Страница:Сочинения Платона (Платон, Карпов). Том 1, 1863.pdf/267

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
234
ЛАХЕСЪ.

этой науки; то преподавателямъ ея должно бы знать, что они, гораздо болѣе прочихъ Эллиновъ, любятъ подобныя занятія, и, что оцѣненный ими въ этомъ отношеніи, какъ и трагикъ, оцѣненный нами, собралъ бы много денегъ и у другихъ Грековъ. B. По этому, кто почитаетъ себя хорошимъ писателемъ трагедій; тотъ не странствуетъ за предѣлами Аттики, чтобы показать свое искуство въ другихъ городахъ, но тотчасъ идетъ сюда и здѣсь даетъ свои представленія: такъ и должно быть[1]. Напротивъ для людей, сражающихся въ полномъ вооруженіи, Лакедемонъ, какъ видно, есть недоступное святилище, куда они не смѣютъ занесть и ногу, а только ходятъ вокругъ его границъ, показывая свою науку каждому и даже тѣмъ, которые сами сознаются, что между ими многіе, въ знаніи военнаго дѣла, превосходнѣе этихъ учителей. При C. томъ, мнѣ случалось, Лизимахъ, быть съ нѣкоторыми изъ такихъ людей на самомъ дѣлѣ, — и вижу, что они значатъ. Да можно судить и по тому, что изъ всѣхъ искусниковъ сражаться въ полномъ вооруженіи, будто нарочно, ни одинъ не прославился на войнѣ; между тѣмъ какъ по прочимъ наукамъ, которыя входили въ кругъ ихъ занятій, иные сдѣлались извѣстными. Эти-то искусники, кажется, болѣе другихъ и терпятъ неудачи. Вотъ хоть бы тотъ Стезилай, котораго D. вы со мною видѣли въ толпѣ, и который такъ хвастался и

  1. Науки и искуства во всѣ времена свидѣтельствовали объ извѣстномъ характерѣ и направленіи обществъ. Въ этомъ отношеніи о каждомъ государствѣ можно утверждать тоже, что говорятъ объ одномъ человѣкѣ: скажите мнѣ, съ кѣмъ онъ знакомъ, — я скажу вамъ, каковъ онъ. Разсмотрите общественныя занятія и удовольствія народа; — вамъ не трудно будетъ опредѣлить нравственное его состояніе и понять, какова его жизнь въ настоящемъ и судьба въ будущемъ. Вникните, чѣмъ любуется народный геній, — вы уразумѣете его достоинства и слабости, его здоровье и болѣзни. Смѣли ли сбѣгаться въ Лакедемонъ всесвѣтные скоморохи, гдѣ не терпѣлось ничего чуждаго, гдѣ строгость жизни простиралась даже до суровости нравовъ и смягчалась только пламенною любовію къ отечеству? Тамъ не было блеска и роскоши; но за то тамъ царствовали довольство, спокойствіе и слава. Напротивъ Аѳиняне принимали безъ разбора всѣхъ иностранцевъ, стекались на зрѣлища, жаждали новостей, жили воображеніемъ, но теряли чувство народности, трепетали предъ призраками, боялись самихъ себя и ранѣе всѣхъ другихъ Грековъ изгладили въ себѣ характеръ Эллинизма.
Тот же текст в современной орфографии

этой науки; то преподавателям её должно бы знать, что они, гораздо более прочих Эллинов, любят подобные занятия, и, что оцененный ими в этом отношении, как и трагик, оцененный нами, собрал бы много денег и у других Греков. B. Поэтому, кто почитает себя хорошим писателем трагедий; тот не странствует за пределами Аттики, чтобы показать свое искусство в других городах, но тотчас идет сюда и здесь дает свои представления: так и должно быть[1]. Напротив для людей, сражающихся в полном вооружении, Лакедемон, как видно, есть недоступное святилище, куда они не смеют занесть и ногу, а только ходят вокруг его границ, показывая свою науку каждому и даже тем, которые сами сознаются, что между ими многие, в знании военного дела, превосходнее этих учителей. При C. том, мне случалось, Лизимах, быть с некоторыми из таких людей на самом деле, — и вижу, что они значат. Да можно судить и по тому, что из всех искусников сражаться в полном вооружении, будто нарочно, ни один не прославился на войне; между тем как по прочим наукам, которые входили в круг их занятий, иные сделались известными. Эти-то искусники, кажется, более других и терпят неудачи. Вот хоть бы тот Стезилай, которого D. вы со мною видели в толпе, и который так хвастался и

————————————

  1. Науки и искусства во все времена свидетельствовали об известном характере и направлении обществ. В этом отношении о каждом государстве можно утверждать тоже, что говорят об одном человеке: скажите мне, с кем он знаком, — я скажу вам, каков он. Рассмотрите общественные занятия и удовольствия народа; — вам не трудно будет определить нравственное его состояние и понять, какова его жизнь в настоящем и судьба в будущем. Вникните, чем любуется народный гений, — вы уразумеете его достоинства и слабости, его здоровье и болезни. Смели ли сбегаться в Лакедемон всесветные скоморохи, где не терпелось ничего чуждого, где строгость жизни простиралась даже до суровости нравов и смягчалась только пламенною любовью к отечеству? Там не было блеска и роскоши; но за то там царствовали довольство, спокойствие и слава. Напротив Афиняне принимали без разбора всех иностранцев, стекались на зрелища, жаждали новостей, жили воображением, но теряли чувство народности, трепетали пред призраками, боялись самих себя и ранее всех других Греков изгладили в себе характер Эллинизма.