Страница:Шопенгауэр. Полное собрание сочинений. Т. III (1910).pdf/44

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
— 39 —

ного от непроизвольного в движениях тела, вполне выясняется, и не остается никакого основания к тому, чтобы принимать два совершенно различные пероисточника движения, — тем более что principia praeter necessitatem non sunt multiplicanda. Все это так ясно, что при беспристрастном обсуждении, с этой точки зрения, представляется почти нелепостью, когда заставляют тело служить двум господам, т. е. выводят его движения из двух совершенно различных первоисточников и, например, движения рук и ног, глаз, губ, горла, языка и легких, лицевых и брюшных мускулов приписывают воле, а движения сердца, жил, перистальтическое движение кишок, всасывание кишечных ворсинок и желез, а также все движения, служащие целям выделения, выводят из совсем другого, неизвестного нам и вовеки непостижимого начала, которое обозначают именами: vitalitas, архей, spiritus animalis, жизненная сила, творческий инстинкт; и все эти имена говорят не более, чем X[1].

Достойно внимания и поучительно проследить, как выдающийся ученый Тревиранус в своей книге: „Явления и законы органической жизни“, ч. I, стр. 178—185, старается выяснить относительно низших животных, инфузорий и зоофитов, какие из их движений произвольны и какие из них, по его выражению, чисто-автоматичны и механичны, — т. е. относятся просто к категории жизненных процессов. В основании его анализа лежит предположение, что он имеет дело с двумя изначально различными источниками движения; тогда как, в действительности, и те и другие движения исходят из воли, и все различие между ними заключается в том, чем они вызываются, раздражениями или мотивами, т. е. совершаются ли они при посредстве какого-нибудь мозга или нет; причем такое раздражение опять-таки может быть или чисто внутренним, или внешним. У некоторых, уже довольно высоко стоящих животных — черепокожных и даже

  1. Особенно не следует упускать из виду существования при различных выделительных процессах известного подбора, — смотря по тому, что̀ для каждого из них пригодно; нельзя, следовательно, отрицать произвола у органов, выполняющих эти процессы, — произвола, который должен даже опираться на известное глухое ощущение и при помощи которого всякий выделяющий орган из одной и той же крови выбирает лишь соответственное ему выделение и ничего более; так что печень из приливающей крови всасывает только желчь, отсылая прочь остальную кровь, слюнная железа и поджелудочная (pancreas) всасывает только слюни, почки — только мочу, половые органы — только семя и т. д. Можно поэтому уподобить выделяющие органы разнородному скоту, который, пасясь на одном и том же лугу, срывает каждый травку лишь по собственному вкусу.
    Прибавление к 3-му изданию.