Страница:1870, Russkaya starina, Vol 1. №1-6.pdf/11

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница выверена


замѣняла выдачу содержанія. Но результаты, добытые изъ сравненія двухъ различныхъ періодовъ развитія, обыкновенно ничего не доказываютъ, особенно когда и параллель не совершенно вѣрна. Как на Руси, такъ точно и въ Германіи, дружина находилась первоначально обыкновенно при князѣ и отнюдь не получала земель въ свое пользованіе; но отсюда однако нельзя заключать, что землевладѣнія дружина первоначально не знала, что оно явилось въ обѣихъ странахъ только впослѣдствіи: дружина не знала только поземельнаго вознагражденія за службу. Такъ какъ многочисленность дружины составляла, особенно въ древнѣйшее время, одно изъ важнѣйшихъ предположеній княжескаго значенія, то князь естественно долженъ былъ не щадить своихъ средствъ на содержаніе ея, снабжать ее доспѣхами, оружіемъ и конями. Поэтому на дружину шли не только обыкновенные княжескіе доходы, но послѣдніе иногда взимались такими предметами, которые годны были для употребленія дружины, напр. оружіемъ и конями; въ послѣднихъ предметахъ князь особенно не долженъ былъ имѣть недостатка, такъ какъ за оружіемъ къ нему могъ обратиться, кромѣ дружины, и народъ, лишившійся его во время частыхъ походовъ: дворъ князя въ этомъ случаѣ служилъ какъ бы арсеналомъ. На сѣверо-западѣ Руси, въ Новгородѣ и Псковѣ, дружина, носившая въ древности имя гродей, въ позднѣйшее время получила названіе двора, дворянъ, княжанцевъ, шестниковъ или сестниковъ (advena); послѣднее потому, что дружина являлась съ княземъ изъ какой-либо другой страны, преимущественно съ Низу. Въ ней различались главнымъ образомъ два элемента: боевые люди, знакомые съ военнымъ дѣломъ, и кошовые, т.-е. принадлежавшіе къ обозу. Число первыхъ было временами весьма значительно, простиралось до 300; но боязнь усиливающегося могущества великихъ князей побудила новгородцевъ, въ концѣ независимаго ихъ существованія, ограничить число дружины 50-ю человѣкъ.

Но даже и въ тѣхъ случаяхъ, когда силы одной дружины оказывались недостаточными, когда приходилось обращаться за поддержкой къ народу, послѣдній рѣдко призывался къ оружію во всей его совокупности. Случалось, что выходила въ походъ одна только передняя дружина, т.-е. лучшіе, знатнѣйшіе люди,

Тот же текст в современной орфографии

заменяла выдачу содержания. Но результаты, добытые из сравнения двух различных периодов развития, обыкновенно ничего не доказывают, особенно когда и параллель не совершенно верна. Как на Руси, так точно и в Германии, дружина находилась первоначально обыкновенно при князе и отнюдь не получала земель в свое пользование; но отсюда однако нельзя заключать, что землевладения дружина первоначально не знала, что оно явилось в обеих странах только впоследствии: дружина не знала только поземельного вознаграждения за службу. Так как многочисленность дружины составляла, особенно в древнейшее время, одно из важнейших предположений княжеского значения, то князь естественно должен был не щадить своих средств на содержание ее, снабжать ее доспехами, оружием и конями. Поэтому на дружину шли не только обыкновенные княжеские доходы, но последние иногда взимались такими предметами, которые годны были для употребления дружины, например оружием и конями; в последних предметах князь особенно не должен был иметь недостатка, так как за оружием к нему мог обратиться, кроме дружины, и народ, лишившийся его во время частых походов: двор князя в этом случае служил как бы арсеналом. На северо-западе Руси, в Новгороде и Пскове, дружина, носившая в древности имя гродей, в позднейшее время получила название двора, дворян, княжанцев, шестников или сестников (advena); последнее потому, что дружина являлась с князем из какой-либо другой страны, преимущественно с Низу. В ней различались главным образом два элемента: боевые люди, знакомые с военным делом, и кошовые, то есть принадлежавшие к обозу. Число первых было временами весьма значительно, простиралось до 300; но боязнь усиливающегося могущества великих князей побудила новгородцев в конце независимого их существования ограничить число дружины пятьюдесятью человек.

Но даже и в тех случаях, когда силы одной дружины оказывались недостаточными, когда приходилось обращаться за поддержкой к народу, последний редко призывался к оружию во всей его совокупности. Случалось, что выходила в поход одна только передняя дружина, то есть лучшие, знатнейшие люди,