На сѣверъ, югъ, востокъ и западъ. Мнилось,
Самой природѣ чудо снилось,
Когда Фантазія, съ вѣнцами на челѣ,
Сошла въ земную мглу…
Что̀ грезилось землѣ
Въ ту мѣсячную ночь!?.— когда въ ночномъ теплѣ
Дремали женщины и дѣти,
И не стучалъ топоръ, и праздно висли сѣти
Надъ темнымъ зеркаломъ озеръ…
Уже потухъ блестящій метеоръ…
Дикарь задумчиво глядѣлъ на тѣ плеяды,
Откуда брезжилъ свѣтъ и капала роса; —
Впервые Божьи небеса,
И стрекотаніе цикады,
И соловьи, и скалы, и лѣса
Съ его душой заговорили
Про чудеса, какъ про такія были,
Которыя ихъ прадѣды забыли
И безъ которыхъ трудно жить…—
Пришла Фантазія и начала творить.
И вѣкъ прошелъ, и та же вся природа,
И тотъ же духъ земли, дыша грозой, встаетъ
На север, юг, восток и запад. Мнилось,
Самой природе чудо снилось,
Когда Фантазия, с венцами на челе,
Сошла в земную мглу…
Что грезилось земле
В ту месячную ночь!?.— когда в ночном тепле
Дремали женщины и дети,
И не стучал топор, и праздно висли сети
Над темным зеркалом озер…
Уже потух блестящий метеор…
Дикарь задумчиво глядел на те плеяды,
Откуда брезжил свет и капала роса; —
Впервые Божьи небеса,
И стрекотание цикады,
И соловьи, и скалы, и леса
С его душой заговорили
Про чудеса, как про такие были,
Которые их прадеды забыли
И без которых трудно жить…—
Пришла Фантазия и начала творить.
И век прошел, и та же вся природа,
И тот же дух земли, дыша грозой, встает
