Страница:БСЭ-1 Том 64. Электрофор - Эфедрин (1934).pdf/108

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

появления Э., развившего эти идеи. Но сами основатели Э. решительно отрицают связь их философии с субъективным идеализмом Беркли, заявляя, что в их взглядах преодолены оба философских направления: и материализм и идеализм. Это стремление подняться выше партий в философии особенно заметно в более поздних их произведениях.

Через 12 лет после появления своей первой открыто идеалистической работы Мах создает т. н. учение об элементах. Он предлагает исходить не из материи или духа, а из опыта, к-рый складывается из многообразных сочетаний элементов. Элементы это — непосредственно данные, пока неразложимые далее цвета, звуки, давления и т. д., находимые нами в опыте. Они выступают в зависимости от рода своей связи то как физические свойства то как психические. Напр. цвет есть физический объект, если мы обращаем внимание на зависимость его от освещающего его источника света, других цветов и т. д. Но тот же цвет — психологический объект, ощущение, если мы обращаем внимание на зависимость его от сетчатки. Т. о. физическое и психическое по существу тождественны, различаясь только в зависимости от точки зрения.

По собственному заявлению Маха, он перешел от своей прежней формулировки «мир, как комплекс ощущения» к формулировке «многообразия элементов опыта», чтобы избежать смешения его учения с «односторонней» теорией идеализма. Он считает, что учение об элементах преодолевает субъективный идеализм и его неприятное следствие — солипсизм, т. к. разрушает представление о субъективности ощущения, ибо элементы не являются обыкновенными человеческими ощущениями, к-рыми оперирует субъективный идеализм. Не научно, по мнению Маха, утверждение идеалистов, что основой наших ощущений является «Я» в обычном смысле этого слова, Мах говорит об «Я» в широком смысле слова, к-рое «включает весь мир», всю среду и «чужие Я». «Я» же в обычном смысле слова такая же «метафизическая» выдумка, как и понятия материи и субстанции.

Р. Авенариус развивает взгляды, тождественные по существу с учением об элементах, изложенным Махом в его более поздних произведениях. Субъект и объект растворяются в общем понятии «опыт». «Опыт» — это то, что найдено данным, обнимает меня самого, окружающую меня среду с составными частями (к которым причисляются мои ближние) и известные зависимости между частями опыта. «В каждом переживании чистого опыта мы всегда находим вместе „Я“ и среду. „Я“ не испытывается мной без среды и среда не испытывается мной без „Я“». Именно это взаимодействие «Я» и среды, а не субъект или объект объявляется отправным пунктом. Э. Авенариус называет это учение «принципиальной координацией» («Я» — центральный член, среда — противочлен). В границах «принципиальной координации» каждый элемент опыта можно рассматривать или в связи с «Я», относительно, или в обособленном виде, абсолютно. При абсолютном рассмотрении мы имеем дело с физическим миром, а при относительном рассмотрении — с психическими явлениями. Таким образом, как и Мах, Авенариус сводит различие между физическим и психическим только к различию точек зрения, «рассмотрению».

Подобно Маху, Авенариус утверждает, что он против субъективного идеализма, называет его «плодом психоза» и т. п. Он создает специальную теорию т. н. интроекции, которая, по его мнению, поясняет происхождение основного идеалистического заблуждения. Так же, как Мах, Авенариус протестует против обычного изображения ощущений как внутренних объективных явлений. Вкладывание ощущений в нас, мыслей в мозг Авенариус называет «интроекцией» (буквально значит «вкладывание внутрь»). Интроекция говорит «во мне» вместо того, чтобы сказать «передо мной», «делая из составной части (реальной) среды составную часть (идеального) мышления». В своем историческом развитии интроекция прошла ряд ступеней от примитивной формы первобытного анимизма до такой сложной и утонченной формы, как философский идеализм. Именно с момента зарождения интроекции мир стал раздваиваться на внутренний и внешний, на субъект и объект. Критика интроекции служит очищению опыта от ложных аналогий и гипотез и восстановлению «естественного» наивно-реалистического понятия о мире, которое якобы дано в учении о принципиальной координации.

Стремление избавиться от солипсизма ярко выражено также в учении Авенариуса о т. н. жизненных рядах, разработка к-рого является главным содержанием «Критики чистого опыта». Авенариус называет здесь психическое, т. е. данные опыта, выступающие в зависимости от состояния нервной системы, зависимым рядом, взятые вне зависимости от нервной системы  — независимым рядом опыта. В связи с понятием «чистого опыта», развиваемым в учении об элементах и принципиальной координации, стоит положенный в основу теории познания Махом и Авенариусом принцип «наименьшей траты сил» или «экономии мышления». Этот принцип введен в философию Э. в указанных выше ранних работах Маха и Авенариуса, где он использован для сведения мира к ощущениям. Устранение материи, объявление существующим только ощущений совершается во имя экономии мышления. «Все метафизическое должно быть изгнано из науки, как нечто нарушающее экономию мышления»,— пишет Мах.

Принцип экономии мышления находится в связи со взглядом Э. на познание как на биологический процесс приспособления человека к среде. Лучшая приспособленность существует при наименьшей трате сил. «Экономия мышления есть высшее выражение приспособления человека к среде» (Мах). Именно экономность мышления объявляется критерием истинности познания. На основе теории чистого опыта предлагается как метод исследования метод чистого описания непосредственно данного согласно принципу экономии мышления. Всякое объяснение объявляется «метафизикой».

Глубокой исчерпывающей критике подверг это философское течение с точки зрения диалектического материализма Ленин.

Выше было указано, что ясные, открыто выраженные в ранних произведениях субъективно-идеалистические предпосылки Э. затушевываются в более поздний период его развития в учении об элементах, принципиальной координации, жизненных рядах, претендующих на преодоление материализма и идеализма. Ленин показывает, что это «преодоление» оказывается просто спутыванием материализма и идеализма, смешением идеалистических посылок и отдельных материалистических выводов, следствием которого является поразительная непоследовательность, эклектичность, являющаяся харак-