Страница:Падение царского режима. Том 7.pdf/234

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

совета. Я помню, высказывалось опасение, что обсуждение этого вопроса в законодательных учреждениях может вызвать неприятные разговоры и обострить партийные отношения. Многие члены Государственной Думы находили это нежелательным. Я тогда говорил с некоторыми видными евреями, и они были решительно против обсуждения в законодательных учреждениях.

Председатель. — Так что мысль о проведении его чрез законодательные учреждения была поставлена?

Щербатов. — Я не помню, было ли это поставлено в совете министров или отдельными министрами. Но тогда было это признано несвоевременным и, по тогдашнему острому моменту, нежелательным.

Председатель. — Может быть, вы вспомните несколько подробнее ваше представление по этому вопросу государю?

Щербатов. — Нет, совершенно не помню. Помню только, что никакого противодействия не было.

Председатель. — При вас Дума заседала?

Щербатов. — Да, заседала.

Председатель. — Вы не припомните запроса, предъявленного в Думе по поводу Иваново-Вознесенского дела, столкновение с рабочими и расстрел нескольких человек? Что вам известно по этому делу?

Щербатов. — На этот запрос должен был отвечать Джунковский, и как раз накануне он был уволен. Тогда это дело могло принять те или другие формы, но после того, как он был уволен, острота этого вопроса в Думе отошла, потому что уход чрезвычайно взволновал Думу. Здесь я помню, единственный раз, что перлюстрация (тогда было представлено одно письмо) дала, в известной степени, объективную картину дела. Было письмо одной школьной учительницы, свидетельницы этого, которая все описывала и очень сожалела об этом случае. По ее мнению, толпа вела себя так, что солдаты, из чувства самообороны, должны были стрелять. Я помню, что это было единственное письмо, которое дало нечто реальное.

Председатель. — Скажите, пожалуйста, вам департамент полиции и товарищ министра докладывали о провокационной подкладке этого дела, то-есть о том, что толпу вывели на улицу агенты тайной полиции, в результате чего произошел расстрел?

Щербатов. — Джунковский этому не верил.

Председатель. — Он просто не верил или приводил какие-нибудь конкретные данные?

Щербатов. — Нет, я помню, он этому не верил.

Председатель. — То-есть из априорного отношения к возможности провокации или после обследования данного случая?

Щербатов. — Не сумею вам сказать. Он отвечал по этому вопросу в Думе.