Страница:Сочинения Платона (Платон, Карпов). Том 3, 1863.pdf/513

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
508
ПОЛИТИКА ИЛИ ГОСУДАРСТВО.

порчи кушаньевъ, какова бы ни была ихъ давность, протухлость, или что другое; но если порча кушаньевъ зародитъ въ тѣлѣ порчу тѣлесную, мы скажемъ, что тѣло, при посредствѣ ихъ, погибло отъ собственнаго зла — отъ болѣзни; а отъ порчи кушаньевъ, которыя — не то, что тѣло, какъ отъ зла чужаго, 610. пока оно не зараждаетъ зла, свойственнаго тѣлу, тѣло, будемъ утверждать, никогда не разрушится. — Очень правильно говоришь, сказалъ онъ. — По этой же самой причинѣ, продолжалъ я, порча тѣла, какъ зло другое для другаго, не можетъ сообщать душѣ порчи душевной; и мы никогда не согласимся, что душа погибаетъ отъ зла чужаго, безъ порчи собственной. — Основательно, сказалъ онъ. — Итакъ, либо обличимъ B. себя, что говоримъ нехорошо, либо, пока не будемъ обличены, никакъ не скажемъ, что душа или отъ горячки, или отъ другой болѣзни, или отъ меча, — на какія бы малыя части кто ни изрѣзалъ цѣлое тѣло, — по этимъ причинамъ когда-нибудь погибаетъ; развѣ пусть докажутъ намъ, что чрезъ эти тѣлесныя страданія она дѣлается несправедливѣе и нечестивѣе. Пока въ чемъ-нибудь есть зло чужое, а свойственнаго отдѣльной вещи нѣтъ; дотолѣ мы никому не позволимъ C. утверждать, что душа, или что другое подвержено гибели. — Но того-то, конечно, никто не докажетъ, сказалъ онъ, что души умирающихъ, отъ смерти дѣлаются несправедливѣе. — А кто, не желая поставить себя въ необходимость признавать душу безсмертною, осмѣлится туда же идти съ своимъ словомъ и говорить, что умирающій бываетъ злѣе и несправедливѣе; тому мы, конечно, скажемъ, что, какъ скоро говорящій это говоритъ правду, — несправедливость для того, кто ее имѣетъ, D. смертоносна, какъ болѣзнь, и что, такъ какъ она убиваетъ своею природою, принимающіе ее умираютъ — одни, больше причастные ей, — скорѣе, другіе, меньше, — медленнѣе, между тѣмъ какъ теперь не то — несправедливые умираютъ отъ казни за несправедливость, предписываемой другими. — Но ради Зевса, сказалъ онъ; несправедливость, стало-быть, является не очень страшною, если для принимающаго ее она смер-

Тот же текст в современной орфографии

порчи кушаньев, какова бы ни была их давность, протухлость, или что другое; но если порча кушаньев зародит в теле порчу телесную, мы скажем, что тело, при посредстве их, погибло от собственного зла — от болезни; а от порчи кушаньев, которые — не то, что тело, как от зла чужего, 610. пока оно не зарождает зла, свойственного телу, тело, будем утверждать, никогда не разрушится. — Очень правильно говоришь, сказал он. — По этой же самой причине, продолжал я, порча тела, как зло другое для другого, не может сообщать душе порчи душевной; и мы никогда не согласимся, что душа погибает от зла чужего, без порчи собственной. — Основательно, сказал он. — Итак, либо обличим B. себя, что говорим нехорошо, либо, пока не будем обличены, никак не скажем, что душа или от горячки, или от другой болезни, или от меча, — на какие бы малые части кто ни изрезал целое тело, — по этим причинам когда-нибудь погибает; разве пусть докажут нам, что чрез эти телесные страдания она делается несправедливее и нечестивее. Пока в чём-нибудь есть зло чужое, а свойственного отдельной вещи нет; дотоле мы никому не позволим C. утверждать, что душа, или что другое подвержено гибели. — Но того-то, конечно, никто не докажет, сказал он, что души умирающих, от смерти делаются несправедливее. — А кто, не желая поставить себя в необходимость признавать душу бессмертною, осмелится туда же идти со своим словом и говорить, что умирающий бывает злее и несправедливее; тому мы, конечно, скажем, что, как скоро говорящий это говорит правду, — несправедливость для того, кто ее имеет, D. смертоносна, как болезнь, и что, так как она убивает своею природою, принимающие ее умирают — одни, больше причастные ей, — скорее, другие, меньше, — медленнее, между тем как теперь не то — несправедливые умирают от казни за несправедливость, предписываемой другими. — Но ради Зевса, сказал он; несправедливость, стало быть, является не очень страшною, если для принимающего ее она смер-