Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 44.pdf/479

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана


как, природой: даже самую дрянную, самую жалкую или потешную. Напротив, он должен все их признать, как нечто не подлежащее изменению, что так и должно быть, как оно есть — вследствие вечного и метафизического принципа, и в тягостных случаях думать: «да, верно, должны быть на свете и такие уроды». Относясь же к ним иначе, он совершает несправедливость и вызывает другого на войну не на живот, а на смерть. Ибо никто не может переделать свою индивидуальность, т. е. свой нравственный склад, свои познавательные способности, темперамент, физиономию и т. д. И если мы вполне и бесповоротно осуждаем все его существо, то ему остается только бороться против нас, как против смертельного врага: в самом деле, ведь мы соглашаемся признать за ним право на существование лишь под тем условием, что он станет иным, чем каков он неизменимо есть. Поэтому, чтобы иметь возможность жить среди людей, мы должны терпеть и сносить всякого с данной его индивидуальностью, какова бы она ни была, и заботиться лишь о том, чтобы воспользоваться ей, как она есть, со всеми ее свойствами; но — не рассчитывать на ее изменение и не осуждать ее, как она есть, бесповоротно.
Шопенгауэр.
их признать как нечто не подлежащее изменению, как нечто такое, что так и должно быть, как оно есть — вследствие вечного высшего закона. В тяжелых случаях думать надо так: «да, должны быть на свете и такие уроды». Если же мы относимся к ним иначе, мы совершаем несправедливость и вызываем такие отвергнутые личности на войну не на живот, а на смерть. Ибо никто не может переделать свою индивидуальность, т. е. свой нравственный склад, свои познавательные способности, темперамент, физиономию и т. д. Если же мы вполне и бесповоротно осуждаем всё его существо, то ему остается только бороться против нас, как против смертельного врага: в самом деле, ведь мы соглашаемся признать за ним право на существование лишь под тем условием, что он станет иным, чем каков он неизменимо есть. И потому, чтобы иметь возможность жить среди людей, мы должны терпеть и сносить всякого с данной его индивидуальностью, какова бы она ни была, и заботиться лишь о том, чтобы воспользоваться ей, как она есть, со всеми ее свойствами; но — не рассчитывать на ее изменение и не осуждать ее такою, какая она есть, бесповоротно.
Шопенгауэр.
Вторая редакция Толстого. («Круг чтения», изд. 1-е. 7 января, 1.)
Третья редакция Толстого. («Круг чтения», изд. 2-е, 7 января, 11: «На каждый день», 6 марта, 10.)
Живя среди людей, не следует презирать никакую личность, даже самую низкую, жалкую или смешную. Необходимо считаться со всякой личностью, признавая в ней всё ей присущее и неизменное, как следствие вечного высшего закона. Даже в тяжелых случаях следует думать так: «Да, на свете должны быть и такие уроды». Если же мы относимся к ним враждебно, то мы не только совершаем несправедливость, но и вызываем таких отвергнутых личностей на войну не не живот, а на смерть. Ведь никто не может переделать своей индивидуальности, т. е. своего характера, способностей, темперамента, физиономии и т. д. Надо уважать всякого человека, какой бы он ни был жалкий и смешной. Надо помнить, что во всяком человеке живет тот же дух, какой и в нас. Даже тогда, когда человек отвратителен и душой и телом, надо думать так: «Да, на свете должны быть и такие уроды, и надо терпеть их». Если же мы показываем таким людям наше отвращение, то, во-первых, мы несправедливы, а во-вторых, вызываем таких людей на войну не на живот, а на смерть. Какой он ни есть, он не может переделать себя; что же ему больше делать, как только бороться с нами, как с смертельным врагом? Ведь в самом деле, мы хотим быть
469