Страница:Андерсен-Ганзен 2.pdf/138

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

изъ великаго моря: виноградный сокъ притекаетъ въ Скагенъ прямо въ бочкахъ и бутылкахъ.

Когда же мать и дочь узнали, кто такой Юргенъ, услышали, какъ жестоко и безвинно пришлось ему пострадать, онѣ стали глядѣть на него еще ласковѣе; особенно ласково смотрѣла дочка, милая Клара. Юргенъ нашелъ въ Старомъ Скагенѣ уютный, славный семейный очагъ; теперь сердце его могло успокоиться, а много таки этому бѣдному сердцу пришлось извѣдать, даже горечь несчастной любви, которая либо ожесточаетъ его, либо дѣлаетъ еще мягче, чувствительнѣе. Сердце Юргена не ожесточилось, оно было еще молодо, и теперь въ немъ оставалось незанятое мѣстечко. Кстати поэтому подоспѣла поѣздка Клары въ гости къ теткѣ, въ Христіанзандъ, въ Норвегію. Она собиралась отправиться туда на кораблѣ недѣли черезъ три и прогостить тамъ всю зиму.

Въ послѣднее воскресенье передъ отъѣздомъ Клары всѣ отправились въ церковь причащаться. Церковь была большая, богатая; построили ее нѣсколько столѣтій тому назадъ шотландцы и голландцы; недалеко отъ нея выстроился и самый городъ. Церковь уже нѣсколько обветшала, а дорога къ ней вела очень тяжелая, съ холма на холмъ, то вверхъ, то внизъ, по глубокому песку, но жители все-таки охотно шли въ Божій храмъ пропѣть псалмы и послушать проповѣдь. Песочные заносы достигали уже вершины кладбищенской ограды, но могилы постоянно очищались.

Это была самая большая церковь къ сѣверу отъ Лимфіорда. На алтарѣ словно живая стояла Божья Матерь съ Младенцемъ на рукахъ; на хорахъ помѣщались рѣзныя деревянныя изображенія апостоловъ, а на верху, по стѣнамъ, висѣли портреты старыхъ скагенскихъ бургомистровъ и судей; подъ каждымъ портретомъ красовалась условная подпись даннаго лица. Каѳедра тоже была вся рѣзная. Солнце весело играло на мѣдной люстрѣ и на маленькомъ корабликѣ, подвѣшенномъ къ потолку.

Юргена охватило то же чувство дѣтскаго благоговѣнія, которое онъ испыталъ еще мальчикомъ въ богатомъ соборѣ въ Испаніи, но здѣсь къ этому чувству присоединялось еще сознаніе, что и онъ принадлежитъ къ паствѣ.

Послѣ проповѣди началось причащеніе. Юргенъ тоже вкусилъ хлѣба и вина, и случилось такъ, что онъ преклонилъ колѣна какъ разъ рядомъ съ Кларою. Но мысли его были обращены къ Богу, онъ всецѣло былъ занятъ совершавшимся таин-


Тот же текст в современной орфографии

из великого моря: виноградный сок притекает в Скаген прямо в бочках и бутылках.

Когда же мать и дочь узнали, кто такой Юрген, услышали, как жестоко и безвинно пришлось ему пострадать, они стали глядеть на него ещё ласковее; особенно ласково смотрела дочка, милая Клара. Юрген нашёл в Старом Скагене уютный, славный семейный очаг; теперь сердце его могло успокоиться, а много таки этому бедному сердцу пришлось изведать, даже горечь несчастной любви, которая либо ожесточает его, либо делает ещё мягче, чувствительнее. Сердце Юргена не ожесточилось, оно было ещё молодо, и теперь в нём оставалось незанятое местечко. Кстати поэтому подоспела поездка Клары в гости к тётке, в Христианзанд, в Норвегию. Она собиралась отправиться туда на корабле недели через три и прогостить там всю зиму.

В последнее воскресенье перед отъездом Клары все отправились в церковь причащаться. Церковь была большая, богатая; построили её несколько столетий тому назад шотландцы и голландцы; недалеко от неё выстроился и самый город. Церковь уже несколько обветшала, а дорога к ней вела очень тяжёлая, с холма на холм, то вверх, то вниз, по глубокому песку, но жители всё-таки охотно шли в Божий храм пропеть псалмы и послушать проповедь. Песочные заносы достигали уже вершины кладбищенской ограды, но могилы постоянно очищались.

Это была самая большая церковь к северу от Лимфиорда. На алтаре словно живая стояла Божья Матерь с Младенцем на руках; на хорах помещались резные деревянные изображения апостолов, а наверху, по стенам, висели портреты старых скагенских бургомистров и судей; под каждым портретом красовалась условная подпись данного лица. Кафедра тоже была вся резная. Солнце весело играло на медной люстре и на маленьком кораблике, подвешенном к потолку.

Юргена охватило то же чувство детского благоговения, которое он испытал ещё мальчиком в богатом соборе в Испании, но здесь к этому чувству присоединялось ещё сознание, что и он принадлежит к пастве.

После проповеди началось причащение. Юрген тоже вкусил хлеба и вина, и случилось так, что он преклонил колена как раз рядом с Кларою. Но мысли его были обращены к Богу, он всецело был занят совершавшимся таин-