Страница:Чюмина Стихотворения 1892-1897 2 издание.pdf/115

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


Безсмертное благоуханіе.

Когда красовалася роза Лагора
Хоть день посреди дорогого сосуда—
Вы можете вылить всю воду оттуда
Но запахъ чудесный исчезнетъ нескоро.

Краса этой розы была скоротечна,
Какъ пламя угасшей безвременно страсти,
Но даже въ сосудѣ, разбитомъ на части,
Ея ароматъ сохраняется вѣчно.

И сердцемъ исполненнымъ прежде любовью,
10 Теперь же—разбитымъ, сочащимся кровью
И горькою мукой объятомъ,
Не шлю я проклятій погибшей святынѣ:
Она наполняетъ его и донынѣ
Безсмертнымъ своимъ ароматомъ.

1894 г.

Тот же текст в современной орфографии
Бессмертное благоухание

Когда красовалася роза Лагора
Хоть день посреди дорогого сосуда —
Вы можете вылить всю воду оттуда
Но запах чудесный исчезнет нескоро.

Краса этой розы была скоротечна,
Как пламя угасшей безвременно страсти,
Но даже в сосуде, разбитом на части,
Её аромат сохраняется вечно.

И сердцем исполненным прежде любовью,
10 Теперь же — разбитым, сочащимся кровью
И горькою мукой объятом,
Не шлю я проклятий погибшей святыне:
Она наполняет его и доныне
Бессмертным своим ароматом.

1894 г.


Альбатросъ.

Во мглѣ холоднаго тумана,
На всемъ просторѣ океана,
Отъ полюса до южныхъ странъ—
Бушуетъ дико ураганъ.
Отчаянья и злобы полный,
Вздымаетъ онъ горою волны,
Съ сѣдою пѣной на хребтахъ.
Въ нависшихъ низко небесахъ
Рождаетъ тучу онъ за тучей,
10 И блескомъ молніи летучей
На мигъ бываетъ озаренъ
Покрытый мракомъ небосклонъ.

И только царь морей безбрежныхъ,
Паря надъ бездной волнъ мятежныхъ,
15 Гдѣ гибнутъ китъ и кашалотъ,—
Свершаешь смѣлый свой полетъ
Безъ колебаній и усилья…
Раскинувъ царственныя крылья,
Вперяя вдаль спокойный взоръ,
20 Какъ будто-бы небесъ просторъ
Имъ измѣряя,—надъ туманомъ,
Надъ безпощаднымъ ураганомъ,
Ниспровергающимъ утесъ,—
Побѣдно рѣетъ альбатросъ!

1894 г.

Тот же текст в современной орфографии
Альбатрос

Во мгле холодного тумана,
На всём просторе океана,
От полюса до южных стран —
Бушует дико ураган.
Отчаянья и злобы полный,
Вздымает он горою волны,
С седою пеной на хребтах.
В нависших низко небесах
Рождает тучу он за тучей,
10 И блеском молнии летучей
На миг бывает озарён
Покрытый мраком небосклон.

И только царь морей безбрежных,
Паря над бездной волн мятежных,
15 Где гибнут кит и кашалот, —
Свершаешь смелый свой полёт
Без колебаний и усилья…
Раскинув царственные крылья,
Вперяя вдаль спокойный взор,
20 Как будто бы небес простор
Им измеряя, — над туманом,
Над беспощадным ураганом,
Ниспровергающим утёс, —
Победно реет альбатрос!

1894 г.


Послѣдній Олимпіецъ.

Не разъ предо мною изъ тьмы возставало видѣнье
И снился мнѣ странный, не разъ повторявшійся сонъ:
Я видѣлъ за гранью на вѣкъ отошедшихъ временъ,
Когда чередою въ могилу сойдутъ поколѣнья—

Я видѣлъ себя одинокимъ въ предѣлахъ земли.
Все было кругомъ тишиною могильной объято,
Людей голоса, оглашавшіе землю когда-то,
И вопль океана,—затихли вдали…

Оставивъ орбиту, красы лишена и убранства,
10 Нарушивъ собою созвѣздій расчисленный ходъ,
Въ хаосѣ вселенной, среди міроваго пространства—
Земля уносилась безцѣльно впередъ.

Моря пересохли; изъ ихъ опустѣвшей пучины,
Подобно обломкамъ, вздымались наверхъ острова.

Тот же текст в современной орфографии
Последний Олимпиец

Не раз предо мною из тьмы восставало виденье
И снился мне странный, не раз повторявшийся сон:
Я видел за гранью навек отошедших времён,
Когда чередою в могилу сойдут поколенья —

Я видел себя одиноким в пределах земли.
Всё было кругом тишиною могильной объято,
Людей голоса, оглашавшие землю когда-то,
И вопль океана, — затихли вдали…

Оставив орбиту, красы лишена и убранства,
10 Нарушив собою созвездий расчисленный ход,
В хаосе вселенной, среди мирового пространства —
Земля уносилась бесцельно вперёд.

Моря пересохли; из их опустевшей пучины,
Подобно обломкам, вздымались наверх острова.