Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 78.pdf/304

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

первобытных религиях, приписание богу человеческих свойств: гнева, наложения наказаний, желания восхваления и установления в известное время, в известном месте, выраженного в известных книгах на вечные времена непререкаемого закона. Таковы книги Вед, Конфуция, Трипитака,1 Библии, Корана и мн. др. Такое понимание бога как личности и такого его закона, выраженного в какой-либо книге, совершенно невозможно для меня.

Посылаю вам книжечку выбранных мыслей о боге, соответствующих моему пониманию его. Для меня же лично самое высшее понимание бога, вполне удовлетворяющее меня, есть то, которое выражено в первом послании Иоанна: гл. IV, стихи 7, 12, 16, именно то, что бог есть любовь. Такое понимание бога если и исключает всякое обращение к нему, как личности, всякое восхваление его, всякие прошения, даже молитву, включает зато в себя сознание в себе бога-любви и вследствие этого необходимости проявления его во всякий час своей жизни — любовью и к нему, т. е. к совершенству, и ко всему живому и в особенности к людям, к тем существам, в которых живет тот же бог-любовь. То самое, что сказано Христом, Мф. XXII, 36—40.

Не думайте, пожалуйста, что хочу оспаривать ваши верования, избави меня от этого бог; я только радуюсь на людей, имеющих твердые верования — такие, какие, как я заключаю из вашего письма, имеете вы. Пишу же то, что пишу, только для того, чтобы вы не осуждали меня.

Не могу перестать верить в бога-любовь, во-первых, потому, что эта вера дает мне высшее благо теперь, здесь, в этом мире, открывая всегдашнюю возможность от меня зависящего блага жизни в боге-любви, во-вторых, потому, что, зная, что бог есть любовь и что, умирая, я возвращаюсь к тому, от кого я исшел, к богу-любви, я и в смерти ничего, кроме благого, ожидать не могу; в-третьих, еще и потому, что такая вера в бога-любовь не только не отделяет меня от всех людей других вер, но соединяет с ними, так как во всех верах: браминской, буддийской, конфуцианской и во всех других, а также и в учениях языческих мудрецов, я нахожу то же, хотя не так ясно, как в христианстве, выраженное учение о том, что бог есть любовь и что в любви же закон жизни людей. И потому перестать верить в бога-любовь и начать верить в бога личного, награждающего

301