Страница:Тимей и Критий (Платон, Малеванский).pdf/283

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана
4

чайаоѳ одобреніе, такъ что тебѣ непремѣнно овазаво будетъ снисхожденіе уже въ полвов мѣрѣ, если только ты надѣешься быть способвымъ взять на себя его дѣло (про[1][2] должѳвія его поемы).

Гермократъ. — Конечно, Сократъ, что говоришь ты ему, то относишь и ко мнѣ... Но вѣдь, Критій, несмѣлые, люди никогда еще не водружали побѣдныхъ трофеевъ; а потому тебѣ сейчасъ же слѣдуетъ, призвавши Пэонаи Музъ, храбро выступить съ словомъ — открыть (намъ) и воспѣть древнихъ доблестныхъ гражданъ.

Критій. О — да, любезный Гермократъ, ты конечно можешь храбриться, стоя въ заднемъ ряду, и имѣя впереди себя другаго, но каково-то этому другому, сейчасъ покажетъ тебѣ само дѣло. Но, такъ какъ ты ободряешь и побуждаешь, то, такъ и быть, нужно тебя послушаться, да, кромѣ поименованныхъ тобою божествъ, призвать еще и прочихъ, въ особенности же — Мнемозину ’), потому что

  1. III). Если же онъ, кромѣ того, и Тимэя величаетъ поэтомъ, то это потому, что Платону угодно было изъ скромности и весь діалогъ, вложенный въ уста Тимэя — свое изслѣдовапіе о вселенной назвать поэтическимъ сказаніемъ (μύθος) для того, чтобъ кто либо не вздумалъ усвоягь ему большаго вѣроятія и значенія, чѣмъ какого можетъ заслуживать подобное сказаніе.
    • ) Пэонъ (Παιήων, Παιών, Παιάν) — цѣлитель у Гомера (П, 5, 405. 899) есть еще особая самостоятельная личность всезнающаго врача олимпійскихъ боговъ, а позднѣе это уже не личность, а простой епитетъ или титулъ разныхъ другихъ божествъ обладающихъ силою исцѣленія душъ и тѣхъ, какъ напр. Аполлона (Софоклъ О. Г. 154), Асклепія (Vergil. А. 7), Діонпса и даже Ѳанатоса, поколику и смерть есть освободительница отъ болѣзней (Еврипидъ въ Ипполитѣ ст. 1373). Но здѣсь очевидно Пэонъ принимается за особое живое божество, къ которому можно и должно обращаться съ молитвою.
  2. Мнемозина — память, припоминаніе въ Гомеровскомъ гимнѣ къ Гермезу, да и въ Ѳеогоніи Гезіода (ст. 54. 135. 915 и др.) есть дочь Урана и мать всѣхъ остальныхъ музъ, рожденпыхъ ею отъ Зевса. Другими словами, память, по мысли древнихъ, была матерію, отъ которой родились всѣ искусства, особенно же разные виды поэзіи. И это видимъ естественно, потому что до изобрѣтенія письменъ память служила единственнымъ средствомъ передачи добытыхъ знаній и созданныхъ поэзіею пѣсней. Сравни объ этомъ Федръ р. 259: 274. 275. И вотъ почему Критій, собираясь говорить о вещахъ, нигдѣ не записанныхъ и дошедшихъ до него путемъ устнаго преданія, считаетъ необходимымъ преимущественно предъ всѣми божествами призвать па помощь Мнемозину.
Тот же текст в современной орфографии

чайаоф одобрение, так что тебе непременно овазаво будет снисхождение уже в полвов мере, если только ты надеешься быть способвым взять на себя его дело (про[1][2] должфвия его поемы).

Гермократ. — Конечно, Сократ, что говоришь ты ему, то относишь и ко мне... Но ведь, Критий, несмелые, люди никогда еще не водружали победных трофеев; а потому тебе сейчас же следует, призвавши Пэонаи Муз, храбро выступить с словом — открыть (нам) и воспеть древних доблестных граждан.

Критий. О — да, любезный Гермократ, ты конечно можешь храбриться, стоя в заднем ряду, и имея впереди себя другого, но каково-то этому другому, сейчас покажет тебе само дело. Но, так как ты ободряешь и побуждаешь, то, так и быть, нужно тебя послушаться, да, кроме поименованных тобою божеств, призвать еще и прочих, в особенности же — Мнемозину ’), потому что

  1. III). Если же он, кроме того, и Тимэя величает поэтом, то это потому, что Платону угодно было из скромности и весь диалог, вложенный в уста Тимэя — свое исследовапие о вселенной назвать поэтическим сказанием (μύθος) для того, чтоб кто либо не вздумал усвоягь ему большего вероятия и значения, чем какого может заслуживать подобное сказание.
    • ) Пэон (Παιήων, Παιών, Παιάν) — целитель у Гомера (П, 5, 405. 899) есть еще особая самостоятельная личность всезнающего врача олимпийских богов, а позднее это уже не личность, а простой епитет или титул разных других божеств обладающих силою исцеления душ и тех, как напр. Аполлона (Софокл О. Г. 154), Асклепия (Vergil. А. 7), Дионпса и даже Фанатоса, поколику и смерть есть освободительница от болезней (Еврипид в Ипполите ст. 1373). Но здесь очевидно Пэон принимается за особое живое божество, к которому можно и должно обращаться с молитвою.
  2. Мнемозина — память, припоминание в Гомеровском гимне к Гермезу, да и в Феогонии Гезиода (ст. 54. 135. 915 и др.) есть дочь Урана и мать всех остальных муз, рожденпых ею от Зевса. Другими словами, память, по мысли древних, была материю, от которой родились все искусства, особенно же разные виды поэзии. И это видим естественно, потому что до изобретения письмен память служила единственным средством передачи добытых знаний и созданных поэзиею песней. Сравни об этом Федр р. 259: 274. 275. И вот почему Критий, собираясь говорить о вещах, нигде не записанных и дошедших до него путем устного предания, считает необходимым преимущественно пред всеми божествами призвать па помощь Мнемозину.