Речь на заседании Петроградского Совета по докладу о текущем моменте (25 сентября 1917, Троцкий)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Речь на заседании Петроградского Совета по докладу о текущем моменте (25 сентября)[1]
автор Лев Давидович Троцкий (1879–1940)
Опубл.: 12 октября 1917. Источник: Троцкий, Л. Д. Сочинения. — М.; Л., 1924. — Т. 3. 1917. Часть 1. От февраля до Октября. — С. 314—317.


Товарищи! Бывший министр труда счел необходимым напомнить, что революция начинается для него с начала, ибо он снова — в Петроградском Совете. Я вижу только, что бывшие министры появляются у нас охотнее, чем настоящие.

Те крайне редко у нас появлялись, и мы из этого делали вывод, что столь рекомендуемая Скобелевым коалиция с буржуазией плохо мирится с выступлениями сущих министров перед нами. Главное требование кадетской буржуазии — это независимость министров от органов демократии, и всегда в этом пункте кадетская буржуазия побеждала, ибо история коалиционного министерства была историей постепенного освобождения г.г. министров от контроля органов революционной демократии.

Теперь, после достигнутого освобождения, бывшим министрам даже довольно сомнительная «фактическая ответственность» власти перед Предпарламентом представляется огромным завоеванием… Вот как понизилась требовательность после того, как они растоптали свою ответственность перед Советами.

Сегодня пришел к нам Скобелев и опять, как и раньше, преподнес нам совет, а мы, тоже как раньше, хотели бы слышать отчет. (Аплодисменты.)

Почему же он нам не сказал, кем он был вынужден делать свои уступки за счет рабочих в бытность свою министром? Ясно, что коалицией, ибо коалиция — это учреждение, где Скобелевы служат Коноваловым.

Скобелев подает нам совет: сознавать свою ответственность.

Но есть двоякого рода ответственность. Есть ответственность министерская перед буржуазным государством, и есть ответственность перед пролетариатом.

Для того, чтобы замаскировать ответственность министров перед буржуазией, и был введен термин «государственности». Но мы хорошо знаем, что, когда в Западной Европе министры-социалисты переселялись в лагерь буржуазии, они тоже прикрывались «государственностью». Однако Маркс учил нас, что государство носит всегда классовый характер. Мы хотим нашей «государственности» — такой, которая даст власть трудящимся, землю — крестьянам. Теперь же государство — в руках наших классовых врагов, с которыми мы будем связаны не общей ответственностью, а беспощадной борьбой.

Наш Петроградский Совет, по словам Скобелева, оставлен нам сильным в наследство политикой коалиции. Нет, наш Совет развился не на прислужничестве буржуазии, а на борьбе с ней. Мы возродили Совет в духе вражды и беспощадной борьбы с надвигающейся диктатурой либеральной буржуазии.

И мы можем сказать: как царизм воспитал русскую революцию, так политика гражданина Скобелева и др. воспитала нынешний Петроградский Совет.

Мы понимаем, что наша ответственность возросла, что каждое наше слово имеет теперь больший вес, но, ставши большинством Совета, мы не становимся еще правительственной партией, мы остаемся организацией революционного пролетариата — непримиримого врага классового государства. Меньшевики же хотели превратить Совет в правительственный орган.

Поэтому-то они отвернулись от нас и объединились с… кооператорами, новой «социальной опорой» революции.

До сих пор мы не знали кооперативной демократии.

Что это за новый класс? То обстоятельство, что известные лица служат чиновниками, например, в крестьянской кооперации, еще не значит, что они выражают революционно-политическую волю крестьян, как врач, который лечит рабочих, не является еще выразителем их политической воли. Кооператоры должны быть хорошими организаторами, купцами, бухгалтерами, но защиту классовых прав крестьяне и рабочие передают своим Советам.

На деле же призвали кооператоров к созданию революционной власти, к чему их избиратели совсем не уполномочивали.

Мы уверены, что найдем большую поддержку среди крестьянской демократии, чем кооператоры. Возьмем пример. Если бы Революционное Правительство немедленно передало землю в земельные комитеты и арендная плата за землю передавалась бы солдаткам, то вся крестьянская демократия поддержала бы такое правительство. А Беркенгеймы[2] и Прокоповичи[3] против этого!

Выдвигая лозунг: «Вся власть Советам!», мы знаем, что он не исцелит мгновенно всех язв.

Нам нужна власть, созданная наподобие профессиональных союзов, которые дают стачечникам все, что могут, ничего не скрывают, а когда нельзя, открыто в этом сознаются.

Нужна власть, вышедшая из рядов крестьян, рабочих и солдат, на них опирающаяся, пред ними ответственная. При такой власти железнодорожникам не нужно было бы прибегать к стачке. Они знали бы заранее, что эта власть даст им все, что можно дать.

Нам грозит действительно великая опасность при демобилизации, когда истерзанная, голодная армия поплывет по стране, но не в репрессиях средства против так называемой «анархии». Нужно, чтобы каждый честный русский солдат знал, что честная, народная власть держит в своих руках все ресурсы страны и распределяет их без обмана, без потачки мародерам. Только власть, которой верят, и верят по праву, может спасти нас от братоубийственной борьбы, от жестокого хаоса. И нам говорят, как об успехе, о том позоре, — да, позоре, — что несколько молодых людей в Зимнем Дворце торгуются с нами, в какой степени они будут перед нами безответственны! И это — ваш итог революции?!

Резолюция Скобелева сводится к тому, что, может быть, если мы поведем себя чинно в Предпарламенте — чем чорт не шутит! — министры согласятся быть ответственными, а там даже и отменят смертную казнь…

Это — полное непонимание положения и настроения народных масс. Правительство уже сформировано против нас, против народа, и завтра же оно, несомненно, объявит крестовый поход против Советов. И вот, когда Керенский с Коноваловым и Третьяковым, опираясь на Предпарламент, начнут походы против Советов, где тогда будет партия Скобелева? С карательной экспедицией против Советов или с Советами?

Мы, Петроградский Совет, призвали на прошлом заседании все Советы быть наготове против надвигающихся контрреволюционных покушений.

В этой борьбе, на которую нас провоцируют, мы будем не с теми, кто громит демократические органы на местах, и не с защитниками громил, а с теми, кто защищает до конца органы русской революции и ведет ее вперед.

«Рабочий Путь» № 23,
12 октября (29 сентября) 1917 г.



  1. На этом заседании Петроградского Совета с докладом по текущему моменту выступил Каменев, основной тезис речи которого сводился к тому, что попытка создать коалицию — это провокация гражданской войны. После выступления Скобелева речь произнес т. Троцкий. Меньшевики на этом заседании лишний раз показали свое пошло-трусливое мелкобуржуазное лицо, заявив через Богданова, что диктатура пролетариата может повлечь за собою «гибельные последствия Парижской Коммуны». В принятой резолюции Петросовет квалифицировал Временное Правительство, как правительство гражданской войны, и заявил, «что правительству контрреволюционного насилия рабочие и гарнизон Петрограда не окажут никакой поддержки».
  2. Беркенгейм — народник-либерал, игравший крупную роль в кооперативном движении. После Октябрьской революции Беркенгейм, вместе с другими, возглавлял заграничные центры Центросоюза, отказываясь признать руководство Советского Центросоюза. Лишь в 1921 году Беркенгейм и К° увидели себя вынужденными отказаться от этого контрреволюционного саботажа.
  3. Прокопович — один из вождей либеральной интеллигенции. В 90-х г.г. Прокопович проходил школу легального марксизма, в конце десятилетия выступил, как наиболее крайний представитель «экономистов». Вместе со своей женой, Кусковой, он является автором знаменитого «Credo», в котором русскому пролетариату рекомендовался путь английского тред-юнионизма. Одновременно Прокопович пишет книги о европейском рабочем движении, долженствующие подкрепить эту основную его идею. В начале 900-х г.г. Прокопович входит в либеральную группу «Союза Освобождения», позже даже выбирается членом ЦК партии кадетов, но через некоторое время опять отходит влево и с тех пор занимает позицию кадетствующего почти-социал-демократа. В 1917 г. Прокопович, как «деловая» фигура и почти-с.-д., входит в правительство Керенского первых составов, в качестве министра торговли и промышленности, а затем как министр продовольствия, но уходит с поста незадолго до Октября, ввиду хаоса в правительственном аппарате. В годы гражданской войны Прокопович платонически сочувствует контрреволюции. Свое лицо демократического контрреволюционера Прокопович показывает в 1921 г., когда, войдя в ЦК Помгола (не советского, а так называемого «общественного»), вместе с Кусковой и Кишкиным (отсюда знаменитое прозвище «Прокукиш»), начинает заниматься организацией антисоветских сил вместо помощи Советской власти в борьбе с голодом. Высланный за границу, Прокопович проповедует демократию в бело-эсеровских «Днях».