Страница:Падение царского режима. Том 4.pdf/10

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

слушаться»; Царю я передал этот разговор и говорил о пользе отъезда Распутина в Тобольск.

Размер влияния Распутина нам был не ясен. Все мы думали, что он имеет силу через Вырубову и царицу. Только в течение октября и ноября стало выясняться его влияние на царя непосредственно. Первый заметил это Бадмаев, который сказал: «а ведь царь его слушается». Позднее Курлов сказал: «да, даже страшно делается». Помнится, я на это ответил: «но как же тут быть? вот он скоро в Тобольск уедет» (на свадьбу дочери). Приблизительно в это время принял должность Куколь. Царя я не видел до убийства Распутина. С последним я продолжал видеться у Бадмаева. Обычно, так как я не знал, когда его звали, за мной заезжал Курлов, либо мне звонили по телефону. Обыкновенно Распутин сидел недолго, случалось, что я приезжал уже после его отъезда. Раз или два был с ними[*] и Васильев. На квартире у Распутина я был два раза. Раз с Бадмаевым, который сказал, что Распутин обижается, что к нему не приезжаем. Курлов высказался против, так как это не осторожно. Бадмаев сказал: «да чего тут скрываться, с ним сам царь дружит», — и поехали Бадмаев и я. В другой раз был по вызову Вырубовой, переданному через сестру Воскобойникову. Оба раза у него было несколько человек, — помню, мать и дочь Головины, Воскобойникова, Вырубова. Из моего плана прошло только одно: публичных скандалов не было, просьбы Распутина разбирал внимательно Курлов, исполнялось только справедливое, но, оценивая теперь прошлое, вижу, что из дальнейших моих планов ничего бы не вышло. Влияние Распутина было громадное: он был как член семьи. Верховное командование было принято царем после долгих колебаний, по решительному совету Распутина. Однако, смерть Распутина была принята царем и царицей спокойно: ни слез я не видел, ни получил упрека. Когда здесь был румынский принц, прошел слух, что за него выходит великая княжна Мария (кажется).[*] Я спросил царицу: можно ли ее поздравить с будущей свадьбой. Она с сердцем ответила: «что это за пустяки говорят. Я дочь без любви не отдам замуж, я знаю, что такое политические браки». Теперь я чувствую себя виноватым, что шел: не тем путем, каким надо было итти, чтобы оттянуть революцию. Моя доля влияния служила правым партиям для передачи царю их оценки положения с их прямолинейными способами считаться с движением. Окруженный людьми правого направления, я сделался передатчиком их взглядов и их оценки современного положения вещей. Эта оценка находила симпатии у царя, который был тоже правым. Дни общих собраний Думы, как теперь понимаю, не могли быть посвящены законодательству и бюджету, а непременно самым резким нападкам на власть, что и было. Это давало правым внешне справедливый повод искренно говорить, что Дума не работает, а поднимает настроение страны (а я теперь вижу, что она его