Страница:Введение в археологию. Часть 1 (Жебелёв, 1923).pdf/159

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

самом замкнутое; что эти памятники входят в область „русских древностей“; что поэтому им может заниматься всякий, без надлежащего образования в области именно классической археологии. Печальное заблуждение! „Классические древности южной России“, „скифо-сарматские древности“ — лишь отдел классической археологии. Плодотворно изучать их может только археолог-классик; для научного занятия ими мало еще родиться, учиться и жить в России. Для этого нужно пройти хорошую и основательную школу, созданную дружными усилиями наших западных собратьев.

43. В тех успехах, которыми сопровождался прогресс классической археологии на Западе, начиная с 60-х и 70-х гг. прошлого века, русские археологи-классики также приняли свою долю участия. Разумеется, ие имея специальных археологических институтов в классических странах, Греции и Италии, русские ученые не имели возможности принимать непосредственного участия в расследовании, путем раскопок или снаряжения археологических экспедиций, памятников классической культуры[1]. Поэтому, то, что̀ сделано русскими археологами-классиками в смысле обогащения науки новым материалом, носит более или менее случайный характер и сводится к изданию тех памятников классического искусства, какие удалось им открыть и получить разрешение их опубликовать, во время их занятий в западно-европейских (а отчасти и русских) музеях и частных собраниях. Несмотря на неблагоприятно сложившиеся обстоятельства по части опубликования нового материала, русские археологи-классики внесли и тут свою долю работы[2].

  1. Щедрости русского мецената, С. С. Абамелек-Лазарева, наука обязана экспедициями в Пальмиру и Джераш (Gerasa) в Сирии. С. С. Абамелек-Лазарев, Пальмира, СПБ. 1884 (см. статью И. В. Помяловского в ЖМНП. 1884, июнь); Джераш, СПБ. 1897. Результаты экспедиции в Пальмиру же, снаряженной, в 1900 г., Русским Археологическим Институтом в Константинополе, опубликованы в VII и VIII тт. Известий Института (Общий отчет Ф. И. Успенского; исследование Б. В. Фармаковского о фресках пещеры Мегарет-Абу-Схейль; издание и об‘ясненне П. К. Коковцовым пальмирских надгробных рельефов); результаты археологической поездки в Никомидию П. Д. Погодина и О. О. Вульфа сообщены во II т. „Известий“ Института.
  2. Указываю некоторые работы, посвященные изданию ранее неизвестного материала, распределяя последний по крупным отделам: а) Критско-микенская эпоха — Б. Л. Богаевский, Новое минойское кольцо с изображением культового танца (ЗКОРАО. VII): Б. В. Фармаковскпй, Стенная живопись Микенской эпохи (ЗРАО. IX, ср. Д. В. Айналов, там же X). б) Архаическая эпоха: G. Kieseritzky, Apollo von Naukratis (Arch. Jahrb. VII): О. Ф. Вальдгдуер, Часть архаического акролита (Сборник Мальмберга); С. А. Жебелев, Коринфский арибалл из собрания Л. И. Толстой (ЗКОРАО. VI); Софийская статуэтка-подставка (Сборник Мальмберга); И. П. Малев, Две архаические коринфские вазы из колекции В. В. Голубцова (ИАК. 58); М. И. Максимова, Три фаянсовые арибалла (ПММ. IV). в) Классическая эпоха: Б. В. Фармаковский Κεφαλὴ ἐφήβου (Έφ. Άρχ. 1897 = ЗРАО. VIII); С. А. Жебелев, Оксфордский бюст (ЗКОРАО. III); А. Н. ІЦукаров, Неизданный геро-