Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 1.pdf/194

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


Нельзя обвинять его за такое обращеніе; въ его время, т. е. лѣтъ пятнадцать тому назадъ, это было одно средство, чтобы быть спокойнымъ въ деревнѣ. Теперь все переменилось и многое стало лучше. Одинъ помѣщикъ, у котораго я объ этомъ спрашивалъ, отвѣчалъ мнѣ:

— И, батюшка, вы не знаете теперь нашихъ Уѣздныхъ и Земскихъ Судовъ. Какой порядокъ, чистота, учтивость, политичность! Послѣдній писарь фракъ у себя имѣетъ. A пріѣзжайте-ка къ Исправнику — Исправничиха въ выписныхъ платьяхъ и чепцахъ ходитъ, образованнѣйшая женщина, говоритъ по-Французски, по-Итальянски, по-Испански, что вы хотите? Дочери музыкантши отличныя, піано-рояль, полъ-парке; да на что ужъ лучше, вотъ у насъ въ уѣздѣ два Становыхъ: одинъ изъ Московскаго Университета, другой женатъ на Княжнѣ Шедришпанской, ну, чистый Парижанинъ, — такъ вотъ-съ, батюшка, какова у насъ нынче земская полиція.

— Ну, а какъ теперь насчетъ взятокъ и кляузъ, — спросилъ я, — вывелось ли это?

Помѣщикъ не отвѣчалъ мнѣ прямо, а продолжалъ хвалить новый порядокъ вещей, политичность и образованіе помѣщиковъ, притомъ замѣтилъ, что другой Становой больше тысячи рублей въ годъ проживаетъ и такихъ лошадей, такой столъ и квартиру имѣетъ, что другому степному помѣщику укажетъ, какъ жить.

*№ 8 (II ред.).
⟨Глава 9-ая. Любочька. Музыка. Отступленіе.⟩

Пріѣхавши домой, maman велѣла подать свѣчи, поставила ноты и сѣла за рояль. Володя, Любочка и Катенька побѣжали въ залу играть, я же съ ногами забрался въ вольтеровское кресло, которое стояло въ гостиной, и расположился слушать. Катенька пришла звать меня въ залу, но я былъ золъ на нее и попросилъ оставить меня въ покоѣ.

⟨Maman сдѣлала гамму и потомъ начала играть 2-й концерта Фильда. Мими играла хорошо, и еще я слыхалъ хорошихъ музыкантовъ, но ничья игра мнѣ такъ не нравилась, какъ матушкина. Впослѣдствіи, вспоминая и обсуживая этотъ предметъ, я нашелъ, что пріятность игры maman состояла въ простотѣ. Она играла такъ, какъ было написано, ничего не перемѣняя, не пропуская и не прибавляя, не употребляла никакихъ аффектацій (Я могъ бы выразиться по-Русски, но, говоря о maman, мнѣ непріятно употребить неблагозвучное слово «натяжка») — ни въ игрѣ, ни въ позѣ. У дѣтей всегда чувство прекраснаго очень вѣрно, поэтому я безсознательно любилъ ея игру и не могъ и не могу слушать безъ отвращенія музыкантовъ и музыкантшъ, которые, садясь за форте-піано, делаютъ прелюдіи, состоящія изъ 3 основныхъ аккордовъ. Когда барышня

175