Поль Скаррон. Комедии
М., «Искусство», 1964
Поль Скаррон.
Нелепый наследник или Корыстолюбивая девица.
[править]Действующие лица
[править]Дон Диего де Мендоса.
Филипен, или дон Педро де Буффалос — слуга дона Диего.
Рокэпин — оруженосец дона Диего.
Карманьоль — слуга дона Педро де Буффалоса.
Дон Хуан де Бракамон.
Леонора Гусман.
Елена Торрес.
Беатриса — служанка Леоноры.
Пакэтта — служанка Елены.
Музыканты.
Действие первое
[править]В подобной беготне, сеньора, толку мало…
Спеша за вами вслед, я наконец устала,
Нет больше сил моих… я двигаюсь едва…
Не время ль вам домой?
Служанка, ты права,
Пеняя на меня и на свои мученья,
Но ведаешь ли ты причину и значенье
Моих хлопот?
Их смысл неведом вам самой!
Он слишком ведом мне, мой унеся покой…
С покоем из-за вас и мне пришлось расстаться.
Хоть в резвости с конем могу соревноваться,
Вы, хоть и госпожа, меня резвей вдвойне,
И вас сопровождать нет больше мочи мне,
Тем более что вы, в том присягнуть готова,
За целый божий день не проронили слова,
В мечты погружены… Какой в молчанье прок?
Не меньше, чем ходьба, оно лишает ног…
А если б госпожа была не столь безгласна,
Я хоть на край земли шагать бы с ней согласна!
Ну что же, поболтай, коль невтерпеж молчать…
Ты спрашивай меня, я буду отвечать.
Тогда поговорим о том, какая сила
Вам странное весьма желание внушила
Без челяди, пешком, как женщине простой,
Четвертый день толочь булыжник городской?
Сеньору осуждать я не имею права,
Не зная, что к чему; однако не по нраву
Прогулки эти мне: коль умысел в них скрыт,
За дело вы взялись не так, как надлежит…
Коль действуете вы без смысла и без цели,
То, значит, вы в бреду, горячкой заболели
И надо вас лечить. Безумцы лишь одни
Не ведают того, что делают они.
А если уличат в нескромном поведенье
Вас, для кого закон любой соседки мненье,
Вас, для кого всегда первейшей из забот
Была — что скажет та и что ответит тот?
А злые языки вас не страшат, сеньора,
И не боитесь вы огласки и позора,
Злоречья, клеветы? О, как разит она,
Букашку норовя преобразить в слона!
Любой, кто встретит вас на этом перекрестке,
Вам с легкостью большой даст кличку вертихвостки
Иль худшую еще… Другой же будет рад
Словечко подхватить и повторить стократ…
Сударыня, увы, прилипчиво бесчестье —
Боюсь, оно меня поглотит с вами вместе:
Ведь принято судить по господам о нас!
Шутница говорит всерьез на этот раз,
И нравственность ее внезапно одолела…
Надеюсь, что тебе могу доверить смело —
Но только никому словца не пророни —
Причину бед своих и этой беготни!
Готова слушать я и век не проболтаюсь.
Люблю секреты я не меньше слухов, каюсь!
Уж легче быть слепцом, чем тем, который глух;
Скорее глаз лишусь, чем потеряю слух!
Так знай — я влюблена!
Ах, боже, это новость!
Влюбленность вам идет так, как не шла суровость…
Я думала, у вас не сердце, а скала!
О, как мне госпожа моя теперь мила…
Теперь я за нее пойду в огонь и в воду,
Всё, что ни повелит, ей сделаю в угоду!
Проснулась страсть во мне, увы, не в добрый час…
Я так его люблю…
А он — не любит вас?
Да нет, не знает он, что по нему вздыхаю…
Так надо, чтоб узнал!
Но как? Не постигаю…
Любую трудность я сумею побороть…
Доверьте дело мне, а довершит господь.
Коль стоит свеч игра, не грех и постараться…
Сеньора, ангел мой, куда честней влюбляться,
Чем ближнего своим презрением клеймить…
Достойный нежных чувств любимым должен быть!
Взаимность вам нужна… во что бы то ни стало
Ее добьемся мы… лиха беда начало!
Пусть ваш избранник горд и хладен, как Нарцисс,
Мы победим его, коль за него взялись!
Пред ловкостью моей и вашей красотою —
Побьемся об заклад — не устоять герою!
Скажите лишь, кто он, и я его тотчас
Сыщу, подстерегу и полоню для вас.
Как только он поймет — кому не будет лестно! —
Что качества его вам не безынтересны
(А ими он богат, коль вас пленить сумел),
Достаньте свой колчан разящих насмерть стрел,
Улыбок, взглядов — тех, что с колдовством сравнимы
(Не в этих ли делах волшебницам сродни мы?), —
И будет ваш кумир лежать у ваших ног…
А впрочем… колдовать… какой вам в этом прок,
Коль вы и так судьбой одарены сверх меры
Всем, что боготворят в девицах кавалеры!
Не с вашим бы умом, богатством, красотой
Страдать из-за любви и плакать над мечтой,
Когда внушать мечты и страсть должны вы сами'
Чуть он узнает вас, как восхитится вами…
Ого, да мы во всех премудростях сильны…
Наперснице моей, как вижу, нет цены.
Да, Беатриса, ты — служанка не простая,
В тебе я клад нашла, того не ожидая…
Не скрою я от вас — знакома мне любовь…
Пусть опыт мой былой теперь послужит вновь,
Хоть с той поры, что друг погиб на поле боя,
Претит мне суета и чуждо все мирское…
Будь ты неладен, день той встречи роковой!
Каб милый не погиб, вся жизнь была б иной:
Меня бы не ждала служанки бедной доля…
Что ж, так судил господь, его святая воля…
Но речь не обо мне, которой невдомек,
Кто, где, когда и как сердечко вам поджег?
Пылает и сейчас, чуть вспомню то, что было…
За месяц до того, как ты к нам поступила,
Мы — это значит я и несколько подруг —
Решили провести свой праздничный досуг
За городом, в тиши какой-нибудь деревни,
Побегать, погулять, позавтракать в харчевне…
Прогулка удалась, но утомил нас путь.
Нам вздумалось прилечь немного отдохнуть…
Уснула крепко я… но что за пробужденье!
Шум, крик, переполох, ну, светопреставленье!
Вскочив, бегу к окну: все небеса в огне…
Я — к двери: дым валит! Пожар! Кричу: «Ко мне!»
Но лестница горит, сквозь пламя не пробиться…
Снаружи, во дворе, вопят мои девицы,
Поняв, что надо мной закрылась западня…
Они, спасая жизнь, забыли про меня,
Теперь же, искупить свою оплошность рады,
Зовут на помощь всех и всем сулят награды,
Кто б вызволил меня… но где же тот герой,
Что в пекло побежит, рискуя головой?
Я, видя смерть свою, без памяти свалилась,
Но тут моя судьба сменила гнев на милость,
Мне ангела послав благого во плоти,
Чтоб молодость мою от гибели спасти…
Когда беда моя казалась безысходной,
Деревней проезжал идальго благородный,
Увидел черный дым, огнем объятый дом,
Услышал — человек остался в доме том!
Отважный кавалер, не медля ни мгновенья,
Оставив экипаж, в горящее строенье
Ворвался, растолкав испуганных людей,
Так, словно бы спешил за смертию своей…
Уж всякий был готов читать нам отходную,
Как вдруг сквозь вал огня, сквозь толщу дымовую,
Весь в ссадинах, в крови, оборван, опален,
Со мною на руках предстал пред всеми — он!
Лишь убедившись в том, что я пришла в сознанье,
Ничем не награжден за славное деянье
(Чего я не могу себе простить с тех пор),
И прежде чем сумел мой восхищенный взор
Хоть выразить мою признательность герою,
Исчез отважный муж. Ах, от тебя не скрою,
Что этим столь же я была уязвлена,
Сколь счастлива понять, что им воскрешена!
За мужество воздай, господь, ему сторицей!
Но с хладностью его как сердцу примириться,
Когда он так хорош, когда, поверь мне, с ним
Никто и во дворце не может быть сравним!
Не раз его с тех пор я при дворе видала,
Но издали видать — для счастья слишком мало,
Тем более что вид его не просто мил,
Коль в сердце и тоску и ревность пробудил…
За ревность не суди хозяйку, Беатриса!
Узнай, что я на днях прекрасного Нарцисса
Сумела подстеречь, когда вошел он в храм,
Увы, не для того, чтобы молиться там!
Исправно лоб крестя, от алтаря в сторонке,
Он нежности шептал какой-то незнакомке…
Пажу велела я за ней пойти, и вот,
Узнав, что где-то здесь разлучница живет,
Четвертый день мечусь меж этими домами,
Чтоб выследить ее… Но кто спешит за нами?
Как, это дон Хуан? Он слишком мне знаком!
Несносный человек!
Скорей сюда зайдем!
Он может вас узнать! Вот и хозяйка, видно,
Выходит из дверей…
Мне неудобно… стыдно…
Поговорите с ней, подальше спрятав стыд!
Она же вас не съест, у ней премилый вид!
Навязчивости грех простите ли, сеньора,
Той, что не знает вас, но ищет разговора,
Нет помощи верней, которую сулят
Мне ваша красота и ваш открытый взгляд!
Вот этот кавалер, презревший все приличья,
Охотится за мной, как браконьер за дичью.
От дерзости его найду ль приют у вас?
Я тотчас же уйду, лишь скроется он с глаз!
Едва взглянув на вас, сеньора, я готова
Вам большим услужить, чем предложеньем крова ,
Не бойтесь ничего, пройдите вот сюда!
А я ведь вас узнал без всякого труда,
Как ни скрывались вы от пламенного взора…
Чем досадил я вам, мой ангел Леонора,
К чему бежать того, кто сам вам сдался в плен,
Кто, поклоняясь вам, рад не вставать с колен?
Да, сударь, это я. Что от меня вам надо?
Зачем стремитесь вы разжечь во мне досаду?
Как вам не удалось, так не удастся впредь
Неласковость мою упрямством одолеть.
Чтоб женщину пленить, настойчивости мало.
Однако, дон Хуан, когда б я вас признала
Всех качеств образцом, и то, прошу простить,
Вы не смогли б себя заставить полюбить,
Родить в моей душе ответное влеченье…
Холодности такой вам нужно объясненье?
Ищите же, сеньор, его в себе самом,
Но только не во мне — я, право, ни при чем.
Любовь внушает тот, кто нравиться умеет…
Как видите, не всяк секретом тем владеет;
Не нравитесь вы мне, и вот вам весь мой сказ.
Ни сердца, ни руки я не приму от вас…
Довольно мне своих, и не желаю с вами
Меняться я ничем, тем более — сердцами.
Возможно ль полюбить лишь только потому,
Что некто в вас влюблен, что нравитесь ему?
К чему бы привели подобные сужденья?
Ведь мне вы, дон Хуан, отдали предпочтенье
Лишь потому, что всех я краше и милей…
Сравняйтесь же со мной в приятности моей!
Не можете? — Ну что ж, в вас, не во мне помеха…
Любезный сударь мой, пусть вам и не до смеха,
Избыток сил своих и молодую прыть
Советую я вам в сатире применить…
Когда вас насмерть бьют своим презреньем дамы,
Хоть защищайте жизнь оружьем эпиграммы…
Высмеивать меня — весьма бесславный труд…
Жестоки слишком вы — лежачего не бьют.
Но за единый взгляд небесного созданья
Подвергнуться готов любому осмеянью…
Добудьте для меня один сердечный взгляд,
А там шутите всласть — я буду только рад!
Послушайте, сеньор, когда б я стала вашей,
Не думаю, чтоб жизнь нам показалась краше!
Ваш нестерпимый гнет меня бы только злил…
Не угнетает тот, кто сердце подарил…
Ну как не надоест твердить одно и то же…
Хоть в разговор чужой мешаться и негоже,
Замечу, что вотще любовь свою даря,
Сокровища свои расходуете зря…
Единственная ждет за мотовство награда —
Вкусить во цвете лет, до срока, муки ада!
А это ни к чему; не проще ли, любя,
Совсем освободить сеньору от себя,
Спасибо мне сказав за мой совет любезный?
Пусть угожу я в ад, пусть провалюсь я в бездну,
Но буду обожать, советам вопреки,
Ту, что не приняла ни сердца, ни руки…
И не таких тигриц оглаживает время!
Оно вам принесет годов преклонных бремя
Да плешь на голове, и больше ничего…
Вам времени, увы, не жаль и моего,
К тому же вы, боюсь, наскучили сеньоре…
Пора бы унести подальше ваше горе!
О нет, я поступлю совсем наоборот
И буду ждать вас тут — хоть час, хоть день, хоть год,
Чтоб проводить домой…
Не в вашей это воле,
Хоть ждите двести лет или еще поболе!
Но только ждите здесь, а не врывайтесь в дом!
И вам противен я?
Вы поняли с трудом!
Когда бы вы со мной вели себя столь смело,
Уж я бы, милый мой, вас проучить сумела!
Как, дон Диего?.. Ах, вы вовремя, сеньор!
Вот тот, о ком с тобой вела я разговор…
Оставите ли вы несчастную девицу?
Как заживо могу с душою разлучиться?
Нет, кажется, добром вас не отгонишь прочь…
Быть может, вы, сеньор, сумеете помочь
С сей крепости живой снять наконец осаду?
Я вижу, мне одной не справиться как надо!
Сеньора, кто посмел идти на вас войной?
Вот этот…
Дон Хуан? Возможно ль, сударь мой?
Сейчас вам расскажу, в чем нам нужна подмога:
Я вышла подышать у своего порога,
Как вдруг спешит ко мне с прислужницей своей
Вот эта госпожа и просит поскорей
Прибежище ей дать от одного сеньора.
Сеньор же шел за ней, причем довольно скоро,
И у моих ворот ей перерезал путь…
Он к ней благоволит, она к нему — ничуть
И без обиняков о том ему сказала…
Но дерзкий, слов ее не слушая нимало,
Насильно норовит поставить на своем.
Противника прогнать не можем и втроем!
Любезный дон Хуан, не будьте столь упрямым:
Мы призваны служить приятным сердцу дамам!
Прекрасные слова! Не может лучше быть!
Вот я и пожелал сеньоре услужить,
Ей руку предложив, чтоб проводить до дома…
Вид сделав, что она со мною незнакома,
Жестокая ушла, свой заметая след,
Чтоб избежать меня… Я более двух лет
В насмешницу влюблен, но лопнуло терпенье!
Ах, женская любовь не терпит принужденья…
Где надо заслужить, там силой не возьмешь…
Но я придумал ход — он, кажется, хорош:
Явившись в гости к ней, вас расхвалю безбожно!
Не верится в успех…
Ну, дон Хуан, как можно?
Надежду хоронить не надо никогда…
О злое существо! Души моей беда!
Дождался встречи я, а вышло расставанье…
Кто любит, должен быть закону послушанья
Всемерно подчинен… Уйдите же!
Увы!
Что выйдет из того, что посулили вы?
Ушел… победа нам далась не без усилья…
Откиньте же скорей докучную мантилью!
Хочу на вас взглянуть, хоть ваш герой вполне
За это может вас приревновать ко мне…
Исполнить я страшусь такое пожеланье,
Чтоб вид мой не принес вам разочарованья!
Я поняла теперь, как был несчастный прав,
Предметом чувств своих достойную избрав…
Едва увидев вас, не смог он не влюбиться!
Смеяться надо мной, сеньора, не годится…
Но шуткам вопреки я благодарна вам
За вашу доброту — чем за нее воздам?
С дороги устранен упрямец сумасшедший…
Пусть ваш любезный брат, на помощь мне пришедший,
Своей родной сестрой с сегодняшнего дня
С сеньорой наравне считает и меня!
Не отказалась бы от этакого брата,
Когда бы я была достаточно богата,
Чтоб за него платить по всем его счетам!
Он, значит, вам никто?
Да, так же, как и вам,
С той разницею лишь, что стать мне всем мечтает…
А что ему достичь таких высот мешает?
Иль он не дворянин?
Он родовит весьма,
К тому же у него заслуг и качеств тьма,
Но можно ль выходить вслепую, наудачу,
За качества одни, без золота в придачу?
Ведь денег ни гроша у дона Дьего нет,
А мне они нужны, как нужен высший свет,
Где я должна блистать… Иной судьбы не чаю.
Признания ее с надеждою встречаю!
Я не разобрала…
Я говорила так:
Впадете в нищету, вступая с нищим в брак!
Да, жаль, что беден он… Неплохо бы, к примеру,
Чтоб дядюшка его — он губернатор в Перу —
Мендосы древний герб хоть чуть позолотил…
Но дядя не спешит, а ждать мне нету сил.
Я, право, не из тех, кто жив одной мечтою!
Раз дон Диего рад ухаживать за мною,
Держу его пока, ну, как бы про запас
Затем, чтобы его спровадить сей же час,
Коль он моих надежд не оправдает…
Браво!
Приятно слушать вас — вы судите столь здраво!
Нет, вы не из числа доверчивых невест,
Что в браке обретут лишь непосильный крест…
Однако мне пора; простите за вторженье.
От нашей встречи я, поверьте, в восхищенье…
Позвольте вас обнять!
Себе я не прощу,
Коль, не узнав, кто вы, домой вас отпущу!
Ну, как же вас зовут? Я посещу вас скоро…
Отец мой — дон Гусман, зовусь я — Леонора.
У Троицы живу… Так приходите, жду!
Елена Торрес я. Сегодня же приду
Вас навестить.
Мой друг, когда мне было скверно,
Вы так мне помогли, и потому безмерно
Я счастлива теперь сойтись поближе с той,
Чью доброту сравню с ее же красотой,
А красоту — с умом. Итак, до скорой встречи!
Признательна весьма за ласковые речи…
Приятного пути… Пакэтта!
Ну чего?
Нет, я сойду с ума от тона твоего!
Ты отдала письмо сеньору де Мендоса?
Ага!
О чем спросил?
Не задавал вопросов,
А только говорил, что в мире вы одна,
Которая зараз и солнце, и луна,
И свет его очей, и прочее такое,
И что его навек лишили вы покоя…
Поверьте, госпожа, от слов подобных я
Вся млею, вся дрожу и плачу в три ручья…
Кто мне бы так сказал, тому бы я, похоже,
И душу б отдала и остальное тоже…
Мне дон Диего жаль, когда впустую вас
Обхаживает он, и с вас не сводит глаз,
И ждет ответных чувств без никакого толка!
Ужели мне мораль читаешь, балаболка?
Я живо отучу от эдаких идей…
Вели, чтоб запрягли быстрее лошадей!
Действие второе
[править]Настойчив и болтлив приятель новый мой!
И сам не знаю, как увлек его домой…
Он без конца твердил о неприступной даме,
И об ее глазах, в которых лед и пламя,
О том, как от него спешила убежать,
О том, как он ее преследовал, как тать…
Он звал ее своей богиней и царицей,
И говорить никак не мог остановиться,
И небо призывал в свидетели тому,
Что слишком жестока красавица к нему,
И что его впервой постигла неудача,
И что девицы с ним ведут себя иначе,
И перечень привел былых побед своих,
И наизусть прочел им сочиненный стих,
И перешел потом к дуэлям и сраженьям,
И даже произнес с преглупым выраженьем
О государстве речь, никчемную вполне…
Ну, словом, так успел он опостылеть мне,
Что был я рад весьма его покинуть скоро,
Клянущим на чем свет прелестную сеньору,
К которой я теперь спешу затем, чтоб ей
Внушить, что надо быть к влюбленному добрей…
К тому ж он взял с меня еще и обещанье
Ей в руки передать подробное посланье,
Способное сию тигрицу укротить…
Мне кажется, сеньор, что вам такую прыть
Полезней проявлять для собственной персоны,
Чем за чужих людей кому-то бить поклоны.
Елена Торрес вас обманывает всласть:
Лишь деньги ей нужны, а не любовь и страсть!
Едва лишь стоит вам о браке заикнуться,
Лукавая спешит скорее извернуться
И, глазки закатив, лепечет, что она
В вас так, как вы в нее, бесспорно влюблена,
Но что за вас пойти, пусть лучше нет мужчины,
Мешают ей одной известные причины.
Причина же одна, поверьте мне хоть раз:
Что дядина мошна пока что не при вас!
Не то что сами вы не по душе девице —
Дырявый ваш карман для брака не годится!
Когда же родич мой прикажет долго жить?
Вот с этим вряд ли он захочет поспешить!
Но даже будь он мертв, боюсь, что в голодранца
Судьба вас превратит по милости голландца:
Богатство дядя ваш всадил в испанский флот,
Голландец же, увы, его усердно бьет…
Способна ^принести капризная Фортуна
Наследство ваше в дар коварному Нептуну!
Вот тут-то, подсчитав размер своих потерь,
Красотка жениха и выставит за дверь,
Тем более что он не чувствует призванья
Без дяди раздобыть большое состоянье.
Любезный сударь мой, а не пора ли вам
Из пушек перестать палить по воробьям?
И время и любовь дарить скупой невесте
Не мало ль проку вам, а ей — не много ль чести?
Ты что, мой гувернер иль исповедник мой?
Нет, только ваш слуга — и человек прямой.
«Пусть гром тебя побьет, пусть продырявит град,
Пусть черт тебя возьмет, я буду только рад!
Кириби…»
Ах, это Филипен… Ну что, какие вести^
Есть добрые, сеньор, есть злые с ними вместе..
Какие вам нужны? Я, если захочу,
И золота вам дам и в траур облачу!
В чем дело, не пойму…
Тут понимать не надо,
Тут нужно отгадать…
С болваном нету сладу.
Сейчас же говори!
Повиноваться рад,
Коли вы мне сперва повысите оклад
И также сверх того дадите наградные:
Заслуживают их известия благие…
Согласен. Начинай, да только краток будь!
А я люблю рассказ подольше растянуть.
На этот раз, сеньор, не будете в обиде!
Ну ладно. Что еще?
Еще люблю я сидя
Беседовать…
Садись.
К тому же тишина,
Когда я говорю, мне в комнате нужна.
Нотации вредны при нежном организме.
О чем ты, Филипен?
Об этой старой клизме,
Оруженосце. Сам болтает без конца,
Другому же не даст промолвить и словца.
Не помешает он. Я слушаю!
Минутку!
Условия свои поставил я не в шутку.
Попробовать должны сначала угадать
Те новости, что я взялся вам передать.
Коль я возьмусь гадать, так угадаю сразу!
Какой же будет толк от твоего рассказа?
Нет, ты мне надоел. Сейчас по шее дам!
Но вредно ли, сеньор, так горячиться вам?
Чему учили вас наставники доселе?
Взгляните на себя… вы даже побледнели…
Уж ладно, так и быть, я больше не молчу!
Придется помолчать, коль слушать не хочу.
Я всё узнаю сам.
Простите, ваша милость!
Позвольте доложить о том, что приключилось!
Условия теперь тебе поставлю я…
Всё, что хотите' вы, но только без битья!
Кто вам сумел внушить, что получать по шее
Мне нравится? Мои пристрастия скромнее:
Мне говорят «заткнись» — не закрываю рта,
Велят мне речь держать — сплошная немота…
Такая моего характера основа.
И если вы сейчас меня лишите слова,
Погибнет ваш слуга на этом месте вот.
Проглоченная весть мне глотку раздерет!
Ну, бог с тобой, живи! Итак, я весь вниманье.
Украсить я могу свое повествованье
Преамбулой, когда желаете того…
Я краткости хочу и боле ничего!
Известно, что судьба таит в себе немало…
Нет, не сулит добра подобное начало!
Что ж, слог переменив, скажу вам прямо в лоб:
Крепитесь, сударь мой, ваш дядюшка усоп!
Ты шутишь! Дядя мой…
Люблю шутить, но в меру…
Наследство вам пришло из солнечного Перу.
Умерший был весьма достойный человек,
Недаром на земле проживший долгий век…
Свидетельством тому — богатство, что он нажил
И коим наконец племянника уважил.
Завидней жениха теперь в Мадриде нет…
Наследство состоит не только из монет
(Сто тысяч золотых!)--есть золото и в слитках,
Десяток обезьян, ваниль, лакрица в плитках,
Алмазы, бирюза — всё, чем тот край богат,
И попугаи есть, чему я очень рад…
Четыре корабля, покойного владенье,
В Кадисский порт на днях вошли без злоключенья
Ах, что за дядя был! Хоть бы чего-нибудь
Мне выпить, закусить, чтоб старца помянуть!
Пока прочтете вы вам присланные вести,
На кухне подкреплюсь…
Эй, Рокэпин, с ним вместе
Сходи и прикажи подать ему вина!
Обратно он бежит…
Тут женщина одна
С прислужницей своей (и у обеих лица
Завешены вот так) желает к вам явиться.
Проси ее войти.
Сударыня без глаз,
Сеньор Диего здесь и ожидает вас!
Отлично, я иду!
Премилая осанка!
Вперилась не в меня коварная служанка,
Ей нужен Рокэпин!
Я вас наедине
Хотела бы видать.
Так, значит, только мне
Покажете лицо?
Об этом рановато
Загадывать…
Она, наверно, старовата,
Беззуба!
Замолчи. Свои черты тая,
Быть может, ангел вы, а может быть, змея?
Вы, судя по всему, прислужница сеньоры?
Коль так же, как она, скрываете от взора
Порядочных людей лицо свое, у вас
Иль совесть нечиста, иль кто подбил вам глаз…
А вы, как вижу я, щут своего сеньора?
Коль так же, как и он, подобным разговором
Порядочных людей встречаете, у вас
Невежливых острот порядочный запас!
Ого, она в карман не лезет за ответом…
Собою недурна, мне кажется, при этом!
Остры вы на язык, незримая краса!
А вам не нужен шмель, прелестная оса?
О, как они грубы! Мой друг, пойдем отсюда.
Покинем этот дом, где нас встречают худо!
Сеньора, здесь никто не обижает дам…
Исполнить я готов всё, что угодно вам.
Так будьте же добры отправить слуг подале…
Хочу, чтоб от меня вы кое-что узнали.
Прощай, подбитый глаз!
Беатриса. Прощай, дурной язык!
Старушка, ухожу!
Ступай к чертям, старик!
Дабы не тратить зря столь дорогое время,
Позвольте перейти без предисловий к теме…
Меня прислала к вам знакомая одна,
К вам благородных чувств исполнена она,
А также вам помочь испытывает рвенье.
Причина моего внезапного явленья —
Желание узнать, правдиво, без прикрас,
Свободны вы иль нет, что на сердце у вас,
И ежели оно не занято, быть может,
То добрая душа вам заключить поможет
Брак выгодный весьма…
Продолжу разговор
Тогда, когда на вас смогу взглянуть в упор.
Откиньте-ка вуаль!
Коль это вам так важно,
Готова поступить столь дерзко и отважно…
Но всё ж ответьте мне на смелый мой вопрос!
Охотно.
Влюблены?
Ну что ж, влюблен!
Всерьез?
До самых недр души…
В кого ж это?
В Елену.
В Елену Торрес?
Да, и нету слаще плена.
И любит вас она без памяти в ответ?
Конечно!
Это ложь.
Она не любит?
Нет.
Откуда взяли вы…
Елена мне сказала,
Что ваша страсть ее не трогает нимало,
Что деньги ей нужны, что, если дядя вас
Наследства вдруг лишит — получите отказ!
Сеньора, вижу я, не дружба, не участье
Подсказывают вам обрушиться на счастье
Двух преданных сердец. Вся ваша клевета
И весь ваш маскарад — пустая суета.
Любовь ко мне моей Елены непритворна…
Я доверяю ей — не козням дамы в черном,
Чья жалкая душа не менее черна,
Чем креп, что на себя накутала она.
Не надобно судить о соловье по крыльям,
О чистоте души по траурным мантильям!
Взгляните мне в глаза — души моей окно, —
Коль вашей дамой вам сие разрешено!
Сударыня, клянусь, черт ваших созерцанье
Глядящему сулит грядущие страданья!
Когда бы сто сердец имел я про запас,
Боюсь, ни одного б не уберег от вас…
Чем долее гляжу — иль это наважденье?
Иль память подвела? Обманывает зренье? —
Тем больше убежден, что где-то вас видал.
Возможно ль, чтоб сеньор действительно узнал
Столь скромные черты? И это — невзирая
На то, что над душой давно царит другая,
Из-за которой он не посвятил и дня
Несчастной, им самим спасенной от огня!
Учтивости ли ждать от рыцарей беспечных,
Погрязших в суете никчемных дел сердечных?
Что возразить могу? Услышанный упрек
Настолько справедлив, насколько и жесток…
Как я себя кляну, что не нанес визита
Прелестнейшей из дам… Теперь она сердита…
Не следует себя за небреженье клясть:
Внимательны вы к той, к кому влечет вас страсть.
Мне ль вам ее внушить, коль лишена уменья
Вниманье вызывать, будить расположенье?
Слов запоздалых град, безудержную лесть
Насмешкою, сеньор, я вынуждена счесть
И не затем пришла… поговорим о деле!
Пусть вы увлечены, пусть вами завладели
Небесные глаза, но, поклоняясь им,
Напрасно сами вы становитесь слепым
И видите во мне лишь некую сирену,
Чья цель — оклеветать безвинную Елену.
Но дон Диего, ах, прозреть бы вам пора,
Поняв, что вся любовь Елены — мишура,
Что нужно ей от вас лишь дядино наследство,
Что вам отставку дать она изыщет средство,
Едва лишь только вы окажетесь бедней —
Не приведи господь! — чем бы хотелось ей…
У алчности, сеньор, немало разных видов!
Расчетливость свою за осторожность выдав,
Елена мне сама призналась, не стыдясь,
Что, нежностью своей приманивая вас,
Ждет не любви взамен — нужна иная плата
Желающей блистать и в браке жить богато!
Урок сей пустоты и двоедушья дан
Был мне в тот самый день, что наглый дон Хуан,
Преследуя своей любовью дерзновенной,
Сперва меня толкнул в объятия Елены,
Потом заставил вас опять спасти меня
Не от пожара, нет, — от худшего огня!
Коль вам не по душе разоблаченья эти,
Не думайте, сеньор, что я за них в ответе;
Печальный разговор задуман был не мной:
Как говорила вам, особою одной,
Прелестной, молодой, высокого рожденья,
Я послана сюда. Ее расположенье,
Богатство, красота, сердечных качеств ряд
Не с алчностью союз, а счастье вам сулят.
Я кончила, сеньор. Пора проститься с вами..;
А убедила ль вас — о том судите сами!
А как ее зовут, коль это не секрет?
Иль я не заслужил…
Увы, боюсь, что нет!
Я к вам приду узнать…
Ах, сударь мой, не стоит!
Елену ваш визит весьма обеспокоит…
Эй, Рокэпин, где ты? Эй, Филипен, скорей!
Был у меня в гостях бог браков, Гименей!
Вы знаете, зачем завешенное чудо
Сюда пришло?
Затем, чтобы уйти отсюда?
Женитьбой на другой стремясь меня завлечь,
О суженой моей вела красотка речь,
Втолковывая мне, что нежная Елена
Корыстна и жадна… что мне грозит измена…
А я что говорил?
Подумайте! Как раз
Разлучницу свою я от пожара спас!
Что ж, гостья недурна!
И молода…
Богата…
Жаль, рулевого нет у этого фрегата!
Не самоё ль себя сосватать мне пришла?
А если так, сеньор, не вижу в этом зла…
Женились бы на ней — вот был бы брак отменный!
Но надобно сперва разделаться с Еленой,
Ее разоблачив…
Задача нелегка…
Вам нужно обыграть наследство старика,
Елене объявив, что дядя-привередник
Переиначил всё, что есть другой наследник;
Мол, к дяде подольстясь, кузен-провинциал,
Завистник и наглец, вам путь перебежал…
Кто, как не Филипен, вам эту роль сыграет?
Ни здесь, ни при дворе никто меня не знает…
Неплохо, говорят, подвешен мой язык,
Латынью уснащать я речь свою привык,
Способен помянуть Венеру, Вакха, Феба
Иль Зевса, не попав при этом пальцем в небо,
Врать про любовь могу и прозой и стихом,
И если окажусь к тому ж холостяком
Богатым, словно Крёз, прекрасная Елена
Вам предпочтет меня… Ну а у вас замена
Готова — и к чертям тогда дешевый страз!
Расставшись со стеклом, получите алмаз…
Попробовать рискнуть в игре твоей согласен.
Посмотрим, чья возьмет, и вывод будет ясен.
Мгновенья не терять — основа из основ.
Наследник — налицо и действовать готов!
Действие третье
[править]Нет, провести меня удастся вам едва ли…
Я вижу, вы грустны, глаза полны печали!
Сеньора, подле вас печали места нет!
Я правду услыхать желала бы в ответ…
Что удручает вас?
Пожалуй, неуместно
Мне долее молчать о том, что всем известно…
Погиб испанский флот?!
Он невредим и цел.
И дядюшка к тому ж преставиться сумел…
Так что же вас гнетет?
Причина есть, поверьте.
Вот нечто пострашней известия о смерти! (Читает.)
«Милостивый государь и прочее… Ваш дядя, дон Пелагий, перед кончиною своей изменил составленное в вашу пользу завещание и назначил своим наследником двоюродного брата вашего, дона Педро де Буффалос. Таким образом, на вашу долю приходится теперь лишь триста дукатов пожизненной ренты. Я сделал всё, что было в моих силах, дабы помочь вам, но ничего не смог добиться от старика, которому, несомненно, кто-то успел наговорить на вас. Прошу не сомневаться в том, что я весьма всем этим огорчен и пребываю, милостивый государь, вашим покорнейшим и наипочтительнейшим слугой — Хорхе Ринальди».
Да, повод есть у вас, чтоб обвинять судьбу
И дядюшку, уже простертого в гробу…
Но гордой ли душе испытывать страданья
Из-за каких-то слов в каком-то завещанье!
Когда Елена мне останется верна,
Мне горе нипочем и бедность не страшна:
С ее рукой в моей я всё преодолею…
Пора, сердечный друг, мне вас назвать своею!
Зачем нам доле ждать, коль знаем всё, что есть?
Незаключенный брак мою тревожит честь…
Доверьте руку мне! Пусть перстень обручальный
Сердца соединит для жизни беспечальной;
Бесценную любовь получим мы взамен
Тех преходящих благ, что приобрел кузен…
Вам превратить дано в несметные богатства
Крушение надежд, былых друзей злорадство —
Мой нынешний удел! Скажите только «да» —
И вашим стану я отныне навсегда.
Потише, сударь мой, тут неуместна спешка;
Пусть и сладка любовь, но я не сладкоежка…
Вы очень мне милы, я вам мила сама,
Но мужем вас назвать… нет, не сошла с ума!
К богатству я стремлюсь, отнюдь не к разоренью.
Брак — выгода, мой друг, не жертвоприношенье!
Что ж, должен я понять, что получил отказ?
Неужто, мой сеньор, он удивляет вас?
Корыстная душа… увы, какая жалость!
Потворствуя ему, я чуть не просчиталась!
Годится вам любой пройдоха толстосум,
Будь только денег тьма…
Да вы взялись за ум!
Ум оставляю вам с корыстолюбьем вместе…
Быть может, мой кузен расчетливой невесте
Покажется хорош? Он глуп, мужиковат…
Всё, что угодно вам, лишь был бы он богат!
И не боитесь вы прослыть столь вероломной?
Женою вашей стать для доли подъяремной —
Вот я чего боюсь!
А если мой кузен
Ярмо своих причуд предложит вам взамен?
В богатстве всё его над вами превосходство…
Пусть он не наделен ни вашим благородством,
Ни красотою черт, не безрассудством дел,
— Я вышла б за него, когда б он захотел!
Сеньора, там сеньор, не очень-то собою
С сеньором схожий, к вам приехал со слугою;
Слуга на вид хорош, не то что сам сеньор…
Я это говорю сеньору не в укор!
Ах да, его зовут дон Педро де Буффалос,
Но вовсе он не дон, вот так мне показалось!
Да это мой кузен!
Ах, пресвятая мать!
Мне надобно его как следует принять…
Проси его сюда. Пусть дон Диего злится!
Советую в него немедленно влюбиться…
Что, это он и есть?
Как, я уже у ней?
Простите, ангел мой, я думал, путь длинней…
Прошел покой-другой, два, три ли коридора —
И сразу к вам попал… подумайте, как скоро!
Вы можете сказать: «Наверно, спятил он,
Явившись невпопад к светилу на поклон»…
Что делать — я таков! Куда мне только надо,
Как в речку головой, бросаюсь без доклада…
Ну и глаза у вас! Насквозь полны огня!
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Ах, поддержи меня!
От страсти трепещу, как лещ на сковородке!
Забил меня озноб от эдакой красотки…
Мой доблестный кузен, а ты как уцелел,
Сих искрометных глаз перенося обстрел?
Ты, видно, сам орел, коль этот взгляд орлицы
Выносишь без того, чтоб замертво свалиться!
Я ж, глядя на нее каких-то пять минут,
Забыл, зачем пришел и как меня зовут…
А что она молчит, когда это не тайна?
Послушай, а она не дурочка, случайно?
Да поумней тебя!
Я счастлив за нее.
Немало чувств таит молчание мое.
Не надо прерывать, не то я растеряюсь.
А сам я нравлюсь вам?
Да; коль не ошибаюсь…
Кто не полюбит вас?
Не сердится она…
Ах, звездочка моя! Ах, солнце! Ах, луна!
Как кошечка мила… ну чистая левретка!
Тьфу, я не то сболтнул… хотел сказать «кокетка»!
Я не обидел вас обмолвкою своей?
Порядочных собак не меньше, чем людей!
Ах, в жизни не встречал убийственнее взора!
Скольких им на тот свет спровадили, сеньора?
Поверите ль, когда вот так смотрю на вас,
Готов я преступить все заповеди враз
Иль обрести покой под сводами гробницы…
О, сжальтесь надо мной, тенистые ресницы,
Прикрыв собой очей палящую зарю!
Нет, пусть себе глядят, пусть лучше я сгорю,
Пусть черт меня возьмет, пусть бог нашлет холеру…
Богиня, из-за вас в словах теряю меру!
Пусть Аргус мне ввернет свои зрачки на срок,
Чтоб я на вас в сто глаз налюбоваться мог,
Пусть больше мне не даст вкусить Церера хлеба,
Пусть Бахус заберет все кабаки на небо,
Чтоб мне не пить вина… я созерцаньем сыт…
То ль на ногах стою, то ль наповал убит?
Что я еще хотел сказать своей голубке?
Ей, кажется, смешно, она кусает губки?
Улыбка хороша, когда за ней — любовь…
Так смейтесь, ангел мой, мою волнуйте кровь…
Улыбка вам к лицу, клянусь без всякой лести!
Неловко вам одной — так посмеемся вместе;
Ну, начали… ха-ха… Эх, жаль, что я не глух!
У вас визгливый смех, он оскорбляет слух.
Нет, мне не по себе, когда моя святыня,
Разверзнувши уста, гогочет, как гусыня!
Простите, не хотел нанесть обиды вам,
Но истый дворянин всегда правдив и прям
И не допустит лжи перед лицом любимой…
Ах, снова ты разишь, глазок неутомимый,
Колом из-за угла… разбойничий прием!
Позвольте-ка хоть раз нам встретиться вдвоем,
В укромном уголке, по правилам дуэли —
Увидите, и я умею бить по цели!
Мой друг, в таких делах раздумывать не след!
Скорей скажите «да» или скажите «нет».
Ответить на вопрос — обычай самый древний,
Он до сих пор в ходу в моей родной деревне!
Все правила любви известны мне давно…
Хотите, из-за вас я выброшусь в окно?
Не стоит рисковать столь мудрой головою…
Вы правы, ни к чему вас оставлять вдовою.
Не думайте, мой свет, что если я с лица
Напоминаю вам Сенеку-мудреца,
То я и впрямь мудрец и неспособен к браку!
Нет, я горазд ходить в любовную атаку
И не оставлю вас без дюжины детей…
Пусть мертвою петлей нас скрутит Гименей!
Сегодня же прошу вас стать моей супругой!
Не лучше ль нам, сеньор, сперва узнать друг друга,
Чтоб я могла решить, какой вам дать ответ?
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Мне расстегни жилет
И распусти жабо… Нет-нет, жабо сначала!
Мне жарко… я вспотел… она не отказала!
Жилет… жабо… вспотел… столь низкие слова
При дамах говорить!
Сеньора неправа:
И вольные слова и вольные манеры —
Приманка, коей дам пленяют кавалеры!
Как нравится тебе мой выбор, милый брат?
Гляди, кого берешь, — останешься ли рад…
Сеньора, ухожу…
Я остаюсь, сеньора!
Боюсь, не даст ему безумная отпора!
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Сюда мне стул подашь.
С удобствами хочу идти на абордаж.
О, как же много тут опасного для зренья…
Все эти декольте, все эти утолщенья…
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Камзол хорош на мне?
Приличен.
А штаны?
С камзолом наравне.
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Влюблен я по макушку.
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Заткнись! Скажите, душка,
Вы цените меня?
Вам, сударь, нет цены.
За правду вас хвалю. Правдивость для жены —
Основа из основ… Ах, из-за вас утратил
Последний разум свой… рехнулся, сбрендил, спятил!
Изящные слова!
Люблю высокий слог…
Когда бы мой кузен им изъясняться мог…
Вам речь моя мила — поговорим немного:
Хочу вам показать искусство монолога.
Мой взор пленили вы — зато пленю ваш слух;
Красивые слова в нас укрепляют дух.
Пойму ли я, сеньор, ваш слог высокопарный?
Я буду прост: итак, то южный, то полярный,
Ваш непомерный взгляд то душу леденит,
То африканский свой показывает вид.
По вашей воле я то жгусь, то заморожен…
Сей климат для души и тела невозможен.
Смените же его, иль превращусь я в труп,
Не посмотрев на то, что этот термин груб.
Ваш взор для чувств моих — что для фазана вертел…
Как видите, весьма я недалек от смерти!
Опять смеетесь вы?
Сдержаться нету сил…
Вот так и всех смешу, куда б ни заходил,
Хотя притом себя держу весьма солидно…
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
На даму, очевидно,
Напал веселый стих. Одну из этих штук
Сеньоре расскажи — чем развлекают слуг!
Взгляните на него: хоть и немногословен,
Но столько знает он забавнейших чертовин,
Что брюхо надорвешь, или, верней, живот…
Скажи, как мой кузен в наследниках живет?
Как хочет содержать на нищенскую ренту
Старушку мать, сестер, свои апартаменты?
По мне, всего смешней, что мой никчемный брат
В превратностях судьбы один лишь виноват!
Не думая, что всё узнаться может дядей,
Жил как взбредет на ум, расходовал не глядя;
Распутник, плут и мот — вот вам его портрет,
Вот дядиной к нему немилости секрет,
Вот почему решил покойный дон Пелагий
С Диего на меня переписать бумаги,
Короче говоря, прогнал его взашей.
Так я и завладел запасом кругляшей —
Да, триста тыщ монет!
Дублоны и дукаты…
Вы, сударь, человек действительно богатый…
Когда меня понять угодно будет вам,
Я с вами разделю наследство пополам…
Сеньор, лишать себя негаданной удачи
Способен лишь глупец…
Договорились, значит?
Еще вам сообщить обязывает честь,
Что дельце у меня тут стоящее есть;
Доходы все мои хочу чтоб вы узнали!
Затеял тяжбу я в мадридском трибунале…
Сейчас вам расскажу: мой досточтимый дед,
Ушедший в мир иной тому немало лет,
Носивший, как и я, фамилию Буффалос,
Продав кусок земли сеньору Десавалос
За двести тыщ экю, препоручил расчет
Племяннику снохи; принявши деньги, тот
Их бабушке вручил, исполнив деда волю,
Но внучка и дядья истребовали долю,
К тому ж и дедов брат претендовал на треть,
Двух теток обойдя: как их не пожалеть?
Суд выделил им часть; однако, всем на диво,
Их сводная сестра, графиня Аквавива,
Иск учинив истцу, полсуммы по суду
Вернула деверям; но я концы найду!
Добьется адвокат кассации решенья,
И суд меня введет в законное владенье.
Вам ясно почему?
Признаюсь, не вполне.
Поверенный в делах на днях зайдет ко мне.
Он все вам разъяснить сумеет безупречно…
Эй, Карманьоль!
Сеньор?
Ты грамотный?
Конечно!
Я сколько получил из Перу обезьян?
Мартышек девять штук, десятый — павиан.
А слитков золотых?
Кто их считал? — Не знаю…
А из заморских птиц?
Павлины, попугаи…
Там был еще алмаз…
С гусиное яйцо.
Жаль, слишком он велик, чтоб заказать кольцо.
Достался дяде он от Котокотофея,
Туземного вождя, в крещении Матфея…
Да, и рубины есть неслыханной цены…
И крупных жемчугов два ящика полны.
Представь, про них забыл!
Как я про те рубины.
Чего мне ждать еще от эдакой скотины!
Однако мне пора, нотариус нас ждет.
О деньгах речь пойдет, а деньги любят счет.
Прощайте, ангел мой, сладчайшая из пышек!
Чтоб не скучали вы, девчонок и мальчишек
Мы с вами заведем, как только вступим в брак…
Что ж, очень может быть!
Аминь, да будет так!
Возможно ли, чтоб вы, на смену дон Диего,
Решились взять бревно от Ноева ковчега?
Пакэтта, речь идет о будущем моем;
Мне ль с неимущим жить и голодать вдвоем?
Красивый муженек приятней яств отменных,
Нарядов, вееров и побрякушек ценных…
Когда моих сестер натаскивала мать,
То на базаре их учила выбирать
Покрепче кочешки, а мясо — помоложе.
Да, знала всё как есть покойница, похоже!
Я помню, как она, пошли ей мир господь,
Разобъясняла нам про душу и про плоть…
Ты скоро замолчишь, несносное созданье?
Когда не глухонем, так тяготит молчанье!
Словечко лишь одно позвольте мне…
Хоть три!
Но только ничего потом не говори!
Так вот: от жениха, убиться мне на месте,
Воняет чесноком!
А мне, его невесте,
Нет дела до того. Мне это все равно.
Умелая жена обтешет и бревно,
Лишь было бы оно и щедрым и богатым!
Как бы ему не стать, сударыня, рогатым!
На вашем месте я, как нас учила мать…
Придется, вижу, мне большую палку взять!
Действие четвертое
[править]Итак, в моем слуге замену мне нашла…
Забавно… Только жаль, что шутка слишком зла.
Ведь женщина, попав в такое положенье,
Обиды не простит. Остерегайтесь мщенья!
Ах, что мне до нее и до ее обид!
Ваш образ, не иной, теперь в душе царит…
Поверить вам пока вы повода не дали…
Есть повод у меня, и мне другой едва ли
Потребен для того, чтоб, злую разлюбя,
Достойной посвятить и чувство и себя!
Ах, истину узнать поможет только время…
Оно не нужно вам. Сейчас же перед всеми
Готов провозгласить и ненависть и страсть…
Довольно я служил той, пожелавшей пасть
Столь низко, той пустой, той корыстолюбивой;
Хочу теперь служить лишь чистой и правдивой!
О, как же всем для вас пожертвовать готов,
Коль жертвовал душой за блеск обманных слов..
А ныне, жизнь моя, вам отдаваясь в руки,
Молю — зачтите Мне испытанные муки,
Не умножайте их неверием своим!
Скажите же сейчас, что вами я любим,
Не медлите!
Как быть? Там госпожа Елена
Проведать вас пришла…
Сожги ее гангрена!
Ужель она за мной?
О боже, вот беда…
Но нет, не может быть…
Пройдите-ка сюда,
Направо, в эту дверь…
Когда вы так велите…
Она заметит вас… ах, сударь, поспешите!
Вы видите, как я поддерживаю честь
Знакомой с вами быть…
Увы, визит нанесть
Обязана была вам первая, коль скоро
Должница ваша я, любезная сеньора!
Преподан вами мне еще один урок…
О, если б глупой он пойти на пользу мог!
Но можно ль перенять от вас великодушье,
Учтивость, прямоту, сердечность и -радушье?
Когда простите мне невольную вину
(Как за нее себя ругаю и кляну!),
Исправить я свою оплошность постараюсь…
Сих благородных слов не заслужила, каюсь!
Напоминает мне чрезмерная хвала
О том, насколько — ах! — ничтожна и мала
Оказанная вам услуга… Право, скверно,
Что сделанное мной хвале несоразмерно!
Какой досадный смысл придали вы словам,
Что в простоте души сказать решилась вам!
Не острота ль ума вас делает опасной
При вашей доброте и внешности прекрасной?
Сеньора…
Где же он?
На лавочке в саду.
Ступай и передай, что я сейчас приду.
Там дядя-опекун приехал… К сожаленью,
Я вынуждена вас оставить на мгновенье.
Бегите же к нему, не думайте о нас!
Прощения просить еще придется раз
У гостьи дорогой за эту неучтивость…
Я тотчас же вернусь! (Уходит.)
Отдам ей справедливость,
Она весьма мила!
Все так же говорят…
Что ж, мебель хороша…
Тут всё незауряд.
У ней отличный вкус… каков ковер, Пакэтта!
Но что это за ним? Подобье кабинета…
Ах, сколько здесь вещиц… но более всего
Изряднейших картин…
Картинки — ничего.
О! Кто-то там стоит в простенке у камина…
И, судя по всему, знакомый вам мужчина…
Как! Дон Диего?
Да…
Изменник, это он!
Бедняга, выходя от вас сегодня вон,
Был очень удручен… причина вам понятна…
Ну вот, свободна я… А вы тут, вероятно,
Соскучились вдвоем?
Сударыня, отнюдь!
У вас роскошный дом, здесь есть на что взглянуть!
Вот в этом уголке картины неплохие
Сумели вы собрать…
Да, есть кое-какие!
Но как смогли принять вы за оригинал
Один дрянной портрет… и как он к вам попал?
Он раньше был моим; невыгодную сделку
Вы заключили, взяв заведомо подделку.
В картинах вы знаток?
В них разбираюсь я.
Мне кажется, что вы в искусстве не судья…
Портрет, о коем речь, ни за какую цену
Не должен подлежать продаже иль обмену…
Хотя бы потому мне будет дорог он,
Что честный человек на нем изображен.
Лишь низкая душа все меряет на деньги…
Высокая душа, случается частенько,
Не прочь исподтишка залезть в чужой карман!
А выгоды ища, пускаться на обман
Пристойно ли?
Умно!
Ума не много, право,
В том, кто берет портрет из-за его оправы!
Не стоят ни гроша ни рама, ни портрет.
Случайно, их на зуб не пробовали, нет?
О, я не из таких, кто пробует дурное…
Дурное ли? Увы, в погоне за тщетою
И сердце вы свое утратили и вкус…
А мне дороже честь — к богатству не стремлюсь.
О добродетель!
Да, в ней счастье нахожу я.
Приятно увидать воочию святую…
Идем, Пакэтта!
Я на днях к вам забегу!
Не тратьте время зря!
И это я могу.
Хочу лишь вам сказать…
Мне некогда, голубка!
…Что может вас подвесть последняя покупка.
На позолоты блеск позарившись, увы,
Бездарную мазню себе купили вы.
Спасибо за совет. Кто на других клевещет,
Получше бы скрывал украденные вещи!
Как покраснели вы!
Краснею от стыда —
За вас!
Коль за меня, так это не беда.
Смотрите за собой!
Чуть гостья не взбесилась!
Зато давно сама я так не веселилась!
Но дон Диего зря не спрятался вон там…
Всё это ерунда, не огорчаться ж вам!
Сеньор!
Уже ушла?
Ушла, глазам не веря,
Что здесь, у нас, нашла недавнюю потерю.
А как это понять?
Вас видела она.
В том, что случилось так, увы, моя вина!
Простите, впопыхах я влез куда попало…
Ах, полноте, сеньор, я не сержусь нимало!
Должна вам передать все дерзкие слова,
Что слышала сейчас… Как я была права,
Ей тут же сдачи дав… Но что это такое?
Нет, он решил меня не оставлять в покое!
Я ухожу!
Куда? Зачем? За что же так
Бежите вы меня, как будто я ваш враг?
Одним благоволит, другим бросает вызов…
Однако мне теперь не до ее капризов.
Она мне не нужна.
Я нахожусь как раз
По вашей просьбе здесь — чтоб хлопотать за вас.
Пока что, милый друг, не выгорает дело…
И слушать ничего сеньора не хотела!
Сердита ль на меня, нежна ли — все равно.
Я разлюбил ее — пусть и не так давно —
В тот самый час, когда у госпожи Елены
Всё выразила мне она столь откровенно.
Сюда я завернул сказать ей, что она
Отныне и навек мне больше не нужна:
Сеньоре Торрес я теперь служить намерен,
Та будет мне верна, как сам ей буду верен…
Рожденьем, красотой Елена мне под стать.
Она меня поймет и должное отдать
Всем качествам моим сумеет…
К сожаленью,
Дон Педро, мой кузен, о ней того же мненья,
И думаю, что он добьется своего…
Дон Педро? Этот хам? Да знаю я его!
Такой болван, как он, не может быть опасен!
Но он ей по душе — отсюда вывод ясен!
Богатство, сударь мой, и сердцу и уму
Замена…
Всё равно Елену отниму!
Дон Педро хочет дать сегодня серенаду
Избраннице моей, а попадет в засаду,
Где некий дворянин, что вам весьма знаком,
Разделается вмиг с докучным мужиком…
Увидим, кто кого и чьей красотка будет!
Ну что же, дворянин всю улицу разбудит,
Раздразнит всех собак и всполошит людей…
И, на себя приняв град палок и камней,
Воротится домой, освистан и осмеян.
Дон Педро, мой кузен, глуп и самонадеян,
Но силой он Геракл, а мужеством — Ахилл…
Хочу, чтоб дворянин об этом не забыл.
Подумаем о том, как вам Елену Торрес
К себе расположить, с соперником не ссорясь…
Опасности бежать — задача не по мне!
Коль ваш кузен Геракл, так я — Геракл вдвойне…
И не таких чертей ломал через колено.
Проститься должен он иль с жизнью, иль с Еленой!
Любезный дон Хуан, не лезьте на рожон!
Никто таким путем не добывает жен…
Здесь выдержка нужна — единственное свойство!
Куда ж тогда девать и доблесть и геройство?
Предупреждаю вас — кузен мой дуэлянт.
И у меня такой имеется талант!
Но выиграть, когда исход борьбы неясен…
Где выигрыш — любовь, там путь всегда опасен…
Прощайте! Побегу собрать своих людей…
Тебя я проучу, хвастливый лиходей!
Слыхали этот бред?
Увы!
Даю вам слово,
Что он уже успел попробовать хмельного!
Сеньора, потерпеть никак я не могу,
Чтоб этот скот напал на моего слугу.
Мой бедный Филипен не блещет в обороне…
А впрочем, дон Хуан, хотя и фанфаронит,
Не меньший трус, чем тот. Всё ж |рисковать слугой
Нельзя… придется мне вмешаться в этот бой.
Бодливому быку рога пообломаю!
А, вот и Рокэпин. Тебя я ожидаю.
Скорей мне принеси полегче панцирь, щит,
Да шпагу подбери, какую надлежит.
Позволите и мне принять участье в деле?
А почему бы нет? Себе для этой цели
Ты также припаси надежный инструмент.
Я понял вас, сеньор. Всё сделаю в момент.
Вы любите меня, Диего?
Бесконечно…
Когда б любили вы, ужели столь беспечно
Смогли бы подвергать опасности себя?
Ужели трусом стать, столь искренне любя?
Достоин ли любви лишенный чувства долга?
Не в силах я молчать, хоть и молчала долго…
Послушайте… но нет, не слушайте, молю!
Мне кажется, сеньор, что тоже вас люблю…
Чтоб вас не потерять, я требовать не буду
От чести вашей жертв и удалюсь покуда.
Сеньора, ангел мой, спешите вы уйти,
Столь ласковую речь прервав на полпути?
Как прогневил я вас? Чем вызвана немилость,
В которую приязнь внезапно претворилась?
С изменчивостью дев бороться тяжелей,
Чем с полчищем врагов… Зачем душе моей,
Воспрянувшей едва, испытывать сомненья?
Начавши говорить, продолжить объясненье
Вам следовало бы, однако рот ваш нем…
Речь, что сулила всё, не кончилась ничем…
Что ж, отвечать должна за всё, что речь сулила…
Когда бы не любовь, я отыскала б силы
Смириться с тем, что вы готовитесь к борьбе;
Любя же, предпочла б вас видеть при себе…
Сударыня, ведь я, чтоб не решать дуэлью
Дел своего слуги, задался мирной целью
События пресечь или предупредить.
Опасности в том нет…
Не знаю, может быть!
Боюсь, что злобный рок всё повернет иначе…
Сеньор, любовь слепа, но мужество — тем паче.
Клянусь — коль жизнь моя вам стала дорога,
Ее я сберегу… Но вот и мой слуга.
Увидите, поход окончится победой…
Мой друг, да будет так… но сердце чует беды…
При виде этих шпаг от ужаса дрожу…
Нет, больше не могу… прощайте, ухожу.
Еще хотел сказать…
Нет, более ни слова!
От страха и тоски я умереть готова.
Который час теперь?
Час поздний…
Поспешим.
Я думаю, легко разделаемся с ним.
Противник не из тех, кого погубит смелость…
И Филипен не храбр, как мне б того хотелось…
Тссс… кажется, идут.
Да, это дон Хуан.
Вот прячется… залез, как в щелку таракан.
Но странно — он один!
Ваш доблестный приятель
Пришел не как боец — как мирный наблюдатель!
Он шпагу обнажать не станет нипочем.
А сам изображал архангела с мечом!
Чу! Музыка! Идем, пора и нам укрыться…
Смотри, как Филипен сумел вооружиться!
Раз — острое копье, два — щит, три — шлем литой…
Положим их сюда, чтоб были под рукой.
Не рано ль мы пришли? Чуть что не так — и сразу
Могу быть окрещен из непотребной вазы
Иль полит кипятком… Какой-нибудь сосед
Способен удавить певца во цвете лет,
Завидуя его бессмертному искусству…
Увы, меня гнетет томительное чувство,
Предчувствие, верней, что все пойдет не так…
Что, если где-нибудь здесь притаился враг?
А впрочем, с нами бог!
Я, кажется, придумал,
Как надо поступить, чтоб обойтись без шума.
Слугой займешься ты, поскольку сам слуга,
Я ж нашему быку укорочу рога
И в стойло загоню вот этой самой шпагой.
А с музыкой я сам померяюсь отвагой…
Ну, начали!
Молчи, послушаем пока…
О нежнейшая из роз,
Отвори свое окошко
И хотя бы на немножко
Высунь нос!
Днем и ночью он во сне,
В сновиденьях снится мне.
О Аврора,
Ты без спора
Свет для взора…
Так скорее покажись мне,
А не то лишусь я жизни…
Чтобы я остался жив,
Выгляни, моя комета,
Пусть раздета
Иль одежку нацепив…
О богиня красоты,
Если вдруг обманешь ты
Ожиданье
И желанье,
Я приду в негодованье.
Берегись — моя рука
Не легка!
Нет, на этот раз не верь:
Я пропел чего не надо
От досады…
Я хороший, а не зверь.
Словно верный рыцарь, я
Здесь стою, душа моя,
Мой котенок,
Мой мышонок,
Моя крошка…
Отвори скорей окошко!
Вы спите или нет, туманное светило,
Мой утренний цветок, который окропила
Вечерняя роса? Накиньте что-нибудь
И покажитесь мне — хочу на вас взглянуть!
Нет, я не потерплю!
Терпи и стой на месте!
Рокэпин делает выпад и скрывается.
Что значит этот шум? Ужасное предвестье!
Давай-ка шпагу!
Что? Ах шпагу… вот она…
Подать копье и щит? А каска не нужна?
Вот и друзья мои сдаются без сраженья…
Смотри-ка, он исчез!
Попал я в положенье!
Казалось, он ушел, но дьявол тут как тут!
Опять торчит как столб проклятый этот шут!
Ну что бы мне удрать, чуть он спросил про шпагу!
Я переоценил, увы, свою отвагу!
Спиной друг к другу став, им драться не с руки!
Нет, жизнью рисковать они не дураки.
Вот это влип так влип…
Вот каковы засады!
Чтоб я еще давал прохвосткам серенады?!
Шпага дона Хуана ударяется о шпагу Филипена.
Хоть жизнь оставьте мне!
О том прошу и вас…
Что делаете здесь, сеньоры, в поздний час?
Сражаетесь?
О нет, спасаемся, похоже!
Вот это хорошо…
Но не одно и то же!
Как, это вы, кузен?
Да, я.
Какой-то враг
Хотел меня убить, но не сумел никак.
Мне, право, говорить об этом даже скучно,
Но мужество мое со мною неразлучно,
Как шпага, мне оно сопутствует везде…
И в этой помогло негаданной беде.
Желал бы все ж узнать причину нападенья…
Пожалуй, я смогу представить объясненья:
Тут некий герцог, злой на мой успех в делах
Любовных и иных, решил повергнуть в прах
Меня, отнюдь не вас; не будучи отважным,
Он дело поручил наемникам продажным,
Возглавив их отряд; и вот покуда я
Здесь музыке внимал, он и его друзья
Внезапно на меня из-за угла напали.
Тут подоспели вы, мы вместе этой швали
Навек отбили вкус творить такое зло.
Вот точно так, сеньор, все и произошло…
Вот точно так и врут, не подавая вида…
Ваш подвиг, сударь мой, вполне достоин Сида…
Как честный человек, признаться вам готов,
Что давешних своих не соразмерил слов.
Однако, поостыв, я вашим внял советам.
Вы правы; для того, чтоб завладеть предметом,
Мне следует идти в обход, не напролом,
Утихомирив гнев и действуя добром.
Ах, если б вы взялись поговорить с Еленой,
Чтоб мне помочь достичь победы вожделенной!
В беседе ни к чему курить мне фимиам,
Прошу лишь передать то, что известно вам:
Внушите ей, что я весьма богат и знатен,
Хорош наедине и в обществе приятен,
Что всем внушаю страх, почтенье и любовь,
Что в жилах у меня — порядочная кровь,
Поскольку мать с отцом женаты друг на друге,
Что честь я окажу возлюбленной супруге
Как скромностью в речах, так доблестью в бою.
Прощайте, я спешу; пока не перебью
Противников своих, пока заупокойной
Молитвы не прочту, я не усну спокойно.
Ну, нет, я в нем себя ничуть не узнаю…
Наверно, потому и не блещу в бою,
Что меньше всех молитв влекусь к заупокойной…
Чем убивать людей, не лучше ль спать спокойно?
Ужель опасных встреч храбрец искать пошел?
А мне сдается — тем, на что надет камзол,
Он слишком дорожит…
Хотелось мне бахвала
За трусость проучить…
Да, мужества в нем мало…
Уж кто бы говорил!
А я и не кичусь
Отвагою своей…
Ну хорошо, сдаюсь.
Ты лучше расскажи, как там твоя Елена?
Согласие на брак она дала мгновенно!
Назавтра свадьба.
Что?!
Уж заказали с ней
Мы свадебный наряд, карету, лошадей…
Немыслимо постичь, на что корысть способна!
Идем! Дорогой всё расскажешь мне подробно.
Действие пятое
[править]Где госпожа твоя?
Уехала гулять.
Пакэтта!
Вам чего?
Осмелюсь ли сказать…
Валяйте, мы одни! Тут вам и карты в руки.
Пакэтта, знаешь что? Не выношу я скуки,
Хозяйка же твоя уж чересчур важна…
Ей-богу, ты куда милее, чем она!
Изволите шутить, однако, воля ваша,
Хозяек мы умней, а иногда и краше…
Нет, правда, поглядишь на некоторых дам —
Ну в чем их красота? И сало, и бальзам,
И всяческая дрянь в настойках, в мазях, в пудре,
Белила, и кармин, и накладные кудри
Творят из этих лиц подобие личин…
Не это ли порой пленяет вас, мужчин?
Часть дамской красоты заключена в корсете,
Вторая — в башмачках, в нарядном туалете,
А худшая из всех ложится к вам в кровать…
Охотниц много есть чужим добром прельщать!
Ведь только своего и есть у них в запасе,
Что множество костей в отменно рыхлом мясе,
Противный голосок да плешь заместо кос…
Пусть тот, кто изумлен обилием волос
На маковке иной, --не изумится боле:
Всё это — колоски совсем с чужого поля!
Откуда у тебя умение взялось —
Лукавая душа! — так видеть всё насквозь?
Кто научил тебя? Скажи, кто твой приятель?
Не ходит ли к тебе какой-нибудь писатель?
Я, глядя на тебя, готов порвать, поверь,
С хозяйкою твоей не завтра, а теперь!
Но вот она сама…
Вы на меня сердиты,
Что опоздала я? Всему виной визиты…
Ведь связи при дворе полезны и нужны…
Да, много важных дел у будущей жены.
Но главное из них — продолжить род Буффалос,
Чтоб память обо мне не только здесь осталась,
В отчизне дорогой, --нет, пусть потомков рой
Весь мир заполонит, владеет всей землей!
Супругой вашей стать вам изъявив согласье,
Вам подчиняться я во всем почту за счастье…
То, что прикажет муж, — для женщины закон!
Ах, жаль, что в средствах я как раз теперь стеснен!
Всего лишь десять тыщ поверенный, мошенник,
Сумел мне раздобыть, и я почти без денег.
Чеканя кругляши, решил с недавних пор
Сначала короля снабжать монетный двор,
А уж потом меня… еще одна забота!
А государь привык расходовать без счета.
Съедает весь доход фламандская война…
…Но должен я на днях всё получить сполна.
Надеюсь, что меня, прелестное созданье,
Не захотите вы обречь на ожиданье…
Вы — не Ерусалим, а я — не иудей,
Чтобы у ваших стен сидеть, как ротозей.
Сыграем свадьбу мы достаточно богато
На эти десять тыщ новехоньких дукатов.
Из них пока что я с лихвою оплачу
Ваш свадебный наряд — тюль, бархат и парчу —
И все, что надлежит, — оркестр и угощенье…
Все деньги получив, и про обзаведенье
Подумаю: куплю шестерку лошадей,
Карету, особняк и множество вещей,
Необходимых вам; приобрету наряды,
Сам подберу цвета — чтоб только были рады…
Всецело я на ваш рассчитываю вкус.
Двенадцать платьев вам купить не поскуплюсь —
Как раз на целый год. — Вам желтый шелк угоден?
Ах, мне он не к лицу, к тому же и не моден…
А нравится ли вам лиловый канифас?
Увы, мой друг, отнюдь.
Еще ласкает глаз
Оттенок на манер гусиного помета.
Он очень вам пойдет.
Я сомневаюсь что-то…
Во-первых, я хочу к зиме вам заказать
Изящный туалет, какой носила мать:
Верх из сукна, рябой, а низ под цвет ореха,
На байке для тепла, с прокладкою из меха.
Нет, лучше я сама, а вам пришлют счета…
Мне, кстати, шьют камзол: тут бархат, тут тафта
Тут золотой галун; штаны — белее снега"
С отделкою из лент…
Приехал дон Диего…
Докучный человек!
Вам неприятен он?
Да, более того. Есть у меня резон
С кузеном враждовать. Он против всяких правил
Недавно при дворе меня было обставил:
Играя на родстве, пытался оттягать
Ту должность, что король меня просил принять!
Сейчас я с наглецом за это рассчитаюсь!
Уж лучше спрячьтесь здесь…
Охотно подчиняюсь.
Спровадивши его, вы мне подайте знак.
Пускай идет к чертям.
И я считаю так.
Пусть не тревожит вас цель моего визита…
Конец былым страстям, и прошлое забыто.
Ходатайствовать я пришел не за себя.
Хуан де Бракамон, вас искренне любя,
Просил вам передать…
И слушать не желаю.
Простительно ль узнать — откуда спесь такая?
Сеньора, он богат…
Тем лучше для него!
А мне из ваших рук не надо ничего.
Ужели тот мужлан вам вбился в сердце клином?
И путь перебежал всем остальным мужчинам?
Помимо кошелька чем вас он победил?
Хотя бы тем, что вам противен и постыл…
Вы любите его?
Люблю и замуж выйду.
Лишив меня всего, мне рок нанес обиду,
Но то, что не ревнив, — судьбы великий дар…
У вас другая есть — ей жертвуйте свой жар!
Да, мне она мила… но, видя вас, встревожен…
Придя сюда, я был весьма неосторожен!
Вам не опасна я.
Коль был бы я богат,
Опасней, чем теперь, считал бы вас стократ…
Вам не было б цены, сеньор, будь вы богаты,
Однако одарил господь не вас, а брата…
А мне зато господь помог вас раскусить…
Он дерзости сейчас начнет мне говорить!
Что дерзости, когда способен сделать хуже!
Как это понимать?
Хочу лишить вас мужа…
Дон Педро?
Да.
К чему? Или у вас права
Остались на меня?
Прав нет, зато жива
И совесть у меня, и искренность, и жалость…
Могу ли потерпеть, чтоб ваша жизнь досталась
Такому чурбаку? Дон Педро — жалкий фат,
Глупец, к тому же он и вовсе не богат.
Не так умен и тот, кто голову морочит
Себе и мне…
А та, что суетно хлопочет
О гибели своей?
Прошу умерить пыл.
Его умерил бы, когда б вас не любил.
А я вас не люблю и выйду за другого,
Сегодня же!
Вот как?
Вот так. Даю вам слово,
И более того: с подругой вашей вас
В свидетели прошу. Здесь будьте через час.
Как надоели мне советы, поученья…
Я следую в делах лишь собственному мненью.
А всё же допустить я не смогу никак,
Чтоб осмеяли вас за неуместный брак…
Но состоится он — пусть с вашей Леонорой
Вы на моем пути перевернете горы…
Сейчас избавим вас от свадебных забот…
Сейчас позлю я вас!
Или наоборот…
И эдакий подлец приходится мне братом!
Старается, чтоб я остался неженатым…
Когда бы не боязнь прервать ваш разговор,
Злодея бы убил… я на расправу скор!
Как разъяренный лев, киплю от возмущенья:
В ушах какой-то шум, в груди кровосмешенье,
А в голове туман… готов кузена съесть!
Да, растерзать его повелевает честь.
Держите же меня, пока стою на месте!
Пустите же меня, или с кузеном вместе
Я разорву и вас… Однако обожду —
Не очень хорошо, чтоб он горел в аду.
Коль от моей руки помрет без покаянья,
Могу и на себя накликать наказанье…
Несчастие, когда рука твоя сильна:
Недоглядишь за ней — повалит и слона…
Ах, жажду крови я, и эту жажду надо
Мне как-то утолить… Пакэтта, лимонаду!
Лимонный сок хорош, он прочищает грудь…
И свадьба на носу, и некогда вздохнуть…
Душа моя!
Мой друг?
Там к вам пришли, сеньора:
Дон Дьего, дон Хуан и донья Леонора.
И кто-нибудь еще?
Нет, больше не видать.
Что ж, дорогих гостей мы не заставим ждать.
Зови их всех сюда… Прелестная Елена,
Сейчас мы посрамим проклятого кузена!
Пусть пялится теперь на наше торжество,
Когда по всем статьям я обскакал его!
Нотариус пришел?
Давно!
Приступим к делу!
Тянуть я не люблю, хочу, чтоб все кипело.
Раз-два — и я женат и замужем она…
Итак, скорей начнем…
Поздравить вас должна
В такой великий день…
Сама не знаю, право,
Что вам сказать в ответ. Признайтесь, для забавы
Зашли вы в этот дом? Иль с чистою душой
Хотите посетить наш праздник небольшой?
Прошу вас объяснить, с какой явились целью…
Коль строить вы пришли насмешки от безделья,
Предупреждаю вас, что здесь не балаган!
Ну стоит ли во всем подозревать обман?
Мы просто изъявить хотим свое почтенье
Невесте с женихом…
Тогда прошу прощенья.
Так… с вами, значит, мир… а ваш приятель как?
Вы знаете его — шутник он и чудак,
Сам говорит одно, а думает другое…
Я был и остаюсь вам преданным… Не скрою —
Подсказана моя неласковая речь
Печалью, что не смог сеньору уберечь
От униженья… Да, не назовешь иначе
Неравный этот брак с лакеем, с доезжачим,
Что заплетает хвост у моего коня…
Подумать, что слуга вас отнял у меня!
Не надо резких слов…
Вы не в себе, однако!
Не более, чем вы при заключенье брака!
Дон Педро, как понять…
Понятно все весьма:
Сеньор Диего прав — не он сошел с ума!
Так вы — простой слуга?!
Всегда готов к услугам…
Да как посмели вы…
Воздать вам по заслугам?
Я мстителя сыщу… смеетесь до поры!
Ах, кто бы мне помог?
Я вышел из игры.
Вы, запятнав себя обманом непристойным,
Ни званья своего, ни рода недостойны!
Мне дерзостный удар осмелившись нанесть,
Свою, а не мою вы замарали честь!
Ни лаять, ни рычать красавице негоже…
Меня не укусить, я слишком толстокожий.
Не я вас обманул — сам был в обман введен
Обманщицей, ханжой, лукавейшей из жен
И ей же сдачи дал такою же монетой…
Монета — вот она: лакей переодетый!
Преподанный урок вам растолкует всяк:
Не надо принимать за золото медяк!
Как долго вы меня баюкали словами…
На лживые слова зато попались сами,
Посулы болтуна приняв за чистоган!
Отставку получив за свой пустой карман,
Я тотчас заменен был собственным лакеем…
Что заслужили мы, тем, видно, и владеем,
И стоит ли теперь расстраиваться так?
Лакея подцепить ведь тоже не пустяк…
О нет, я вас за всё заставлю поплатиться…
Угрозы не к лицу воспитанной девице!
Ах, дон Хуан, мой друг, отмстите за меня,
И вашей стану я хоть с нынешнего дня!
Какая мне корысть в жене своекорыстной?
Я в браке не гонюсь за жалкой дешевизной…
Вас бросил ваш жених — так я ли подберу,
Коль вам его лакей пришелся ко двору?
Чтоб я, любимец дам, я, рыцарь, я, вельможа,
Слугу вам заменил? Ну нет, себе дороже!
Пожалуй, засмеют при эдакой жене…
Прошу меня простить, но это — не по мне.
Какая мне корысть с корыстью сочетаться?
Я счастлив, что судьба нам помогла расстаться!
Кого винить, что вы, в погоне за мошной,
Хозяина презрев, связались со слугой?
Напрасно на меня взираете в надежде
На воскрешенье чувств, что я питал к вам прежде…
Пожалуй, засмеют при эдакой жене!
Прошу меня простить, но это — не по мне.
Какая мне корысть в своекорыстной даме?
Хозяин мой и тот не стал вожжаться с вами…
Чего мне ждать от вас, когда я небогат?
Вот разве что пинка, как говорится, в зад!
Есть гордость и у нас, лакейского сословья…
Забудьте обо мне — покончено с любовью!
Пожалуй, засмеют при эдакой жене…
Прошу меня простить, но это — не по мне.
Ужель перевелись в Испании мужчины?!
Припомните наш спор недавний про картины:
Что говорила я, и кто из нас был прав?
И это ль не урок любителям оправ?
Мне дурно… не могу… уйду в свои покои…
Вы жадностью больны, а от нее такое
Есть средство: кошелек к затылку приложить…
Нельзя ли помолчать?
Или не буду жить,
Или на вас найду сегодня же управу…
Пока еще никто не учинил расправу
Над нами, отдаюсь на вашу милость я.
Каков ваш приговор, о праведный судья,
По делу моему?
Я проведу дознанье,
Поступки разберу, слова и притязанья,
И если лжи и зла не обнаружу там,
То с чистою душой себя доверю вам…
Вся жизнь моя от вас зависит…
Вам на это
Не следует пенять… Внизу нас ждет карета,
Поедемте ко мне; судья не будет строг,
Под делом подводя желаемый итог!
Послушай!
Да?
Скажи…
Что?
Не могу решиться…
Ну?
Ты бы не желал…
Чего желал?
Жениться!
Жениться? А зачем?
Ну… чтоб была семья…
А что, невеста есть?
Есть…
Кто она?
Да я!
Retra, satanas! Сгинь, о демон-искуситель!..
Оборони, господь, заступник, вседержитель!
Я вовсе не хочу, чтобы мое чело,
Бесплодное сейчас, отростки принесло!
Такое пережить способны лишь олени…
Уйди, нечистый дух! Исчезни, наважденье!
Принять тебя в свой дом? Да чтоб ты померла!
Меня не за того ты, видно, приняла!
Ты думаешь, что я простак, как мой хозяин?
Как дон Диего, глуп иль через край отчаян?
Чтоб я кормил жену и дюжину ребят!
Детей не заводить — муж, скажут, виноват,
А заведешь — то ль сам, то ль с помощью соседа, —
Ну, Филипен, держись, тут и начнутся беды!
Ты будешь всё худеть, жена — растить живот,
Покуда не родит, — и это каждый год…
И в сопляке любом чужого производства
Досужие умы с тобой отыщут сходство!
Придется на руках таскать и целовать
Орущих сосунов, чтоб не обидеть мать.
Терпеть рожки, тазы, кормилиц, распашонки,
Клистиры, повитух, нечистые пеленки,
Свивальники, горшки… и превратить свой дом
По собственной вине в Гоморру и Содом,
А самого себя — ив няньку и в прислугу,
И смерть молить о том, чтоб прибрала супругу…
Нет, проще и милей прожить холостяком,
Без горя, без забот, с отменно гладким лбом,
Пить, спать с кем захочу, расходовать без счета,
Ни в чем и никому не отдавать отчета!
Ступай, мой друг, с тобой недолго до беды…
Коль я тебя убил — поди попей воды!
Нет, погоди, дружок, не надо торопиться…
Послушаешь тебя — ты редкостная птица!
Ну и наговорил! Ну насмешил до слез!
Ты думал, за тебя я собралась всерьез?
Чтоб я себе взяла сокровище такое,
Когда и день и ночь мне, бедной, нет отбоя
От разных женихов… шалишь, любезный друг!
Вступить со мною в брак иль провести досуг
Мечтают доктора, военные, прелаты,
Мне вазу подарил один купец богатый,
Записочку прислал в букете некий граф…
Вот бы сглупила я, его женою став,
Когда позавчера не кто-нибудь, а герцог
Мне руку предложил, имущество и сердце!
Ну, голова кругом… куда ни плюнь — жених!
Попробуй превзойди хоть одного из них,
Быть может, подарю тогда свое вниманье
Из жалости — тебе… Покуда до свиданья!
Постой! И след простыл… что хочет, то творит…
Я так бы не сумел… меня б замучил стыд…
Навек она ушла иль только по соседству?
Отставку мне дала иль это все — кокетство?
Чего не натворят безумные в сердцах!
Пойду ей напишу послание в стихах…
Примечания
[править]Литературным источником этой комедии Скаррона является пьеса испанского драматурга Алонсо Кастильо Солорсано (1580—1648) «Смешной наследник» («El mayorazgo figura»). Тема комедии была распространена в испанской драматургии; в частности, она встречается и у Лопе де Вега. Сохранив сюжет и действующих лиц пьесы Солорсано (за исключением дона Педро), французский драматург основное внимание уделил образам слуг, выступающих у него выразителями здравого смысла.
В образе Филипена, нелепого наследника, Скаррон впервые на французской сцене вывел образ богатого выскочки. Тогда как у Солорсано «нелепый наследник» дон Пайо де Какабелос всего лишь бахвал непременный персонаж испанской бытовой комедии. Поведение влюбленных в пьесе Солорсано ограничено сословной моралью. Не случайно в финале комедии Солорсано дон Диего появляется в костюме кавалера ордена Сант Яго.
Стр. 185. Нарцисс (греч.) — юноша необыкновенной красоты, влюбившийся в свое отражение в воде и иссохший от этой любви. Согласно мифу, превратился в цветок. В переносном смысле — самовлюбленный человек.
Стр. 196. «…боюсь, что в голодранца судьба вас превратит по милости голландц а…» — Имеются в виду события нидерландской буржуазной революции XVI века, в частности разгром испанского флота в 1572 году морскими гёзами, а затем поражение так называемой «Великой армады» (1588), в котором немалую роль сыграл голландский флот. Нептун (лат.) — в древнеримской мифологии бог моря.
Стр. 203. Сирены (греч.) — Согласно древнегреческим мифам, сирены изображались в виде полуптиц, полуженщин, которые своим волшебным пением заманивали моряков в морские пучины, где те погибали.
Стр. 205. Венера, Вакх, Феб, Зевс — боги античной мифологии. Венера (лат.) — богиня любви и красоты; Вакх (лат.) — бог виноградарства и виноделия; Феб (греч.) — бог солнца и искусства; Зевс (греч.). — верховный бог в древнегреческой мифологии. Крёз (VI в. до н. э.) — царь Лидии, обладавший несметным богатством. Имя его стало синонимом богача.
Стр. 210. Аргус — в древнегреческой мифологии многоглазый великан, часть глаз которого была открыта, когда он спал. В переносном значении — бдительный страж. Церера — в древнегреческой мифологии богиня плодородия и земледелия.
Стр. 215. Ноев ковчег. — Выражение возникло из библейского мифа о всемирном потопе, от которого спасся только Ной со своей семьей и взятыми им животными на ковчег (судно), который научил его построить бог.
Стр. 223. Геракл (или Геркулес; греч.) — в древнегреческой мифологии один из популярных героев, отличавшийся необычайной физической силой. Ахилл (или Ахиллес; греч.) — герой древнегреческих сказаний о Троянской войне, прославленный Гомером в поэмах «Илиада» и «Одиссея».
Стр. 227. Аврора (лат.) — богиня утренней зари.
Стр. 233. Фламандская война. — Имеются в виду события нидерландской буржуазной революции, в результате которых испанские войска, оккупировавшие страну, потерпели поражение и была образована Голландская буржуазная республика (так называемая Республика Соединенных провинций, 1581).
Стр. 234. «Вы — не Ерусалим, а я — не иудей…» — Имеется в виду предание о плаче иудеев у стен Иерусалима, разрушенного во время Иудейской войны римским полководцем Титом Флавием, обратившим его жителей в рабство.
Стр. 242. Retra, satanas! (лат.) — уйди, сатана (в смысле — не искушай).
Стр. 243. Гоморра и Содом (точнее — Содом и Гоморра) — выражение, обозначающее крайний беспорядок; возникло из библейского мифа о городах Содоме и Гоморре, разрушенных богом за грехи их жителей.