Страница:Андерсен-Ганзен 1.pdf/387

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


И вотъ, они очутились у вратъ рая. Стоявшій тутъ на стражѣ ангелъ спросилъ:

— Кто ты? Скажи мнѣ, какой ты вѣры и свидѣтельствуй о ней дѣлами своими!

— Я строго выполнялъ всѣ заповѣди Божіи! Я смирялся передъ очами свѣта, ненавидѣлъ и преслѣдовалъ зло и злыхъ, что идутъ широкимъ путемъ къ вѣчному осужденію, и готовъ преслѣдовать ихъ огнемъ и мечемъ и теперь, насколько это будетъ въ моей власти.

— Такъ ты изъ послѣдователей Магомета?—спросилъ ангелъ.

— Я? Никогда!

— Взявшіеся за мечъ—отъ меча и погибнутъ,—говоритъ Сынъ Божій; ты не его вѣры. Можетъ быть, ты сынъ Израиля, повторяющій за Моисеемъ: око за око, зубъ за зубъ? Ты сынъ Израиля, и суровый Богъ твой есть только Богъ отцовъ твоихъ?

— Я христіанинъ!

— Не узнаю тебя ни по вѣрѣ, ни по дѣламъ твоимъ! Христосъ проповѣдывалъ прощеніе, любовь и милосердіе!

— Милосердіе!—прозвучало въ безконечномъ міровомъ пространствѣ, врата рая распахнулись, и душа устремилась въ небесные чертоги.

Но оттуда струился такой ослѣпительный, всепроникающій свѣтъ, что душа отступила какъ передъ внезапно блеснувшимъ въ воздухѣ мечемъ. Послышались дивные, нѣжные, за душу хватающіе звуки… Описать ихъ не въ силахъ никакой человѣческій языкъ, и душа вся затрепетала, голова ея стала клониться все ниже и ниже, колѣна подгибались! Небесный свѣтъ озарилъ ее, и она почувствовала, сознала то, чего раньше никогда не чувствовала, не сознавала—всю тяжесть своихъ грѣховъ: высокомѣрія и жестокосердія. Она вся просвѣтлѣла и воскликнула:

— Все, что я сдѣлала добраго, сдѣлала я не сама по себѣ, а потому, что не могла иначе, зло же… исходило отъ меня самой!

И душа почувствовала, что вся блѣднѣетъ подъ лучами небеснаго свѣта, безсильно пала на колѣни и какъ-то вся съежилась, ушла, спряталась въ самое себя. Она чувствовала себя такою подавленною, ничтожною, недостойною войти въ царство небесное, а при мысли о строгомъ правосудіи Божіемъ, не смѣла даже воззвать къ Его милосердію.

И было ей явлено милосердіе тамъ, гдѣ она не ждала его.

Тот же текст в современной орфографии


И вот, они очутились у врат рая. Стоявший тут на страже ангел спросил:

— Кто ты? Скажи мне, какой ты веры и свидетельствуй о ней делами своими!

— Я строго выполнял все заповеди Божии! Я смирялся перед очами света, ненавидел и преследовал зло и злых, что идут широким путём к вечному осуждению, и готов преследовать их огнём и мечом и теперь, насколько это будет в моей власти.

— Так ты из последователей Магомета? — спросил ангел.

— Я? Никогда!

— Взявшиеся за меч — от меча и погибнут, — говорит Сын Божий; ты не его веры. Может быть, ты сын Израиля, повторяющий за Моисеем: око за око, зуб за зуб? Ты сын Израиля, и суровый Бог твой есть только Бог отцов твоих?

— Я христианин!

— Не узнаю тебя ни по вере, ни по делам твоим! Христос проповедовал прощение, любовь и милосердие!

— Милосердие! — прозвучало в бесконечном мировом пространстве, врата рая распахнулись, и душа устремилась в небесные чертоги.

Но оттуда струился такой ослепительный, всепроникающий свет, что душа отступила как перед внезапно блеснувшим в воздухе мечом. Послышались дивные, нежные, за душу хватающие звуки… Описать их не в силах никакой человеческий язык, и душа вся затрепетала, голова её стала клониться всё ниже и ниже, колена подгибались! Небесный свет озарил её, и она почувствовала, сознала то, чего раньше никогда не чувствовала, не сознавала — всю тяжесть своих грехов: высокомерия и жестокосердия. Она вся просветлела и воскликнула:

— Всё, что я сделала доброго, сделала я не сама по себе, а потому, что не могла иначе, зло же… исходило от меня самой!

И душа почувствовала, что вся бледнеет под лучами небесного света, бессильно пала на колени и как-то вся съёжилась, ушла, спряталась в самое себя. Она чувствовала себя такою подавленною, ничтожною, недостойною войти в царство небесное, а при мысли о строгом правосудии Божием, не смела даже воззвать к Его милосердию.

И было ей явлено милосердие там, где она не ждала его.