Страница:Московский телеграф 1827 № 15.pdf/505

оживить интересъ оныхъ, смѣшивая съ происшествіями современными холодныя аллегоріи и сельскія сцены, не имѣвшія никакого отношенія къ Риму, къ положенію и духу Римлянъ. Въ средніе вѣки, нѣкоторыя пѣсни Трубадуровъ имѣли характеръ Сельской Поэзіи, но совершенно отличный отъ Греческаго. Усилія, подражать древнимъ были поводомъ къ смѣшнымъ противорѣчіямъ. Мифологическіе пастухи златаго вѣка говорили языкомъ влюбленныхъ рыцарей и въ сельскихъ хижинахъ повторяли интриги, бывшія принадлежностію готическихъ замковъ феодальныхъ Бароновъ. Таковы Французскія эклоги Д'Юрфе, Испанскія Монтемаіора и многихъ другихъ, остроумно осмѣянныхъ Сервантесомъ. Сельская Поэзія начинала мерять всю свою прелесть, не смотря на усилія нѣкоторыхъ Французскихъ писателей. Гесперъ рѣшился обратиться опять къ Грекамъ и его идилліи, впрочемъ не имѣющія никакого отношенія къ современному міру навсегда останутся, какъ произведенія искуства, счастливымъ подражаніемъ. Онъ умѣль сохранять въ своихъ произведеніяхъ соотвѣтственный тонъ и цвѣтъ, умѣлъ всегда оставаться въ одной сферѣ, тогда, какъ всѣ другіе сельскіе поэты увлекались внѣшнимъ вліяніемъ и форма ихъ произведеній принимала противные сущности образы. Вообще въ эклогахъ Французскихъ и Испанскихъ господствуетъ форма рыцарскихъ романсовъ; Госпожа Дезульеръ иногда сбивается на пѣсенный ладъ, иног да идиллія ея превращаются въ элегію; Фонтенель, Французский остроумецъ, вытягиваетъ свои эклоги подъ современную форму дидактическихъ посланій, коихъ нерѣдко проглядываютъ эпиграммы.