Перейти к содержанию

Наследство комедианта, или Империя и Восстановление (L'Homme aux trois culottes). Роман Поль де Кока (Белинский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Наследство комедианта, или Империя и Восстановление (L'Homme aux trois culottes). Роман Поль де Кока
автор Виссарион Григорьевич Белинский
Впервые в: Отечественные записки, 1842, т. XXIV, № 9 (ценз. разр. 31/VIII), отд. VI, с. 4. Без подписи. Источник: Белинский В. Г. Полное собрание сочинений в 13 т. Т. 6. Статьи и рецензии (1842—1843). — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1955; az.lib.ru

Наследство комедианта, или Империя и Восстановле­ние (L’Homme aux trois culottes).[1] Роман Поль де Кока. Санкт-Петербург. 1842. В тип. И. Греча. Две части. В 12-ю д. л. В I части — 346, во II — 353 стр.

Поль де Коку вздумалось по-своему охарактеризовать, в романе, три знаменитые эпохи французской истории последне­го времени — Республику, Империю и Восстановление, — и он превосходно это сделал, если смотреть на дело с его точки зре­ния[2]. Впрочем, о содержании этого романа было уже говорено в XVI томе «Отечественных записок», в отделе «Иностранной литературы» (стр. 7). Перевод вообще сносен; издание сделано по-человечески: бумага и печать порядочные, и, вместо четы­рех тощеньких уродливых частиц, читатели получат две убо­ристо и четко напечатанные части, в формате, которого длина и ширина соответственны толщине. Словом, это один из тех редких переводов романов Поль де Кока, которые еще можно брать в руки тем, кто не может читать по-французски.

Примечания

[править]
  1. Буквально: «Человек в трех панталонах» (франц.). — Ред.
  2. Неоднократно указывая на ограниченные возможности таланта Поль де Кока, Белинский тем не менее писал, что Поль де Кок «не берется за идеалы, которые ему не по силам, а в том, что не выходит из круга его созерцания и его способностей, он несравненен и пре­восходен». Белинский подчеркивал умение автора живо и естественно изобразить средние и низшие круги французского общества, отмечая при этом, что «российские перелагатели нещадно уродуют Поль де Кока. Стирая с его рассказа колорит добродушия и грациозности, они заставляют русских читателей видеть в нем одни сальности и плоские, грубые картины цинизма» (рецензия на «Парижскую красавицу»).