Новогородский богатырь Боеславич (Екатерина II)/ДО

Новогородский богатырь Боеславич : Опера комическая в 5-ти действияхъ.
авторъ Екатерина II

Опубл.: 1786. Источникъ: Сочинения императрицы Екатерины II. Произведения литературные / Под ред. Апс. И. Введенского. — СПб.: Изд. А. Ф. Маркса, 1893. — С. 345. Скан. az.lib.ru

НОВОГОРОДСКІЙ БОГАТЫРЬ БОЕСЛАВИЧЪ.

ОПЕРА КОМИЧЕСКАЯ ВЪ 5-ти ДѢЙСТВІЯХЪ.

Составлена изъ сказки, пѣсней русскихъ и иныхъ сочиненій.

ДѢЙСТВУЮЩІЯ ЛИЦА:

Амельфа Тимоѳѣевна, княгиня вдовствующая, мать Василія Боеславича.

Василій Боеславичъ, богатырь.

Фома Ременниковъ,	$\begin{array}{c}\\ \end{array}\}$	Богатыри, друзья Василія Боеславича
Потанюшка Новогородецъ,

Чудинъ,	$\begin{array}{c}\\ \end{array}\}$	посадники новогородскіе.
Сатко,

Рагуилъ Добрынинъ,	$\begin{array}{c}\\ \end{array}\}$	посадники новогородскіе.
Посадники 1, 2, 3.

Умила, дочь Рагуила Добрынина.

Нѣсколько бирючей.

Дума новогородская.

Громогласъ, баринъ дворецкой княгини Амельфы.

Дѣвочка, дочь приспѣшника.

Балетныя лица.

Дѣйствіе въ Новѣгородѣ.

ДѢЙСТВІЕ ПЕРВОЕ.

ЯВЛЕНІЕ I.

(Театръ представляетъ улицу Рогатицу въ Новѣгородѣ; балетъ изображаетъ кулачный бой. Василій Боеслаевичъ тутъ же дѣйствуетъ съ усатыми съ бородатыми, и прибьетъ всѣхъ; чернь взволнуется и сдѣлается драка, Василій съ помощію Фомы и Потанюшки всѣхъ прогонитъ съ театра).

ЯВЛЕНІЕ II.

Василій, Фома, Потанюшка.

Василій (обнимая Фому, потомъ Потанюшку). Положимъ между собою слово крѣпкое, богатырское, чтобъ быти намъ братьями, не щадить другъ за друга буйныхъ головъ.

Одинъ остался добрый молодецъ, Еще нѣту съ нимъ товарища,

Еще нѣту съ нимъ друга вѣрнова;

Товарищъ мой былъ добрый конь,

А милой другъ былъ крѣпкой лукъ,

Слуги вѣрные калены стрѣлы,

Куда ихъ пошлю, туда самъ нейду.

Фома (къ Василію, обнявъ его). Ой ты, удалой молодецъ, братецъ названой, я буду вѣкъ жити безвыходно съ тобой.

Потанюшка (къ Василію, обнявъ его).

Пить, ѣсть станемъ съ одного стола,

Носить платье съ одного плеча.

Фома, Потанюшка (оба).

Мы товарищи тебѣ вѣрные,

И друзья твои нелицемѣрные.

Василій.

Ну, братцы, пойдемъ теперь

Въ теремы златоверхіе,

Сядемъ за столы дубовые,

За скатерти браныя,

За ѣствы сахарныя.

(Уходятъ всѣ трое).

ЯВЛЕНІЕ III.

(Театръ представляетъ теремы Тайницкіе). Чудинъ, Сатко, Рагуилъ, Умила. Сатко.

Нестерпимъ намъ сей ударъ,

Въ дѣтищѣ великой жаръ

Чудинъ (къ Рагуилу).

Въ какой вредный день ты меня увѣрилъ,

Что ты передо мною лицемѣрилъ?

Рагуилъ.

Что нынѣ ясно зрю,

Самъ себѣ не вѣрю;

Онъ посреди своихъ утѣхъ,

Все пріемлетъ только въ смѣхъ.

Сатко. |

Чудинъ. } О, какой злой,

Рагуилъ. | Кулашной бой!

Чудинъ. Нечего иного дѣлать, сперва станемъ матери говорить:

Чтобъ молодца унимала,

Играть ему не давала.

Умила (къ Рагуилу)

Батюшка, не сердись,

Родимой, не бранись;

Не вамъ удержать,

Не намъ осуждать,

Богатырскія шуточки

И храбрыя замашечки.

Рагуилъ (съ сердцемъ и насмѣшкою).

Перестань, дѣвчонка дорогая,

Умила, дочка моя любезная.

ЯВЛЕНІЕ IV.

Амельфа, Чудинъ, Сатко, Рагуилъ, Умила.

Сатко (къ Амельфѣ). Ты гой еси честная жена, княгиня Амельфа Тимоѳѣевна! уйми ты свое мило чадо Василья Боеслаевича, чтобъ онъ не ходилъ на улицу Рогатицу и ее дѣйствовалъ руками въ кулачномъ бою; онъ людей множество прибилъ въ прахъ, уже великой градъ отъ его шутокъ волнуется.

Амельфа.

Отъ вашихъ дурныхъ рѣчей

Текутъ слезы изъ очей;

Управу дать вамъ обѣщаю,

Съ почестію отпущаю,

Поднесу вамъ по чаркѣ вина,

По братинѣ хмельнаго пива.

Сатко.

Знаю только я вино,

Сладко ль, кисло ли оно.

Чудинъ.

Ужъ не знаю я бѣды?

Мнѣ вино милѣй воды.

Рагуилъ.

Не вѣдаю я отчего

Мнѣ вино милѣй всего.

(Поднесутъ посадникамъ на подносѣ по чаркѣ водки и по братинѣ съ пивомъ; княгиня поддерживаетъ рукою подносъ. Посадники, выпивъ, поклонятся ей, и всѣ трое уходятъ).

ЯВЛЕНІЕ V.

Амельфа, Умила. Амельфа.

Унимать мнѣ милое чадо,

Что дѣлать, хотя и не рада.

Умила (про себя).

Ни вѣсть остаться здѣсь,

Ни вѣсть итти домой?

ЯВЛЕНІЕ VI.

Василій, Амельфа, Умила.

Амельфа (къ Василію). Охъ, ты, мое чадо милое, перестань ты ходить на улицу на Рогатицу; полно тебѣ играть съ мужиками новогородскими! Вижу я въ тебѣ силу богатырскую, но ты еще дитя младое; твоя шутки не удалыя: ты на кулачномъ бою всѣхъ прибилъ, скорбятъ на тебя посадники и люди новогородскіе; когда они на насъ подымутся, на кого намъ понадѣяться? Въ сиротствѣ мы съ тобой осталися! хоть твоя сила велика, но стать ли тебѣ на тысящу? А побіешь ты тысящу, за тысящью ихъ и смѣты нѣтъ. Послушай слова добраго, перестань ходить ты на улицу.

Василій (покланяется своей матери). Государыня ты моя матушка! не боюсь я посадниковъ, не страшны мнѣ люди новогородскіе, я боюсь твоихъ рѣчей родительскихъ, мнѣ страшно твое слово доброе. Не пойду я уже на улицу; но чѣмъ же мнѣ позабавиться? съ кѣмъ отвѣдати могуча плеча? не сидѣть ты меня породила: не даромъ мнѣ моя звѣзда счастливая дала силу богатырскую; какъ придетъ моя пора, укрочу я всѣхъ посадниковъ, мнѣ поклонится земля Словенская и Старорусская; а теперь я во твоей волѣ. Но прикажи ты мнѣ потѣшиться, благослови выбрать товарищей, съ кѣмъ бы было мнѣ слово молвити, съ кѣмъ отвѣдать мнѣ своей руки; ты вели мнѣ; дать зелена вина, и наварить пива: я дамъ почесть всему граду, и найду чрезъ то товарищей. чтобъ были они на мою руку.

Амельфа. Добро, я прикажу. (Уходитъ).

ЯВЛЕНІЕ VII.

Василій, Умила. Умила (хочетъ уйти съ Амельфою). Василій (къ Умилѣ).

Умила Рагуиловна,

Постой на часъ;

Куда бѣжишь?

Умила.

Прочь отъ васъ.

Василій.

Куда спѣшишь?

Умила.

Мнѣ долгъ велитъ.

Василій.

Полно шалить,

Не будь такъ зла.

(Беретъ ее за руку). Умила (не даетъ руки).

Я руки обожгла.

Василій.

Чѣмъ?

Умила.

Огнемъ.

Василій.

Покажи мнѣ, гдѣ?

Умила.

Вездѣ кругомъ.

Отпусти меня, пожалуй,

Мнѣ досугъ еще не малой.

Василій.

Что спѣшишь всегда домой?

Хоть послушай, хоть постой.

Умила.

Поди, поди, не шути,

Добра ночь тебѣ, прости. (Оба уходятъ).

ДѢЙСТВІЕ ВТОРОЕ.

ЯВЛЕНІЕ I.

Василій, получа дозволеніе отъ своей матушки, дѣлаетъ празднество у своего дворца бѣлокаменна, у своихъ широкихъ воротъ. Театръ представляетъ площадь у того дворца. Балетъ, въ которомъ чаны дубовые; наливаютъ въ нихъ зелена вина и пива пьянаго.

ЯВЛЕНІЕ II.

Василій и нѣсколько бирючей.

Василій. Бирючи! подите по всѣмъ улицамъ и объявите народу:

Кто хочетъ пожить весело,

Кто хочетъ въ краснѣ,

Въ хорошѣ походить,

Тотъ бы шелъ

Къ Василыо Боеславичу

На широкій дворъ не обсылаючи,

Но спросясь только съ своей силою,

Понадѣявшись на буйну голову.

Хоръ бирючей.

Кто хочетъ пожить весело,

Кто хочетъ въ краснѣ,

Въ хорошѣ походить,

Тотъ пусть идетъ

Къ Василью Боеславичу

На широкій дворъ не обсылаючи,

Но спросясь только съ своей силою.

Понадѣявшись на буйну голову.

(Бирючи, пропѣвъ хоръ, разойдутся врознь по театру, и всякой изъ нихъ поетъ то же; потомъ балетъ продолжается и народъ уходитъ пить и веселиться. Во время балета Василій Боеслаевичъ смотритъ съ высока терема въ окно косящатое. По окончаніи балета, театръ перемѣняется и представляетъ думу новогородскую).

ЯВЛЕНІЕ III.

Сатко, Чудинъ, Рагуилъ.

Сатко. Прошелъ слухъ по всему граду, что Василій Боеслаевичъ выбралъ богатырей сильныхъ изъ всей земли Словенской и Старорусской, что живутъ они съ нимъ безвыходно.

Чудинъ. Что пьютъ, ѣдятъ съ одного стола,

Рагуилъ. Носятъ платье цвѣтное съ одного плеча.

Сатко. И для того необходимо нужно, чтобъ посадники собирались и учинили большой совѣтъ и думу крѣпкую. Я имъ учинилъ повѣстку.

ЯВЛЕНІЕ IV.

Сатко, Чудинъ, Рагуилъ. (Посадники входятъ и по скамьямъ сядутъ).

Чудинъ. (Когда посадники усѣлися, встаетъ Чудинъ, выходитъ онъ на средину горницы, на всѣ четыре стороны покланяется, онъ поглаживаетъ свою сѣдую бороду, трижды ударяетъ о полъ посохомъ, и начинаетъ). Вы, гой еси, мужи словенскіе и всѣ посадники новогородскіе! не стало князя въ нашей области, Боеслай оставилъ вамъ мало дѣтище. Мы правимъ всею землею Словенскою и Старорусскою, уповаемъ мы на это дѣтище княженецкое; мы ждемъ въ немъ обороны крѣпкія и управы добрыя, ждемъ лишь въ немъ ума зрѣлаго, чтобъ поставить его во главу себѣ. Но сіе дѣтище неудалое, пропадаетъ отъ него земля Словенская и княжество Старорусское. Василій Боеслаевичъ дошелъ едва ль лѣтъ пятьнадесяти, а ужъ замыслы его не робятскіе, и забавы его не обычныя. Прежде онъ своими шутками изуродовалъ людей смѣты нѣтъ, а теперь прибираетъ къ себѣ богатырей изъ всея земли Русскія, и народъ поитъ, кормитъ. Въ чемъ будетъ его такова дума?

1-й посадникъ (сидя). Онъ хочетъ насъ прибрать во свои руки и владѣть нами своей волею.

2-й посадникъ (сидя). Пропадетъ наша вся слава добрая!

3-й посадникъ (сидя). Насмѣется намъ бѣлой свѣтъ, что мы мудрые посадники покорилися малому дѣтищу. Оле намъ стыда сего!

Сатко (сидя). О вы, посадники могучіе, соберите вы свое единодушіе.

Рагуилъ (стоя). Призовите вы свои крѣпкій умъ!

Чудинъ (стоя). Не дѣтищу нами ругатися! подсѣчемъ мы зло въ его корени, поколь оно не утолщено! Мы сдѣлаемъ пиръ на цѣлой міръ лучше его; призовемъ мы на оный Василья Боеслаевича, и учнемъ выпытывать.

Рагуилъ. Хорошо; поднесемъ мы ему братину вина заморскаго.

Сатко. Буде не станетъ пить, инъ онъ зло мыслитъ.

1-й посадникъ. Буде выпьетъ, во хмелю онъ промолвится, и что есть на сердцѣ, онъ все выскажетъ.

2-й посадникъ. Коль примѣтимъ мы, что не кормилецъ онъ земли Словенскія, мы промыслимъ себѣ князя по-сердцу.

3-й посадникъ. Насъ бѣлой свѣтъ не осудитъ въ томъ.

Сатко. Не одинъ онъ роду княженецкаго на святой Руси.

Чудинъ. Буде же нѣтъ, проживемъ мы, братцы, и своимъ умомъ.

(Посадники съ мѣстъ своихъ поднимаются и до пояса они передъ Чудинымъ поклоняются и поютъ).

Хоръ.

Быть по твоему,

Какъ придумала

Твоя голова умная! (Уходятъ),

ЯВЛЕНІЕ V.

(Театръ представляетъ теремы Тайницкіе). Амельфа, Умила. Амельфа (къ Умилѣ).

Мнѣ съ тобой поговорить,

Намъ съ тобой ихъ помирить;

Послушай меня, Умила,

Молодцу вѣдь ты мила,

Будешь его жена

И князева княгиня.

Умила.

Ой, напрасно ты мнѣ манишь,

Батюшку какъ уговоришь. (Про себя)

При Васильѣ я стыжусь,

А гдѣ нѣтъ его, сержусь.

ЯВЛЕНІЕ VI.

Амельфа, Умила, Сатко, Чудинъ, Рагуилъ.

Чудинъ. Княгиня Амельфа Тимоѳѣевна! мы пришли тебя просить на почетный пиръ.

Амельфа. Не мое дѣло по пирамъ ходить, погуляла я и натѣшилась, когда живъ былъ мое солнышко, государь Боеслай, вашъ князь. Вы подите къ моему чаду милому Василію Боеслаевичу, можетъ онъ почтитъ вашъ пиръ своею милостію.

ЯВЛЕНІЕ VII.

Амельфа, Умила, Сатко, Чудинъ, Рагуилъ, Василій.

Сатко. Князь Василій Боеслаевичъ! просимъ тебя всѣ усердно, почестить нашъ пиръ своимъ присутствіемъ.

Василій. Буде матушка благословитъ къ вамъ итти, то буду.

Амельфа (къ Василію). Я тебѣ не прещаю, мое милое чадо, побывать на пиру. (Посадники поклонясь уходятъ).

Ты пей, мой другъ,

Не пропей ума!

Люди сіи суть хитры,

Лихорадливы.

Обойдутъ тебя словомъ лестливымъ; но ты, когда до похвалъ дойдетъ, не хвались ничѣмъ у нихъ: лѣта твои младыя, не груби ты ни въ чемъ посадникамъ.

Василій (покланяется своей матери).

Благодарствую, матушка,

Что меня надоумила;

Я одинехонекъ на пиръ пойду,

Безъ Фомы, безъ Потанюшки я иду.

ДѢЙСТВІЕ ТРЕТІЕ.

ЯВЛЕНІЕ I.

(Театръ представляетъ палату, въ которой изготовленъ пиръ; посадники встрѣчаютъ и ведутъ Василія во палаты; тамъ сажаютъ его за столы дубовые въ переднемъ углу, который ближе къ оркестру. Василій имъ за честь покланяется и не хочетъ сѣсть во переднемъ углу, посадники его нудятъ).

Сатко (къ Василію). Садись ты тамъ, чадо княжое.

Чудинъ (къ Василію}. Тамъ сиживалъ твой батюшка. Боеслай нашъ князь.

Василій (послушается посадниковъ, садится въ переднемъ углу).

Хоръ.

Торжествуйте Словенски народы,

У насъ идутъ златые годы.

Воспріимемъ съ радости полные стаканы,

Восплещемъ громко и руками,

Заскачемъ весело ногами,

Мы вѣрные гражданы.

(Во время хора Василію подносятъ стопу вина заморскаго, онъ пьетъ и ѣстъ мало; онъ сидитъ какъ красна дѣвушка, не молвитъ онъ ни одного слова. По прошествіи хора). Сатко.

Мой конь красоты невообразимой,

Осѣдланъ приборомъ цѣны безсчетной,

Конь подо мной ржетъ

И бодро прыгаеть,

Изъ ноздрей огонь мечетъ,

Малыя рѣки хвостомъ устилаетъ,

Мелкіе рвы за ничто почитаетъ.

1-й посадникъ.

Жена моя боярыня,

Родомъ она болгарыня,

Черноброва,

Черноглаза,

Черноволоса,

Съ поволокою глаза,

Съ примашкою голова,

Съ прищелкою рука,

Съ притопкою нога.

Чудинъ.

Беру чашу золотую,

Поднимаю одною рукою,

Однимъ духомъ выпиваю,

Дубовой чанъ бросаю,

И о землю разбиваю.

(Со скамьи встаютъ Чудинъ да Сатко). Чудинъ.

Ты гой еси нашъ батюшка,

Василій Боеслаевичъ,

Что ты пріунывъ сидишь?

Сатко.

Что ничѣмъ ты не похвалишься?

Василій. Охъ вы, люди почетные, посадники новогородскіе! чѣмъ предъ вами мнѣ похвалиться? Я послѣ государя моего батюшки сиротою остался малёшенекъ; государыня моя матушка во вдовствѣ живетъ; хотя есть у меня золота казна, имѣнье и богатство, то не я собралъ, а мой батюшка; когда буду я въ порѣ-времени, тогда буду я говорить какъ и прочіе.

Рагуилъ. Князь Василій Боеслаевичъ! удивительны намъ твои рѣчи.

Чудинъ (наливая братину зелена вина). Кто другъ Великому Новуграду и всей земли Словенскія, тотъ пей братину досуха! (Подаютъ они братину Василію и онъ пьетъ, и всѣ поютъ).

2-й посадникъ.

У меня горы золотыя,

Въ горахъ камни дорогіе,

Богатыя колымаги,

Робяты молодые,

Молодые, холостые,

Кони вороные.

Рагуилъ.

Гдѣ копьемъ верну,

Тамо улица;

Гдѣ копьемъ махну,

Нѣту тысячи;

А мечемъ хвачу,

Гибнетъ тьма скосырей.

3-й посадникъ.

Разумъ имѣю обширный,

Пропицаніе всемірное,

Чужи перъя себѣ присвояю,

Изъ нихъ себѣ бострокъ сшиваю.

Рагуилъ. Князь Василій Боеслаевичъ, для чего ты ничѣмъ не похвалишься, для чего не весело сидишь?

Василій. Ой еси вы, посадники новогородскіе! се похвальба Василія Боеслаевича, что сидѣть ему надъ землей Словенскою и княжить на Старой Руси; быть Новуграду всему за нимъ.

Сатко. Не бывать за тобою Новуграду!..

Чудинъ. Не сидѣть тебѣ надъ землею Словенскою и не княжить на Староруссіи.

Рагуилъ. Не доживъ поры, ты похваляешься.

1-й посадникъ. Не стерпѣть сего намъ, посадникамъ.

2-й посадникъ. Младъ еще, не зрѣлъ твой умъ.

3-й посадникъ. Намъ нечего отъ тебя дожидаться.

Сатко. |

Чудинъ. |

Рагуилъ. } На утро ты иди изъ земли нашей; не пойдешь,

1-и посадникъ. } инъ погонимъ тебя съ честію.

2-и посадникъ. |

3-й посадникъ. |

Василій. Не боюсь я васъ, посадниковъ; собирайте вы всю силу новогородскую, я иду съ нею перевѣдаться; не изгнать вамъ меня изъ земли Словенскія, таки быть за мною всему Новуграду! (Сказавъ сіе, встаетъ онъ изъ-за стола дубоваго, отдаетъ поклонъ посадникамъ, и идетъ. Посадники, въ изумленіи, даютъ ему широкій путь).

Сатко.

Молодецъ проворенъ,

Какъ безъ крылья воронъ.

Чудинъ.

Ха, ха, ха,

Похвальба!

Рагуилъ.

Чему быть,

Гостя сжить.

1-й посадникъ.

Таковъ-то хмель.

Всего напѣлъ.

2-й посадникъ.

Гостя дорогова,

Батюшка роднова.

3-й посадникъ.

Не малой онъ храбрецъ,

Удалой молодецъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

(Театръ представляетъ теремы Тайницкіе). Амельфа, Громогласъ.

Громогласъ. Ваше милое чадо Василій Боеслаевичъ, сидя на пиру похвалился словами неудалыми, чтобъ биться ему со всею силою новогородскою. Посадники хотятъ младого княжича изгнать изъ града.

Амельфа.

Нерадостно мнѣ сіе слышать.

Видя такой страхъ,

Очи ужъ въ слезахъ;

Мнѣ бранить его,

Наказать за все.

ЯВЛЕНІЕ III.

Амельфа, Василій, Громогласъ.

Амельфа (къ Василію). Незрѣлый умъ! что ты нагрубилъ всѣмъ посадникамъ? гдѣ тебѣ биться одному противу силы новогородскія? погубилъ ты меня въ старости! не ходи ты со двора.

Василій.

Ахъ ты чарочка катокъ!

Амельфа.

Запру тебя я въ погреба

Василій.

На что катилася въ ротокъ?

Амельфа.

Бѣлы каменны

Задвину двери…

Василій.

Ахъ ты чарочка катокъ!

Амельфа.

Засовами желѣзными,

Засыплю песками сыпучими.

Василій.

На что катилася въ ротокъ?

(Амельфа Василія возьметъ за руку и ведетъ его къ погребамъ, гдѣ его запретъ).

Амельфа. Громогласъ! поди въ казнохранительнщу, бери золотое блюдо, насыпай на него каменья самоцвѣтнаго, и поди къ посадникамъ, поклонись имъ до пояса, поставь золотое блюдо на дубовой столъ, и говори имъ рѣчи умильныя, чтобъ простили они мое мило чадо Василія Боеслаевича за слова, что онъ во хмелю сказалъ; что нельзя ему стоять противу силы новогородскія, ибо лѣты его младыя; чтобъ, попомня они Боеслая, своего князя, пощадили его дѣтище.

ДѢЙСТВІЕ ЧЕТВЕРТОЕ.

ЯВЛЕНІЕ I.

Амельфа, Громогласъ.

Амельфа. Почто ты, Громогласъ, мнѣ долго не явился?

Громогласъ.

О, осударыня! давно я здѣсь трудился,

Предъ княжеско лицо скорѣй бы мнѣ предстать:

Но вашъ стражамъ приказъ, чтобъ къ вамъ не допускать,

Не будете пока одни вы въ сей палатѣ,

Мнѣ времени всего причиною былъ къ тратѣ;

Но скоро, какъ узрѣлъ я чей-нибудь здѣсь слѣдъ,

Идущія отъ васъ, отъ вашихъ и бесѣдъ.

Такъ тотчасъ поспѣшилъ я, въ вольности, стопами,

Войти палаты внутрь, да буду въ ней предъ вами.

Амельфа. Видѣлъ ли ты посадниковъ?

Громогласъ. Отъ вашихъ даровъ посадники возгордились, говорили для своей княгини невѣжливо; молвили: намъ не надобно злата-серебра, ни каменья самоцвѣтнаго, дорога намъ похвальба Боеслаевича.

Амельфа.

Горючими слезами заливаюсь,

Ничѣмъ инымъ давно не забавляюсь;

Велѣла запереть широки ворота;

Сяду на скамью, не раскрывая уста. (Оба уходятъ).

ЯВЛЕНІЕ II.

(Театръ представляетъ площадь предъ дворцомъ Амельфы. Утро лишь просіяло. Балетъ: идетъ сила новогородская, окружили посадники и люди новогородскіе широкой дворъ Василія Боеславича. Выбиваютъ они широки ворота изъ пяты, валятся они на широкой дворъ; тутъ съ ними встрѣтилась дѣвочка, она шла къ рѣкѣ Волхову по воду, на плечѣ у ней коромыслице; увидѣвши то невѣжество, вскричала). Дѣвочка (снимаетъ коромыслице и ведры становитъ на землю).

Охъ вы неудалые!

Смѣть ли вамъ ходить

На широкій дворъ,

Неспрошаючи!

Почиваетъ еще нашъ батюшка,

Василій Боеслаевичъ,

А вы сюда гремѣть пришли!

Подите скорѣй съ широкова двора.

(И бѣжитъ она на широкій дворъ, а балетъ продолжается).

ЯВЛЕНІЕ III.

(Театръ представляетъ сѣни, предъ бѣлокаменными погребами; на скамьѣ спятъ Фома Ременниковъ да Потанюшка; прибѣжавъ туда, дѣвочка кричитъ громкимъ голосомъ).

Дѣвочка. Вы гой еси, богатыри могучіе, что вы спите, почиваете? на вашего брата названнаго нападаетъ вся сила новогородская; уже выломали ворота на широкой дворъ, приступая къ погребамъ бѣлымъ каменнымъ.

Фома.

Не сила то новогородская нападаетъ

На нашего брата названнаго,

Налетѣли то комары

Изъ болотъ Коростенскихъ.

Потанюшка. О не честь будетъ богатырская намъ боронить богатыря отъ болотныхъ мухъ. Пусть пробудятъ его жужжаніемъ… онъ прогонитъ ихъ однимъ замахомъ.

ЯВЛЕНІЕ IV.

Фома, Потанюшка, Дѣвочка, Василій (вылѣзаетъ изъ окна погреба бѣлокаменна и тащитъ съ собою ось необдѣланную дубовую).

Василій. Прогоню ихъ въ чистое поле, хоть орудія нѣтъ, такъ ось доколѣ. (Уходитъ).

ЯВЛЕНІЕ V.

Фома, Потанюшка, Дѣвочка, Амельфа, Умила.

Умила (къ Амельфѣ). Уже на вѣчѣ бьютъ въ большой колоколъ и волнуется городъ, хотятъ младого княжича изгнать изъ города.

Амельфа. Небось, не найдутъ его; онъ у меня запертъ въ бѣлы каменны погреба.

Фома. Богатырь вылѣзъ ужъ изъ окна.

Потанюшка. Чуть не перебилъ всѣ ребра.

Амельфа. Это что за дѣвочка?

Дѣвочка. Я дочь приспѣшника.

Умила. Что у насъ въ терему за шумъ шумитъ?

Амельфа. Будто ногами кто крѣпко стучтъ.

ЯВЛЕНІЕ VI.

Фома, Потанюшка, Дѣвочка, Амельфа, Умила, Громогласъ.

Амельфа (къ Громогласу). Гдѣ мое милое чадо?

Громогласъ. Вышедъ изъ палаты, становился онъ посреди двора, то увидѣвъ сила новогородская бросается на него тысящьми. У молодого княжича нѣтъ оружія, ни сбруи ратныя; за своимъ стемлянымъ вязомъ показалось ему далеко идти, ибо тѣ вязы были у него въ высокомъ теремѣ; онъ схватываетъ ось дубовую необдѣланную, ею гонитъ онъ силу на улицу Рогатицу. Уже вся сила дрогнула; но онъ гонитъ ихъ къ быстрой рѣкѣ, не даетъ онъ имъ развернутися. Узрѣвши то посадники, пріуныли всѣ, буйны головы повѣсили, идутъ сюда васъ просить о предстательствѣ у князя.

ЯВЛЕНІЕ VII.

Амельфа, Умила, Дѣвочка, Громогласъ, Фома, Потанюшка, Сатко, Чудинъ, Рагуилъ. (За посадниками несутъ на златыхъ блюдахъ злато, серебро, каменья самоцвѣтные; преклоняютъ они буйны головы ко сырой землѣ и говорятъ громкимъ голосомъ).

Сатко. Охъ ты мать наша, честна жена княгиня Амельфа Тимоѳѣевна!

Чудинъ. Прогнѣвали мы тебя, свою осударыню, и своего княжича, твоего мила чада Василія Боеслаевича.

Рагуилъ. Упроси ты его словомъ родительскимъ, чтобъ унялъ свой гнѣвъ.

Амельфа. Какъ вы дѣло затѣяли, такъ и окончайте; я женщина немолодая, не возьмусь за ваши дѣла ратныя (уходитъ).

Сатко (кь Фомѣ).

Богатыри, подите.

Фома.

Разлетѣлись комары.

Чудинъ (къ Потанюшкѣ).

Богатыри, упросите.

Потанюшка.

Болотные господари.

Рагуилъ (къ Фомѣ).

Своего князя лучшая надежа.

Фома.

Пойдемъ его искать.

Потанюшка.

Вѣдь ихъ не оттолкать.

Умила (къ Рагуилу).

Батюшка, я говорила…

Рагуилъ.

Ужъ больше не говори.

Фома (къ дѣвочкѣ).

А ты, моя драгая,

Сестрица названная.

Потанюшка (къ дѣвочкѣ).

Поди за нами въ слѣдъ.

Умила (къ Рагуилу).

Давича васъ просила.

Рагуилъ.

И болѣе меня не мори.

Дѣвочка.

На улицѣ то дождь, то снѣгъ.

Умила (къ Рагуилу).

Теперь бѣды налетѣли.

Дѣвочка.

То дождъ, то снѣгь, то вьялица.

Рагуилъ.

Когда время другъ мой сыщемъ?

Дѣвочка.

То вьялица, то мятелица.

Умила (къ Рагуилу).

Вы слышать не хотѣли.

Рагуилъ.

Жениха тебѣ отыщемъ.

(Всѣ уходятъ).

ДѢЙСТВІЕ ПЯТОЕ.

ЯВЛЕНІЕ I.

(Театръ представляетъ теремы Тайницкіе). Василій, Фома, Потанюшка. Василій.

Насилу я васъ доискался,

По васъ я, братцы, стосковался.

Фома.

Посадники насъ заговорили.

Потанюшка.

Велико бремя на насъ навалили.

Василій. Что же такое?

Фома. Услышавши свою опалу великую, познавъ свою бѣду неизбѣжную… и завидѣвъ гибель скорую…

Потанюшка. Они написали крѣпки записи… чтобъ быть тебѣ княземъ надъ Новымъ-градомъ, землею Словенскою и Старорусскою, и просили насъ умолить тебя.

Василій. Пусть придутъ.

ЯВЛЕНІЕ II.

Василій, Фома, Потанюшка, Сатко, Чудинъ, Рагуилъ. (Посадники кладутъ на голову запись).

Сатко. Здравствуй, батюшка, нашъ словенской князь Василій Боеслаевичъ!

Чудинъ. Покорилась тебѣ земля Словенская и все княжество Старорусское!

Рагуилъ. Поклонились къ ногамъ твоимъ всѣ посадники; вотъ ихъ запись крѣпкая. (Подаетъ запись Василію).

Василій. Безъ благословенія матушки моей принять не могу.

ЯВЛЕНІЕ III.

Василій, Фома, Потанюшка, Сатко, Чудинъ, Рагуилъ, Амельфа, Умила.

Василій (къ Амельфѣ). Благословляешь ли, матушка, мнѣ принять отъ нихъ запись?

Амельфа. Пріими, мило чадо, княженіе (беретъ Умилу за руку) и отъ меня сей залогъ всѣхъ вѣрности, и укроти свой сильной гнѣвъ. (Василій беретъ Умилу за руку и запись отъ посадниковъ; они ему кланяются).

Василій (къ посадникамъ).

Я вамъ прощаю

И васъ обнимаю;

Желанія мои свершились,

Посадники устрашились.

(Къ Умилѣ)

Свѣтикъ, милая хорошая моя,

Есть ли, душечка, любовь ко мнѣ твоя?

Ты моя милая душа,

Красна весьма и хороша,

Очи сокольи,

Брови собольи.

Походка павлиная,

Грудь лебединая.

Умила.

Ой! ты удалой молодецъ.

Взялъ ты меня во дворецъ,

Будешь ты со мною,

И я буду съ тобою.

Ты храбростью всѣхъ превосходишь,

Меня къ вѣнцу теперь приводишь;

Нѣтъ богатыря, подобнаго тебѣ;

Нѣтъ въ свѣтѣ счастливѣе меня.

Фома (изъ-за театра тащитъ за руку дѣвочку, она будто не йдетъ).

Дѣвочка.

Руку мнѣ ты повихнулъ,

Ой, пальцы больно ущипнулъ;

Ужъ силою богачъ,

Экой ты силачъ!

Фома.

Вздумалось молодцу жениться,

Холостому свататься,

Полюбилась ему дѣвочка,

Честная дочь здѣшняго приспѣшника;

Просимъ оба дозволенья

И вашего благословенья.

Василій.

Въ доброй часъ!

Амельфа.

Не пиво варить,

Не вино курить;

Все у насъ готово,

Даже и платье ново.

Хоръ.

Силу, храбрость награждали

Издревле, какъ и нынѣ;

Отъ кого мы все ожидали,

Отъ того и видѣли то нынѣ;

Здравствуй князь со княгинями,

Со будущими всѣми дѣтками!

(1786).