Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 24.pdf/672

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода;

не умрет, так и останется одно. А умрет, то принесет много плода.

25. Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем — сохранит ее в жизнь вечную.

Тот, кто боится за свою жизнь, тот погубит ее. А кто не бережет своей жизни в этом мире, сохранит ее в жизнь истинную.

26. Кто мне служит, мне да последует, и где я, там и слуга мой будет. И кто мне служит, того почтит отец мой.

Если мне кто служит, тот пусть и следует за мной. Где я, там и мой слуга. Тот, кто мне служит, того почтит мой отец.

ПРИМЕЧАНИЕ
Вот что говорит Рейс (Нов. Зав., т. VI, стр. 258):

Это опять одно из мест, подтверждающих наш взгляд на степень исторической достоверности бесед, в которых евангелист собственными словами Иисуса излагает развиваемые им идеи. То, что греки, под которыми надо понимать здесь необрезанных эллинских уроженцев, оказывались в числе богомольцев, прибывших на праздник пасхи, и что они явились не просто из-за любопытства, а из-за сознанных ими религиозных нужд, это столь явно засвидетельствовано апостольской историей, что не может возбуждать ни малейших сомнений. Однако едва ли кто оставит незамеченным, что автор ограничивается лишь выведением их на сцену и что он их оставляет там, нимало не заботясь о них далее. (Наиболее осведомленные полагают, что Иисус имел сочувственную беседу с греками, проходя по наружному двору, где они должны были остановиться, поджидая его выхода.) Однако не к ним обращается с своей речью Иисус, а к своим ученикам или, лучше сказать, к читателям книги; ученики не передают ответа грекам, и те исчезают, оставляя в неведении, достигнута ли была ими их цель и ушли ли они довольными.

Однако если этот рассказ ни с какой стороны не может удовлетворить того, кто требует от историка ясно обрисованных событий, то зато он является в высшей степени значительным по той идее, которую он выражает, и символическое достоинство повествования нигде не раскрывается в большем величии и обаянии.

Автор достиг конца общественной жизни Иисуса. Картина трагического столкновения нового откровения с духом иудейства закончена. Ничтожное меньшинство уверовало, могущественное большинство не только осталось глухо к призыву, но готовится насильнически разрушать дело возрождения мира, едва начатое. Отныне речь всецело идет об этом антагонизме.

670