Страница:Малышев. Курс гражданского судопроизводства. Т. I (1876).pdf/20

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
— 9 —

особенно дорожат этим однообразием судебных решений и на основании его строят целую систему права и процесса; так, например, делается это в Англии. И в самом деле, отвлеченное единство закона еще недостаточно для равноправности, если судебные решения по сходным делам противоречат одно другому, если одно взирает на лица, другое на посторонние делу обстоятельства, если сегодня суд держится одного мнения, а завтра другого о том же самом предмете. Напротив, сходные элементы судебных решений составляют настоящее практическое право народа в отличие от законов, писанных на бумаге. Эти элементы часто состоят в простых цитатах закона, однако не всегда так. Постоянно работая в формах процесса, судебная практика непременно развивает его в хорошую или дурную сторону. В ней постепенно раскрываются отдельные понятия, неопределенные прямо законом, установляются частные положения, накопляемые по мере судебного опыта и дополняющие собой пробелы законодательства. Остановить это движение жизни невозможно, как бы ни был подробен судебный устав, лежащий в основании процесса. И если общие начала закона правильны и достаточно ясны, можно ожидать, что и развитие их в практике будет следовать доброму направлению. Весьма важно здесь, чтобы на этом пути судебная практика руководилась здравою теориею процесса, чтобы розыскания науки освещали ей путь во всех направлениях. Наука должна стоять в тесном союзе с практикою и неуклонно следить за результатами практического развития процесса. Она получит тем более силы и власти над этим миром, чем более явлений действительности сумеет обобщить и подчинить своим законам.

Определим теперь несколько точнее отношения науки к этому материалу. Понятно, что он сохраняет и в теории свой индуктивный характер. Первоначальные операции над судебными решениями производятся индуктивным путем, посредством вывода, сравнения и группировки отдельных положений; масса их относится к теории как один из ее элементов, подчиненный законодательству страны. Но, когда эта предварительная работа окончена, наука идет уже дедуктивным методом, подчиняя разрозненные явления действительности своим общим понятиям и положениям. Именно в этом законченном виде, в этой самобытности и самостоятельности, она оказывается полезною для практики. Мир судебного опыта разнообразен до бесконечности, и, если теория с своей стороны не даст нам общих начал, лежащих в основании этой пестроты явлений, если она сама будет ссылаться на отдельные судебные решения, как на авторитет для себя, то задача науки не будет выполнена и нескончаемая вереница явлений будет закрывать нам глаза от единой и цельной природы процесса. Нечто подобное замечено в Англии, где наука представляет нам такой свод, построенный на авторитете судебных решений. Вот отзыв о ней английского судьи, мистера Кетли, данный им судебной комиссии парламента: „этот лес прецедентов“, говорит он, „составляет язву нашего права, система которого содержит в себе массу непримиримых решений и обращает взгляд юристов на мелочи, на детали, закрывая от них общие, научные начала права“[1]. А вот другой отзыв, профессора лондонского университета,

  1. Report of Com. on trib. of Commerce, 1871 г.