Страница:Гегель Г.В.Ф. - Наука логики. Т. 3 - 1916.djvu/150

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана
— 141 —

объекта, который тѣмъ самымъ непосредственно подчиненъ цѣли и не имѣетъ относительно нея никакого иного опредѣленія, кромѣ ничтожества его бытія въ себѣ и для себя.

Второе снятіе объективности черезъ объективность отличается отъ перваго тѣмъ, что первое, какъ первое, есть цѣль въ объективной непосредственности, и поэтому второе есть снятіе не только первой непосредственности, но и того, и другого — объективнаго, какъ чего-то только положеннаго, и непосредственнаго. Отрицательность возвращается такимъ путемъ въ себѣ саму такъ, что она есть равнымъ образомъ возстановленіе объективности, но какъ тожественной съ нею, и тѣмъ самымъ вмѣстѣ положеніе объективности, какъ опредѣленной лишь цѣлью, внѣшней. Чрезъ послѣднее этотъ продуктъ остается, какъ былъ ранѣе, также средствомъ; чрезъ первое онъ есть тожественная понятію объективность, реализованная цѣль, въ которой та сторона, по коей она есть средство, есть реальность самой цѣли. Въ выполненной цѣли средство исчезаетъ, потому что оно было лишь непосредственно подчиненная цѣли объективность, которая въ реализованной цѣли есть возвратъ цѣли въ саму себя; при этомъ далѣе и самое опосредованіе, которое есть нѣкоторое отношеніе внѣшняго, исчезаетъ отчасти въ конкретномъ тожествѣ объективной цѣли, отчасти въ немъ же, какъ отвлеченномъ тожествѣ и непосредственности существованія.

Тутъ также содержится опосредованіе, которое требуется для первой посылки, для непосредственнаго отношенія цѣли къ объекту. Выполненная цѣль есть также средство, и наоборотъ, истина средства состоитъ равнымъ образомъ въ томъ, чтобы быть самою реальною цѣлью, и первое снятіе объективности есть также уже и второе, какъ обнаружилось, что второе содержитъ въ себѣ также первое. А именно, понятіе опредѣляетъ себя, его опредѣленность ееть внѣшнее безразличіе, которое въ рѣшеніи опредѣлено непосредственно, какъ снятое, именно какъ внутреннее, субъективное и вмѣстѣ съ тѣмъ какъ предположенный объектъ. Дальнѣйшій выходъ изъ себя, явившійся именно, какъ непосредственное сообщеніе и подчиненіе подъ него предположеннаго объекта, есть вмѣстѣ съ тѣмъ снятіе той внутренней, заключенной въ понятіе, т.-е. положенной, какъ снятая, опредѣленности внѣшности, а равнымъ образомъ, предположенія объекта; тѣмъ самымъ это, повидимому, первое снятіе безразличной объективности есть также уже и второе, нѣкоторая прошедшая черезъ опосредованіе рефлексія въ себя и выполненная цѣль.

Такъ какъ понятіе тутъ въ сферѣ объективности, въ которой его опредѣленность имѣетъ форму безразличной внѣшности, находится во взаимодѣйствіи съ самимъ собою, то изложеніе его развитія становится здѣсь вдвойнѣ труднымъ и запутаннымъ, такъ какъ оно непосредственно есть само двоякое, и первое всегда есть также второе. Понятіе для себя, т.-е. въ своей субъективности, есть различеніе себя отъ себя, какъ непосредственной цѣлостности для себя; но такъ какъ здѣсь его опредѣленность есть безразличная внѣшность, то тѣмъ самымъ тожество съ самимъ собою есть также непосредственно опять-таки отталкиваніе отъ себя, такъ что опредѣленное, какъ внѣшнее и безразличное относительно него, есть скорѣе оно само, и оно, какъ оно само, какъ


Тот же текст в современной орфографии

объекта, который тем самым непосредственно подчинен цели и не имеет относительно неё никакого иного определения, кроме ничтожества его бытия в себе и для себя.

Второе снятие объективности через объективность отличается от первого тем, что первое, как первое, есть цель в объективной непосредственности, и поэтому второе есть снятие не только первой непосредственности, но и того, и другого — объективного, как чего-то только положенного, и непосредственного. Отрицательность возвращается таким путем в себе саму так, что она есть равным образом восстановление объективности, но как тожественной с нею, и тем самым вместе положение объективности, как определенной лишь целью, внешней. Чрез последнее этот продукт остается, как был ранее, также средством; чрез первое он есть тожественная понятию объективность, реализованная цель, в которой та сторона, по коей она есть средство, есть реальность самой цели. В выполненной цели средство исчезает, потому что оно было лишь непосредственно подчиненная цели объективность, которая в реализованной цели есть возврат цели в саму себя; при этом далее и самое опосредование, которое есть некоторое отношение внешнего, исчезает отчасти в конкретном тожестве объективной цели, отчасти в нём же, как отвлеченном тожестве и непосредственности существования.

Тут также содержится опосредование, которое требуется для первой посылки, для непосредственного отношения цели к объекту. Выполненная цель есть также средство, и наоборот, истина средства состоит равным образом в том, чтобы быть самою реальною целью, и первое снятие объективности есть также уже и второе, как обнаружилось, что второе содержит в себе также первое. А именно, понятие определяет себя, его определенность ееть внешнее безразличие, которое в решении определено непосредственно, как снятое, именно как внутреннее, субъективное и вместе с тем как предположенный объект. Дальнейший выход из себя, явившийся именно, как непосредственное сообщение и подчинение под него предположенного объекта, есть вместе с тем снятие той внутренней, заключенной в понятие, т. е. положенной, как снятая, определенности внешности, а равным образом, предположения объекта; тем самым это, по-видимому, первое снятие безразличной объективности есть также уже и второе, некоторая прошедшая через опосредование рефлексия в себя и выполненная цель.

Так как понятие тут в сфере объективности, в которой его определенность имеет форму безразличной внешности, находится во взаимодействии с самим собою, то изложение его развития становится здесь вдвойне трудным и запутанным, так как оно непосредственно есть само двоякое, и первое всегда есть также второе. Понятие для себя, т. е. в своей субъективности, есть различение себя от себя, как непосредственной целостности для себя; но так как здесь его определенность есть безразличная внешность, то тем самым тожество с самим собою есть также непосредственно опять-таки отталкивание от себя, так что определенное, как внешнее и безразличное относительно него, есть скорее оно само, и оно, как оно само, как