Страница:Автобиографические записки Ивана Михайловича Сеченова (1907).pdf/129

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

воздуха. На это измышленіе онъ замѣтилъ: если бы это было такъ, то мы не могли бы видѣть отчетливо ультрафіолетовой части спектра съ его Фраунгоферовскими линіями, потому что флюоресценція даетъ разсѣянный свѣтъ; и измышленіе было такимъ образомъ изъято изъ употребленія.

Бунзенъ читалъ превосходно и имѣлъ на лекціяхъ ничѣмъ непобѣдимую привычку нюхать описываемыя пахучія вещества, какъ бы вредны и скверны ни были запахи. Разсказывали, что разъ онъ нанюхался чего-то до обморока. За свою слабость къ взрывчатымъ веществамъ онъ давно уже поплатился глазомъ, по на своихъ лекціяхъ при всякомъ удобномъ случаѣ производилъ взрывы. Такъ и теперь, вооружившись длинной палкой съ воткнутымъ въ концѣ ея подъ прямымъ угломъ перомъ и надѣвъ очки, взрывалъ въ открытыхъ свинцовыхъ тигляхъ іодъ-азотъ и хлоръ-азотъ, a затѣмъ торжественно показывалъ на пробитомъ взрывомъ днѣ капли послѣдняго соединенія. Страдая забывчивостью, онъ часто является на лекцію съ вывернутымъ ухомъ—сохранившимся до старости наслѣдіемъ школыіаго возраста. 1) Когда въ теченіе лекціи взмахомъ рука профессора ушная раковина приходила въ норму, это значило, что памятка сдѣлала свое дѣло—опасный пунктъ не былъ забытъ. Когда же, какъ это случалось не рѣдко, ухо оставалось вывернутымъ и по окончаніи лекціи, молодая публика расходилась съ веселыми разговорами о томъ, былъ ли забытъ намѣченный опасный пунктъ или забыто ухо. Бунзенъ былъ всеобщимъ любимцемъ, и его называли не иначе какъ папа Бунзенъ, хотя онъ не былъ еще старикомъ.

Въ Гейдельбергѣ, тотчасъ по пріѣздѣ, я нашелъ большую русскую компанію: знакомую мнѣ изъ Москвы семью T. П. Пассекъ (мать съ тремя сыновьями), занимавшагося у Эрленмейера химика Савича, трехъ молодыхъ людей, не оставившихъ по себѣ никакого слѣда, и прямую противоположность имъ въ этомъ отношенін—Дмитрія Ивановича Менделѣева. Позже—кажется, зимой—пріѣхалъ A. П. Бородинъ. Менделѣевъ сдѣлался, конечно, главою кружка, тѣмъ болѣе, что, несмотря на молодые годы (онъ моложе меня лѣтами), былъ уже готовымъ химикомъ, а мы были учениками. Въ Гейдельбергѣ въ одну изъ комнатъ своей квартиры онъ провелъ на свой счетъ газъ, обзавелся химической посудой и съ катетометромъ отъ Саллерона засѣлъ за изученіе капиллярныхъ явленій, не посѣщая ничьихъ лабораторій. Т. П. Пассекъ нерѣдко пригла-

1) У насъ, сколько я знаю, школьники не занимаются этой операціей надъ ухомъ, заключающейся въ томъ, что давленіемъ сзади на ушную раковину она выдавливается впередъ.