Викитека:Песочница/ДС-2

Антология восьмистиший
Дополнения

Иларион Киевский • Феодосий Печерский • Владимир Мономах • Кирилл Туровский • Максим Грек • Иван Грозный • Иван Хворостинин • Семён Шаховской • Тимофей Анкудинов • Аввакум Петров • Алексей Онуфриев • Мардарий Хоныков • Монах Герман • Сильвестр Медведев • Венедикт Буторин • Карион Истомин • Димитрий Ростовский • Феофан Прокопович • Григорий Сковорода • И. П. Елагин • Фёдор Дмитриев-Мамонов • Василий Майков • Фёдор Волков • Екатерина II • Поповский • Адриан Дубровский • Херасков • Княжнин • М. И. Попов • Рубан • И. Ф. Богданович • Денис Фонвизин • Павел Фонвизин • Хвостов • Семён Бобров • В. Л. Пушкин • Н. С. Смирнов • Пнин • С. Т. Аксаков Плетнёв • Милонов • М. А. Дмитриев • М. А. Бестужев • Козьма Прутков • Павлов • Соболевский Гребёнка • Губер • С. Ф. Дуров • Шумахер • А. М. Жемчужников • И. С. Никитин • Жадовская • Алмазов • М. Л. Михайлов • В. М. Жемчужников • П. И. Вейнберг • Минаев • Сниткин • Трефолев • Волховский • Дрожжин • Лев Уманец • Бутурлин • Ладыженский • Фофанов • Льдов • П. Н. Петровский • Мазурин • Соловьёва • Вересаев • Коломийцев • Максим Горький • Лохвицкая • Петров-Скиталец • Гедройц • Мартов • Скрябин • Бородаевский • Герцык • Владимир Гиппиус • А. М. Добролюбов • Гуро • Рукавишников • Звенигородский • Кудашева • Башкин • Жаботинский • Каменский • Городецкий • Киссин (Муни) София Парнок • Альвинг • Зенкевич • Е. И. Дмитриева (Черубина де Габриак) • Агнивцев • Крандиевская-Толстая • Квятковский • Клычков • Н. Д. Бурлюк • Князев • М. А. Богданович • Шилейко • Фроман • Кузьмина-Караваева • Радлова Игнатьев • Адамович • Юрий Марр • Шенгели • Зданевич (Ильязд) • Большаков • Поплавский • В. М. Сидоров (Отрадин) • Чролли • А. Ушаков •

Содержание

1 ДОПОЛНЕНИЯ

[править] ДОПОЛНЕНИЯ

[править] Иларион Киевский (ум. 1055)

Митрополит Иларион Киевский во время Настолования. Миниатюра Радзивиловской летописи.

Молитва преподобнаго отца нашего Илариона,
митрополита Российскаго ‹фрагмент 4›

Каково же от Тебя очищение!
Какова же твоя милость и многоизбавление!
И души наши в руках Твоих,
и дыхание наше в воле Твоей!
С тех пор же, как благопризрение Твое на нас, благоденствуем
мы. А если в ярости глянешь, то исчезнем,
как утренняя роса, ибо не устоит прах против бури,
и мы — против гнева Твоего.

первая половина XI века

Иларион Киевский (или Ларион), прозванный Русин, 6-ой митрополит Киевский и всея Руси (с 1051 по 1054 г.) был одним из самых ранних русских духовных писателей и поэтов. Здесь приводится восьмистрочный фрагмент из его Молитвы в современном переводе, а ниже тот же текст в переводе первой половины XIX века по изданию Памятники духовной литературы времен Великаго Князя Ярослава I. // Журнал «Прибавления к изданию творений Святых Отцев, в русском переводе издаваемым при Московской Духовной Академии» за 1844 год. — М.: В Типографии Августа Семена, 1844. — Часть II. — С. 285-288.

Яко от Тебе оцещение
ест, от Тебе милость, избавление,
и душа наша в руку Твоею,
и дыхание наше в воли Твоей.
Донеле ж бо благое призирание Твое на нас беаше, благо деньствовахом;
а егда с яростию призре на ны, ищезохом,
аки утреняя роса, не постояхом, акы прах пред лицем ветру,
и уж мали оставшеся милости просим.

[править] Феодосий Печерский (ок. 1008—1074)

Преподобный Феодосий Печерский на новгородской иконе конца XV века

Молитва святого Феодосия Печерского за всех христиан

Владыко Господи человеколюбче!
Того, кто верен, укрепи, Господи, да будут вернейшими;
того, кто неразумен, вразуми, Владыко.
Язычников, Господи, обрати в христианство, и будут нам братьями.
В темницах сущих, в оковах и беде —
избави, Господи, от всякия печали.
И братьям нашим в затворах и столпах,
пещерах и пустынях дай силы, Господи, на подвиг их<…>

1074

Перед нами начальный фрагмент «Молитвы святого Феодосия Печерского за всех христиан», условно разделённый на стихотворные строки. Приведём слова из комментария к современной публикации этого текста: «Венцом христианского подвижничества Феодосия Печерского можно назвать его молитву за всех христиан, молитву, по содержанию которой особенно ясно видно, за что было дано ему в народном предании прослыть „светильником всея Руси“, — за то, что был он именно таким молитвенником за всех». (Молитва за всех христиан — ГИМ, Синодальное собр., № 235, пергаменная Псалтырь 1296 г., л. 275–277.)

[править] Владимир Всеволодович Мономах (1053—1125)

Владимир Всеволодович Мономах

Молитва Владимира Мономаха.
‹фрагмент 10›

«Помилуй меня, Господи, помилуй!
Если хочешь судить,
не осуждай меня на вечный огонь,
но обличай меня яростью Своею —
молит Тебя Дева Чистая,
родившая Тебя, Христе,
и множество ангелов,
и мучеников сонм».

ок. 1117

Это предпоследняя часть молитвы, приписываемой Владимиру Всеволодовичу Мономаху. В оригинале текст не разделён на стихотворные строки, поэтому восьмистишием его можно назвать только условно. Существует несколько переложений древнего текста на современный русский язык, здесь цитируется перевод выполненный академиком Дмитрием Сергеевичем Лихачёвым. По мнению исследователей Н. В. Шлякова и А. А. Гиппиуса, Молитва представляет собой заключительную часть «Поучения» Владимира Мономаха в редакции 1117 г., которым великий князь киевский благословил своего сына Андрея, отправляя его во Владимир-Волынский. Как замечает комментатор и переводчик А. Ю. Карпов, текст совпадает с «„Каноном молитвенным“, принадлежащим Кириллу, епископу Туровскому. См. 9-ю песнь канона: „Помилуй мя, Боже, помилуй; егда хощеши ми судити, не осуди мене в огнь, не обличи мене яростью си; молить Тя Дева чиста, рожъшия Тя, Христе, и множьство ангелъ и мученикъ сборъ“. Это даёт основание датировать Молитву не ранее второй половины XII в. Но вывод этот не представляется бесспорным, поскольку с „Каноном“ Кирилла Туровского совпадает лишь часть фразы Молитвы (со слов: „Помилуи мя, Господи, помилуи…“), тогда как в Молитве фраза начинается словами: „Дѣво Пречистая…“, соответствие которым не найдено. Между тем, в остальных случаях фрагменты моитвенных песнопений включены в Молитву полностью. Следовательно, нельзя исключать наличие общего источника и для Молитвы, и для „Канона“ Кирилла Туровского. Тем более, что, как показал ещё Н. В. Шляков, слова Молитвы находят соответствие в ряде молитвословий; ср., напр.: „…Егда хощеши судити судъ человѣческим дѣяниемъ, не осуди насъ, Владыко, во огнь геенский…“ (светилен на утрени 6-го гласа); „Господи, да не яростию Твоею обличиши мене…“ (стих по 1-м седальне в понедельник и вторник); „Молитъ Тя, Христе, Богородице, молитъ [м]ученикъ Твоихъ соборъ…“ (в неделю ваяй на повечерии, богородичен 8-й песни)» (Шляков Н. В. О Поучении Владимира Мономаха // ЖМНП. Июнь. С. 233—234). См. Предисловие, комментарии и перевод А. Ю. Карпова приводимый по изданию: Карпов А. Ю. «Великий князь Владимир Мономах». М.: Русскiй мiръ, 2006 (серия Русскiй мiръ в лицах). Для сравнения процитируем перевод этого же текста, выполненный А. Ю. Карповым:

Помилуй меня, Господи, помилуй;
когда станешь судить,
не осуди меня в огонь,
не обличи меня яростью Твоею;
молит Тебя Дева Пречистая,
родившая Тебя, Христе,
и множество ангелов
и мучеников собор.

См. также:

[править] Кирилл Туровский (1130—1182)

Святитель Кирилл Туровский

Канон молебен.
Песнь 1 ‹фрагмент 2›

Аз есмь обличитель
сущих во мне зол деяний,
имиже прогневах Христа,
вся Того преступив заповеди,
и вся ныне писанью предах помыслы моя,
словеса же и делеса,
скверны вся и беззаконья
на слышанье всему миру.

1074

Святитель Кирилл Туровский, прозванный «русским Златоустом», был весьма плодовитым духовным писателем древней Руси. Сохранилось около 70 его произведений в жанрах «Слов», поучений, молитв и канонов. Иногда ему даже приписывается авторство «Слова о полку Игореве», хотя большинство историков этого не признаёт. Приводим здесь второй фрагмент (или «стих») из Первой песни его произведения «Канон молебен», подписанный как «Творение Кюрила грешнаго, глас 5». (Источник: agios.org.ua Творения святаго отца нашего Кирилла, епископа Туровскаго с предварительным очерком истории Турова и туровской иерархии до XIII века. — Издание Преосвященнаго Евгения, епископа Минскаго и Туровскаго. Киев: В Типографии Киево-Печерской Лавры, 1880. — с. 246—264.)

См. также:

[править] Максим Грек (1470—1556)

Преподобный Максим Грек

Слово 49. Исписанное составителем, этой книги на
утешение себе и утверждение в терпении, когда
был заключен в темницу и находился в скорби.
‹фрагмент 1›

Не тужи, не скорби, не тоскуй, любезная душа моя,
о том, что страдаешь без вины от тех,
от которых следовало бы тебе принять все блага,
так как ты питала их духовною трапезою,
исполненною дарований Святого Духа,
то есть святоотеческими толкованиями
боговдохновенных песнопений Давида, переведенными
тобою с греческого на славный русский язык!

не ранее 1525 г.

Учёный монах Максим Грек (в миру Михаил Триволис) оказался в Москве в 1515 году по приказу Великого князя Василия III, нуждавшегося в переводе духовных книг с греческого на русский язык. Максим совместно с русскими переводчиками и писцами перевёл Псалтирь, чем вызвал княжеское одобрение. Однако его резкая критика уклада русской жизни, русского духовенства, эксплуатации крестьян, действий местных властей, а также намерения князя Василия разводиться со своей женой, вынудила власти в 1525 году заточить Максима в Иосифо-Волоцкий монастырь, где в сырой тесной келье в голоде и холоде он провёд около 20 лет. Максим считал заточение своё несправедливым, но призывал себя не тужить, не роптать, но смириться, ибо «мзда» будет дарована «на небесах». Это и стало содержанием его сочинения Слово на утешение себе и утверждение в терпении, когда был заключен в темницу и находился в скорби. Здесь приведён начальный его фрагмент. (Источник: Сочинения преподобнаго Максима Грека, изданныя при Казанской Духовной Академии. — Издание второе. Казань: Типо-литография Императорскаго Университета, 1894).

См. также:

Слово 49. Исписанное составителем, этой книги на утешение себе и утверждение в терпении, когда был заключен в темницу и находился в скорби

[править] Иван Грозный (1530—1584)

Иван Грозный, гравюра Ханса Вайгеля Старшего, (ок.1520—1577).

Канон Ангелу Грозному воеводе
Парфения Уродивого ‹фрагмент 3›

Прежде страшнаго и грознаго
твоего ангеле, пришествия
умоли о мне грешнем
о рабе твоем имрек.
Возвести ми конец мой,
да покаюся дел своих злых,
да отрину от себе бремя греховное.
Далече ми с тобою путешествати.

1573 г.

Начальный фрагмент молитвенного «Канона Ангелу Грозному воеводе», подписанного вымышленным именем «Парфения Уродиваго» — Иван Грозный не желал обнаружить своего авторства, и в тексте называет себя «имрек». Как пишет академик Д. С. Лихачёв: «Канон формально построен по традиционной схеме — 9 песнопений (ирмосов и тропарей). Темы песнопений указаны правильно. Как и полагается, Канон заканчивается славословием богоматери, но это только формально. На самом деле Канон посвящен всего одной теме — смерти. Ангел восхваляется только как ангел смерти. Настроение страха пронизывает Канон от начала и до конца. <…> Теперь перед нами самый интересный вопрос: кто тот Ангел Грозный воевода, которому молится Грозный и которого он ожидает в свой смертный час? Во всех описаниях рукописей, где упомянут Канон Ангелу Грозному воеводе, говорится, что это архангел Михаил. И описывающие безусловно правы. Архангел Михаил — предводитель небесных сил. Он победитель сатаны. Он проводит человеческую душу через загробные мытарства.<…> Канон Ангелу Грозному воеводе и Молитва к архангелу Михаилу были вполне серьезны, в них не было элементов глумления над религией, но тем не менее сам объект молитвы приобретал не „исполу“ христианские, а „исполу“ антихристианские черты и поэтому не мог быть назван по имени. Образ Ангела Грозного воеводы соединился в сознании Ивана Грозного с образом тех „лютых ангелов“, которые, по средневековым представлениям, ведали загробными мучениями грешников. Больная совесть Грозного заставляла его думать о смерти и о загробных мучениях». (Лихачев Д. С. Исследования по древнерусской литературе. — СПб.: Издательство «Наука», 1986. — С. 361—378.)

См. также:

Канон Ангелу Грозному Парфения Уродивого, 1573

[править] Иван Андреевич Хворостинин (ум. 1625)

Иван Андреевич Хворостинин.
На изображении: Икона-мощевик из ковчега кн. Ивана Хворостинина 1621 г.

Молитва Христу Богу
‹фрагмент›

Полки обнищавшие, Иисусе, вопиют к тебе,
Речение сие милостивное приими, владыка, в слух себе.
Еже на нас вооружаются коварством сего света,
Всегда избави, Господи, нас от их злаго совета.
Оне убо имеют в себе сатанину гордость,
Да отсекнут нашу к тебе душевную бодрость.
И твой праведный закон по своей воли изображают,
Злочестивых к совести своей приражают<…>

Между 1623 и 1625 гг.

Эти строки были написаны ярославским князем Иваном Андреевичем Хворостинином-Старковым в конце жизни. За близость к самозванцу Лжедмитрию I, а также за склонность к ереси и католичству он подвергался преследованиям, заточению и ссылке. Покаявшись в 1624 году, он был прощён и пострижен в монахи Троице-Сергиевского монастыря, где вскоре и умер. Стихотворение принадлежит к жанру так называемых «виршей» (от лат. versus — стих, польск. wiersz, укр. вірш) — жанру пришедшему в русскую литературу из Польши через Украину. Всё стихотворение состоит из 24-х сдвоенных неравносложных, разностопных и произвольных по ритму строк, по характеру мало отличающихся от прозы, однако каждая пара этих строк объединена общей рифмой.

[править] Семён Иванович Шаховской (ум. 1654 или 1655)

Семён Иванович Шаховской.
На изображении: Герб рода князей Шаховских

МОЛИТВА ПРЕПОДОБНОМУ ДИМИТРИЮ,
ВОЛОГОДСКОМУ ЧЮДОТВОРЦУ
‹фрагмент›

О, преблагий наш пастырю и учитель!
О, великий чюдотворец Димитрий!

Услыши мя, грешнаго, молящего ти ся,
призывающе имя твое святое на ся.

Вижди мя, убогово, в толице беде суще погружаема,
вижди мя, немощнаго и уловляема

отвсюду, и всякаго блага лишенна,
и умом от малодушия помраченна<...>

<Начало 1620-х или 1649>

Семён Иванович Шаховской, по прозвищу Харя, происходил из ярославских князей, был воеводой, писателем, поэтом, автором церковных сочинений, посланий, росписи земель Восточной Сибири, автобиографических записок и повестей о современных ему событиях. Здесь приведён начальный фрагмент его Молитвы преподобному Димитрию, Вологодскому Чюдотворцу Димитрию Прилуцкому (начало XIV века — 1406). Молитва писана виршами вперемежку с нерифмрванной прозой.

[править] Тимофей Дементьевич Анкудинов (1617—1654)

Декларация Московскому посольству («Хвала милостивому святому Богу!..»)

[править] Аввакум Петров (1621—1682)

Аввакум Петров, протопоп
(Аввакум Петрович Кондратьев).
На миниатюре XIX века: Боярыня Морозова навещает Аввакума в тюрьме.

Житие протопопа Аввакума
‹фрагмент›

По благословению отца моего старца Епифания
писано моею рукою грешною протопопа Аввакума,
и аще что реченно просто, и вы, господа ради,
чтущии и слышащии, не позазрите просторечию нашему,
понеже люблю свой русской природной язык,
виршами философскими не обык речи красить,
понеже не словес красных Бог слушает,
но дел наших хощет...

<1672—1673>

Эта «похвала» русскому языку — фрагмент из «Пустозёрского сборника» протопопа Аввакума, помещаемый обычно издателями во вступление к главному его сочинению «Житие», написанному им в 1672—1673 годах в пустозерской тюрьме. Аввакум сам пишет, что сие не «вирши», то есть не поэзия, а простая русская речь, «понеже люблю свой русской природной язык, виршами философскими не обык речи красить, понеже не словес красных Бог слушает, но дел наших хощет...» Однако, разделённая на строки по фразам или периодам, эта певучая речь, наделённая ясным внутренним ритмом, может звучать для нас как подлинная поэзия, близкая к былинному складу И дальше Аввакум продолжает:

И Павел пишет: «аще языки человеческими глаголю
и ангельскими, любви же не имам — ничто ж есмь.
Вот, что много рассуждать: не латинским языком, ни греческим, ни еврейским,
ниже иным коим ищет от нас говоры Господь,
но любви с прочими добродетельми хощет;
того ради я и не брегу о красноречии и не уничижаю своего языка русскаго.
Ну, простите же меня, грешнаго,
а вас всех, рабов Христовых, Бог простит и благословит. Аминь

[править] Алексей Захарьевич Онуфриев (середина XVII века)

Алексей Захарьевич Онуфриев, подьячий. На гравюре Юноша в рясе из «Букваря» Кариона Истомина.

ИНИ СТИХИ ВСЕЧЕСТНОМУ И ЖИВОТВОРЯЩЕМУ
КРЕСТУ ГОСПОДНЮ ИЗЪЯСНИТЕЛИ,
БЛАГОДАРНИ, МОЛЕБНИ, ДВОЕСТРОЧНИ ЖЕ
ПО АКРАСТИХИ, ЕЖЕ ЕСТЬ ПО КРАЕ-ГРАНЕСИ
‹фрагмент›

Словословлю тя, кресте пресвятый,
Лобызаю тя, кресте пречестный.

О тебе бо православнии царие царствуют,
Земнии владетели властвуют,

И архиереи слово истинный исправляют,
Патриарси и епископи престоли украшают.

Радуется чин монашеский,
Иерейский и церковный всяческий<...>

XVII век

До нас дошло только три стихотворения подьячего поэта Алексея Захарьевича Онуфриева, среди которых нет восьмистиший. Выше процитированы первые восемь строк одного из этих трёх, интересного тем, что помимо своей основной цели, славословия святого креста, оно ещё даёт информацию о поэте, являясь акростихом, где по первым буквам всех строк мы читаем: «Слози приказу Болшаго дворца подиачего Алексия Захариева сина Анофриева первое написася в славу кресту».

[править] Мардарий Хоныков (вторая половина XVII века)

Вирши Мардария Хоныкова к гравюрам Библии Пискатора, 1679
:ВЕТХИЙ ЗАВЕТ

7. «Животна многа земля производит…», Быт. 1.24
30. «Авраам Агарь с сыном отпущает…», Быт. 21.14
34. «Содомляне дом Лота обтекоша…», Быт. 19
52. «Иосиф в Египт купцами отведен…», Быт. 39.12
54. «Сония царю фараону зрятся…», Быт. 41
55. «Братии жита Иосиф продает…», Быт. 42
63. «Моисею Бог в купине явися…», Исх. 3.2
66. «Царю Аарон предста и Моисей…», Исх. 7.10
69. «Моисей пасху с народом снедает…», Исх. 12.21
70. «Первородных смерть царя устрашает…», Исх. 12.33
72. «Израиля Бог манною питает…», Исх. 16.4
120. «Давид еще юн сый овцы стрежаше…», 1 Царст. 17.34
НОВЫЙ ЗАВЕТ
276. «Аггел Гавриил к деве низпослася…», Лука 1.26
280. «От святыя Бог Девы раждается…», Лука 2.16
307. «Блажени иже духом обнищаша…», Матф. 5.3
323. «Сучец в очеси брата смотряеши…», Лука 6.41
324. «Царство небесно Спас уподобляет…», Матф. 13.44
325. «Аще бо слепец слепца наставляет…», Матф. 15.14
328. «Винограда Спас притчю предлагает…», Матф. 20.1
329. «Притчу рече Спас иудейску люду…», Лука 20.9
389. «Ученик Христов сый зол является…», Матф. 26.14
390. «Со ученики Христос вечеряет…», Лука 22.14
370. «Вечерю зелну муж уготовляет…», Матф. 22.2
CREDO
455. «Верую в Бога безначална Отца…», Credo 1-2
456. «Во чреве Духом Святым заченшася…», Credo 3-4
457. «Низшедша во ад пленных свободити…», Credo 5-6
458. «Отонуду же грядущи судити…», Credo 7-8
459. «Святую церковь в Христе утвержденну…», Credo 9-10
460. «Ожидаю же дне воскресения…», Credo 11-12
VISIONES APOCALYPTICAE
8. «Се́ Богослов зрит аггелов стоящих…», Vis. Apoc. 8
16. «Се аггела зрит от небес идуща…», Vis. Apoc. 16
18. «Жена преславно одеянна сущи…», Vis. Apoc. 18
25. «Богослов небо отверзенно зряше…», Vis. Apoc. 25

[править] Монах Герман (ум. 1682)

[править] Сильвестр Медведев (1641—1691)

Сильвестр Медведев, монах.
На изображении: рукорисная книга Сильвестра.

Епитафион Симеону Полоцкому
‹фрагмент›

Зряй, человече! Сей гроб, сердцем умилися,
‎ о смерти учителя славна прослезися.
Учитель бо зде токмо один таков бывый,
‎ богослов правый, церкве догмата хранивый,
Муж благоверный, церкви и царству потребный,
‎ проповедию слова народу полезный,
Симеон Петровский, от всех верных любимый,
‎ за смиренномудрие преудивляемый<...>

1680

Сильвестр Медведев — монах, книгохранитель и редактор Московского печатного двора, духовный писатель, придворный поэт, ученый, верный ученик и последователь Симеона Полоцкого. Написанный им по велению царя Фёдора Алексеевича «Епитафион» был высечен на надгробной плите на могиле Симеона Полоцкого в Московском Заиконоспасском монастыре.

[править] Венедикт Буторин (конец XVII века)

Венедикт Буторин, монах.
На изображении: Монах с настенной гравюры начала XX в.

СЛОВО НА УМИЛЕНИЕ ДУШИ СВОЕЙ
‹фрагмент›

Горе тебе, человече, яко вечная благая желавши,
А во всяком небрежении пребывавши.

Горе тебе, человече убогий, яко святых жития блажиши словом,
А по стопам их шествовати не понуждавши себе делом.

Горе тебе, человеке, яко веси царствие небесное уготованно праведным,
А не грешным в делех злых, тебе подобным.

Горе тебе, человече, яко своего жития веси минутие и конец,
А не подражает праведным, им же Христос подаст нетленный венец<...>

1688

К этим нравоучительным виршам монах Венедикт Буторин, сделал следующую приписку:«Слог монаха Венедикта Буторина. Сие слово на умиление души своей сочинил на Москве у пресвятой Богородицы в Новодевичьем монастыре, препроводя житием во иночество ту пострижен 32 лета, а слог сочинися 196 (1688) году марта в 14 день».

[править] Карион Истомин (конец 1640-x — 1717)

Благодарение Богу («Благодарение Богу в трех ипостасях…»), 1694

[править] Димитрий Ростовский (1651—1709)

Димитрий Ростовский (Даниил Саввич Туптало), Митрополит, Святой. Портрет-парсуна. Нач. XVIII в.

Кант Димитрию Солунскому
‹фрагмент›

Добраго воя цареви избранна,
Иисусу Христу врагов непопранна,
Мученик славу Димитріа чтемо
И пѣсней вѣнец ему соплетѣмо.
Тріумфуй вѣчнѣ над врагом соборы,
Радуйся между ангельскія хоры.
Иисусе яко сладка возлюбивый
И за честь его душу положивый<...>

<ок. 1699>

Митрополит Димитрий Ростовский (в миру Даниил Саввич Туптало) сочинил немало духовных виршей ещё в бытность свою на Украине до переезда в Елец в 1697, Новгород в 1699, Москву в 1701, а затем в Ростов в 1602 году. Кант-посвящение христианскому святому великомученику Димитрию Солунскому (греч. Άγιος Δημήτριο), убитому по приказу императора Максимиана в 306 году, представляет собой акростих, где по первым буквам строк читается: ДИМИТРИ САВИЧ АРХИМАНДРИТ НОВГОРОДСКИ. На этом основании легко сделать вывод, что стихотворение написано ок. 1699 года, когда в чине архимандрита автор был назначен настоятелем в Новгород-Северский Преображенский монастырь. Здесь приводятся первые восемь строк этого стихотворения.

См. также:

ЭПИСТОЛА г. ЕЛАГИНА К г. СУМАРОКОВУ
‹фрагмент›

Открытель таинства любовныя нам лиры,
Творец преславныя и пышныя «Семиры»,
Из мозгу рождшейся богини мудрой сын,
Наперсник Боалов, российский наш Расин,
Защитник истины, гонитель злых пороков,
Благий учитель мой, скажи, о Сумароков!
Где рифмы ты берешь? — ты мне не объявил,
Хоть к стихотворству мне охоту в сердце влил.<…>

1753

Начало Эпистолы Ивана Перфильевича Елагина, послужившей поводом для широкой полемики между Ломоносовым, Сумароковым, Тредиаковским, их приверженцами и противниками. Автор высмеивает модное пристрастие современных русских щёголей-петиметров (от франц. petit-maitre — щёголь) ко всему французскому. Будучи приверженцем литературной школы Сумарокова, автор издевается над Ломоносовым, который в «Оде на день восшествия на престол Елисаветы Петровны 1747 года» использовал вычурную рифму Россия — Инди́я. Елагин, прямо не называя имени Ломоносова, величает его «наш пиит» (а в другом варианте текста «Пиндар наш»):

<…>Или как наш пиит [Пиндар наш], вписав в свой стих Россию,
Любуется, сыскав к ней рифмою Инди́ю, —
Так ободренный наш сей речью петиметр,
Как легкое перо подъемлет сильный ветр,
Подъемлем радостью, из кресел вылетает
И, палку, что всех рост гайдуков превышает,
К ступанью легкому себе употребя,
На пиршество бежит, всю память погубя<…>

[править] Фёдор Иванович Дмитриев-Мамонов (1727—1805)

Фёдор Иванович Дмитриев-Мамонов

‹ИЗ ПОВЕСТИ ЛАФОНТЕНА
«ЛЮБОВЬ ПСИШИ И КУПИДОНА»›
1. ‹фрагмент›

Сей бог, которого любовью называем,
Не может из любви он сам быть исключаем,
От юности своих неосторожных лет
Он часто сам себя свещой своею жжет.
И если ранен им и Марс, и Геркулес,
Нептун, Плутон, великий сам Зевес,
То часто он, резвясь с завязанны очами,
Сам ранит грудь свою своими же стрелами<...>

1669, пер. ок. 1769

«Любовь Псиши и Купидона» («Les amours de Psychè et de Cupidon») сочиненная г. де ла Фонтеном в 1669, была переведена с французского и издана Фёдор Иванович Дмитриев-Мамоновым ровно столетие спустя в 1769 году. Произведение представляет собой переработку сказки Апулея об Амуре и Психее из его романа «Золотой осёл». Переводчик писал в предисловии: «Я избрал для переводу нежнейшее из того, что г. де ла Фонтен чрез всю свою жизнь в свет издал, и в оном его сочинении самых низких слов совсем нет: но признаюсь, что желая употребить приличный штиль или слог тут, где материя оного требовала, я имел наивеличайший труд; потому что в оригинале слог хотя благороднее его нравоучительных басен, но для героичного слога весьма низок, и охоту мне подало переводить не штиль, но материю... Всё, что у меня положено стихами, стихами сочинено и у г. де ла Фонтена». Псише — это Психея. Под словами сей бог — имеется в виду Купидон.

[править] Василий Иванович Майков (1728—1778)

[править] Фёдор Григорьевич Волков (1729—1763)

Фёдор Григорьевич Волков,
Портрет работы Антона Павловича Лосенко, 1663

‹Старая песня›

Станем, братцы, петь старую песню,
Как живали в первом веке люди.

‎О златые, золотые веки!
‎В вас счастливо жили человеки.

Землю в части тогда не делили,
Ни раздоров, ни войны не знали.

Так, как ныне солнцем все довольны,
Так довольны были все землею<…>

без даты

Из обширного литературного наследия актёра и театрального деятеля Фёдора Григорьевича Волкова (около 15 драматических пьес и нескольких од) не сохранилось до нашего времени практически ничего. Найдены только короткая эпиграмма и две песни ему приписывакмые. Здесь приводится начало одной из них, условно называемой «Старая песня», где идеализируется далёкое прошлое, и тем самым, критикуется современное общество. Исследователи называют это «апологией первобытного коммунизма» (Берков П. Н. «Хор к превратному свету» и его автор // XVIII век / Под ред. А. С. Орлова. М.; Л., 1935. <Сб. 1>. С. 181–202.).

[править] Екатерина II (1729—1796)

Екатерина II,
Портрет работы Фёдора Степановича Рокотова, 1763

* * *

"Ci-git Lindor le Prussien
"Qui fut un tres joli chien;
"Amene par son destin,
"Sans embonpoint, de Berlin,
"Il devint gros et gras ceant;
"Puis il rentra dans le neant;
"De ses moeurs n'en parlons point
"Il fit sults legers et grands repas.

без даты,
возможно ок. 1787 г.

Это одно из серии коротких шуточных стихотворений, посвящённое Линдору — одной из любимых собак Екатерины II. За сочинением подобных французских виршей Императрица любила проводить свой досуг. Жаль, что она не удосужилась изложить сие стихотворение по-русски, что, в принципе, дело нехитрое:

Се прах лежит — Линдор-Пруссак,
Взрачней он был иных собак,
Сподобилась его судьбина
Прислать поджарым из Берлина,
Но здесь на дармовых харчах
Он раздобрел и днесь зачах:
Что ж нам гласить теперь о том,
Как ел он иль вертел хвостом!

Перевод: ДС.
18 апреля 2012

См. также:

"Ci-git Lindor le Prussien...", без даты, возможно ок. 1787 г.
«Бессмертия не покупают…», совм. с А. В. Храповицким, 1788
«Во громе, звуке, стуке, треске…», совм. с А. В. Храповицким, 1788
«Слышен топот лошадиный…», совм. с А. В. Храповицким, 1788

[править] Николай Никитич Поповский (1730—1760)

Николай Никитич Поповский

НАЧАЛО ЗИМЫ

Ярившийся Борей разверз свой буйный зев,
И дхнул он хладностью на те места прекрасны,
Где Флора, истощив свои труды ужасны,
Пустила по лугам гулять прелестных дев.

Угрюмы облака и тучи вознеслись,
Покрылися поля зеленые снегами
С растущими на них различными цветами
И белизною все с уныньем облеклись<…>

Зима 1750—1751

Начало несохранившейся полностью эклоги Николая Никитича Поповского «Зима». Здесь зима, это не только суровое время года, но ещё и аллегория сурового времени политической жизни при дворе Елизаветы Петровны. Одновременно с описанием природы поэт, как считается, намекает на впавшего в немилость фаворита императрицы Елизаветы Петровны Ивана Ивановича Шувалова. Именно Шувалову 8 мая 1751 г. Михаил Васильевич Ломоносов переправил эту эклогу со словами сочувствия. Позднее подобная символика использовалась и другими поэтами, в том числе Гаврилой Романовичем Державиным и Николаем Михайловичем Карамзиным.

[править] Адриан Илларионович Дубровский (1733—178?)

«Не создал тот меня, кто создал всё от века...», опубл. 1756
«Ни рта, ни языка, ни горла не имею...», опубл. 1756

[править] Михаил Матвеевич Херасков (1733—1807)

ЧЕСМЕССКИЙ БОЙ

(фрагмент)

Доколе гордая луна на небе блещет,
Взглянув на русский флот, на Чесму, затрепещет;
Доколе будет понт в брегах своих шуметь,
Чесмесский станут бой морские нимфы петь;
И слава россиян, гремящая в Морее,
Чем доле свет стоит, промчится тем громчее.
Я славны подвиги героев наших пел,
И буду не забвен, когда их петь умел.

1771

В наследии Михаила Матвеевича Хераскова отдельных восьмистиший не обнаружено. Однако, в качестве относительно самостоятельных фрагментов, они в изобилии встречаются в его поэзии более крупных жанров: одах, эпистолах, поэмах, трагедиях и др. Здесь приведён восьмистрочный фрагмент из пятой (заключительной) песни поэмы «Чесмесский бой», состоящей из 1282 строк, где речь идёт о морской битве в Чесменской бухте 26 июня 1770 г., где русский военный флот под командованием Алексея Григорьевича Орлова (1737—1808) уничтожил сильнейшую турецкую эскадру в период русско-турецкой войны 1768—1774 гг.

[править] Яков Борисович Княжнин (1740—1791)

АРИЯ АНЮТЫ

Ты сомненьем огорчаешь
Нежность сердца моего
И блаженство помрачаешь
Дня счастливого сего.
Если, как ты уверяешь,
Страстно так меня любя,
Счастье всё во мне включаешь,
Нет счастливее тебя.

1779

Ария Анюты из первого действия комической оперы «Несчастие от кареты» (1779).

[править] Михаил Иванович Попов (1742—1790)

Михаил Иванович Попов.
Портрет не найден. На изображении: Китайский театр в Царском селе, где в 1772 году состоялась премьера оперы «Анюта» (либретто М. И. Попова)

ЭПИГРАММА

Не плачь, молодушка, лишившись молодца,
Ведь ты очистила уж этого глупца;
Или и вправду ты к нему любовь питала?» —
«Нимало, никакой! — молодка отвечала. —
Когда ласкала я любовника сего,
Любила серебро и золото его,
И плачу не о том, что он со мной расстался,
Но что кафтан на нем его не мой остался».

Опубл. 1769

Эта одна из многочисленных эпиграмм Михаила Ивановича Попова была напечатана в журнале «Ни то ни сио», 1769, лист 6, 28 марта, с. 42. Попов также автор элегий, эпитафий, басен, а также большого цикла «Любовных песен», но наибольшую известность автору принесло либретто оперы Анюта (1772), представление о которой может дать следующая песенка Анюты из 5-го явления оперы:

Я жива скорей не буду,
Все мученья претерплю,
Нежели тебя забуду
И другого полюблю.
Пусть и ты меня забудешь,
Не забуду друга я:
Хоть и ты моим не будешь,
Я остануся твоя.

[править] Василий Григорьевич Рубан (1742—1795)

Надписи к камню I. «Колосс Родосский, свой смири прегордый вид…», 1770

[править] Ипполит Фёдорович Богданович (1743/4—1803)

К моему другу («Мой друг! не ведаю, какому чуду веришь…», 1783

[править] Денис Иванович Фонвизин (1745—1792)

Денис Иванович Фонвизин (Фон–Визин).
Гравюра из «Сочинений Д. И. Фонвизина», СПб, 1893, Издание А. Ф. Маркса.

Послание к слугам моим...

<…>«Я мысль мою скажу, — вещает мне Петрушка,
Весь свет, мне кажется, — ребятская игрушка;
Лишь только надобно потвёрже то узнать,
Как лучше, живучи, игрушкой той играть.
Что нужды, хоть потом и возьмут душу черти,
Лишь только б удалось получше жить до смерти!
На что молиться нам, чтоб дал Бог видеть рай?
Жить весело и здесь, лишь ближними играй<…>

опубл. 1769

Этот моногог из «Послания к слугам моим...» произносится Петрушкой — парикмахером барона Дениса Ивановича Фон-Визина в ответ на вопрос: «...на что сей создан свет? И как мне в оном жить?..» Сам барон отвечает на этот вопрос в конце сей шутливой оды:

А вы внемлите мой, друзья мои, ответ:
«И сам не знаю я, на что сей создан свет!»

У А. С. Пушкина в раннем стихотворении «Тень Фон-Визина» (1815) барон получает разрешение у владыки ада Плутона вновь взглянуть на мир земной, и очутившись в России через 23 года после своей смерти:‎

<…>Вздохнул Денис: «О Боже, Боже!
Опять я вижу то ж да то же.
Передних грозный Демосфен,
Ты прав, оратор мой Петрушка:
Весь свет бездельная игрушка,
И нет в игрушке перемен.
Но где же братии-поэты,
Мои парнасские клевреты<…>