая комета. Чего волами подъяремными мычали? Ждали, ждали, ждали года - и никогда не замечали под боком такую благодать. И чего это люди лазят в музеи? Живое сокровище на сокровище вокруг! Что это — небо или кусок бумазеи? Если это дело наших рук, то какая дверь перед нами не отворится? Мы — зодчие земель, планет декораторы, мы — чудотворцы, лучи перевяжем пучками метел, чтоб тучи небес электричеством вымести. Мы реки миров расплещем в меде, земные улицы звездами вымостим. Копай! Долби! Пили! Буравь! Все ура! Всему ура! Сегодня это лишь бутафорские двери, а завтра былью сменится театральный сор. Мы это знаем. Мы в это верим. Сюда, зритель! Сюда, художник! Поэт! Режиссер!

Подымаются на сцену все зрители.

В с е х о р о м

Солнцепоклонники у мира в храме - покажем, как петь умеем мы. Становитесь хорами - будущему псалмы!

Откуда ни возьмись с о г л а ш а т е л ь удивленно смотрит на комму- ну; сообразив, в чем дело, вежливо снимает шляпу.

С о г л а ш а т е л ь

Нет, энергичному человеку в раю не место, не люблю я этих постных рыл. Социализм неминуем - я это всегда говорил. (Нечистым.) Товарищи, не надо зря голосить, пение обязательно надо согласить. (Отходит в сторону и тихо дирижирует ручкой.)

Кузнец отодвигает его вежливо.

Н е ч и с т ы е (поют)

Труда громадой миллионной тюрьму старья разбили мы. Проклятьем рабства заклейменный, освобожден сегодня мир. Насилья гнет развеян пылью, разбит и взорван, а теперь коммуна-сказка стала былью. Для всех коммуны настежь дверь. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской. Не ждали мы спасенья свыше. Ни бог, ни черт не встал за нас. Оружье сжав, в сраженье вышел и вырвал власть рабочий класс. Одной коммуной слили мир мы. Весь мир обвил рабочий круг. Теперь иди, попробуй, вырви его из наших сжатых рук. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской. Навек о прошлом память сгинет. Не встать буржуям — крут удар. Землею мы владеем ныне, солдаты армии труда. Сюда от фабрик и от пашен, из городов сюда и сел! Земля от края к краю наша, кто был ничем — сегодня все. Этот гимн наш победный, вся вселенная, пой! С Интернационалом воспрянул род людской.

Занавес