Страница:Фет, Афанасий Афанасьевич. Ранние годы моей жизни.djvu/303

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
  
— 293 —

и бросился на графа Клейнмихеля. Видя неминуемую опасность, угрожавшую графу, сильный ротмистръ рукояткой палаша ударилъ, своего жеребца по затылку, и послѣдній, падая мертвымъ, сбросилъ на землю своего хозяина. Жаль только, что спасенный графъ не озаботился вознагражденіемъ бѣднаго офицера, лишившагося самаго цѣннаго достоянія.

Все вмѣстѣ взятое заставляло младшаго Петрова благоговѣть передъ старшимъ. Себя же Коля считалъ только особенно искусными въ техническихъ работахъ; но въ геніальномъ изобрѣтеніи конечно съ радостью уступалъ брату и съ умиленіемъ глядя на него говаривалъ: „Вася, ты выдумай, а я зроблю“.

По случаю полковаго сбора я мало по малу ознакомился со всѣми офицерами, между прочимъ и съ молодымъ небольшаго роста корнетомъ Ревеліоти. Сынъ отставнаго генералъ-лейтенанта, владѣвшаго въ Крыму богатыми имѣніями, юноша, надѣвъ офицерскіе эполеты, весь отдавался непосредственной радости молодой жизни; и когда я утромъ въ первый разъ взошелъ къ нему, то засталъ его въ халатѣ и въ восточныхъ сафьянныхъ туфляхъ на персидскомъ коврѣ передъ сидящими на стулѣ черномазыми и усатымъ грекомъ Кази, сонаслѣдникомъ тоже значительныхъ крымскихъ садовъ.

— Ты думаешь, я не умѣю плясать по татарски? весело воскликнулъ Ревеліоти: смотри, Кази, такъ что ли?

И вмѣстѣ съ этимъ онъ запѣлъ гортаннымъ голосомъ: талалай-лай-лай, и желтыя туфли замелькали по полу.

— Молодецъ, сочувственно отозвался Кази, про котораго, по случаю его невольнаго ежедневнаго бритья бороды, какой-то полковой риѳмоплетъ, должно быть Гайли, сказалъ, будто дѣти Кази (онъ былъ холостой):

Вчера родились,
Сегодня брились.

Жажда дѣятельности при полной обезпеченной праздности нашла у юноши единственный исходъ въ азартной игрѣ. Веселый Ревеліоти жаждалъ не выигрыша, а волненій, и хотя не разъ приходилось ему выписывать отъ отца денегъ, тѣмъ не менѣе въ большинствѣ случаевъ карты любили его и въ