Вильям Вильсон (По; В.И.Т.): различия между версиями

Перейти к навигации Перейти к поиску
нет описания правки
Нет описания правки
Нет описания правки
 
Мы играли в мою любимую игру — экарте. Все остальное общество, заинтересованное грандиозными размерами, которые принимала наша игра, бросило свои карты и столпилось вокруг нас.
 
Наш новоиспеченный аристократ, которого я очень искусно сильно подпоил в начале вечера, сдавал и играл особенно нервным образом, что хотя и не вполне, но до некоторой степени объяснялось его опьянением.
 
В течение небольшого промежутка времени он задолжал мне крупную сумму, и затем, выпив залпом стакан портвейна, сделал то, что я заранее предвидел, а именно предложил удвоить ставку, достигавшую и тогда уже больших размеров. Постаравшись очень искусно сделать вид, что я против этого, я согласился на его предложение только тогда, когда мой повторный отказ вызвал с его стороны по моему адресу такие резкие слова, благодаря которым мое согласие имело вид желания сделать ему назло. Результат получился такой, какого я и ожидал: моя добыча запуталась окончательно в расставленных для нее сетях — менее чем час его долг учетверился.
 
Уже с некоторого времени я заметил, что лицо его утратило краску, которая была вызвана выпитым вином: а в данный момент я с удивлением увидел, что оно страшно побледнело. Я говорю «с удивлением», так как я собрал о Глендиннинге точные сведения, на основании которых я считал его настолько богатым, что проигранные им суммы не могли, как я предполагал, серьезно беспокоить и так сильно взволновать его.
 
Самое простое объяснение, которое естественно пришло мне в голову заключалось в том, что на него сильно подействовало выпитое им вино; и я скорее с целью сохранения моей репутации в глазах моих товарищей, чем желания показать свое бескорыстие, стал решительно настаивать на окончании игры, когда несколько слов произнесенных стоящими вблизи меня, и восклицание Глендиннинга, выразившее полное отчаянье, дали мне понять, что я окончательно разорил его при условиях, сделавших его предметом общего сожаления.
 
Трудно сказать, как бы я решил поступить в данном случае. Печальное положение моей жертвы навеяло на всех замешательство и грусть — в течение нескольких минут царило полное молчание, во время которого, я чувствовал, как мое лицо пылает под презрительными и укоризненными взглядами, бросаемыми на меня моими еще не окончательно закоренелыми в пороке товарищами. И я должен сознаться, что с моей души моментально спала невыносимая тяжесть благодаря внезапному и странному обстоятельству, прервавшему это невыносимое для меня положение.
 
Тяжелые половинки дверей вдруг раскрылись настежь с такой силой и быстротой, что все свечи потухли сразу, как по волшебному мановению. Но при угасающем свете мне удалось заметить, что вошел какой-то незнакомец почти одного роста со мной, плотно закутанный в плащ. Когда наступил полный мрак, мы могли только чувствовать, что он находится среди нас. Но раньше, чем кто-либо из нас пришел в себя от удивления, которое произвело на нас это неожиданное вторжение, мы услышали голос непрошенного гостя:
 
— Джентльмены, — сказал он ''очень тихим, но ясно различимым, хорошо мне знакомым голосом,'' проникавшим до мозга моих костей, — джентльмены, я не буду просить у вас извинения за мое поведение, потому что, поступая таким образом, я только исполняю мой долг. Вы без сомнения, не знаете настоящего нравственного облика лица, выигравшего огромную сумму в экарте у лорда Глендиннинга. Я хочу вам предложить очень легко исполнимое и верное средство для получения очень важных сведений по этому вопросу. Рассмотрите, пожалуйста, внимательно подкладку обшлага его левого рукава и те небольшие свертки, которые вы найдете в обширных карманах его вышитого халата.

Навигация