Страница:Тимей и Критий (Платон, Малеванский).pdf/306

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана
27

занностей каждаго изъ царей, и самымъ важнымъ между ними былъ законъ, чтобъ они не поднимали оружія другъ на друга, но напротивъ вступали бы въ общій между собою союзъ въ случаѣ, если бы который либо изъ вихъ задумалъ въ какомъ либо изъ государствъ истребить царскій родъ, и чтобы они, какъ и предки ихъ, всегда съобща обсуждали а рѣшали какъ военныя предпріятія, такъ и всякія другія дѣла, предоставляя первенство во всемъ атлантическому роду. Ни одинъ изъ царей не имѣлъ власти казвить смертію кого-либо изъ родственниковъ, если для этого не оказывалось болѣе половины изъ десяти (царскихъ) голосовъ.

XII. — Такую громадность, такое могущество и такое (прекрасное) устройство дало божество народамъ этихъ странъ но слѣдующей причинѣ, какъ гласитъ преданіе. Впродолженіе многихъ поколѣній, доколѣ была живодѣй-ствевна въ нихъ природа божества[1], овн обнаруживали покорность законамъ и находились въ отношенія содружества къ сродвому имъ божественному: въ вравахъ ихъ была истина и величіе; н въ постигающихъ несчастіяхъ я во взаимныхъ отношеніяхъ они всегда сохраняли кроткое терпѣніе и самообладаніе; все считала ничтожнымъ, всѣмъ пренебрегали, кромѣ одной добродѣтели; на груды золота и всякихъ иныхъ сокровищъ смотрѣли скорѣй какъ ва тяжесть, а не теряли головы упиваясь блескомъ богатства и, всегда будучи трезвыми, справедливо разсуждали, что хорошо, если вмѣстѣ съ умноженіемъ этихъ вещей возрастаетъ общая любовь и добродѣтель, но что если въ нимъ прилагается слишкомъ много сердца, если имъ усвояется слишкомъ большое зиачевіе, то и сами онѣ идутъ прахомъ и вмѣстѣ съ ними любовь и добродѣтель погибаетъ. Благодаря господству такого убѣжденія и сохраненію свойствъ боже-

  1. Природу эту они имѣли по наслѣдству рожденія отъ Поссейдона, который чрезъ свою смертную супругу передалъ ее прежде всего своимъ 10 сн-новьямъ, а эти — всему своему потомству. Но въ этомъ потомствѣ оиа, и о воззрѣнію Платона, была тѣмъ цѣлостнѣе, полнѣе и дѣйственнѣе, чѣмъ ближе оно стояло въ первому источнику ея, и напротивъ тѣмъ болѣе теряла свою силу, мельчала и такъ сказать улетучивалась, чѣмъ больше генеалогическихъ звеньевъ отдѣляло его отъ этого источника и чѣмъ болѣе многочисленномъ оно становилось.
Тот же текст в современной орфографии

занностей каждого из царей, и самым важным между ними был закон, чтоб они не поднимали оружия друг на друга, но напротив вступали бы в общий между собою союз в случае, если бы который либо из вих задумал в каком либо из государств истребить царский род, и чтобы они, как и предки их, всегда собща обсуждали а решали как военные предприятия, так и всякие другие дела, предоставляя первенство во всём атлантическому роду. Ни один из царей не имел власти казвить смертию кого-либо из родственников, если для этого не оказывалось более половины из десяти (царских) голосов.

XII. — Такую громадность, такое могущество и такое (прекрасное) устройство дало божество народам этих стран но следующей причине, как гласит предание. В продолжение многих поколений, доколе была живодей-ствевна в них природа божества[1], овн обнаруживали покорность законам и находились в отношения содружества к сродвому им божественному: в вравах их была истина и величие; н в постигающих несчастьях$6я во взаимных отношениях они всегда сохраняли кроткое терпение и самообладание; всё считала ничтожным, всем пренебрегали, кроме одной добродетели; на груды золота и всяких иных сокровищ смотрели скорей как ва тяжесть, а не теряли головы упиваясь блеском богатства и, всегда будучи трезвыми, справедливо рассуждали, что хорошо, если вместе с умножением этих вещей возрастает общая любовь и добродетель, но что если в ним прилагается слишком много сердца, если им усвояется слишком большое зиачевие, то и сами они идут прахом и вместе с ними любовь и добродетель погибает. Благодаря господству такого убеждения и сохранению свойств боже-

  1. Природу эту они имели по наследству рождения от Поссейдона, который чрез свою смертную супругу передал ее прежде всего своим 10 сн-новьям, а эти — всему своему потомству. Но в этом потомстве оиа, и о воззрению Платона, была тем целостнее, полнее и действеннее, чем ближе оно стояло в первому источнику её, и напротив тем более теряла свою силу, мельчала и так сказать улетучивалась, чем больше генеалогических звеньев отделяло его от этого источника и чем более многочисленном оно становилось.