«А это — хулиганская», — сказала (Кузмин)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

«А это — хулиганская», — сказала…
автор Михаил Алексеевич Кузмин (1876—1936)
Из цикла «I. Стихи об искусстве», сб. «Параболы. Стихотворения 1921-1922». Источник: Библиотека Мошкова. [1] • Стихотворение 444 (M. Кузмин. Стихотворения. СПб, 2000).
 Википроекты: Wikidata-logo.svg Данные


* * *


                                           О. А. Глебовой-Судейкиной

«А это — хулиганская», — сказала
Приятельница милая, стараясь
Ослабленному голосу придать
Весь дикий романтизм полночных рек,
5 Всё удальство, любовь и безнадежность,
Весь горький хмель трагических свиданий.
И дальний клёкот слушали, потупясь,
Тут романист, поэт и композитор,
А тюлевая ночь в окне дремала,
10 И было тихо, как в монастыре.

     «Мы на лодочке катались…
             Вспомни, что было!
      Не гребли, а целовались...
             Наверно, забыла».

15 Три дня ходил я вне себя,
Тоскуя, плача и любя,
И, наконец, четвертый день
Знакомую принес мне лень,
Предчувствие иных дремот,
20 Дыхание иных высот.
И думал я: «Взволнённый стих,
Пронзив меня, пронзит других, —
Пронзив других, спасёт меня,
Тоску покоем заменя».

25 И я решил,
Мне было подсказано:
Взять старую географию России
И перечислить
(Всякий перечень гипнотизирует
30 И уносит воображение в необъятное)
Все губернии, города,
Села и веси,
Какими сохранила их
Русская память.
35 Костромская, Ярославская,
Нижегородская, Казанская,
Владимирская, Московская,
Смоленская, Псковская.

Вдруг остановка,
40 Провинциально роковая поза
И набекрень нашлепнутый картуз.
          «Вспомни, что было!»
Все вспомнят, даже те, которым помнить-
То нечего, начнут вздыхать невольно,
45 Что не живёт для них воспоминанье.


Второй волною
Перечислить
Хотелось мне угодников
И местные святыни,
50 Каких изображают
На старых образах,
Двумя, тремя и четырьмя рядами.
          Молебные руки,
          Очи горе, —
      55 Китежа звуки
          В зимней заре.

Печора, Кремль, леса и Соловки,
И Коневец Корельский, синий Саров,
Дрозды, лисицы, отроки, князья,
60И только русская юродивых семья,
И деревенский круг богомолений.

            Когда же ослабнет
            Этот прилив,
            Плывёт неистощимо
      65Другой, запретный,
            Без крестных ходов,
            Без колоколов,
            Без патриархов...

Дымятся срубы, тундры без дорог,
70До Выга не добраться полицейским.
Подпольники, хлысты и бегуны
И в дальних плавнях заживо могилы.
Отверженная, пресвятая рать
Свободного и Божеского Духа!

      75И этот рой поблек,
            И этот пропал,
            Но ещё далек
            Девятый вал.
            Как будет страшен,
      80О, как велик,
            Средь голых пашен
            Новый родник!

Опять остановка,
И заманчиво,
85Со всею прелестью
Прежнего счастья,
Казалось бы, невозвратного,
Но и лично, и обще,
И духовно, и житейски,
90В надежде неискоренимой
Возвратимого —
           Наверно, забыла?

Господи, разве возможно?
Сердце, ум,
95Руки, ноги,
Губы, глаза,
Всё существо
Закричит:
«Аще забуду Тебя?»

100И тогда
(Неожиданно и смело)
Преподнести
Страницы из «Всего Петербурга»,
Хотя бы за 1913 год, —
105Торговые дома,
Оптовые особенно:
Кожевенные, шорные,
Рыбные, колбасные,
Мануфактуры, писчебумажные,
110Кондитерские, хлебопекарни, —
Какое-то библейское изобилие, —
Где это?
Мучная биржа,
Сало, лес, веревки, ворвань…
115Ещё, ещё поддать…
Ярмарки… там
В Нижнем, контракты, другие…
Пароходства… Волга!
Подумайте, Волга!
120Где не только (поверьте)
И есть,
Что Стенькин утес.
И этим
Самым житейским,
125Но и самым близким
До конца растерзав,
Кончить вдруг лирически
Обрывками русского быта
И русской природы:
130Яблочные сады, шубка, луга,
Пчельник, серые широкие глаза,
Оттепель, санки, отцовский дом,
Берёзовые рощи да покосы кругом.

            Так будет хорошо.

135Как бусы, нанизать на нить
И слушателей тем пронзить.
Но вышло всё совсем не так, —
И сам попался я впросак.
И яд мне оказался нов
140Моих же выдумок и слов.
Стал вспоминать я, например,
Что были вёсны, был Альбер,
Что жизнь была на жизнь похожа,
Что были Вы и я моложе,
145Теперь же все мечты бесцельны,
А песенка живет отдельно,
И, верно, плоховат поэт,
Коль со стихами сладу нет.


<июнь> 1922


Примечания

  1. По изд.: Новая библиотека поэта. M. Кузмин. Стихотворения. Санкт-Петербург, 2000. Издание второе, исправленное. Вступительная статья, составление, подготовка текста и примечания. Н. А. Богомолова. OCR Бычков М.Н. mailto:bmn@lib.ru Внимание! В источнике обнаружено большое количество неточностей. Текст нуждается в сверке с печатным изданием.Д. С.
Как указывается в коментарии Н. А. Богомолова, существует два черновых автографа, первый из которых представляет собою иной вариант начала:

                        И я на лодочке катался,
                        Не греб, а сладко целовался,
                        И месяц медленно качался
                        Над нами в летней синеве.

Второй датирован июнем 1922. В оглавлении названо «Мы на лодочке катались».
Разночтения:
в ст. 70 «Выга» набрано со строчной буквы
ст. 117: «В Нижнем контрасты, другие»
ст. 122: «Что Стенькин курган»
Непосредственный повод к созданию стихотворения фиксируется записью в Дневнике:
«Пронзила меня песня, что из Архангельска привезла О. А. <Глебова-Судейкина>: «Хулиганская». Романтизм вроде Достоевского:

                        — Мы на лодочке катались...
                        Вспомни, что было!
                        Не гребли, а целовались...
                        Наверно, забыла.

Всё, всё, и относящееся, и прошлое, и небывшее вспомнил. И Нижегородские леса, и Павлик <Маслов>, и Князев, и Юроч<кино> начало» (11 июня 1922; опубл.: Кузмин и русская культура. С. 190. Там же — сходная запись 1919 г.).
Глебова-Судейкина Ольга Афанасьевна (1885—1945) — первая жена С. Ю. Судейкина, актриса и художница. Подробнее о ней см.: Мок-Бикер Э. «Коломбина десятых годов». СПб., 1993.
ст. 8: Романист, поэт и композитор — Ю. И. Юркун, Кузмин и Артур Сергеевич Лурье (1892—1966). Последний свидетельствовал, что «поэма» «написана о нас троих» (Лурье А. Ольга Афанасьевна Судейкина // Воздушные пути. Нью-Йорк, 1965. Кн. V. С. 142).
ст. 55: Китежа звуки. Очевидно, имеется в виду не сам легендарный город Китеж, а опера учителя Кузмина по консерватории Н. А. Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии», так как, согласно преданию, колокольный звон из затонувшего в озере Китежа слышится летом, а не на «зимней заре».
ст. 57: Печора — река, на которой был расположен Пустозерск, одна из святынь старообрядчества. Коневец Карельский — Рождественский монастырь на острове Коневец в Ладожском озере.
ст. 58: Синий Саров — Саровская пустынь в Тамбовской губ., место подвижничества св. Серафима Саровского (1760—1833).
ст. 65: Запретный. Имеются в виду старообрядческие и сектантские святыни, в том числе Выг — река в Олонецкой губ., один из центров старообрядчества.
ст. 71: Подпольники, хлысты и бегуны — различные секты.
ст. 72: И в дальних плавнях заживо могилы. Речь идет о случаях самозахоронения сектантов в днестровских плавнях около Тирасполя (см.: Розанов В. Темный лик: Метафизика христианства // Розанов В. В. [Сочинения]. М., 1990. Т. 1: Религия и культура. С. 460—541;
см. также: Нехотин В. В. Из реального комментария к стихотворениям Кузмина// De Visu. 1994. Э 1/2. С. 68).
ст. 99: «Аще забуду Тебя?». См.: «Как нам петь песнь Господню на чужой земли? Если я забуду тебя, Иерусалим, забудь меня десница моя» (Пс. 136, 4-5).
ст. 101: Неожиданно и смело. См.: «Неожиданный и смелый Женский голос в телефоне» (Н. С. Гумилев, «Телефон», 1916; по некоторым сведениям, обращено к О. Н. Арбениной).
ст. 103: «Весь Петербург» — ежегодный адресный справочник.
ст. 122: Стенькин утес. См. в песне на стихи А. А. Навроцкого: «Есть на Волге утес» (Песни русских поэтов. Л., 1988. Т. 2. С. 173, 413).
ст. 142: Альбер — известный петербургский ресторан (Невский, 18), упоминающийся в стихотворениях Кузмина неоднократно. См. также стихотворения 524, 530 (3) и 634—637 (1).