Страница:Андерсен-Ганзен 2.pdf/34

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


— Ты сядешь позади меня, а не впереди! Твоя красота обладаетъ злою силой, и я боюсь ея! Но съ помощью Христа побѣда все-таки будетъ на моей сторонѣ.

Тутъ онъ преклонилъ колѣна и горячо помолился; безмолвный лѣсъ какъ будто превратился въ святой храмъ: словно члены новой паствы, запѣли птички; дикая мята струила ароматъ, какъ бы желая замѣнить ладанъ. Громко прозвучали слова св. Писанія:

„Народъ, сидящій во тьмѣ, увидѣлъ свѣтъ великій, и сидящимъ въ странѣ тѣни смертной возсіялъ свѣтъ!“

И онъ сталъ говорить дѣвушкѣ о духовной тоскѣ, о стремленіи къ высшему всей природы, а ретивый конь въ это время стоялъ спокойно, пощипывая листики ежевики; сочныя, спѣлыя ягоды падали въ руку Гельги, какъ бы предлагая ей утолить ими жажду.

И дѣвушка покорно дала христіанину усадить себя на крупъ лошади; Гельга была словно во снѣ. Христіанинъ связалъ двѣ вѣтви на подобіе креста и высоко поднялъ его передъ собою. Затѣмъ они продолжали путь по лѣсу, который все густѣлъ и густѣлъ, дорожка становилась все у̀же и у̀же, а гдѣ и вовсе пропадала. Терновые кусты преграждали путь, точно опущенные шлагбаумы; приходилось объѣзжать ихъ. Источникъ превратился не въ быстрый ручей, а въ стоячее болото; и его надо было объѣхать. Въ лѣсной чащѣ вѣяло отрадною, подкрѣпляющею и освѣжающею душу прохладой, но не меньше подкрѣпляли и освѣжали душу кроткія, дышащія вѣрою и христіанскою любовью, рѣчи христіанина, воодушевленнаго желаніемъ вывести заблудшую изъ мрака къ свѣту и жизни.

Говорятъ, дождевая капля долбитъ твердый камень, волны морскія обтачиваютъ и округляютъ оторванные обломки скалъ—роса Божьяго милосердія, окропившая душу Гельги, также продолбила ея жесткую оболочку, сгладила всѣ шероховатости. Но сама Гельга еще не отдавала себѣ отчета въ томъ, что въ ней совершается: вѣдь, и едва выглянувшій изъ земли ростокъ, впивая благотворную влагу росы и поглощая теплые лучи солнышка, тоже мало вѣдаетъ о заложенномъ въ немъ сѣмени жизни и будущемъ плодѣ.

И, какъ пѣсня матери незамѣтно западаетъ въ душу ребенка, ловящаго одни отдѣльныя слова, не понимая ихъ смысла, который станетъ ему яснымъ лишь съ годами—такъ западали въ душу Гельги и животворныя слова христіанина.


Тот же текст в современной орфографии


— Ты сядешь позади меня, а не впереди! Твоя красота обладает злою силой, и я боюсь её! Но с помощью Христа победа всё-таки будет на моей стороне.

Тут он преклонил колена и горячо помолился; безмолвный лес как будто превратился в святой храм: словно члены новой паствы, запели птички; дикая мята струила аромат, как бы желая заменить ладан. Громко прозвучали слова св. Писания:

«Народ, сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим в стране тени смертной воссиял свет!»

И он стал говорить девушке о духовной тоске, о стремлении к высшему всей природы, а ретивый конь в это время стоял спокойно, пощипывая листики ежевики; сочные, спелые ягоды падали в руку Гельги, как бы предлагая ей утолить ими жажду.

И девушка покорно дала христианину усадить себя на круп лошади; Гельга была словно во сне. Христианин связал две ветви на подобие креста и высоко поднял его перед собою. Затем они продолжали путь по лесу, который всё густел и густел, дорожка становилась всё у́же и у́же, а где и вовсе пропадала. Терновые кусты преграждали путь, точно опущенные шлагбаумы; приходилось объезжать их. Источник превратился не в быстрый ручей, а в стоячее болото; и его надо было объехать. В лесной чаще веяло отрадною, подкрепляющею и освежающею душу прохладой, но не меньше подкрепляли и освежали душу кроткие, дышащие верою и христианскою любовью, речи христианина, воодушевлённого желанием вывести заблудшую из мрака к свету и жизни.

Говорят, дождевая капля долбит твёрдый камень, волны морские обтачивают и округляют оторванные обломки скал — роса Божьего милосердия, окропившая душу Гельги, также продолбила её жёсткую оболочку, сгладила все шероховатости. Но сама Гельга ещё не отдавала себе отчета в том, что в ней совершается: ведь, и едва выглянувший из земли росток, впивая благотворную влагу росы и поглощая тёплые лучи солнышка, тоже мало ведает о заложенном в нём семени жизни и будущем плоде.

И, как песня матери незаметно западает в душу ребёнка, ловящего одни отдельные слова, не понимая их смысла, который станет ему ясным лишь с годами — так западали в душу Гельги и животворные слова христианина.