Страница:Андерсен-Ганзен 2.pdf/79

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

участники веселья пользовались; теперь онѣ освободились и взлетѣли на воздухъ фейерверкомъ. Началась игра въ „жгутъ горитъ“; поэтики же играли въ „сердце горитъ“, краснобаи сыпали остротами,—иначе они не могутъ—и остроты гремѣли, точно разбивались о двери пустые горшки или горшки съ золою. Ужасно весело было—по словамъ моей родственницы! Собственно говоря, она высыпала еще съ три короба злыхъ, но остроумныхъ замѣчаній, но я не стану повторять ихъ: надо быть добрыми людьми, а не критиками. Теперь вы поймете, что я, зная о такомъ праздникѣ, не упускаю случая ежегодно, въ ночь подъ Новый годъ, посмотрѣть, какъ мчится дикая орда. Иной годъ случается мнѣ хватиться нѣкоторыхъ прошлогоднихъ путешественниковъ, зато прибавляется обыкновенно и нѣсколько новыхъ. Нынѣшній же годъ я прозѣвалъ зрѣлище, катясь вмѣстѣ съ валунами черезъ милліоны лѣтъ. Я видѣлъ, какъ они отрывались отъ скалъ Сѣвера, скатывались внизъ, плавали на льдинахъ задолго до построенія Ноева Ковчега, падали въ воду, погружались на дно и вновь подымались на поверхность вмѣстѣ съ песчаною отмелью, которая говорила: „Здѣсь будетъ Зеландія!“ Я видѣлъ, какъ эти камни служили сѣдалищемъ для неизвѣстныхъ намъ породъ птицъ, трономъ для предводителей дикихъ дружинъ, именъ которыхъ мы тоже не знаемъ; видѣлъ, наконецъ, какъ на нѣкоторыхъ изъ камней вырубили топоромъ руническіе знаки. Этимъ камнямъ такимъ образомъ отведено мѣсто въ счисленіи времени, зато самъ я окончательно потерялъ всякое представленіе о времени, превратился въ нуль… Въ это время съ неба упали три-четыре прелестныя звѣздочки, и мысли мои приняли другой оборотъ. Вы знаете, что такое падающія звѣзды? Ученые, вѣдь, этого не знаютъ! Я смотрю на нихъ по-своему.

Какъ часто посылаютъ люди тайное, нѣмое спасибо человѣку, совершившему нѣчто прекрасное, доброе; спасибо это беззвучно, но оно не пропадаетъ даромъ. По-моему, это молчаливое, тайное спасибо подхватывается солнечнымъ лучомъ, который затѣмъ и возлагаетъ его на голову благодѣтеля. Если же случается, что цѣлый народъ посылаетъ такое спасибо давно умершему благодѣтелю, съ неба падаетъ на его могилу яркій букетъ—звѣздочка. И мнѣ доставляетъ истинное удовольствіе угадывать,—особенно въ ночь подъ Новый Годъ—кому назначается этотъ благодарственный букетъ. Въ послѣдній разъ


Тот же текст в современной орфографии

участники веселья пользовались; теперь они освободились и взлетели на воздух фейерверком. Началась игра в «жгут горит»; поэтики же играли в «сердце горит», краснобаи сыпали остротами, — иначе они не могут — и остроты гремели, точно разбивались о двери пустые горшки или горшки с золою. Ужасно весело было — по словам моей родственницы! Собственно говоря, она высыпала ещё с три короба злых, но остроумных замечаний, но я не стану повторять их: надо быть добрыми людьми, а не критиками. Теперь вы поймёте, что я, зная о таком празднике, не упускаю случая ежегодно, в ночь под Новый год, посмотреть, как мчится дикая орда. Иной год случается мне хватиться некоторых прошлогодних путешественников, зато прибавляется обыкновенно и несколько новых. Нынешний же год я прозевал зрелище, катясь вместе с валунами через миллионы лет. Я видел, как они отрывались от скал Севера, скатывались вниз, плавали на льдинах задолго до построения Ноева Ковчега, падали в воду, погружались на дно и вновь подымались на поверхность вместе с песчаною отмелью, которая говорила: «Здесь будет Зеландия!» Я видел, как эти камни служили седалищем для неизвестных нам пород птиц, троном для предводителей диких дружин, имён которых мы тоже не знаем; видел, наконец, как на некоторых из камней вырубили топором рунические знаки. Этим камням таким образом отведено место в счислении времени, зато сам я окончательно потерял всякое представление о времени, превратился в нуль… В это время с неба упали три-четыре прелестные звёздочки, и мысли мои приняли другой оборот. Вы знаете, что такое падающие звёзды? Учёные, ведь, этого не знают! Я смотрю на них по-своему.

Как часто посылают люди тайное, немое спасибо человеку, совершившему нечто прекрасное, доброе; спасибо это беззвучно, но оно не пропадает даром. По-моему, это молчаливое, тайное спасибо подхватывается солнечным лучом, который затем и возлагает его на голову благодетеля. Если же случается, что целый народ посылает такое спасибо давно умершему благодетелю, с неба падает на его могилу яркий букет — звёздочка. И мне доставляет истинное удовольствие угадывать, — особенно в ночь под Новый Год — кому назначается этот благодарственный букет. В последний раз