Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 24.pdf/85

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

— Богу и от него только ждать платы, то есть в случае борьбы избирать всегда усилие для Бога.

И дух одерживает победу над плотью, и Иисус находит тот дух, который должен очистить его для того, чтобы наступило царство небесное. И в сознании этого духа Иисус возвращается из пустыни.

Если дать словам Бог и жизнь то значение, которое эти слова имеют во Введении, то слова Иисуса становятся еще яснее.

На первую речь диавола о хлебе Христос говорит: Не хлебом, а разумением жив человек.

На речь диавола о том, чтобы Иисус бросился с кровли, он отвечает: Я не могу сомневаться в разумении, разумение всегда со мною. Оно дает мне жизнь, а жизнь есть свет разумения, как же я могу сомневаться в разумении и испытывать его? И потому я никому иному не могу работать, как тому, что есть источник моей жизни, что есть сама моя жизнь. Одно разумение почитаю и одному ему служу.

Кроме внутреннего значения этого места, по отношению развития в самом Христе его учения, это место имеет значение выяснения Бога в сознании Христа — как разумения.

В начале искушения Христос говорит о Боге еврейском, творце всего, о Боге лице, отдельном от человека, о Боге преимущественно плотском.

Ты можешь сделать хлеб? говорит искуситель. И, отвечая, Христос хотя и не ясно, но уже говорит, что Бог — не исключительно плотский Бог: Человек жив не хлебом одним, но Богом.

Слова: бросься вниз, или: если можно лишать себя хлеба, то можно лишать себя и жизни, — выражают сомнение в том, что жизнь сама от Бога; жизнь не от Бога, а в моей власти. И Христос, отвечая, говорит: Всё в моей власти, только не жизнь, потому что сама жизнь от Бога. Жизнь есть проявление Бога, жизнь — в Боге.

Тут совсем с другой стороны, чем во Введении, выводится та же мысль, что жизнь есть свет людей, а свет есть разумение, а разумение есть то, что люди называют «Бог», то есть начало всего.

Третье искушение переносит всё рассуждение из области внутренней во внешнюю; оно говорит: Не может быть справедливо твое суждение, когда весь мир живет иначе.

Отвечая и на это, Христос повторяет свое понятие о Боге внутреннем, не плотском. Он говорит: Среди тех благ, которые

83