Страница:Летопись самовидца о войнах Богдана Хмельницкого (1846).djvu/31

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


ликая. Войско козацкое въ купу не зійшлося и орда не допустила скупитися, осадивши гетмана Хмелницкого въ поляхъ, и такъ наступовало жолнѣрство на Хмелницкого, же трупомъ жолнѣрскимъ козаки вта(!)борились, бо нетилко въ день, але у ночѣ бились у рукопашъ; аже въ таборъ козацкій и московскій драгунія уломилась была, которыхъ не такъ стрѣлбою, якъ оглоблями зъ саней били и многихъ побили, зъ которыхъ мало хто увойшолъ. Що видячи Хмелницкій, же такъ великая налога презъ дней три, казалъ табору руша(!)ти и просто на обозъ коронный ити, роспорадивши гарма(!)ты и пѣхоту. Що видячи жолнѣрове, мусѣли уступовати назадъ, также и орда, бо много Татаръ пропало. За которыми гетманъ Хмелницкій зъ войсками ишолъ; а войска коронные уступили за Богъ, а инные въ Полщу повернули, и усѣ войска коронные коло Подгоря держались, бо за(!)разъ на весну того жъ року его царское величество зъ великими потугами зъ Вязми выйшовши, и просто къ Вилню войною ишолъ, и усю Литву звоевалъ, и Вилню взялъ и усѣ городы, опрочъ Слуцка и Быхова. Тамъ же и козаки были при его царскомъ величеству, зостаючіе зъ Золотаренкомъ, и барзо здо(!)бычъ великую узяли. А гетманъ Хмелницкій, зъ войсками своими и его царского величества силами, подъ Лвовъ ходилъ и, облегши Лвовъ, разные городы побралъ и Люблинъ узялъ, и опустошилъ тоей землѣ не мало, бо не могли силы жолнѣрскіе опе(!)ртися, же и короля не мѣли у земли, а инные войска Шве(!)довѣ поподдавалися. На(!)ветъ и самъ гетманъ Радивилъ, будучи выгнанный зъ Вилня, поддался шведскому королевѣ зъ гетманемъ литовскимъ и усѣмъ войскомъ. А у Вилню зоставалъ воевода, и по инныхъ городахъ, такъ великихъ, яко и малыхъ, зоставали воеводове его царского величества, а звла(!)ща по столе(!)чныхъ, где воевода, яко то Вилня, Полоцко, Витепско, Минско, то бояре зоставали. Итакъ того року усю Литву звое(!)вано, и его царское величество повернулся на зиму знову до Вязми со всѣми силами. А Иванъ Золотаренко, повернувши отъ его царского величества зъ Литвы, подійшолъ зъ войсками козацкими подъ Быховъ Старый и тамъ оный въ обложенню держалъ, где на коню, подъ часъ потре(!)бы, оного на ге(!)рцу пострелено у ногу зъ мушке(!)та, отъ которой ноги и померъ подъ Быховымъ. И тамъ по смерти его якъ тѣло проважено до Нѣжина, въ скоромъ часѣ забунтовалося козацство, на своихъ старшинъ чернь повставала была, хотячи старшину побити; але старшина скупившися, многихъ съ чернѣ выстинали, бо чернь, напавши на возы купецкіе зъ горѣлками, оныхъ рабуючи, позапивалися, на которыхъ напавши старшина, выстинали, а приво(!)дцовъ повѣшали. Итакъ юже не могучи за непослуше(!)нствомъ болше держати Быхова въ обложеню и оный узяти не могучи, отступили назадъ на Украину, зоставивши тамъ полковника Нечая зъ войскомъ, которые тамъ и коло тамошнего повѣту Могилевскаго и коло инныхъ городовъ, ажъ по самый Гомель, стояли, бо тилко Быховъ Ляхамъ голдова(!)лъ.

О томъ зась тѣлѣ албо трупѣ того Ивана Золотаренка взмѣнку