Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 38.pdf/196

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

5.

Въ тотъ самый поздній вечеръ, во время котораго Иванъ Федоровичъ Порхуновъ не могъ удержаться отъ охватившей его радости о томъ, что онъ такъ искусно передалъ доктору, бывшему его партнеромъ, семерку бубенъ съ тѣмъ, чтобы онъ, отыгравъ свои, передалъ ему въ руку, и большой шлемъ безъ козырей былъ бы выигранъ, и что все совершилось такъ, какъ онъ предвидѣлъ; въ это самое время въ большой гостиной его стариннаго дома въ Порхуновѣ-Никольскомъ жена Ивана Федоровича, Александра Николаевна Порхунова, бесѣдовала съ уѣзжавшимъ отъ нихъ, прожившимъ у нихъ десять мѣсяцевъ учителемъ, тѣмъ самымъ Неустроевымъ, о которомъ Иванъ Федоровичъ говорилъ въ городѣ съ своими сослуживцами.

Александра Николаевна, несмотря на свои сорокъ пять лѣтъ и шестерыхъ дѣтей, была еще красива той вечерней или осенней красотой сильной женщины передъ закатомъ женской жизни. Большіе сѣрые глаза, прямой носъ, густые вьющіеся волосы, чувственный ротъ еще со всѣми, чужими или своими, но бѣлыми зубами, бѣлый, нѣжный цвѣтъ лица и такія же прекрасныя, выхоленныя руки съ двумя перстнями. Нехорошо было въ ней только излишняя полнота и чрезмѣрно развитая грудь. Одѣта она была въ простое, но модное шелковое платье съ бѣлымъ воротничкомъ. Она сидѣла на диванѣ и горячо, взволнованно говорила, внимательно и напряженно вглядываясь въ глаза молодому челоѣвку, сидѣвшему противъ нея.

Онъ былъ невысокій, худощавый, правильно сложенный челіовѣкъ, съ неразвитыми мускулами и добрымъ, умнымъ лицомъ, съ узко прорѣзанными глазами, густыми, коротко обстриженными волосами, рѣзкими черными бровями и такими же усами и бородкой. Невольно бросающейся въ глаза чертой его лица былъ его выдающійся подбородокъ съ ямочкой посерединѣ.

— То, что я говорю, я говорю вамъ не для себя — какъ мнѣ ни жалко лишиться васъ.... для дѣтей, — сказала она и покраснѣла. — Но я для васъ, любя, — принимая участіе въ васъ, совѣтую, очень совѣтую — не уѣзжать.... Ну сдѣлайте это... для меня, — сказала она съ тѣмъ выраженіемъ женщины, вѣрящей въ свою силу.

Лицо его всегда было серьезно и строго, и потому улыбка на этомъ строгомъ лицѣ, особенно среди черноты волосъ и загорѣлаго лица выставлявшая яркіе бѣлые зубы, была прекрасная, притягивающая и заражающая. Онъ и сейчасъ улыбнулся этой улыбкой, не могъ удержаться не улыбнуться отъ удовольствiя, которое доставили ему ея слова, въ которыхъ онъ не могъ не видѣть того, что въ нихъ было нѣчто большее, чѣмъ простое участіе, не могъ не видѣть того, чего онъ всегда боялся: вызова чувственности, противъ которой онъ зналъ, что не въ силахъ

188