Из зимних песен (Бялик; Жаботинский): различия между версиями

Перейти к навигации Перейти к поиску
нет описания правки
Нет описания правки
Нет описания правки
| НАЗВАНИЕ = Из зимних песен
| АВТОР = [[Хаим Нахман Бялик]] (1934—1873)
| ЯЗЫКОРИГИНАЛА = Ивритhe
| НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = {{lang|he|[[:he:משירי החורף|משירי החורף]]}}‎
| ПЕРЕВОДЧИК = [[Владимир Евгеньевич Жаботинский|В. Е. Жаботинский]] (1880—1940)
| ДАТАПУБЛИКАЦИИ =
Я проснулся почему то
Словно в праздник бодр и молод;
Словно в сердце, кто не знаю,
Брызнул струйкой родниковой;
Словно вдруг моя каморка
Бьется, плещется, трепещет
Искрометною пылинкой.
Рвется вон из белой сети
Вдруг затих и стал росинкой…
Вон другая… Вон и третья…
И смотри окно раздето,
И в каморку бурно хлынул
Ливень солнечного света.
И в душе запела радость,
Бодрость дерзкая и сила…
Божий мир хорош и светел
Я на плечи плащ накину
И, влюбленный, опьяненный,
'''III'''
 
Только стал я на пороге
И лучи, как брату рады,
Окружили, закружили,
Блещет мир бесстыдно-белый.
Белизна, куда ни взглянешь,
Белизна без дна и граней
Все лучится, все сверкает,
Все как будто в новом сане…
Быть на празднике великом!»
Серебро, хрусталь и мрамор,
Яхонт, радуга, червонцы
Так и брызжут с каждой крыши,
С каждой веточки на солнце…
Подоконники, карнизы;
Устилает тротуары
Мягкой белою периной,
Нити проволок обвиты
Серебристой паутиной,
А на крышах одеяла,
Все с хрустальной бахромою:
В целом мире белый праздник,
 
Треск и визг и лязг металла.
Словно рубятся враги,
То хрустят упругим снегом
Богатырские шаги:
В пестрых сетчатых попонах,
То навстречу, то вослед,
Мчатся, мечут брызги снега
И проносятся–проносятся— и нет.
В буйном хаосе веселья,
Звона, пара и саней
Чуть мелькают вихрем шубы
Щеки в пламени он {{razr| с н е й…ней}}…
Словно та же ненасытность
Охватила все сердца:
Пролететь одним размахом
Ширь земную до конца!
Воля! Воля! Эй, свободен?
Так помчи меня, живей,
Утопи меня в безумстве,
Душу с бурею развей!
Мчи, лети…–лети…— Куда ? Не знаю!
Я не знаю все равно,
Лишь бы жизнь и кровь кипела,
Искрясь, пенясь, как вино.
Да, я сроду бледный книжник,
Да, я робок, слаб и хил
Но и я во льду пустынном
Искру силы сохранил;
Чуден холод золотой!
Вырву кубок у судьбины,
Чтоб не выхватил другой,
И одним глотком великим
Выпью кубок мой до дна,
Мощь, и пылкость, и весна!
А потом, когда иссякнет
Сила юная в груди,
Довези меня до леса,
Там, за городом и жди.
Тих зимою лес могучий,
Тишь под сводами его:
Бел он, убран, и разубран
И безвестно, для кого…
Среброкудрый и холодный,
Есть поверье:дивный молот
В глубине лесной сокрыт.
Из груди я сердце выну
Словно меч, а грудь ножны,
И в горниле у мороза
Раскалю до белизны.
Грянет откликом:Дерзай!
И под молотом нальется
Сердце крепостью, как он,
И пойду своей дорогой, Семикраты закален…|1904}}
Семикраты закален…
|1904}}
 
[[Категория:Переводы, выполненные Владимиром Евгеньевичем Жаботинским]]
[[Категория:Поэзия Хаима Нахмана Бялика]]
 
[[he:משירי החורף]]

Навигация