Царица бурь (Балобанова)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Царица бурь
автор Екатерина Вячеславовна Балобанова
Источник: Балобанова Е. В. Легенды о старинных замках Бретани. — СПб.: С.-Петербургская губернская типография, 1896. — С. 23.Царица бурь (Балобанова) в дореформенной орфографии
 
Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


В море между Дуарнене и Порт-Бланком лежат знаменитые «Семь островов» с их старинными, нагромождёнными друг на друга каменными глыбами, между которыми кое-где ютятся тощие и корявые сосны. В народе зовут эти острова «Мостом Св. Гильды». Вправо от них виднеются утёсы, носящие то же имя.

Недалеко от утёсов Св. Гильды, по преданию, находился остров, на котором стоял большой город, по имени Ис. Много рассказов о нём и до настоящего времени ходит ещё среди жителей Дуарнене, Порт-Бланка, Пенвенана и других приморских местечек. Нам самим пришлось встречать рыбака, который уверял, что его отец в часы отлива часто переезжал узенький пролив, отделявший острова Св. Гильды от Иса, и помнил ещё ту бурную ночь, когда остров этот исчез в морской глубине.

В книге Ле Браза[1] приведён следующий рассказ одного моряка из Дуарнене, относящийся к 1887 г.:

«Рыбаки Дуарнене ловили раз ночью рыбу в этом заливе[2]. Кончив своё дело, они хотели уж поднять якорь, но не тут-то было: не было никакой возможности сдвинуть его с места. „Где-нибудь зацепился он!“ — подумали рыбаки; и вот один из них, похрабрее, спустился по якорной цепи в море и отцепил якорь.

Когда он садился в лодку, он сказал своим товарищам:

— Отгадайте, за что зацепился якорь?

— Ну, за что? За подводный камень!

— Нет, за оконный переплёт!

Рыбаки подумали, что он сошёл с ума.

— Да, — продолжал он, — а окно это было церковное; церковь стоит там и освещена она так ярко, что кругом неё на далёком расстоянии светло как днём и можно рассмотреть всё морское дно. Я посмотрел в окно, в церкви была толпа народу: множество мужчин и женщин в богатых одеждах; священник стоял у алтаря. Я слышал, как он вызывал клирошанина, чтобы тот шёл помогать ему в службе.

— Это невозможно! — вскричали рыбаки.

— Клянусь вам!

Решено было пойти рассказать об этом кюре, и они пошли все вместе.

И сказал кюре тому, который нырял:

— Ты видел собор Иса; если бы ты ответил священнику и предложил себя на помощь ему вместо клирошанина, город Ис появился бы снова на поверхности моря, все его жители воскресли бы, и Франция переменила бы свою столицу!»

Многие прибрежные жители убеждены, что в летние тихие ночи, когда море ясно и прозрачно, они видят иногда колокольню собора и высокие стены города; многие слышат звон колоколов на дне моря.


Старики рассказывают[3], что в море на высокой скале, недалеко от того острова, где стоял город Ис, находился хрустальный дворец гордой и злой Царицы бурь. Стены дворца её были из стекла, а окна и двери из серебра. Ярко блестел замок её при солнце, отливая тысячью цветов, ярко блестел он и ночью, когда всевозможные лампы освещали его пустынные залы; тянулись эти залы вдоль всего дворца, а посредине самого большего и самого пустынного зала находился огромный очаг; но даже его высокое пламя казалось холодным, — так было всё мёртво и мрачно в этом замке, несмотря на весь блеск его прозрачных стен. Вокруг замка зрели гранаты и персики, виноградные лозы ползли по его крыше; миндаль цвёл круглый год, и аромат его разносился далеко по окрестностям, а широколистный гигант, банан, словно отдыхал, прислонившись к колоннам террасы и заглядывая в пустынные залы.

Всё было так прекрасно здесь, а между тем люди, хоть когда-нибудь случайно заглянувшие сюда, бежали со страхом подальше от этого места.

Очень скучала в своём дворце Царица бурь. Была она дочь воздуха и моря; повелевала стихиями; все ветры слушались её, — но была она осуждена на вечное одиночество, а потому завидовала людям и ненавидела их всей душой.

Летала она по прибрежным утёсам и перебегала со скалы на скалу, подкарауливая запоздавшие лодки и насылая вихри и ураганы на суда, подходившие близко к утёсам Св. Гильды: заманивала она неопытных моряков яркими огнями своего дворца, и направляли они свои корабли на этот свет, и разбивались они об утёсы и скалы. Много губила она людей, много невинных душ находило себе могилу на дне моря, благодаря её злобе, но и этого казалось ей ещё мало: вылетала она из своего хрустального дворца, вызывая ураган; глаза её горели как угли, красное платье развевалось по ветру, и властный голос её покрывал голос бури: «Раздавлю, уничтожу. Здесь моё царство!» — кричала она, и со страхом прятались все, кто где мог, услыша её голос, и отвечали ей только предсмертные стоны и вопли несчастных, застигнутых бурей в её владениях.

Жители Иса знали владычицу хрустального дворца и редко направляли свои суда к утёсам Св. Гильды, всегда тщательно обходя их подальше, а потому почти никогда не попадались ей на глаза. Но и между жителями Иса был-таки один смельчак, — ещё юноша, моряк Кадо: любил он кататься по морю на своей маленькой лодочке, часто приставал у утёсов Св. Гильды, вскарабкивался на них и подолгу лежал на самой высокой вершине, любуясь морем. И вот, раз на заре, в страшную бурю, увидала его владычица хрустального дворца, увидала, как отважно боролся он с волнами, и только покрикивал могучим голосом, когда лодка его взлетала на их высокие гребни: «Выше, выше!» словно вызывая на бой самою Царицу бурь.

Велела она ветру стихнуть и долго смотрела вслед храброму юноше, и сердце её разгоралось, разгоралось, пока не вспыхнуло ярким пламенем, — она полюбила!

Дни и ночи подкарауливала она его из окна своего дворца, забыла о бурях, и никогда ещё море не бывало таким тихим как в это время. Но Кадо не выезжал на своей утлой ладье, мать его была больна, и не было у него свободного времени.

Раз вечером проскользнула сама Царица бурь в город, и там в маленьком садике, под густым каштаном увидала она Кадо: он сидел, обнявшись с очень хорошенькой девушкой, и говорил ей о своей любви.

Страстью и ненавистью разгорелись глубокие бездонные глаза Царицы бурь, но Кадо и не подозревал этого, ничего не знал он о ней кроме того, что много народу губила она. Сам же он любил Катик, хорошенькую дочь соседки: вместе росли они в детстве, вместе играли на берегу моря и слушали по вечерам вой бури, посылаемой злой владычицей хрустального дворца, да рассказы старой Фант обо всех её злодеяниях. Незаметно подросли дети и стали женихом и невестой. С самого их детства все наперёд уже знали, что это так и случится.

Мать Кадо выздоровела, и всё было уже готово к свадьбе. Поехал жених приглашать своих друзой и знакомых с того берега, но вместо того, чтобы ехать обычным путём, каким ездили все жители Иса, смелый Кадо направился к утёсам Св. Гильды — переход был тут вдвое короче, и хотелось ему вернуться поскорее к своей Катик.

Погода была тихая, но серая, — сырая и туманная; облака нависли над самым морем и всё больше и больше заволакивали утёсы и даль; из глубины моря доносились какие-то звенящие звуки. «Это голоса бури!» — подумал Кадо, когда был на полпути. Не успел он это подумать, как завыл ветер, загудело море, и разразилась страшная буря. Трудно стало Кадо справляться с волнами. Но вот, из-за одного утёса появилась молодая девушка в маленькой лодочке. Они пошли рядом; в глазах девушки была какая-то особая притягательная сила: были они необыкновенно прозрачные, глубокие и какие-то бездонные, — точно пропасть.

— Зачем правишь ты в обход? — сказала она Кадо. — Возьмём левее, — тут короче!

— Хороши бы мы были, если бы тебя послушаться, — отвечал Кадо, — тут такие подводные камни, что и в тихую погоду нельзя пройти; видно, не знаешь ты совсем этого места, и слава Богу, что встретила меня: переходи в мою лодку, твою же мы привяжем сзади. Бери вёсла, а я сяду на руль; мне с детства знаком здесь каждый камешек, и я проведу тебя благополучно, — тут недалеко уж и до Порт-Бланка. Да откуда же взялась ты?

— Я выехала из гавани покататься, было так тихо!

Прыгнула девушка в лодку Кадо, но как-то неловко, и в одно мгновение оба они полетели в бездну…

Очнулся Кадо у очага в хрустальном дворце Царицы бурь. Она сама стояла перед ним на коленях и обнимала его своими холодными руками и глядела на него своими бездонными глазами.

— Ты теперь мой, Кадо, мой навсегда!

— Нет, не твой я, коварная Царица бурь! Я жених Катик, ей клялся я в верности, и ей останусь я верен и в жизни, и в смерти!

— Но ты не выйдешь уже из моего хрустального дворца, всегда будешь ты здесь, со мною, — ты мой навсегда!

— Нет, я только твой пленник до смерти! Смерть освободит меня, и там, за пределами земного я соединюсь навеки с Катик, — «блажен, вознёсшийся от любви земной к любви небесной!»

Но Царица бурь всё же была счастлива: Кадо был с нею, и она заперлась в своём дворце, не отходя от него ни на шаг и надеясь победить его своей любовью. Но дни проходили за днями, и Кадо молча ходил по огромным залам дворца, содрогаясь при одном виде Царицы бурь. Наконец уж и она потеряла последнюю надежду и изнывала в тоске.

Не вернулся Кадо домой, и Катик целые дни и ночи стояла на морском берегу и всё смотрела в даль; не верила она, когда люди говорили, что Кадо погиб.

Но вот, раз вечером, после заката солнца, сидела Катик по обыкновению на берегу и смотрела на разорванные облака, которые висели над островом и морем какими-то фантастическими образами: то широкой фигурой «Дикого охотника», то орлом, парящим над водами, то вдруг хрустальным дворцом самой Царицы бурь. Смотрела на них Катик, смотрела долго, — и стало казаться ей, что они спускаются к ней, как будто плывут по морю, а между тем всё-таки плыли по воздуху. Луна освещала облачный хрустальный дворец, и вдруг увидала Катик своего Кадо там, у окна, во дворце злобной Царицы бурь, и поняла она, где её милый, и, ни минуты не медля, решилась Катик спасти его. Знала она, что стоит ей добраться до утёсов Св. Гильды и там, на самой высокой из вершин, водрузить крест, и Св. Гильда поможет ей добраться сухим путём до дворца: над сушей не имела власти Царица бурь. Взяла Катик один из крестов, которых много встречается на морском берегу в Бретани, и вскочила в лодку. Без труда добралась она до утёсов Св. Гильды; вскарабкалась на самый высокий из них и оттуда увидала она, как Царица бурь вылетела из своего дворца.

Водрузила Катик крест на вершине утёса, и вдруг раздался страшный треск и грохот, то Св. Гильда покатила каменную глыбу чрез узкий пролив прямо к хрустальному дворцу Царицы бурь. Так образовались те Семь островов, что лежат на запад от Порт-Бланка у самых утёсов Св. Гильды.

Легче серны понеслась Катик по вновь образовавшейся каменной дороге и, не замочив ноги, достигла хрустального дворца, где в пустынных залах томился её милый. Увидал её Кадо и не поверил своим глазам, — думал он, что явилось ему видение. Обняла Катик своего жениха и, взяв его за руку, вывела из дворца Царицы бурь. Не пропел ещё белый петух, как они были уже дома.

Ещё суровее, ещё холоднее стало в пустынных залах хрустального дворца. Гранаты и персики помёрзли, виноград совсем пожелтел, а буря вырвала с корнем широколиственный банан. Стало холодно и мёртво даже вокруг жилища Царицы бурь.

Не знавали ещё жители Порт-Бланка и Иса таких страшных бурь, какие свирепствовали в эти дни, не слыхивали они такого воя ветра и моря! Никогда ещё не погибало столько людей, не разбивалось столько судов об утёсы Св. Гильды!

Страшное было то время для моряков и прибрежных жителей.

Но в городе Исе всё было благополучно; в следующее же воскресенье весело звонили там колокола: собирались отпраздновать свадьбу Кадо и Катик. Весь город был украшен цветами, готовились иллюминация и факельное шествие.

Буря свирепствовала с утра, но жители Иса не удивлялись: должна же была владычица хрустального дворца мстить новобрачным!

Вечером собрались в главный собор все приглашённые на свадьбу; все были нарядны и веселы, все забыли о буре.

Священник подошёл к алтарю, ведя за собой счастливую пару; красива была Катик, да и Кадо не уступал ей.

Но вот блеснула ослепительная молния, раздался страшный удар грома, остров как будто вздрогнул, приподнялся на мгновение и исчез в морской глубине…

В воздухе настала вдруг тишина, — последний звук колокола замер, а вместе с ним исчез и последний след города Иса и всех его жителей, нашедших себе могилу на дне моря.

И сама Царица бурь, стоя на крыше своего хрустального дворца, медленно погрузилась в море вместе со своей скалой.

Но сердце Царицы бурь всё-таки не нашло себе покоя: не могла она победить Кадо и Катик даже в смерти! Рядом стоят они перед алтарём в Божьем храме на дне моря, вместе они вознеслись и к престолу Всевышнего. А колокол продолжает звонить и в морской глубине, повторяя на все лады: «Блажен, вознёсшийся от любви земной к любви небесной!»

И снова выплывает на поверхность владычица хрустального дворца; снова вызывает она бурю, снова сверкает молния, гремит гром, гудит море; снова наполняются ужасом и страхом сердца людей, и всё живое спешит укрыться подальше…

Но не находит Царица бурь утешения и в урагане и погружается опять на дно моря, где медленно с тоской в груди ходит она одна-одинёшенька по пустынным залам своего хрустального дворца и слушает всё тот же торжественный звон соборного колокола города Иса. Звуки его раздаются всё громче и громче, поднимаются всё выше и выше, разносятся всё дальше и дальше, и Царица бурь осуждена вечно слушать их — время не имеет власти в морской глубине!..

Примечания[править]

  1. фр. La légende de la Mort en Basse Bretagne. Paris, 1893, p.253. — Легенда смерти в Нижней Бретани. Париж, 1893, с. 253.
  2. Между утёсами Св. Гильды и Семью островами.
  3. Множество самых разнообразных преданий ходит, рассказывается и записывается о городе Исе и его жителях. Мы передаём то, что записано нами лично.