Страница:Нечистая, неведомая и крестная сила (Максимов).pdf:ВТ/199

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана
198


точием политической жизни и прикрытиями дальнейшего её разветвления по междуречьям, в дремучих непочатых лесах. Сюда врубился топор и при содействии огнива проложил дороги и отвоевал места, удобные для земледелия, а стало быть, и для оседлой жизни. На срубленном и спаленном лесе объявились огнища или пожоги, они же новины, или кулиги — места, пригодные для распашки. Народился на русской земле, в самое первое время её истории, особый класс поселян-огнищан или «житых людей», хозяев-землевладельцев, крестьян-пахарей; выработался особенный вид крестьянского хозяйства, огневого или кулижного, общего всей северной лесной России, доживший от времен Рюрика до наших дней[1].

Но, составляя основу человеческой культуры на земле, огонь, вместе с тем, является и истребителем её: при неудачном и несчастливом применении, он временами проявляет могучую и страшную силу, которая сметает с лица земли все, что попадается ей на пути, и которая заставляла первобытных людей в благоговейном трепете поклоняться огню и умилостивлять его молитвами и жертвами. Та же сила поддерживает и в современном поколении неизбывное тревожное состояние души, и в этом отношении лесная и деревянная Русь находится даже в особенном, исключительном положении перед прочими странами: она представляет собой как
  1. Тот же огонь, который пособил земледелию укорениться в лесах, содействовал в степных местах развитию скотоводства «напуском палов», или искусственных пожаров, осенью или ранней весною, выжигающих все луга, пастбища и покосы, чтобы старая трава — ветошь не мешала расти молодой и чтобы попутно сгорали зародыши вредных насекомых, до саранчи включительно.