Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 58.pdf/526

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

упомянула о том, что вы на этих днях ей сказали, что никогда не имели врагов, и что вам тяжело сознавать, что вы теперь имеете врага в моем лице; а также, что вам стало очень тяжело, когда вы узнали, что я получил возможность оставаться со своей семьей в Телятинках. Я вполне понимаю, что такое враждебное чувство ко мне должно действительно вам быть очень тяжело. И мне хотелось бы сделать всё, что от меня по крайней мере зависит, для того, чтобы содействовать устранению этой тяжести с вашей души. Судя по вашему теперешнему отношению ко мне, вы, повидимому, считаете, что я виноват перед вами. Я готов и хочу сознать свою вину и покаяться в том, в чем, вспомнив и взвесив перед богом прошлое, я могу действительно признать себя виноватым.

Говоря о моих отношениях к вам, за весь 25-летний срок нашего знакомства, я не стану отрицать того, что в прошлом я часто судил и осуждал вас, противореча этим собственному убеждению о том, что человек имеет право осуждать только самого себя. И в этом я теперь могу вполне искренно покаяться перед вами и просить у вас прощения. Но в последние годы я чувствовал в своей душе всё меньше и меньше осуждения к вам, отчасти потому, что вообще стал меньше судить людей, но в большей степени без сомнения и от того, что видел ваше доброжелательное отношение ко мне. Разумею, например, ваше доброе расположение к моему сыну и моей жене; ваше благородное заступничество зa меня в печати при моей высылке из Тульской губернии; ваши радушные посещения нас в Крёкшине в прошлом году; и еще совсем недавно ваши слова в Кочетах о том, что охотно будете приезжать к нам в Мещерское, когда Лев Николаевич будет гостить у нас. Вообще, вашим терпимым и доброжелательным отношением ко мне, когда оно проявлялось, вы всегда помогали мне видеть то, что бывало не вполне доброго в моих отношениях к вам. И зa это я вам глубоко благодарен.

Что касается возникшей только совсем недавно, со времени пребывания Льва Николаевича у нас в Мещерском, вашей ожесточенной вражды против меня, то я вынужден правдиво сказать вам, что в ней я не могу винить себя, не прибегая к лицемерию. Но я уверен, что такое внезапное и резкое изменение вашего отношения ко мне не могло произойти по вашему собственному желанию. Оно было, как мне кажется, вызвано с одной стороны, некоторыми крайне печальными недоразумениями, невыясненными между нами при первом их возникновении, а с другой — наговорами на меня на почве этих недоразумений со стороны третьих лиц, заразивших вас своим враждебным отношением ко мне.

Относительно невыясненных между нами недоразумений мне хотелось бы, чтобы вы знали, что я всегда буду рад дать вам вполне откровенное объяснение, в связи с писаниями Льва Николаевича, всех моих поступков, которым, не зная их истинного значения, вы приписываете неблаговидные мотивы. (Если бы вы когда-либо пожелали это выяснить, то думаю, что сделать это лучше всего письменно, как ради наибольшей ясности и определенности моих ответов на ваши вопросы, так и для того, чтобы вам не приходилось видеться со мной, пока это вам неприятно.) Нечего говорить, что я ответил бы на ваши вопросы в том же духе, в каком пишу теперь,

507