Страница:Сочинения Платона (Платон, Карпов). Том 3, 1863.pdf/495

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
490
ПОЛИТИКА ИЛИ ГОСУДАРСТВО.

сказать, думаю, сотворилъ Богъ. Или онъ сотворилъ иную какую? — Думаю, не иную. — Одна опять, которую построилъ плотникъ. — Да, сказалъ онъ. — И наконецъ одна, которую нарисовалъ живописецъ? Не такъ ли? — Пусть такъ. — Стало-быть, живописецъ, скамейный мастеръ, Богъ — три предстоятеля надъ тремя видами скамей. — Да, три. — Богъ-то, либо C. потому, что не хотѣлъ, либо по какой необходимости, чтобы въ природѣ сотворена была не больше, какъ одна скамья, такъ и сотворилъ — одну и единственную[1] скамью; а двѣ, или болѣе такихъ, насаждены Богомъ не были и не будутъ. — Какъ быть? сказалъ онъ. — И это потому, продолжалъ я, что еслибы онъ сотворилъ ихъ двѣ по одной, то опять явилась бы одна, которой видъ имѣли бы обѣ онѣ, и сущая скамья была бы та одна, а не эти двѣ. — Правильно, сказалъ онъ. — Съ этою-то D. мыслію, думаю, Богъ, желая по-истинѣ быть творцомъ дѣйствительно сущей, а не какой-нибудь скамьи, и не какимъ-нибудь скамейнымъ мастеромъ, родилъ ее въ природѣ одну. — Вѣроятно. — Такъ хочешь ли, мы назовемъ его насадителемъ этого, или подобнымъ тому именемъ? — Да и справедливо, сказалъ онъ, ибо чрезъ насажденіе-то сотворено имъ и это, и все другое. — Что же? А плотника, стало-быть, не назовемъ художникомъ скамьи? — Да. — Неужели и живописцу не дадимъ имени ея художника и творца? — Никакъ. — Кѣмъ же назовешь ты его въ отношеніи къ скамьѣ? — Мнѣ кажется, E. самое приличное ему названіе будетъ — подражатель тому, что тѣ производятъ, отвѣчалъ онъ. — Пускай, примолвилъ я;

    по которой выраженіе ἐν τῇ φὑσει я перевожу словомъ въ насажденномъ, а слѣдующее далѣе имя Творца — φυτουργὸς — словомъ насадитель.

  1. Одну и единственную, μίαν μόνην. Ἕν καὶ μόνον у Платона нерѣдко употребляются въ непосредственной связи: но это никакъ не тожесловіе. Ἓν означаетъ единство вещи самой въ себѣ, или численную единицу, и поставляется въ отношеніе къ δύο, τρία. и т. д.; а μόνον выражаетъ уединеніе вещи, исключительность ея, и противуполагается слову προςήκον или συγγενές. Tiersch. Specim. Critic. p. 47 sq. Schaefer. Meletem, p. 19 sq. Такъ употребляли эти слова и латинскіе писатели. Terent. Adelph. V, 3, 46: Solum unum hoc vitium affert hominibus. Cicer. in Pison. e. 40: Cives Romani — te unum solum suum depeculatorem, vexatorem, prædonem, hostem venisse senserunt.
Тот же текст в современной орфографии

сказать, думаю, сотворил Бог. Или он сотворил иную какую? — Думаю, не иную. — Одна опять, которую построил плотник. — Да, сказал он. — И наконец одна, которую нарисовал живописец? Не так ли? — Пусть так. — Стало быть, живописец, скамейный мастер, Бог — три предстоятеля над тремя видами скамей. — Да, три. — Бог-то, либо C. потому, что не хотел, либо по какой необходимости, чтобы в природе сотворена была не больше, как одна скамья, так и сотворил — одну и единственную[1] скамью; а две, или более таких, насаждены Богом не были и не будут. — Как быть? сказал он. — И это потому, продолжал я, что если бы он сотворил их две по одной, то опять явилась бы одна, которой вид имели бы обе они, и сущая скамья была бы та одна, а не эти две. — Правильно, сказал он. — С этою-то D. мыслью, думаю, Бог, желая поистине быть творцом действительно сущей, а не какой-нибудь скамьи, и не каким-нибудь скамейным мастером, родил ее в природе одну. — Вероятно. — Так хочешь ли, мы назовем его насадителем этого, или подобным тому именем? — Да и справедливо, сказал он, ибо чрез насаждение-то сотворено им и это, и всё другое. — Что же? А плотника, стало быть, не назовем художником скамьи? — Да. — Неужели и живописцу не дадим имени её художника и творца? — Никак. — Кем же назовешь ты его в отношении к скамье? — Мне кажется, E. самое приличное ему название будет — подражатель тому, что те производят, отвечал он. — Пускай, примолвил я;

————————————

    по которой выражение ἐν τῇ φὑσει я перевожу словом в насажденном, а следующее далее имя Творца — φυτουργὸς — словом насадитель.

  1. Одну и единственную, μίαν μόνην. Ἕν καὶ μόνον у Платона нередко употребляются в непосредственной связи: но это никак не тожесловие. Ἓν означает единство вещи самой в себе, или численную единицу, и поставляется в отношение к δύο, τρία. и т. д.; а μόνον выражает уединение вещи, исключительность её, и противуполагается слову προςήκον или συγγενές. Tiersch. Specim. Critic. p. 47 sq. Schaefer. Meletem, p. 19 sq. Так употребляли эти слова и латинские писатели. Terent. Adelph. V, 3, 46: Solum unum hoc vitium affert hominibus. Cicer. in Pison. e. 40: Cives Romani — te unum solum suum depeculatorem, vexatorem, prædonem, hostem venisse senserunt.