Юношам (Брюсов)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к: навигация, поиск

Юношам («Мне все равно, друзья ль вы мне, враги ли…»)[1]
автор Валерий Яковлевич Брюсов (1873—1924)
Из цикла «Я сам», сб. «Семь цветов радуги»: «Оранжевый». Дата создания: 23 января 1914, опубл.: Журнал «Русская мысль». — М., 1914, № 8—9. Источник: В. Я. Брюсов Собрание сочинений в семи томах. — М.: Художественная литература, 1973. — Т. 2. Стихотворения 1909—1917. — С. 92—93.


ЮНОШАМ

Мне все равно, друзья ль вы мне, враги ли,
И вам я мил иль ненавистен вам,
Но знаю, — вы томились и любили,
Вы душу предавали тайным снам;

Живой мечтой вы жаждете свободы,
Вы верите в безумную любовь,
В вас жизнь бушует, как морские воды,
В вас, как прибой, стучит по жилам кровь;

Ваш зорок глаз и ваши легки ноги,
10 И дерзость подвига волнует вас,
Вы не боитесь, — ищете тревоги,
Не страшен, — сладок вам опасный час;

И вы за то мне близки и мне милы,
Как стеблю тонкому мила земля:
15 В вас, в вашей воле черпаю я силы,
Любуюсь вами, ваш огонь деля.

Вы — мой прообраз. Юности крылатой
Я, в вашем облике, молюсь всегда.
Вы то, что вечно, дорого и свято,
20 Вы — миру жизнь несущая вода!

Хочу лишь одного — быть вам подобным
Теперь и после: легким и живым,
Как волны океанские свободным,
Взносящимся в лазурь, как светлый дым.

25 Как вы, в себя я полон вещей веры,
Как вам, судьба поет и мне: живи!
Хочу всего, без грани и без меры,
Опасных битв и роковой любви!

Как перед вами, предо мной — открытый,
30 В безвестное ведущий, темный путь!
Лечу вперед изогнутой орбитой
В безмерностях пространства потонуть!

Кем буду завтра, нынче я не знаю,
Быть может, два-три слова милых уст
35 Вновь предо мной врата раскроют к раю,
Быть может, вдруг мир станет мертв и пуст.

Таким живу, таким пребуду вечно, —
В моих, быть может, чуждых вам стихах,
Всегда любуясь дерзостью беспечной
40 В неугасимых молодых зрачках!

23 января 1914
Эдинбург II

Примечания

  1. После шестой строфы в рукописи зачеркнуто:

    Хочу всегда желать, всегда стремиться,
    Всегда искать, девизом взять: Живи!
    И, с новой жаждой

    Две последние строфы в рукописи первоначально читались:

    Что будет завтра, нынче я не знаю,
    И слово нежное из милых уст
    То делает, что вновь я близок к Раю,
    То делает, что мир, как бездна, пуст.

    Таким пребыть хочу всегда и вечно, —
    И дни и годы, в жизни и в стихах,
    Любуясь снова дерзостью беспечной
    В неугасимых молодых зрачках!