Страница:Андерсен-Ганзен 2.pdf/121

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

богатство, одно счастье, было выброшено моремъ на дюны, чтобы испытать нужду и долю бѣдняка.

Испанскій корабль разбился немного южнѣе Ниссумфіорда. Жестокія, безчеловѣчныя времена, когда береговые жители промышляли грабежомъ потерпѣвшихъ кораблекрушеніе, давнымъ давно миновали. Теперь несчастные встрѣчали тутъ любовное, сердечное отношеніе, широкую готовность прійти на помощь. Наше время можетъ гордиться истинно благородными чертами характера! Умирающая мать и несчастный ребенокъ нашли бы пріютъ и уходъ въ любомъ домикѣ на берегу, но нигдѣ не отнеслись бы къ нимъ участливѣе, сердечнѣе, чѣмъ въ томъ именно, куда онѣ попали, у бѣдной рыбачки, такъ грустно стоявшей вчера возлѣ могилы своего ребенка, которому въ этотъ день должно было бы исполниться пять лѣтъ.

Никто не зналъ, кто такая была умершая женщина или откуда. Корабельные обломки были нѣмы.

Въ Испаніи, въ домѣ богатаго купца, такъ никогда и не дождались ни письма, ни вѣсточки о дочери или зятѣ. Узнали только, что они не достигли мѣста назначенія и что въ послѣднія недѣли на морѣ бушевали страшныя бури. Ждали мѣсяцы, наконецъ пришла вѣсть: „Полное крушеніе; всѣ погибли“.

А въ рыбачьей избушкѣ на дюнахъ появился новый жилецъ.

Тамъ, гдѣ Господь посылаетъ пищу для двоихъ, хватитъ и на третьяго; на берегу моря хватитъ рыбы на голодный желудокъ. Мальчика назвали Юргеномъ.

— Это, вѣрно, еврейское дитя!—говорили про него.—Ишь, какой черномазый!

— А, можетъ быть, онъ испанецъ или итальянецъ!—сказалъ священникъ. Но всѣ эти три народности были въ глазахъ жены рыбака однимъ и тѣмъ же, и она утѣшалась, что дитя крещено. Ребенокъ подросталъ; благородная кровь питалась бѣдною пищей; отпрыскъ благороднаго рода выросталъ въ бѣдной избушкѣ. Датскій языкъ, западно-ютландское нарѣчіе, стало для него роднымъ языкомъ. Гранатное зернышко съ испанской почвы выросло на западномъ берегу Ютландіи песчанкой. Вотъ какъ можетъ приспособляться человѣкъ! Онъ сросся съ новою родиной всѣми своими жизненными корнями. Ему суждено было извѣдать и голодъ, и холодъ, и другія невзгоды, но также и радости, выпадающія на долю бѣдняка.

Дѣтство каждаго человѣка имѣетъ свои радости, которыя


Тот же текст в современной орфографии

богатство, одно счастье, было выброшено морем на дюны, чтобы испытать нужду и долю бедняка.

Испанский корабль разбился немного южнее Ниссумфиорда. Жестокие, бесчеловечные времена, когда береговые жители промышляли грабежом потерпевших кораблекрушение, давным давно миновали. Теперь несчастные встречали тут любовное, сердечное отношение, широкую готовность прийти на помощь. Наше время может гордиться истинно благородными чертами характера! Умирающая мать и несчастный ребёнок нашли бы приют и уход в любом домике на берегу, но нигде не отнеслись бы к ним участливее, сердечнее, чем в том именно, куда они попали, у бедной рыбачки, так грустно стоявшей вчера возле могилы своего ребёнка, которому в этот день должно было бы исполниться пять лет.

Никто не знал, кто такая была умершая женщина или откуда. Корабельные обломки были немы.

В Испании, в доме богатого купца, так никогда и не дождались ни письма, ни весточки о дочери или зяте. Узнали только, что они не достигли места назначения и что в последние недели на море бушевали страшные бури. Ждали месяцы, наконец пришла весть: «Полное крушение; все погибли».

А в рыбачьей избушке на дюнах появился новый жилец.

Там, где Господь посылает пищу для двоих, хватит и на третьего; на берегу моря хватит рыбы на голодный желудок. Мальчика назвали Юргеном.

— Это, верно, еврейское дитя! — говорили про него. — Ишь, какой черномазый!

— А, может быть, он испанец или итальянец! — сказал священник. Но все эти три народности были в глазах жены рыбака одним и тем же, и она утешалась, что дитя крещено. Ребёнок подрастал; благородная кровь питалась бедною пищей; отпрыск благородного рода вырастал в бедной избушке. Датский язык, западно-ютландское наречие, стало для него родным языком. Гранатное зёрнышко с испанской почвы выросло на западном берегу Ютландии песчанкой. Вот как может приспособляться человек! Он сросся с новою родиной всеми своими жизненными корнями. Ему суждено было изведать и голод, и холод, и другие невзгоды, но также и радости, выпадающие на долю бедняка.

Детство каждого человека имеет свои радости, которые