Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 38.pdf/181

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

что как при большой длине радиусов одной стороны и при краткости и отсутствии радиусов других сторон не только не может быть определена сфера, но теряется даже понятие сферы, точно так же и в деле науки доведение до большей степени обработки одной малой части знаний и пренебрежение, и игнорирование всех других не только не может составить того, что может быть признано наукой, но есть такое ложное соединение случайных произведений ума, которое лишает людей даже самого понятия о том, чем может и должна быть истинная наука.

А это-то самое и случилось с тем, что в нашем европейском квази-христианском мире называется наукой; и случилось от того, что (продолжая сравнение знаний с радиусами сферы), как для того, чтобы определить сферу, нужно прежде всего составить три взаимно перпендикулярные, равной длины диаметра и потом уже из образовавшихся из перекрещения этих диаметров прямых углов проводить равномерно отдаленные друг от друга одинаковой длины диаметры, точно так же и в деле науки, вообще для определения ее, необходимо прежде всего положить главные основы всех знаний, составляющих науку. А таких основ, по мнению не моему, а всех величайших мудрецов и учителей жизни всего мира, так же как и диаметров, определяющих сферу, тоже три: первая — учение о своем я, отделенном от Всего, т.-е. учение о душе, вторая — учение о том, что такое то Все, от чего человеческое я сознает себя отделенным, т.-е. учение о Боге, и третья — учение о том, каково должно быть отношение «я» к тому Всему, от чего оно отделено, т.-е. учение о нравственности.

И точно так же, как только при составлении трех взаимно перпендикулярных диаметров возможно проведение дальнейших диаметров и определение дуг, точно так же, и в деле науки, в ее истинном смысле, только при постановке в основу всех знаний этих трех основных учений возможно дальнейшее развитие знаний и решение вопроса о том, какое из всех знаний должно быть выбрано прежде и какое после, а также и то, до какой степени должно быть доведено каждое из них. Так что без этих учений: о душе, о Боге и нравственности не может быть разумного знания, т.-е. того, что может быть названо наукой.

А эти-то учения вполне отсутствуют в нашем мире, и оттого, как это и должно было быть, наукой, считающейся очень важным

171